𝖊𝖎𝖌𝖍𝖙𝖞-𝖓𝖎𝖓𝖊

— Почему вы с Пятым пришли в крови? — спросил Диего, ведя машину. Алекса сидела рядом на пассажирском сиденье.

— Мы были на выпускном у Кэрри, — ответила она, поправляя сложенный плащ, лежавший между ними.

— У кого? — Диего приподнял бровь и слегка повернул голову к девушке.

— Кэрри. Не смотрел фильм? — уточнила Алекса, глядя на него.

Он пожал плечами, явно не понимая, о чем речь.

— Господи, — она покачала головой. — На выпускном на неё выливают свиную кровь. Это фильм по книге Стивена Кинга.

— То есть нормального ответа я не получу? — уточнил Диего.

Алекса молча покачала головой.

— Хорошо. Тогда почему…

— Мы идем или играем в «двадцать вопросов»?

Диего фыркнул, проигнорировав её замечание: — Почему Пятый сказал, что убьёт меня, если с тобой что-то случится?

— Откуда мне знать, Диего?

— Ты ужасная лгунья. Ты всё прекрасно понимаешь, даже если отнекиваешься, — сказал он, когда машина остановилась у особняка.

— Что?

— Я вижу, как он на тебя смотрит, — спокойно произнёс Диего, выключая двигатель и поворачиваясь к ней. — Словно ты для него – весь мир. А ты смотришь на него так, будто он для тебя – звёзды. Ты не хочешь это признавать, но знаешь, что это правда.

Он вздохнул.

— Он очень заботится о тебе, Алекса. Или… он просто придурок.

— Диего, — перебила его Алекса и слегка хлопнула по руке.

Он нахмурился и обернулся в ту сторону, куда она указала.

— Господи… — пробормотал он, качая головой.

Они подошли ближе. Девушка сидела у Клауса на коленях, прижавшись к нему всем телом. Диего и Алекса остановились рядом, скрестив руки и наблюдая за сценой.

— Да, это так, папочка, — хихикнула девушка, запуская пальцы в волосы Клауса и осыпая его поцелуями в щёки и шею.

— О-о-о, эй-эй… — попытался возразить Клаус.

Но девушка лишь промурлыкала, продолжая целовать его.

— Подожди… — начал он, но её стон перебил его. — Ой! Ладно, ладно!

— Привет, папочка, — усмехнулся Диего, вмешиваясь. — У тебя найдётся минутка?

Девушка отстранилась, а Клаус с удивлением уставился на них.

— Диего! — воскликнул он, затем повернулся к Алексе. — И… Алекса!

— Чёрт, ты не видел меня всего пару дней и уже забыл имя? — поддела его девушка, приподняв бровь.

— Вставай, нам пора, — сказал Диего, отворачиваясь.

Девушка недовольно слезла с Клауса.

— Да, я сейчас, — кивнул тот и, поднявшись, спотыкаясь, пошёл следом. — Обещаю, — пробормотал он, когда Диего положил ему руку на спину.

— Пошли, — коротко бросил Диего, и они втроём направились дальше.

Алекса сунула руки в карманы, проходя мимо дерева.

— Тебе нужно идти с нами, — сказал Диего.

— Куда? — спросил Клаус.

В этот момент мимо прошла женщина. Она приложила ладони ко лбу и поклонилась:

— Пророк. Пророк… — прошептала она и ушла.

— Что за… — нахмурилась Алекса, проследив взглядом за женщиной, а потом снова посмотрела вперёд. — Мы с Пятым нашли способ вернуться в 2019-й.

— Да, мы возвращаемся домой, — подтвердил Диего.

Клаус тихо рассмеялся: — Так здорово снова тебя видеть, Диего. И познакомиться с тобой, Алекса. Я всё гадал, когда у Пятого появится девушка.

— Клаус, мы уже обсуждали это. Он не мой парень. Что, блять, с тобой происходит?

— Ты вообще слушал, что мы только что сказали? — нахмурился Диего.

— Да, — кивнул Клаус, наклоняясь ближе.

Алекса приподняла бровь, качнув головой.

— Ты под кайфом? — спросил Диего.

