29

Внимание‼️ Данная глава содержит интимный контент.

ОНА5 ПРИЧИН, ПОЧЕМУ СКОРО ВЫЙДЕТ НОВЫЙ АЛЬБОМ ЧОН ЧОНГУКА! Жми!

5. После выхода предыдущего альбома прошло два года. Фанаты ждут не дождутся, когда музыкант выпустит что-нибудь новенькое, а Чон Чонгук всегда с уважением относился к своим фанатам.4. Чон Чонгук был несколько раз замечен разговаривающим с известным продюсером Кингом, а вчера фанаты видели, как они вместе заходили в прославленную студию «Холлоу Оук». Вот фотография, которую наблюдательные поклонники опубликовали в инстаграм-аккаунте @FordNews.3. Кроме того, два года прошло с момента разрыва артиста с Момо. Новая девушка - новая музыка, так ведь?2. Он взрослеет. Чонгуку скоро исполняется двадцать, и подростковые годы остаются позади. Он наверняка захочет показать нам, что его музыка взрослеет вместе с ним.1. Выпускать альбомы сейчас модно. Бейонсе! Канье! Фрэнк Оушен! Новый альбом безо всякой медийной подготовки - это сильный ход, который вполне соответствует новому, зрелому Чон Чонгуку.

Я веду себя как маленькая девочка. Ну кто, скажите на милость, запирается в туалете, потому что боится разговаривать с другим человеком? Я, Лалиса Манобан, вот кто. Девушка без мозгов, которая все портит и целуется с двумя разными парнями с разницей в один день.Господи, когда это моя личная жизнь стала такой бурной?Но... только с одним из этих парней мне было хорошо. Только один заставил мое сердце биться быстрее, а ноги - дрожать.

Окли.

Поцелуй с Люком изначально был ошибкой. На самом деле, я еще в момент знакомства поняла, что он себе на уме, но вчера забыла об этом, потому что выпила лишнего. Он начал заигрывать, говорить мне, какая я классная, и когда решил меня поцеловать, я его не остановила, потому что думала, что мне будет приятно.Но нет. Целоваться приятно, только если тебе нравится тот, с кем ты целуешься. Когда губы Люка коснулись меня, я ничего не почувствовала. С Чоном было совсем по-другому, все мое тело трепетало от возбуждения... и это меня страшно пугает.Я закрываю лицо ладонями и в отчаянии рычу, надеясь, что льющаяся вода приглушает звуки. Никогда в жизни я не была так растеряна. Такое чувство, что я вообще не могу сосредоточиться ни на одной мысли - в голове их целая куча, и все они о Чоне. О нашем потрясающем поцелуе. О том, что я специально не стала учиться, чтобы пойти работать, но в итоге нашла работу, которая оставляет мне слишком много свободного времени, и поэтому начинаю думать о вещах, о которых думать не хочу.Такое чувство, что сейчас решения за меня принимают другие люди. УУ меня бросил. Дженни говорит, что я должна делать. Чонгук решил, что будет целоваться со мной до потери пульса - так, чтобы я испытывала разные необычные вещи.Я поднимаю голову, и взгляд падает на кеды. При виде рисунков на них я выхожу из себя. Раньше я обожала эти кеды, но сейчас это выглядит так нелепо! Каракули глупой маленькой девочки, которая думала, что парень будет любить ее вечно.Я медленно наклоняюсь, снимаю кеды и несу их к урне возле двери. На мгновение останавливаюсь, но затем решительно засовываю их туда.Я думала, Чонгук в коридоре, но его там нет. Сквозь стеклянное окно вижу, что он вернулся в студию. Они с Кингом о чем-то оживленно спорят, и Чон то и дело подбрасывает ручку.Подхожу к двери, краснея все сильнее и сильнее. На ногах у меня только короткие черные носки. Очень надеюсь, что Кинг не будет вспоминать о том, как мы целовались у него на глазах. И что Чонгук тоже не будет об этом вспоминать - по крайней мере, в присутствии Кинга.