Глава 21

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯLusaЛуса шла по лесу, солнечный свет кочевал ветви высоких лиственных деревьев, а вкусные фрукты свисали с лиан перед ее поливающими челюстями. Она наслаждалась ощущением хорошей, теплой грязи под лапами. Так она и думала. Так почему же мои лапы и нос замерзают?Открыв глаза, Луса издала долгий вздох смирения, желая, чтобы мечта продолжалась. Но тепло и ароматы фруктов исчезли, когда она полностью проснулась. Вместо того, чтобы бродить по залитому солнцем лесу, она все еще застряла на льду, который тревожно скрипел вокруг нее. Даже белые медведи выглядели обеспокоенными.— Пойдемте, — сказал Каллик. «Пора двигаться».Воздух был серым и туманным; Люсе понадобилось мгновение, прежде чем она поняла, что наступает рассвет. Прошлой ночью, после того как Каллик нырнул в тюленью нору, они прижались друг к другу на льду, чтобы заснуть. Но когда Луса поднялась на лапы, она все еще чувствовала себя истощенной, ее мышцы болели, и она догадывалась, что другие страдают так же.Когда они тронулись в путь, Луса заметила, что Таккик выглядел особенно усталым, преследуемым и грустным. Но ей было трудно испытывать сочувствие. Здорово, что он вчера спас Каллика, но я не могу простить ему то, что он сделал с другими белыми медведями. Это не оправдание ему и его друзьям не хватилоЛуса отвернулась от Таккика, не желая уговаривать его поговорить с ней. Шила тоже явно не доверяла ему: она держалась от него подальше, по другую сторону Токло. Вся атмосфера была напряженной и тревожной, и Луза невесело брела вперед.Прежде чем они долго шли, Луса заметила, что Таккик очень медленно движется по льду, часто останавливаясь, чтобы осмотреться. Луса все еще не могла разглядеть никаких достопримечательностей и задавалась вопросом, что же такого увидел Таккик, что требовало такого пристального изучения.— Таккик, ты не можешь поторопиться? — спросил Каллик через некоторое время.Таккик обернулся и посмотрел на нее. «Вы хотите, чтобы я все понял правильно, не так ли?» — огрызнулся он.Каллик раздраженно зашипел, но больше ничего не сказал. Часть Лусы была рада, что Каллик на время отвлекся от суеты над ней.Когда они следовали за Таккиком, Луса заметила еще нескольких белых медведей, наблюдавших за их продвижением издалека. Она толкнула Токло. — Посмотри туда.Токло проследил за ее взглядом, а затем зарычал, предупреждая остальных. Они прижались друг к другу еще плотнее, хотя другие медведи не делали никаких попыток подойти ближе.«Они похожи на медведицу и двух медвежат», — заметил Яконе. «Шила, они...?»«Нет», — ответила Шила, грустно покачав головой. «Эти медвежата слишком стары, чтобы быть Пакаком и Тонраком».Несмотря на то, что они оставили странных медведей позади себя, Луса не могла избавиться от ощущения, что за ней наблюдают. Она прижалась к Токло, когда та поскользнулась и скользила по изрытому колеями льду.«Мы гуляли», — подумала она, стараясь не думать о том, как болят ее лапы. Шила еще больше хромала от травмы плеча, а Луса из моего живота с тоской думала о пышном лесу своей мечты, с большим количеством фруктов и листьев для сбора. Но вокруг нее тянулся туманный, негостеприимный лед.После еще одного долгого похода, которому не было видно конца, Таккик остановился. Впереди лед раскололся, оставив широкую полосу открытой воды. Сердце Лусы сжалось при мысли о том, что ей снова придется плавать. Я почти забыла, каково это – быть в тепле!Но вместо того, чтобы броситься в воду, Таккик отклонился в сторону, направляясь вдоль кромки льда.— Ты уверен, что нам не стоит идти прямо? Каллик бросил ему вызов.Таккик повернулся и посмотрел на нее. — Не думаю.Каллик фыркнул. Луса могла сказать, что подозревает, что лед все время меняется, и Таккик больше не был уверен, куда он идет.«Мы заблудились!» — воскликнула Шила, вцепившись когтями в лед. «Я никогда больше не увижу свою семью!»— Таккик, ты обещал! — прошипел Каллик. — Так что продолжай.«Я делаю все, что в моих силах!» Таккик огрызнулся на нее в ответ.