— Нет, — покачал тот головой. — Я не Клаус.

Все трое остановились. Он положил ладонь рядом с рукой Диего, и Алекса наклонилась ближе.

— Я – Бен.

Диего сделал шаг вперёд: — Ты под кайфом. — Он уже собирался схватить Клауса за руку и повести дальше вместе с Алексой: — Послушай, у нас нет на это времени.

— Я могу это доказать, — перебил Клаус, не давая им уйти. — Спроси меня о чём-нибудь, что знал только Бен.

Диего нахмурился, отвёл взгляд, потом снова посмотрел на него: — Хорошо. Когда мы были детьми, Бен перепрограммировал Тедди Ракспина Эллисон, чтобы он говорил?..

— «Лютер нюхает папины трусы», — протянул Клаус нараспев, покачивая головой из стороны в сторону.

У Диего изменилось лицо. Он отступил на шаг, вызвав тихий смешок у Бена. Тот прикрыл рот ладонями.

— Срань господня… — прошептал Диего, не веря своим ушам. Потом шагнул вперёд и крепко обнял Бена.

Он покачал головой, отстраняясь: — Я не понимаю. Клаус говорил, что ты не переместился сюда.

— Ну, Клаус много чего говорит, — усмехнулся Бен. — Но теперь я могу управлять им. И это чертовски круто.

Диего прижал ладони к его лицу, покачал головой и тяжело выдохнул: — Ладно. Всё расскажешь по дороге в 2019-й, ясно?

Он положил руку Бену на спину, и они снова пошли вперёд. — Сколько у нас времени, Алекса?

Девушка закатала рукав и взглянула на часы отца: — Около тридцати минут.

Диего кивнул.

— А как же «Дети судьбы»? — спросил Бен. — Мы можем оставить их здесь. Но Клаус ведь должен быть тем, кто скажет им…

— О, нет-нет-нет, — перебил его Диего, указывая пальцем. Он похлопал Бена по груди и обнял за плечо: — Ты остаёшься в этом теле. Нам нужен кто-то вменяемый за рулём. Понял?

— Хорошо, Диего. Подождёте меня? — спросил Бен.

Они остановились у края тротуара. Диего посмотрел на него и покачал головой: — Десять минут, не больше.

— Вообще-то… — начала Алекса, Диего взглянул на часы и перевёл взгляд на нее. Она кивнула. — Сначала нам нужно кое-что уладить. Встретимся в переулке за «Морти» через полчаса.

Он положил руку Бену на плечо, прищурился: — Не опаздывай.

— Не опоздаю.

— Хорошо. Потому что от этого зависит мир, — добавила Алекса.

Бен серьёзно кивнул: — Я буду вовремя. Обещаю.

— Рад видеть тебя снова, брат, — сказал Диего, снова обхватив его лицо ладонями.

— Я тоже, — ответил Бен, усмехнувшись.

Алекса и Диего развернулись и пошли прочь.

________

Алекса и Диего стояли внутри ямы, вырытой ими всего на пол метра в глубину. Алекса сняла куртку и отбросила её в сторону, а Диего повязал свою вокруг талии. Оба держали в руках лопаты, расширяя яму, пока неподалёку лежал укрытый Эллиот.

Диего то и дело останавливался, чтобы вытереть лоб. Если бы не солнце и удушающая жара, они справились бы куда быстрее.

Тяжело дыша, он отбросил очередную порцию земли и позволил лопате повиснуть в руках. Прищурившись, посмотрел на Алексу. Та фыркнула, швырнула ком земли и грубо воткнула лопату обратно в грунт.

— Как, чёрт возьми, ты ещё не свалилась в обморок? — выдохнул Диего.

Алекса поставила лопату вертикально и облокотилась на неё: — Я справлялась и с похуже, когда сутками почти не спала и толком не ела, — ответила она прямо, покачав головой.

Она снова выдернула лопату из земли и продолжила копать. Переместившись чуть в сторону, Алекса углубила яму. Диего вздохнул и последовал её примеру.

— Итак, что значит татуировка у тебя на руке? — спросил он.