- Привет, - говорит Чон веселым, но в то же время слегка настороженным тоном, как будто не знает, чего от меня ожидать.- Как идут дела? - спрашиваю я, стараясь вести себя как ни в чем не бывало. Сажусь с ногами на диван у стены, обнимая колени.- Отлично!Мы смотрим друг другу в глаза, и я вижу его непонимание, но он ни о чем не спрашивает.Зато спрашивает Кинг:- А где твоя обувь?- Я ее... потеряла, - мычу я.Они удивленно смотрят друг на друга, и Чон иронично приподнимает бровь.- Ну ладно, - говорит Кинг. - Вы не могли бы нам помочь, мисс Манобан? Чонгук хочет сделать припев медленнее, а я пытаюсь ему объяснить, что это звучит избито, но он меня не слушает. Может быть, ты меня поддержишь?Чон закатывает глаза:- Она не будет тебя поддерживать, потому что ты неправ. Лис, послушай и скажи мне, что ты согласна.Чон берет гитару, и его хриплый голос наполняет студию. Он поет, и время словно останавливается. Кажется, что погружаешься в его мир, и я чувствую, как все тревоги начинают отступать - так действует его музыка.Слова более резкие, чем я думала, но когда начинается припев, настроение меняется и текст становится печальным. Я понимаю, почему ему хочется сделать эту часть медленнее - она вообще как будто из другой песни.- Ну что? - нетерпеливо спрашивает Кинг, когда Чон умолкает, и оба смотрят на меня выжидающе.Я неловко улыбаюсь.- Э-э-э... честно говоря, я ни с кем из вас не согласна. По-моему, этот припев вообще не подходит, ни быстрый, ни медленный. Текст в этой части будто вырван из другой песни. Иногда это даже хорошо, но здесь звучит... неуместно. - Я смотрю вниз, на свои руки, чтобы не видеть ничьих яростных взглядов.- Хм... понимаю, о чем ты, - задумчиво говорит Кинг, выхватывает у Чонгука ручку и начинает что-то набрасывать в блокноте. - А что, если передвинуть вот эти строчки сюда?Чон наклоняется над ним, и они снова начинают жарко обсуждать песню. Я сворачиваюсь клубочком на диване, слушая их негромкие голоса. Судя по всему, я незаметно для себя засыпаю и открываю глаза только тогда, когда моей щеки касается теплая рука. Кинга нет, и в студии только я и Чон.Он сидит на краешке дивана, поглаживая меня по щеке, и нежно смотрит своими восхитительными зелеными глазами.- Ты заснула, - говорит он.Я сажусь и зеваю:- Ой. Прости. Это из-за похмелья, а не от твоей музыки, честное слово.Он хохочет, но потом снова становится серьезным:- Куда делись кеды?- Я их выбросила, - сообщаю я.- У тебя были на это какие-то причины?- Они напоминают мне о прошлом.Ок медленно кивает:- Понятно. Можно, я куплю тебе новые?- Нет. - Я мотаю головой. - Я сама куплю и разрисую. Будет новая история взамен той, что закончилась.Он садится на стул и берет ручку:- Надеюсь, там найдется местечко для парочки деревьев.- Деревьев? - Я ничего не понимаю.- Ну да... например, дубов [18].На моем лице сама собой появляется улыбка:- Ну да. Пожалуй.______Потом мы едем к нему. И не потому, что так захотела Дженни, - просто мы оба, не сговариваясь, понимаем, что именно этого нам хочется. Заказываем пиццу и едим ее, развалившись в шезлонгах перед огромным бассейном. К тому моменту, как мы заканчиваем, солнце уже уходит за горизонт, но это не останавливает Чона- он заскакивает в домик возле бассейна и переодевается в плавки.Когда он выходит, у меня перехватывает дыхание. Я впервые вижу его без футболки. Ну, по крайней мере, в реальной жизни. Конечно, я видела его тело на фотографиях - но в реальности это выглядит намного... привлекательнее. И татуировки смотрятся просто невероятно. На одной руке крест, под которым написано имя его матери, а на другой - вереница нот и, похоже, гитарный гриф. Между лопатками тоже тату - несколько строчек с датами и названиями. Я сдалась и недавно снова погуглила информацию о нем, чтобы узнать значение татуировки на спине. Оказалось, что это даты и названия городов, где прошли его самые удачные концерты.