Глава 2

Случайных встреч не бывает — это или наказание, или испытание.

Проходит достаточно времени с момента прибытия. Я подхожу к столику, беру бокал шампанского и сомнительно кручу его в руках. Хотите сказать, что здесь пьют только это? Или шампанское приготовили специально для таких «приличных» девочек, как я? В принципе, какая разница. Пить что-то крепче я не рискну. Скептично осматриваю толпу: я не стараюсь их осуждать, но нарастает глухое раздражение. Вокруг слишком много обнаженного тела, резкого парфюма и липкого пьянства.

От скуки и зажатости выпиваю весь бокал залпом. Голова почти сразу начинает подозрительно кружиться — мой организм к такому не приучен. Настроение моментально увядает, зато нервозность сменяется тупым безразличием. Мысли о том, что платье, возможно, не сочетается с серьгами, а туфли не подходят по оттенку, наконец перестают меня мучить.

Люди отрываются, курят запрещёнку. Кто-то пляшет на столе, кто-то блюёт в туалете. Девушки практически раздеваются перед парнями, и меня это расстраивает. Неужели для кого-то секс на одну ночь — норма? У них вообще есть самоуважение? Наверное, сейчас это в порядке вещей, но это не круто. Совсем не круто. Хотя… мне-то какое дело? Никакого. Просто развлекаю себя ворчливыми мыслями.

Облизываю горячие губы — кровь прилила к лицу. В макушке начинает пульсировать, и я невольно сжимаю зубы. Надоело. Стою здесь который час, как безжизненный предмет декора, а Девис, похоже, окончательно обо мне забыла.

Протискиваясь сквозь потную толпу, я прокладываю путь к выходу. Оказавшись на свежем воздухе, замираю на пороге, жадно вдыхая прохладу. Аннет нигде не видно. Решаю вернуться и проверить второй этаж. Я прохожу мимо парней с сальными взглядами, намеренно опуская голову: сейчас мне меньше всего нужны новые знакомства. Преодолев последнюю ступень лестницы, я торможу. Тусклые желтые лампы освещают длинный коридор с рядами одинаковых дверей. Надеюсь, подруга не за одной из них.

— Кого-то потеряла? — обрушивается сзади дерзкий голос, и я буквально подпрыгиваю на месте.

Сердце пускается в бешеный пляс. Я разворачиваюсь на ватных ногах и выдыхаю: передо мной девушка. Она выглядит броско, даже агрессивно. Темные, как смола, волосы уложены в две забавные гульки, похожие на рожки, а остальные пряди идеально выпрямлены. Она смуглая, с пронзительными серыми глазами. Цвет кажется настолько нереальным, что я невольно задумываюсь — настоящий ли он?

​Пока я веду внутренние дебаты, незнакомка со стаканом виски выжидающе приподнимает бровь.

— Эм... Да, я ищу Аннет Девис, — голос предательски дрожит, но я пытаюсь придать ему уверенности.

Девушка склоняет голову набок, продолжая бесцеремонно меня изучать. Меня захлестывает раздражение, и я уже открываю рот, чтобы переспросить, но она опережает:

​— Видела её на улице. Минут пять назад она еще там была, — незнакомка пожимает плечами и теряет ко мне всякий интерес.

— Спасибо за помощь, — выдавливаю миловидную улыбку я и спешу.

Пальцы рук трясутся, обида на Девис колупает внутри. У института она обещала, что будет рядом, и пропала. Но злиться на нее не имеет смысла — типичная Аннет.

Выскочив на улицу, я снова вглядываюсь в толпу, надеясь выцепить взглядом знакомое лимонное платье. Внешний вид меня уже не волнует, подмигивания парней не трогают, я лишь хочу домой.

​Вдалеке мелькает желтое пятно: какая-то девушка в компании мускулистых парней удаляется в сторону от особняка. Не раздумывая, моя ли это Аннет, я бросаюсь следом. Пьяные гости не замечают моих попыток прорваться, обдавая меня запахом перегара и дешевого веселья.