Она замерла на секунду, потом воткнула лопату обратно: — А все татуировки обязательно должны иметь значение? — бросила с усталостью в голосе, заправив прядь за ухо.

— Ты не похожа на человека, который набьёт татуировку просто так, — сказал он, пожав плечами и вновь вонзив лопату в землю.

— Почему всех вдруг так... — она швырнула землю за спину, — заинтересовала эта чёртова татуировка? У меня полно других. На спине, например, «эффект бабочки» и цитата из грёбаного Шекспира. Но всем плевать. — Она сделала паузу, снова взмахнув лопатой. — Все спрашивают только про ту, которую я ненавижу. — Она остановилась, выдохнула и посмотрела на Диего: — Почему это тебя волнует?

Он пожал плечами, возвращаясь к копке: — Без особой причины. Просто любопытно. Где ты её сделала?

— Я не скажу, — отрезала Алекса.

— Не хочешь или не можешь?

— Послушай, это не лучшее воспоминание, — сказала она и покачала головой. — Я не рада, что она со мной, но и убирать не стала. Это напоминание о том, что я прошла через это.

— Всё не может быть так плохо, — возразил он.

Алекса подняла взгляд, усмехнулась и покачала головой. Затем снова углубилась в землю лопатой.

— Хочешь знать, где я её набила? В Германии. И имени у меня там не было.

— Что значит – не было имени? — нахмурился Диего.

— Я была заключённой. Номер 44-36.

— Чего?..

— Боже, Диего, — фыркнула Алекса. — Это значит, что меня отправили в чёртов концентрационный лагерь.

Она замерла вместе с ним. Потом тяжело выдохнула и снова занялась землёй.

— Концлагерь?..

— Я не хочу об этом говорить, — спокойно ответила она.

Диего опустил лопату: — Ты рассказывала об этом Пятому?

Алекса остановилась, качнула головой: — Нет. Никому. Мой отец и дядя догадывались, что-то было не так, пытались уговорить меня на терапию. Но я не смогла. Для них это было очевидно: человек не может вернуться в таком состоянии и вести себя так, словно ничего не произошло. Они знали, что я скрываю, насколько всё было плохо, но я отказалась рассказывать.

Она вздохнула, задержав взгляд в земле: — Я никогда никому об этом не говорила. И ты тоже не скажешь. Особенно Пятому.

— Он вообще знает? Я про татуировку.

— Да, — вздохнула Алекса. — Он пытался поговорить со мной об этом, но я почти ничего не сказала. Я оставила подсказку, но сомневаюсь, что он понял.

— И какой был намёк? — спросил Диего, тяжело дыша и быстро вытирая лоб.

Она фыркнула : — Arbeit macht frei, — сказала она и снова вонзила лопату в землю. — «Труд освобождает», — пробормотала, отбрасывая комья за спину.

— И в чём тут намёк?

Алекса заскрипела зубами, вгоняя лопату глубже. — Эта надпись висит на воротах Освенцима.

Позади них, по траве, послышались шаги. Диего и Алекса подняли головы.

— О, отлично, — буркнул Диего, ускоряя копку. — Это она и её лживое лицо.

Алекса закатила глаза, но тоже прибавила темп.

К ним приближалась Лайла. — Странное время для садоводства, — заметила она.

— Не начинай светскую беседу, — устало вздохнула Алекса и вдавила лопату ногой в землю.

— Мы можем поговорить? — спросила Лайла, ос танавливаясь. — На этот раз по-настоящему. — Она снова шагнула вперёд.

— О, я знаю всю правду, — бросил Диего, замедлив движения. — Ты использовала меня, Лайла. Ты врала.

— Правда? И о чём же я врала? — приподняла она бровь.

— О том, кто ты, на кого работаешь, зачем ты здесь и что тебе от нас нужно. Всё.

— Но всё остальное было правдой, — усмехнулась Лайла, раскинув руки.

Алекса склонила голову набок и, воткнув лопату в землю, подняла взгляд: — Поверь, я пыталась так соврать Пятому, — вздохнула она, поднимая на лопату очередную порцию земли. — Закончилась эта история не так, как я планировала. — Она фыркнула и отбросила землю за спину.