Иногда я забываю, что ему всего девятнадцать лет. Он такой высокий, мускулистый и уверенный, что кажется старше. Вообще-то со временем он все больше и больше напоминает своего отца, но я держу это наблюдение при себе - вряд ли Чону оно понравится. Он почти никогда не упоминает о нем, и очевидно, что они в ссоре.- Опять пожираешь меня глазами? - смеется Чонгук. - Осторожнее, а то у меня разовьются комплексы!- У тебя уже есть комплекс. Называется нарциссизм.- Ха! - Он подходит ко мне и слегка дергает за косу. - Может, если ты перестанешь постоянно на меня таращиться, мое эго наконец станет нормального размера.- Как будто у тебя хоть что-то может быть нормального размера, - огрызаюсь я, но тут же краснею, потому что это звучит очень двусмысленно, а я имела в виду совершенно иное.Он игриво двигает бровями:- Ты видела фотосессию в Vogue, да?Я краснею еще сильнее:- Заткнись и прыгай уже в воду.- А ты не будешь? - расстроенно спрашивает Чон. Он сказал, что в домике есть запасные купальники, но проблема не в этом. Я просто не в настроении купаться.- Не хочется, - извиняющимся тоном говорю я. - Серьезно. До сих пор не отошла с похмелья.- Понял. В следующий раз, когда Лиса придет на вечеринку, шкафчики с алкоголем закрываем на ключ.- Ой, было бы здорово! - совершенно искренне говорю я.Чон хмыкает, бросает полотенце на шезлонг и идет на край трамплина. Даже не попробовав температуру воды, он сразу ныряет и плывет на другой конец бассейна. Затем его светлая голова показывается из-под воды, и он на спине лениво плывет обратно, а я разглядываю точеные линии его тела.Потом откидываюсь на шезлонг и смотрю в сумеречное небо, размышляя о резких переменах в моей жизни. Два месяца назад я не могла даже мечтать о том, что буду лежать на шезлонге во дворе дома Чон Чонгука, а он сам, популярный музыкант, в которого когда-то я была влюблена, будет нарезать круги в бассейне.Впрочем, не могу сказать, что жизнь Чона совершенно нормальна. Телохранители, деньги, поклонницы, этот дом на пляже, огромный бассейн с кристально чистой голубой водой, его друзья... Хотя для такого известного человека у него не так уж и много друзей. По крайней мере, настоящих.- Ты так громко думаешь, что я прямо слышу, как у тебя в голове крутятся шестеренки. Что тебя беспокоит?Я целую минуту просто смотрю на него. На его ресницах повисли капли воды, которые в закатном свете сверкают, как драгоценные камни.- Не знаю. Просто... - Я теряюсь.Он выбирается из бассейна и, весь мокрый, садится рядом со мной. Я бросаю ему полотенце, чтобы он прикрылся - его идеальная фигура слишком отвлекает.Но он вытирает им волосы, небрежно проводит по груди и затем бросает куда-то себе за спину.- Ну давай, - упрашивает он. - Расскажи, что тебя беспокоит.- Ты об этом тоже напишешь песню? - спрашиваю я, начиная подозревать, что вся его музыка о нем самом, своего рода исповедь. Это невероятная, захватывающая дух смелость.- Может быть, - он склоняет голову набок, - но в том-то и состоит риск отношений с музыкантами.Хм. Так я об этом не думала. Но я почему-то ему доверяю. Не хочется думать, что он может написать песню, которая бы меня задела или унизила.Я смотрю на небо.