​Выбегаю к дороге, но желтый силуэт исчез, словно его и не было.

​— Просто супер. Спасибо, Девис, — я угрюмо смахиваю волосы с лица.

Куда теперь идти? Пешком до дома точно не дойду — без подруги никак. Включаю телефон и хнычу. Одиннадцать часов. А завтра рано в институт. Что же делать? Может, она отошла? Если в доме её нет и во дворе тоже, стоит, наверное, обойти вокруг особняка?

Думать некогда — иду. Плетусь по еле освещённой дороге, сворачиваю в сторону. Дом почти остаётся за спиной, фонари тускнеют с каждым шагом. Застываю в переулке и понимаю: это была хреновая идея. Куда меня понесло? Так нельзя. Надо возвращаться.

Разворачиваюсь, чтобы бежать обратно, но внезапно тишину разрезает вопиющий крик. Звук настолько жуткий и полный боли, что я покрываюсь холодным потом и цепенею. Мне ведь показалось, да?

​Снова крик, переходящий в хриплое откашливание. Ужас пробивается под кожу, пульс колотится в самых кончиках пальцев. Ветер шевелит волосы, щекоча шею, — это прикосновение кажется мне чужой рукой. Надо бежать, но ноги стали свинцовыми. А вдруг там кому-то действительно нужна помощь? Бессовестно будет уйти? Но что я могу сделать?

Думай, Грейс... Полиция. Судорожно набираю цифры, экран телефона слепит в этой темноте. Остается только нажать кнопку вызова, как вдруг чьи-то пальцы стальным захватом вырывают мою последнюю надежду.

— И что это ты делаешь? — за спиной звучит насмешка, но я не осмеливаюсь повернуться.

​Я не смею обернуться. Парень, возникший из ниоткуда, хищно обходит меня по кругу, вставая лицом к лицу. Он выключает мой телефон и осуждающе качает головой.

​— Котенок, тебе не стоило уходить с вечеринки, — его губы растягиваются в улыбке.

Сначала я не понимаю, как он догадался, но потом вспоминаю, что стою за домом, где музыка слышна даже отсюда, — и всё встаёт на свои места.

Несмотря на ужас, я невольно отмечаю: он красив. Высокий, спортивный, с обоятельными чертами лица. Светлые кончики волос подсвечены луной, а голубые глаза смотрят с пугающим азартом. Почему убийца такой манящий? Именно убийца. А что он еще со мной сделает?

Видя, что я растерялась и не отвечаю, он хватает меня за руку и тащит туда, откуда слышны крики. Я не сразу понимаю, что происходит — разум в гипнозе, — поэтому вырываюсь только тогда, когда до этого пункта «смерти» остаётся пара шагов.

Паника. В голове невообразимая паника.

​— Майкл, что это за шлюха? — из тени выходит другой парень. Он вытирает окровавленный нож, и я едва подавляю крик.

​Живот скручивает колючим узлом. Холодные, потемневшие глаза Кристофера безразлично скользят по мне, словно по пустому месту. Это сон. Это должен быть сон. Не могла же я прийти на вечеринку, чтобы в итоге встретить... Дьявола?

— Она собиралась звонить в полицию. — Он потирает затылок, словно обдумывая свой поступок, и бросает как шутку: — Блядь. Могу её выкинуть, без проблем.

Майкл держит меня мёртвой хваткой. После его слов я начинаю биться в конвульсиях, усердно вырываясь от страха. То, что меня убьют следующей — это факт. Звать на помощь бесполезно — музыка заглушает любые крики. Во рту появляется отчётливый привкус железа. Всем нутром чувствую: я влезла туда, где решаются судьбы, и моя, кажется, только что была предрешена.

Парень встряхивает меня, прекращая моё сопротивление, и я прихожу в себя с надорванным всхлипом. Кристофер смотрит на меня сквозь густые ресницы, и от его взгляда веет погибелью. Мир размывается, я опускаю глаза на асфальт — его давление оказывается разрушительным.