Пока остальные спорили о том, в какую сторону идти, Луса плюхнулась на лед, воспользовавшись случаем короткого отдыха. Лед скрипел и булькал под ней, и она приложила к нему ухо, прислушиваясь. Это те самые духи, о которых говорит Каллик? Странно! Луса была рада, что ее собственные предки были окружены теплыми, живыми деревьями.Другие медведи все еще спорили, поэтому Луса продолжала прислушиваться к шепоту. Затем она услышала слабый царапающий звук, похожий на шаги лап. Ходят ли духи по льду? — поинтересовалась Луса. Вот оноЛуса села и огляделась. Немного поодаль она заметила кучу снега. Мгновение она задумчиво смотрела на него. Я почти уверен, что духи не двигаются в том месте, которое она решила. Медвежьи духи не передвигаются на своих деревьях, после того какРешительно она поднялась на лапы и пошла исследовать сугроб. Обнюхав окрестности, она нашла дыру; Из него доносились теплые медвежьи запахи, а изнутри доносились крошечные царапины лап.Луса помолчала, собравшись с духом, а затем ткнула носом в дыру.В тот же миг яростное рычание вырвалось из снежной кучи. «Отойди от моих медвежат!»Медведица выскочила из него, отбросив Лусу обратно на лед. Луса приготовилась к атаке, но увидела, как медведица остановилась, когда она нависла над ней, вытянув лапу для удара.«О чем она спрашивает, и ее глаза широко растянулись от изумления.— Я — я Луза, — запинаясь, пробормотала Луза. «Я черный медведь».Другие медведи собирались вокруг, Токло шел впереди. Затем Луса услышала вздох позади себя.— Ты их нашел! — воскликнула Шила, и ее голос был полон радости.Медведица отпрянула от Лузы, разинув пасть. «Шила! Это действительно ты? В голосе ее звучало счастье и изумление одновременно, как будто она с трудом могла позволить себе поверить в то, что видела.«Это действительно так», — ответила Шила, прихрамывая к матери и прижимаясь к ней.Сугроб снова вздымался, и два маленьких медвежонка пробрались на открытое пространство.«Шила! Шила!» — закричали они.«Пакак! Тонрак!» Шила опустила голову, чтобы коснуться носами с братьями, которые подпрыгивали вокруг нее, издавая визги возбуждения. Они упирались лбами в ее шерсть и пытались вскарабкаться на нее, как будто им не терпелось снова поиграть с ней.Луса вскарабкалась на лапы и стряхнула снег со своей шкуры. Волна удовлетворения захлестнула ее, когда она наблюдала за воссоединением Шилы со своей семьей.«Я потеряла надежду увидеть тебя снова», — сказала Сакари своей дочери. «Прошло так много времени...»«Лед раскололся, и я был отрезан», — объяснил Шила. «Мне нужно было спуститься на сушу, и какие-то когти поймали меня и посадили в огненного зверя. Он разбился, и эти медведи спасли меня».Удивленный взгляд Сакари обратился к Лусе и ее друзьям. Токло шагнул вперед. "Вы встречались с Лузой", - сказал он. «Я Токло, а белые медведи — Каллик и Яконэ».Сакари склонила перед ними голову. «Спасибо за то, что спасли мою дочь и вернули ее мне». Затем радость исчезла с ее лица, когда она поняла, что есть один медведь, которого Токло не представила. — Я его знаю, — прорычала она, глядя на Таккика. «Он один из медведей, которые разрушили мою берлогу и украли тюленя, которого я поймал». Огрызнувшись от враждебности, она повернулась к Токло. «Что происходит?» — спросила она. «Это ловушка?»Ответил Каллик. «Это мой брат, Таккик. Он привел нас сюда. Он сожалеет о том, что сделал, и хочет помочь».— Но в конце концов тебя нашла Луса, — вставил Токло.Сакари перевел взгляд с Каллика на Таккика и обратно. Луса видела, что она все еще очень подозрительна. «Эти медведи доставили столько неприятностей», — сказала она.Таккик не ответил, только стоял немного поодаль, угрюмо глядя на Сакари.Сакари демонстративно повернулась к нему спиной. «Где твоя семья?» — спросила она Каллика.«Таккик — единственная моя семья, — объясняет Каллик. «Моя мать, Ниса, погибла, спасая меня от косаток».Сакари резко вдохнула. «Вы молоды, чтобы быть в одиночестве», — сказала она.Каллик обменялся кривым взглядом с Лусой, которая могла читать мысли своей подруги: «Если бы только Сакари знала, как далеко мы прошли!»