- Летом два года назад не стало моих родителей, - тихо говорю я. - Папа повел маму в ресторан. Они возвращались из «Чизкейк Фэктори» - это было ее любимое место. Она обожала их мясной рулет. - Я качаю головой, вспомнив об этом. - Но что-то случилось, и отец потерял управление. Они врезались в бетонное ограждение и погибли на месте. - Меня снова охватывает грусть, и я останавливаюсь, чтобы перевести дыхание. - Я не собиралась заканчивать школу экстерном, но отец хотел, чтобы я так сделала. Он говорил, что если я закончу школу раньше, то у меня будет целый свободный год перед университетом и я могла бы путешествовать налегке по Европе, познавать жизнь.- И что, ты поехала?- Нет. В итоге я действительно закончила школу экстерном, но только для того, чтобы помогать Рози. И потом... после их смерти я уже не хотела ехать в Европу. Мне было... - Я умолкаю.- Что?Я вздыхаю:- Страшно. Мне кажется, я вообще боюсь жизни. Поэтому я так долго встречалась с УУ - хотя, наверное, мы уже очень давно друг друга не любили. Поэтому согласилась на подставную историю с тобой. Я хорошо умею делать вид - а вот с реальностью у меня проблемы. Все вокруг знают, чего хотят от жизни. Керри собирается поступать в Беркли, чтобы стать юристом, как ее мама. Джастин хочет учиться в Калифорнийском университете на финансиста. Кики будет косметологом. Поэтому я всем говорю, что хочу стать учительницей, как мама и папа, а раз уж УУ поступил в университет Южной Калифорнии, я подумала, что тоже могу там учиться.- Непохоже, чтобы что-то из этого тебя увлекало.- Мои родители жили сегодняшним днем. Но я хотела придумать долгосрочный план на будущее. Ты говорил, что я не должна останавливаться. Что должна делать что хочу. Но я не знаю, чего хочу. Я знаю только то, чего не хочу.- Стартовая точка ничуть не хуже других.- Разве? - Я смотрю ему в глаза. Он протягивает руку, преодолевая расстояние между шезлонгами, и проводит большим пальцем по моей мокрой щеке.- Конечно. - Его ладонь нежно касается моей щеки. - Конечно.Из моих глаз выкатываются слезы. Я наблюдаю, как они падают ему в ладонь, а потом соленая влага катится по его запястью и предплечью. Но это его не пугает. Он подвигается ко мне поближе - железные ножки его шезлонга скребут по настилу.- Когда ты решил, что хочешь стать музыкантом?- В четыре. Или, может быть, в пять? Иногда мне кажется, что я с рождения это знал. Родители боялись, что я захочу пойти по их стопам, но я с детства любил музыку и рассказывал истории с помощью песен. Мне нравилось, как мой голос взлетает и формирует мелодию. Я всегда хотел заниматься только этим.- В Лос-Анджелесе полно людей с призванием, - я поднимаю руку и касаюсь его ладони. - Все приезжают сюда за своими мечтами. Мне не нужны чужие мечты. Но хорошо бы иметь хоть какую-то.- Может, она у тебя уже есть, просто ты ее боишься.- Может быть.Я смотрю вниз, на свои руки и размышляю о вещах, которые меня трогают: семья, кулинария, рисование. Можно ли этим зарабатывать? Может быть, в этом и есть мое будущее?Чон протягивает руки, поднимает меня с моего шезлонга и пересаживает на свой.- Если бы у тебя было сколько угодно денег, что бы ты делала?- Путешествовала бы. Изучала мир, - тут же вырывается у меня.- Значит, это тебе и нужно.- УУ считал, что это чушь.Чонгук ворчит, и я чувствую, как от этого вибрирует его грудь.- Ты прекрасно знаешь, какого я мнения об УУ. Тебе без него гораздо лучше. Хорошо, что ты его бросила.Чон сердится, и в его голосе звучит ревность. И это совершенно восхитительно.- Хм, это он меня бросил вообще-то.- Просто он предчувствовал, что будет потом.- И что же? - Я наклоняюсь и смотрю на него, ожидая, что сейчас он может отпустить какую-нибудь дурацкую шуточку в духе «а потом буду я».