Я знаю его. Всё видела. Всё слышала. А таких, как я, не оставляют в живых. Мозг изо всех сил борется с мыслью о смерти, но тело уже смирилось с участью. Лишь одна мысль жжет: что будет с мамой? Она ведь останется совсем одна.

​— Отпустите, прошу, я... — я дрожу так сильно, что зубы стучат. — Я никому не скажу. Честно.

​Глупые, банальные слова, наполненные мольбой. А губы приоткрыты, пытаясь поймать хотя бы каплю кислорода. В какой-то момент страх достигает пика и сменяется странным, болезненным оцепенением. Я перестаю мигать и смотрю в его глаза, пытаясь понять: человек ли он вообще?

​Он оскаливается, будто накануне отгребёт миллион. Этот оскал не предвещает ничего хорошего — он выглядит как хищник, которому забавно наблюдать за трепетом жертвы.

​— Разберитесь с трупами и уходите, — внезапно приказывает Кристофер, не сводя с меня глаз.

По щеке катится слезинка, но я этого не чувствую — настолько напугана. Истерика затаилась, словно меня замуровали. Я начинаю дышать глубже, когда из темноты выходят трое мощных мужчин, волоча мёртвые тела. Меня передёргивает, и я тут же отворачиваюсь, вскрикивая.

— С ней разберусь я.

Меня кидают в сторону, и я кричу, теряя равновесие, готовясь приземлиться на грязный асфальт, залитый кровью. Но меня ловко подхватывает Дьявол. В моих глазах двоится, земля словно ускользает из-под ног. Ох, чёрт, его сильные руки держат меня. Ладони сжимают мою талию, как стальные цепи.

Прохлада его дыхания обжигает моё лицо. В полугоризонтальном положении я часто моргаю, глядя в ночное небо. Когда же я проснусь? Опустив веки, сталкиваюсь с его пристальным взглядом. Его ожесточённые черты лица, покрытые мелкими шрамами и венами, манят и одновременно пугают до одурения.

Мурашки рассыпаются по коже. Я замёрзла и выжата досуха. Он касается меня, и от этого всё сжимается изнутри. Я столько наслушалась рассказов от Аннет, что сейчас кажется, просить о смерти было бы лучшим выходом.

Почему я не надела эти грёбаные штаны? Он ведь не насильник, да? Я инстинктивно трепыхаюсь, и Дьявоо впивается в меня глазами, призывая замереть. Пару минут назад ему не было до меня дела, а теперь он с жутким любопытством изучает меня вдоль и поперёк. Я задерживаю дыхание, наши взгляды сталкиваются. В моем зрачке, должно быть, отражается весь этот кошмар, но я не отворачиваюсь. Смотрю прямо в его кареглазую бездну, словно бросаю немой вызов.

Дьявол вдруг отвлекается, отворачивая голову, давая мне нормально вдохнуть. Он не причиняет боль, просто держит, следя за тем, как выполняют его приказ. За таким шоу я не горю желанием наблюдать, поэтому не свожу взгляд с убийцы. Почему он медлит с казнью?

Незаконная работа выполнена, и незнакомцы удаляются, оставляя нас наедине. Вот сейчас мой пульс пробивает вены. Ни одного шелеста, ни души, лишь аромат крови вперемешку с мужским парфюмом.

Дьявол одним махом отстраняет меня от себя, небрежно прижимает к кирпичной стене, и я прилипаю к ней спиной, боясь издать лишний звук. Я судорожно соплю, надеясь не упасть в обморок.

— Давай только без слез и криков: «О, Господи, умоляю, пощади», — саркастично произносит он, заглядывая в мои глаза, словно выискивая что-то.

Я непонимающе открываю рот. На языке крутятся совсем другие слова, не те, которые коверкает он. Я чувствую, как внутри закипает странное, почти безумное упрямство. Если мне суждено умереть здесь, я не хочу унижаться.

