𝖓𝖎𝖓𝖊𝖙𝖞-𝖔𝖓𝖊

Алекса появилась через дорогу от жёлтого дома – не совсем там, куда изначально собиралась. Она фыркнула, оглядываясь по сторонам. По улице шли несколько детей с родителями.

Оглянувшись назад, девушка заметила кусты прямо за своей спиной и быстро закинула туда портфель, после чего отряхнула пыль с брюк. Вздохнув, она направилась к переулку, но вдруг что-то привлекло её внимание.

Жёлтый дом напротив оказался домом Эллисон. А у обочины стоял молоковоз. Тот самый грузовик, на котором обычно ездили шведы.

Дерьмо.

Алекса резко посмотрела по сторонам, убедилась, что дорога свободна, и поспешила перейти улицу. Её взгляд неотрывно следил за грузовиком, пока она поднималась по ступенькам крыльца.

Чёрт, чёрт, чёрт. Пусть это будет просто совпадение.

Она постучала в дверь.

Проклятье.

Дверь оказалась распахнута настежь. А значит, они уже внутри. Хрустнув костяшками пальцев, Алекса глубоко вдохнула и вошла: — Помо...

Хриплый звук слева заставил её резко повернуть голову.

Эллисон лежала на полу между кофейным столиком и креслами. Над ней нависал швед – тот самый, что напал на Пятого в консульстве. Девушка задыхалась, кашляла, пытаясь выговорить: — До меня дошёл...

Алекса метнула взгляд к дверному проёму. В гостиной Рэймонд отчаянно отбивался от второго шведа, вооружённого кастетом.

Сдавленный стон вернул её внимание к Эллисон. Швед над ней вдруг схватился за глаз, в котором будто образовался вакуум. Лицо его покраснело, дыхание сбилось. Он завопил, зажимая глаз ладонью, но кровь уже проступала сквозь пальцы.

Алекса не колебалась: с разворота врезала ногой ему в бок. Мужчина пошатнулся и отступил. Краем глаза она заметила, как Рэймонд схватил со стола нож и вонзил его другому противнику в ногу.

Не отвлекаясь на остальное, Алекса сосредоточилась на шведе с повреждённым глазом. Он всё ещё закрывал его рукой.

Эллисон поднялась с пола и подбежала к Рэймонду. Алекса, напротив, сделала шаг вперёд и вновь ударила шведа – теперь в живот. Тот согнулся, закашлялся и отлетел на диван.

— До меня дошёл слух, что ты убил своего брата, — эхом прозвучал голос Эллисон, пока она смотрела на второго шведа, продолжавшего душить Рэймонда.

Рэймонд рухнул на ковер, задыхаясь, когда противник наконец разжал хватку. В этот миг глаза шведа, до того мутные и стеклянные, вернулись в норму. Он резко двинулся вперёд, и Алекса едва успела отскочить в сторону.

Она отступила назад и оказалась рядом с Эллисон, которая поддерживала Рэймонда. Алекса машинально поправила куртку.

Братья сцепились между собой. Один выколол другому глаз, и оба захрипели, борясь за воздух. Человек без глаза издавал всё более рваные, сдавленные звуки. Тот, кто оказался сверху, закричал, но тут же получил серию ударов и вцепился в пальто брата.

Через секунду ноги одного из них обмякли, тело безвольно повисло.

У второго расширились глаза, когда до него дошло, что он натворил. Захлёбываясь всхлипами, он отшатнулся, спотыкаясь, и с диким воплем выскочил за дверь.

— Эллисон?.. — хрипло произнёс Рэймонд, делая шаг назад.

Эллисон уже дышала ровнее. Она не сводила глаз с мужчины на диване, пока тот окончательно не исчез из поля зрения. Затем подошла к двери, закрыла её и заперла на ключ.

— Что нам теперь делать? — спросил Рэймонд, положив руку ей на плечо. Эллисон ответила тем же движением, молча прижимаясь к нему.

— Чёрт! — выдохнула она у двери, достаточно громко, чтобы её услышали. Быстро взглянув на часы, добавила: — Твою мать! Эллисон... — начала Алекса, возвращаясь в гостиную, и заметила, что Эллисон тоже смотрит на кухонные часы. — Мы не пришли вовремя. Пятый взбесится.

Эллисон покачала головой, всё ещё тяжело дыша. Алекса кивнула на ковер: — Эй, я возьму этот ковер. Нужно завернуть труп и вывезти. Спрятать тело не так уж сложно – главное знать, где.

В комнате воцарилась тишина.

— Ладно, я сама заверну его в ковер, если вы не хотите, чтобы нас арестовали за убийство, — сказала она чуть громче, но всё же так, чтобы соседи не услышали.

Рэймонд обошёл её сбоку, дыхание стало резким и частым. Указывая на мужчину на диване, он пробормотал: — О Боже милостивый... Что нам теперь делать? — голос его дрожал от паники.

— Всё хорошо, всё хорошо. Успокойся, Рэй, — мягко произнесла Эллисон, протягивая к нему руки.

— Успокойся? — переспросил он, наклоняясь к ней.