- Он знал, что ты просто тянешь время и когда-нибудь поймешь, что достойна большего. - Он пожимает плечами. - Кроме того, возможно, у него просто маленький член и он пытался это компенсировать.Я закатываю глаза. Почему парни вечно этим меряются?- Ну откуда мне знать?!Чонгук хмурится:- Вы что, никогда... - Он делает несколько движений кулаком.- Что это значит? - хохочу я. - Ты про секс? Нет, мы с ним не занимались сексом.Чон округляет глаза:- И ты даже ни разу не трогала содержимое его штанов?- Чон Чонгук, ты что, хочешь знать в подробностях, чем я занималась с УУ?Он на полном серьезе начинает это обдумывать. Я пихаю его в плечо.- Но подожди, если ты никогда его там не ласкала... значит ли это, что он тебя тоже? - На этот раз он, похоже, действительно шокирован.- Слушай, давай сменим тему.Температура воды, думаю, всего градусов пятнадцать, но с каждой секундой бассейн начинает казаться все более заманчивой перспективой. Может, если я туда прыгну, этот ужасный разговор наконец закончится?- Нет, давай не будем. - Он садится и поднимает меня тоже. - А разве он никогда...Я зажимаю ему рот рукой:- Господи, ты не мог бы заткнуться? Ну пожалуйста!Он на мгновение задумывается, затем кивает, но как только я убираю руку, продолжает:- Ну что за самовлюбленный дурак! И при этом у него еще совести хватало тебя уговаривать.- Мне даже не верится, что мы все еще говорим об этом. - Я закрываю лицо руками.- А ты сама когда-нибудь ласкала себя?Черт побери, почему землетрясение не случается, когда оно так нужно?- Ну... предположим. Это приятно. Иногда даже очень.- До мурашек?Я вздыхаю. Если я не скажу ему хоть что-нибудь, он не отстанет.- Нет, не до мурашек. Но приятно.- Пойдем. - Он вдруг встает и протягивает мне руку.- Куда?- В дом. Сомневаюсь, что ты позволишь мне приставать к тебе на улице.Я поднимаю бровьи:- Думаешь, тебе что-нибудь светит?- Не мне. - Его глаза темнеют. - Пойдем.Я поднимаюсь и даю ему руку. Не вполне понимаю, чем все кончится, но раньше он никогда не заговаривал со мной о сексе и ничего от меня не требовал. Так что я иду за ним через гостиную и коридор в ту комнату, где стоит вся техника. Он приглушает свет, включает кино и усаживает меня на диван.Затем приподнимает мой подбородок, чтобы посмотреть мне в глаза:- Ты мне доверяешь?- Да... а что? - с тревогой говорю я.Но он не отвечает, а кладет ладони мне на лицо, и мозоли, которые появились у него за долгие годы занятий музыкой, слегка царапают мне кожу. Он целует меня - нежно, осторожно, нетребовательно, и неловкость от разговора уходит. Затем он отстраняется:- Ты очень красивая. Каждый новый день, который я провожу с тобой, лучше и ярче предыдущего. И если мы когда-нибудь решим заняться сексом, то только потому, что ты сама захочешь, а не потому что я так решу, и не для того, чтобы меня удержать. - Он проводит большим пальцем по моим губам, и я вздрагиваю, словно меня ударило током. - Но и помимо этого есть множество других способов доставить тебе удовольствие.По моей коже бегут мурашки.- А... а как же ты?- У меня есть две руки, - он подмигивает, - и отличное воображение! Так что я, конечно, могу включить кино и притвориться, что смотрю его, но на самом деле мне просто хочется целовать тебя до потери сознания.- Ты хочешь со мной целоваться, даже несмотря на то что я целовалась с Люком?Я чувствую себя виноватой и опускаю глаза, но он опять гладит мою щеку.- Ты на меня больше не злишься?- Ты разве собираешься еще с ним целоваться?- Господи, нет, конечно!- Тогда не злюсь, - он лукаво ухмыляется, - и по-прежнему хочу тебя зацеловать.- И все? - Я не против, но выражение его лица говорит о том, что хочет он не только этого.