Глава 8. Тайна острова Канхвадо

Глава 8. Тайна острова Канхвадо

Кан не спал всю ночь. Он сидел в номере 304, пил растворимый кофе из пластикового стаканчика и читал всё, что мог найти об острове Канхвадо в интернете. Информации было мало — странно для острова, который находится всего в часе езды от Сеула и считается историческим местом (там были и монгольские нашествия, и французская экспедиция 1866 года, и японская оккупация). Но именно эта «историческая» легенда, как понял Кан, служила прикрытием для другого, более тёмного слоя истории.

Он нашёл старую статью в архиве независимой газеты «Ханкёре», датированную 2007 годом. Статья называлась «Бункеры под Канхвадо: наследие диктатуры или современный секрет?». Журналистка (её имя было стёрто из базы данных — кто-то очень постарался) утверждала, что под островом существует сеть подземных бункеров, построенных ещё при Пак Чон Хи в 1970-х годах для правительства на случай ядерной войны. В 1990-х бункеры законсервировали. Но в 1998 году, незадолго до прихода к власти Ким Дэ Чжуна, бункеры были тайно реактивированы — группой людей, назвавших себя «Комитетом национальной безопасности в чрезвычайных ситуациях». В статье говорилось, что в бункерах установлены серверы, на которых хранится компромат на всех значимых политиков и бизнесменов Южной Кореи за последние 30 лет.

Статья вышла в печатной версии газеты 12 мая 2007 года. На следующий день газета «Ханкёре» получила предупреждение от Комиссии по национальной безопасности. Журналистка исчезла. Её нашли через две недели в её собственной квартире — она покончила с собой, оставив предсмертную записку: «Я солгала в статье. Не ищите бункеры. Их нет». Кан знал этот почерк. Он видел такие «самоубийства» десятки раз. Записка была напечатана на принтере — без подписи, без эмоций. Профессиональная работа.

— Чхве, — позвонил Кан в шесть утра. — Ты знаешь что-нибудь о бункерах на Канхвадо?

Трубка молчала несколько секунд. Затем Чхве ответил тихо, почти шёпотом:

— Откуда ты знаешь об этом? Это уровень секретности «три звезды». Я не имею права даже говорить об этом.

— Чхве, девочка утонула в 2002 году. Потому что она узнала про эти бункеры. Или про то, что в них хранится. Ри Су-ён убили, потому что она хотела продать содержимое этих бункеров Северу. Сон Чжэ-вон и Дон Хёк-чэ — хранители этих бункеров. Так? Скажи мне правду.

— Я не могу, — голос Чхве дрожал. — Если я скажу, они убьют мою семью. Ты понимаешь? Они уже убивали. В 2007 году они убили журналистку. В 2012 году они убили прокурора, который начал расследование. В 2019 году они убили свидетеля, который хотел дать показания. У них везде люди.

— Тогда просто скажи «да» или «нет». Бункеры существуют?

Долгая пауза. Кан услышал, как Чхве глубоко вздохнул.

— Да, — сказал он. — Существуют. Три уровня. Вход с западной стороны острова, под старым маяком. Доступ — биометрия трёх человек. Сон Чжэ-вон (сетчатка), Дон Хёк-чэ (отпечаток пальца) и... третий. Третьего я не знаю. Никто не знает. Даже Сон не знает. Третий появляется только в экстренных случаях.

— Как архив называется?

— «Самидон». Что значит «Три востока». Но это не только архив. Это ещё и система управления. Они контролируют всё: судей, прокуроров, депутатов, генералов. У них есть досье на каждого, кто хоть что-то значит в этой стране. И если ты не подчиняешься — твоё досье становится публичным. Твоя карьера кончается. Твоя жизнь кончается.

— Почему ты работаешь на них, Чхве?

— Потому что если я не буду работать на них, они найдут кого-то другого. А так я хотя бы могу предупреждать таких, как ты. Я могу сливать информацию. Я могу... — его голос сорвался. — Я могу попытаться искупить.

Кан закрыл глаза. Ещё один. Ещё один человек, который пытается искупить вину. Целая страна, состоящая из людей, которые хотят искупить, но не знают как.

— Спасибо, Чхве, — сказал он. — Ты спас больше жизней, чем думаешь.

Он повесил трубку и посмотрел на карту острова Канхвадо на экране ноутбука. Западная сторона. Старый маяк. Он увеличил изображение. Маяк был построен японцами в 1910 году, заброшен в 1980-х. На спутниковых снимках Google Earth — обычные руины. Но если присмотреться, к маяку ведёт асфальтированная дорога, скрытая деревьями. И рядом с маяком — свежий след от шин. Не туристический. Военный.

Кан знал, что должен поехать туда. Один. Ночью. Но сначала нужно было разобраться с другим делом — Ри Су-ён и её кардиостимулятором. Потому что кардиостимулятор был ключом к пониманию того, кто именно её убил. И, возможно, ключом к третьему члену «Самидон».

Он достал блокнот и написал план на сегодня:

1. Утро — звонок Пак (судмедэксперт): спросить про возможность дистанционного отключения кардиостимулятора через взломанный телефон.2. День — встреча с Юн Со-ён (жена Сона) в Сеуле. Она обещала показать папку с фотографиями десяти женщин.3. Вечер — поездка на Канхвадо. Разведка маяка.4. Ночь — возвращение в Пхохан, встреча с Джун-хваном (братом). Убедить его не убивать Сона.

План был безумным. Невозможным для одного человека. Но у Кана не было выбора.

Он взял рюкзак, положил туда фонарик, блокнот, запасные батарейки, бутылку воды и старый армейский нож (подарок отца, который воевал во Вьетнаме). Затем вышел из гостиницы и сел в арендованную машину — серую «Kia K5», неприметную, как мышь.

Пхохан просыпался. Рыбаки тащили сети, чайки кричали над водой, старухи в резиновых сапогах продавали кальмаров на рынке. Кан проехал мимо пирса, где нашли мешок. На мгновение ему показалось, что он увидел девочку — она стояла на краю пирса и смотрела на него. Но когда он моргнул, её не стало.

— Прости меня, — прошептал он. — Я вернусь за тобой.

И уехал в сторону Сеула.