Алекса вмешалась, бросив взгляд на Эллисон: — Отличное убийство, Эллисон. Думаю, ты превзошла саму себя.

Эллисон метнула на неё возмущённый взгляд, но тут же снова повернулась к Рэймонду, стараясь его поддержать.

— Эллисон, ты только что убила чёртового продавца пылесосов в нашей гостиной! — сорвался Рэймонд, указывая на тело.

Алекса покачала головой: — Это не продавец пылесосов.

— Ладно, неважно. Технически его убил брат, — быстро вмешалась Эллисон, тоже показывая на диван. — И она права: они сюда пришли не пылесосы предлагать.

Рэймонд наклонился к ней и резко выдохнул: — На нашем диване лежит мёртвый белый мужик.

Он отступил, опуская руки. Эллисон снова посмотрела на тело и вздохнула: — Да, выглядит это... мягко говоря, плохо.

— О, нас посадят, — пробормотал Рэймонд и начал нервно ходить по комнате. — Всё кончено, Эллисон. Нам конец.

Эллисон зажала лоб рукой и тоже заходила из стороны в сторону.

— Нет, если мы избавимся от тела, — вмешалась Алекса. Их взгляды обратились к ней. — Я же говорила: ковер, и всё будет чисто. Я раньше уже... — она замолчала, заметив, как оба подняли брови. — Неважно. — Алекса покачала головой. — Моя мать очень осторожная женщина. Ты думаешь, люди в комиссии не знают, как прятать тела? Это буквально во второй главе.

— Что? — переспросила Эллисон, ещё сильнее приподняв брови.

— Я научилась прятать тела лет в одиннадцать. Так что всё будет в порядке, никто...

В этот момент в дверь громко постучали.

Все трое синхронно повернули головы. Рэймонд судорожно вдохнул и опустил взгляд, а потом снова поднял его на Эллисон: — Хорошо. Ладно, — его голос дрожал, он сделал шаг назад и выставил руку, словно пытаясь удержать её на месте.

Алекса сделала шаг к двери, положив руку на рукоять одного из кинжалов. Эллисон перехватила её взгляд и покачала головой – мол, останься. Алекса в ответ тоже качнула головой: не собирается.

Она придвинулась ближе, встала спиной к стене. Лезвие блеснуло в её руке, готовое к удару. Рэймонд осторожно выглянул через занавески на дверном окошке и тяжело выдохнул. В тот же миг замок щёлкнул, дверь распахнулась.

Алекса напряглась, но, увидев, кто вошёл, облегчённо выдохнула и убрала кинжал.

— Боже... Клаус, — пробормотала она.

Рэймонд шагнул к ней, но Клаус уже ввалился в дом, лениво махнув рукой.

— Привет, Рэй-Рэй, Алекса. Простите за поздний визит, но, э-э... — начал он своим привычным тоном.

— Клаус, сейчас не время, — тихо сказал Рэймонд.

Услышав имя, Эллисон наклонилась вперёд.

— О, прости! — Клаус тут же оживился. — Эллисон! Эй! — он с радостью протиснулся между Алексой и Рэймондом и крепко обнял сестру. — Я так волновался за тебя. Слава Богу, ты цела.

Рэймонд закрыл дверь, тяжело вздохнул и посмотрел на Алексу. Она пожала плечами, и они вместе вернулись в гостиную, где Клаус всё ещё держал Эллисон в объятиях.

— У вас такие кислые лица. В чём дело? — спросил он, отстранившись. — Что, поругались?

— Мы собираемся прятать труп, — невозмутимо произнесла Алекса, усаживаясь на стул.

Клаус рассмеялся: — Отличная шутка, Алекса. Такое чувство, что ты становишься собой лишь возле Пя...

Она тихо откашлялась и указала на диван.

Клаус нахмурился, обернулся – и замер.

— О-о-о... — протянул он, пятясь назад. — Ух ты. — На губах мелькнула улыбка. — И правда труп. — Он подошёл, слегка наклонился и положил руки на ноги мёртвого мужчины. — Я понял, — пробормотал он. Потом выпрямился и кивнул остальным: — Это один из троицы братьев?

— Да, — коротко ответила Эллисон.

— Так что, мы его сожжём или похороним?

Рэймонд посмотрел на него, будто перед ним сумасшедший. Эллисон лишь устало выдохнула.

— Я бы предложила похоронить, — сказала Алекса, поднимая палец. — Но и сжечь можно. Я открыта для предложений.

— Замечательно! — обрадовался Клаус, хлопнув в ладони. — Я тут подумал...

— Клаус, где Пятый? — перебила его Алекса.

Тот удивлённо поднял брови и отмахнулся: — О, не знаю. Они с Лютером куда-то ушли.

Алекса шумно втянула воздух: — Он говорил, куда именно?

— Ха, нет. Сказал, что к чёрту всё и всех. Думаю, задумал что-то... невообразимое.

Алекса нахмурилась, глядя в пол.

— Ясно... — прошептала она. И вдруг её глаза расширились. Осознание обрушилось резко, холодной волной. — Чёрт.