- А я и не говорил, что буду целовать тебя только в губы, - отвечает он.Я моментально вспыхиваю.- И ты... не будешь ничего просить взамен?Я всегда знала, что, если позволю УУ прикоснуться ко мне в некоторых местах, он потребует, чтобы я отплатила ему тем же, а мне... просто не хотелось даже думать об этом. Хотя я чувствовала возбуждение. Моя грудь напрягалась, одежда начинала казаться слишком тесной... Но что-то всегда останавливало.Чон на мгновение прикрывает глаза:- Ты ведь не позволишь мне поехать в университет Южной Калифорнии и хорошенько вмазать УУ, да?Он, похоже, даже без слов понимает, в чем дело.- Давай никогда больше о нем не говорить, - тихо прошу я.- Хорошо. - Он ложится на диван и приглашающе похлопывает по своей груди: - Иди ко мне. Ты главная. Делай что хочешь.Я наклоняюсь над ним:- А может, я хочу, чтобы ты смотрел кино. А потом притворился, что засыпаешь, и обнял бы меня.Он резким движением кладет меня поверх себя:- Ой, кажется, кто-то споткнулся и упал.- Не одно и то же, - возмущаюсь я.- Ну почти. - И он целует меня в губы, так что я не успеваю возразить.Его язык проскальзывает мне в рот и касается моего. Одна рука у меня в волосах, а другая забирается под футболку.Я сижу на нем, мои бедра касаются его живота. Я чувствую его твердость и начинаю медленно двигаться, и он в ответ обнимает меня еще крепче. Мы целуемся, он стонет, и эти гортанные глубокие звуки просто сводят меня с ума.Чон Чонгук хочет меня, Лалису Манобан. Он прижимается ко мне. Стонет, когда я трусь о него бедрами. Я делаю это снова и чувствую, как он едва заметно улыбается:-Лис, ты меня заводишь. Страсть как заводишь.От этих слов по телу бегут мурашки. Его пальцы, словно танцуя, опускаются ниже, к задним карманам моих джинсов. И вдруг меня охватывает любопытство. Что он может сделать и что я почувствую?Кэрри и Кики рассказывали мне об этом. Им обеим нравится секс. И вот Чонгук, который готов - более чем готов! - посвятить меня во все, что я упустила. И ничего не хочет взамен.Опускаю руку и случайно касаюсь ладонью его члена. Он слегка вздрагивает, но не двигается с места: я главная. Я слегка отстраняюсь, но только для того, чтобы расстегнуть пуговицу на своих джинсах. Его рука мгновенно тянется к молнии.- Можно? - хрипло произносит он.- Да, - мой голос тоже мне не повинуется.Он расстегивает молнию и накрывает меня ладонью, не снимая белья. Медленно описывает пальцами широкий круг, и меня захватывает волна ощущений - словно у меня между ног сотни нервных окончаний.Я касаюсь дрожащей рукой его головы. Он целует меня в шею и касается губами моего уха. Пальцы на ногах поджимаются, и мое дыхание становится резким и прерывистым.- Я с тобой, солнце, - шепчет Чон, касаясь губами моей шеи. - Я с тобой.Он продолжает ласкать меня, кажется, что проходит несколько часов - и одновременно всего пара мгновений, - когда наконец у меня перед глазами начинают сверкать искры и все мое тело напрягается так, как будто я электрический провод и сквозь меня бежит ток. Я кричу и задыхаюсь, а затем падаю ему на грудь. Мое сердце дико колотится, и его сердце тоже.- Боже, это было потрясающе, - еле выдавливаю из себя я. Его рука все еще лежит на том же месте, а я вся дрожу, словно листочек, который вот-вот распустится.Я хочу что-нибудь сказать, но не могу подобрать слова. К счастью, Чон не требует слов. Он просто держит меня в объятиях, пока я не начинаю засыпать.Не знаю, снится мне это или нет, но, кажется, он поет мне колыбельную.

18Сокращенно имя Окли выглядит как Oak - по-английски это слово также значит «дуб».