Лайла качнула головой, всмотрелась в неё: — Как ты вообще почти не потеешь?

Алекса ухмыльнулась: — Я выкапывала ямы в двадцать раз больше этой. Без еды, без воды, без сна, часами подряд. Думаю, с маленькой дыркой и лёгкой жарой я справлюсь.

Диего вздохнул и продолжил копать рядом с Алексой. Лайла пожала плечами и снова повернулась к нему: — Все лгут, Диего. И я врала только для того, чтобы защитить тебя. — Она сделала ещё пару шагов вперёд.

— Они в это не верят, Лайла, — резко вставила Алекса, покачав головой.

Диего поднял взгляд, уставившись на Лайлу. — В основном не врала, — добавила она, остановившись всего в метре от них.

Он сделал шаг ближе к ней, вонзив лезвие лопаты в землю и упершись руками в конец черенка: — Ты знаешь, как трудно доверять людям, когда всё твоё детство оказалось чёртовой манипуляцией?

Алекса перестала ковырять землю и повернула голову к Диего.

Лайла замерла, уставилась в песок и коротко кивнула: — Угу, — тихо сказала она.

— Тогда почему ты так поступила со мной? — спросил он.

Лайла избегала его взгляда, и Диего, кивнув, отступил на шаг.

— Вот что я скажу... — начал он и снова принялся копать. — Мы закончим с ямой, спасём мир и забудем, что когда-либо встречались.

Лайла медлила, прежде чем повернулась в сторону, где лежал Эллиот. Она нахмурилась: — Подождите, это... тот парень из магазинчика?

— Эллиот, — буркнула Алекса.

Диего, разрыхляя землю, проворчал: — Твои шведские приятели убили его.

Лайла подошла к простыне, осторожно приподняла её и увидела тело.

— О, чёрт, — выдохнула она и снова накрыла его. Сделав шаг назад, она натянуто улыбнулась, но улыбка тут же исчезла. — Мне нравилось красить ему ногти.

Они оба её проигнорировали и продолжили копать. Лайла опустила взгляд и вздохнула, потянувшись к поясу.

— Только попробуй достать пистолет – клянусь Дьяволом, — предупредила Алекса, тяжело дыша и качая головой.

Лайла сделала шаг назад, вытянула фляжку и, бросив ещё один взгляд на тело под простынёй, отвинтила крышку: — Ну... — она повернулась к ним. — Выпьем за Эллиота.

Сделав несколько шагов вперёд, она подняла фляжку в воздух.

— Я буду скучать по его безумным теориям, — сказала она и улыбнулась Диего. — И по тому, что мы делили с тобой его постель.

Алекса поперхнулась и едва не вырвала: — Фу... отвратительно, — пробормотала она, качая головой.

Диего застыл с лопатой в руках, а Лайла метнула на Алексу злой взгляд: — Ты же буквально с Пятым...

— У меня есть десять способов убить тебя этой чёртовой лопатой, — перебила её Алекса, не переставая копать.

Лайла опткинула голову, сделала глоток из фляжки и, вытерев губы, протянула её сестре.

Алекса пожала плечами, взяла фляжку и, прежде чем отпить, едва заметно поднесла её к носу. Запах сразу дал понять: это было далеко не просто спиртное. Она сделала вид, что глотнула, и протянула фляжку Диего.

Тот запрокинул голову и осушил остатки, после чего небрежно отшвырнул фляжку и снова взялся за лопату: — Ну всё, закончили? — спросил он, глядя на Лайлу.

Неожиданно его движения прервались. Он нахмурился: — О...

Лайла обернулась и выплюнула остатки обратно во фляжку.

— Дерьмо.

Диего рухнул на песок и потерял сознание.

— Ага, — спокойно ответила Лайла, подходя к нему.

Попытавшись просунуть руки ему под мышки, она бросила взгляд на сестру – та всё ещё стояла на ногах.

Алекса откинула лопату в сторону и усмехнулась: — Думаешь, я бы так легко повелась?

— Да, — вздохнула Лайла.

Алекса фыркнула, схватила сестру за рук и рывком притянула к себе: — Я не тупица.