— Просить у дьявола пощады — глупо, — нахожу в себе силы ответить.

Он удивлённо приподнимает брови, усмехаясь моим словам, а я глотаю ком в горле. Морально готовлюсь к самому худшему — таймер уже установлен. Почему я? Аннет так сильно хотела познакомиться с ним, но не я. Судьба, ты что-то напутала.

— Верно, кукла, — хрипло произносит Дьявол, и я вздрагиваю. Как он меня назвал? Разве убийцы разговаривают со своими жертвами перед смертью? — Как думаешь, это больно?

Украдкой глянув вниз, я замечаю блестящий нож и инстинктивно шарахаюсь, но парень мгновенно давит тяжёлой ладонью мне на живот, не давая сбежать:

— Тише.

Истерика мечется в артериях. Меня сейчас не станет, Боже. Его холодная рука дотрагивается до моей щеки, и я задыхаюсь. Это ощущение такое острое и шершавое, что мир переворачивается. Умру от страха, серьезно, я перепугана до чертиков.

— Дьявол... — писк срывается с моих губ.

Почему не по имени? Но сейчас мне кажется, что он действительно такой — безликий и чужой, как сама угроза.

Его ресницы вздрагивают, плечи расширяются от вдоха. Кристофер мигом перебивает:

— Я тебя слушаю, кукла.

Хитро улыбаясь, он коварно наклоняет голову набок. Этот жест сбивает. Да что это такое? Что я хотела сказать? Весь словарный запас сужается под бесноватым взглядом напротив.

Шея ноет — он выше меня на голову, а может, и на две, из-за чего приходится задирать свою. Чувствую себя маленькой рядом с ним, и это только усиливает дискомфорт. Я кручу головой, чтобы хоть немного снять напряжение, и Кристофер хмыкает. Клянусь, его радужки переливаются, будто чернила. Впиваюсь в него, пытаясь запомнить каждую черту, словно ищу в этом монстре хоть что-то человеческое.

Он вдруг сурово сжимает мой подбородок, откидывая мою голову к стене.

​— Не попадайся мне больше на глаза, поняла?

​Пребывая в шоке, я активно киваю. Разве Дьявол даёт второй шанс?

​Его пальцы впиваются в мою кожу сильнее, требуя внятного ответа, а голос звучит низко и опасно:

​— Я не слышу ответа, куколка. На мои вопросы принято отвечать вслух.

В этом тихом, властном приказе куда больше угрозы, чем в любом крике. Теперь я точно знаю: он не «обычный смазливый мальчик».

​— Поняла, — сиплю я.

Кристофер разворачивается и ретируется, скрываясь во тьме ночи. Его широкие плечи удерживают моё внимание, образ демона заплывает в душу, кромсая её на куски. Я шепотом молюсь Богу.

​Кое-как плетусь к дому, откуда гремит весёлая музыка. На душе настоящий бардак: меня растормошили и выкинули обратно в нормальную жизнь, словно сломанную игрушку. Ужасное чувство — хочется устроить истерику, потому что была на волосок от смерти, но внутри не осталось эмоций. Он сущий дьявол. Физически не тронул, но нанёс такой урон, что всё выжжено дотла. Уверена, сейчас я выгляжу хуже, чем по утрам после бессонницы. Знала, что не стоило идти на эту чёртову вечеринку. Уже сто раз пожалела.

​Останавливаюсь у ворот. Аннет мило флиртует с Майклом. До меня не сразу доходит смысл этой картины, и я, едва переставляя ноги, подхожу к ним.

​— О, Грейс, ты вовремя! Хочу познакомить тебя. Это Майкл, — сияя от восторга, представляет подруга.

​Парень по-хозяйски подмигивает мне. Пребывая в немом ужасе, я не могу выдавить ни слова. Горькая кислота подступает к горлу. Мне хочется кричать, ударить Аннет по руке, заставить её бежать, ведь прямо перед ней стоит человек, который сотрудничает с убийцей.