— Я знал твою мать, Нису, когда мы были маленькими, — продолжал Сакари. «Мне грустно слышать, что она ушла, чтобы присоединиться к духам».Луса почувствовала укол грусти от того, что никогда не встретит медведей, которые знали бы ее семью. Ашия и Кинг были так далеко от дикой природы, в Медвежьей чаше. Каллик вернулся домой, но я никогда не смогу этого сделать.Пока ее мать разговаривала с Калликом и остальными, Шила копалась в рухнувшем логове. «Здесь едва ли хватит места для одного медведя, не говоря уже о трех!» — воскликнула она. «Нам нужно восстановить его снова».Сакари покачала головой, мягко остановив дочь, положив лапу ей на плечо. «В этом нет смысла», — сказала она. «Медведицы больше не строят берлоги для своих медвежат, потому что это выдает то, где они находятся. Знаешь, к его друзьям, — добавила она, кивнув в сторону Таккика.«Это ужасно!» Голос Шилы был полон смятения. — Значит, ты должен жить в руинах?«Я сделаю все, чтобы мои детеныши были в безопасности», — сказал ей Сакари.Каллик шагнул вперед. «Ну, это изменится», — заявила она. «Таккик, ты должен сказать этим медведям, что они не могут продолжать это делать. Они не могут терроризировать других медведей!»— Я уже говорил тебе! Таккик вспыхнул гневом, хотя Лузе показалось, что она может разглядеть след страха в его голосе. «Я не могу изменить то, что они делают. Они думают, что у них есть веские причины для того, чтобы отгонять медведей от своей добычи. Как ты думаешь, как я смогу их остановить?— Хватит! — зарычал Токло на Таккика. «Ты даже не собираешься пытаться защитить других медведей от своих друзей, не так ли?»«Что я могу сделать?» — повторил Таккик, ощетинившись, глядя на бурого медведя. «Они думают, что они правы, бросая вызов другим медведям. Даже если бы я был готов сразиться с ними, они превосходят тебя и твоих друзей числом.«Подождите». Луса почувствовала прилив волнения, когда ее осенила идея. «Что, если бы они не превосходили нас числом?» Повернувшись к Шиле, она продолжила: «Разве ты не говорила, что Салик и его медведи издеваются и издеваются над всеми медведями вокруг? Что, если они объединятся, чтобы постоять за себя и друг за друга?»Шила с сомнением покачала головой. «Это никогда бы не сработало. Белые медведи ведут одиночный образ жизни. Они так не встречаются».Яконэ встал рядом с Лузой. «Белые медведи, откуда я родом, живут и работают вместе, как группа», — сказал он Шиле. «Я знаю, что медведи здесь этого не делают, но это возможно».— Якон прав, — согласился Токло. «Когда это необходимо, любой медведь может найти в себе волю бороться наилучшим образом, чтобы выжить».«Но лед ломается слишком быстро», — утверждает Таккик. «Охотничьи угодья сокращаются, и это вынуждает белых медведей бороться за тюленей. От этого никуда не деться. Каждый медведь сталкивается с голодной смертью, когда ему приходится выходить на сушу, поэтому нам приходится есть, пока мы здесь, на льду!»— Нет, — решительно ответил Каллик. «Это неправда. У белых медведей есть еще один способ выжить, когда лед тает. Я научился использовать навыки охоты на бурого медведя, чтобы ловить добычу на суше. Когда лед растает, вы все можете сделать то же самое. Токло может научить вас»."Да", - вмешалась Луза, ее возбуждение росло. «И я покажу вам, как найти кору и листья, которые вы можете есть. Мы сделали это для Акны; Мы можем помочь и вам!»— И если ты собираешься объединиться, чтобы противостоять Салику, — продолжал Каллик, — Токло тоже может научить тебя драться.«Мы знаем, как воевать, спасибо», — резко сказал Таккик.Каллик повернулась, чтобы пристально посмотреть на брата. — До сих пор это не приносило вам особой пользы, не так ли?"А бурые медведи дерутся по-другому", - добавила Луса, глядя на всех белых медведей. Оптимизм переполнял ее от ушей до кончиков когтей. «Если Токло научит вас этому, вы сможете победить Салика и его банду, потому что у вас будут трюки, которых они не ожидают». Она повернулась туда, где молча стоял бурый медведь. — Что ты думаешь, Токло?