​— Ты чего такая бледная? — волнуется Аннет. — Джонс сказал, что ты забыла свой телефон.

​Парень самодовольно протягивает мне мою вещь. Я принимаю её дрожащими пальцами, ощущая, как липкий пот стекает по спине. Чертов Лос-Анджелес с его двойным дном.

​— Можешь оставаться, но я уезжаю домой, — заявляю я, стараясь, чтобы голос не сорвался.

Мне дали второй шанс. Надо сваливать, пока они не передумали. Я бы забрала с собой Девис, если бы не её недовольно изогнутые губы. Её поведение ставит в тупик: чего ради в институте она общается только со мной, но стоит появиться парням и тусовкам — испаряется? Как Аннет отреагирует, узнав, что меня чуть не убили? Обрадуется, что я видела легендарного Кристофера? Попросит познакомить?

Что за бред я несу. Надо успокоиться.

— Подожди, почему? — ворчит Аннет.

Я с напряжением молчу так, чтобы вопросов не оставалось.

— Я подвезу тебя! Только попрощаюсь с другом, и сразу уезжаем! — тараторит она и, не дождавшись ответа, убегает во двор.

​Стоять один на один с Майклом Джонсом — настоящая пытка. В голове снова щёлкает сцена из переулка, и я, как угорелая, бросаюсь следом за подругой. Странно, что Майкл ведет себя как обычный человек, а не как маньяк из моих ночных кошмаров.

​Преодолев порог, я нахожу подругу в компании полуголого парня и немного остываю. Здесь, в свете софитов, всё кажется почти безопасным. Аннет уже минут десять импульсивно болтает и улыбается, что начинает меня откровенно бесить. Неужели так сложно сказать простое «пока» и уйти, а не перемывать кости общим знакомым?

​Я оглядываю толпу, мысленно посылая каждого встречного. И в какой-то момент случайно засекаю его.

Дьявол стоит на лестнице, опираясь о стену, и курит, отстраненно оценивая обстановку вечеринки. Едкий дым разлетается в воздухе, создавая ему временную маскировку.

​Что он тут делает? Почему так свободно расхаживает по дому, словно пару минут назад никого не убивал? Из-за страха в груди мне хочется прижать ладонь к бешено колотящемуся сердцу. Травма этой встречи точно засядет и скажется в дальнейшем. Я до сих пор слышу его низкий, басистый голос: «Не попадайся больше мне на глаза».

​— Эй, Смит. Ты меня слышишь? Едем домой? — Аннет дёргает меня за локоть.

​В животе неприятно тянет, когда я ловлю уже знакомый запах. Никотин, железо и что-то терпкое из дорогого парфюма. Это же не от меня, правда? Я не могу пахнуть им. В этот момент внутри просыпается то самое странное предчувствие, которое обычно предшествует моим снам, предупреждая: этот человек — эпицентр шторма, в который я только что добровольно шагнула.

​Секунда — и Кристофер ловит мой взгляд, бросая мне негласный вызов, и я почему-то не тороплюсь ему проигрывать. Голос подруги меркнет в окружающей суете. Без угрызений совести я рассматриваю внешность парня. В том переулке я и не заметила его татуировок, но здесь, при ярком свете, они выглядят еще красивее, чем на фото.

​Дьявол самодовольно улыбается, выдыхая очередной клубок дыма. Я что, засмотрелась? Моргаю несколько раз, впиваясь пальцами в подол платья. Вижу, как Майкл, перебросившись парой фраз, исчезает где-то в проеме кухни, а та самая девушка с черными волосами и «рожками» бесцеремонно прислоняется к стене рядом с Кристофером, скрещивая руки на груди.

​Беги, Грейс, ты не та, кто попадает в такие неприятности. Это просто ошибка.

​— Это даже не обсуждается, — я первая хватаю подругу и спешу на выход.

​Это случайность. Мы не должны были встретиться.