Глава шестая ЗВЕРЬ СХОДИТ С НЕБА

Дневной свет кончился, остались одни звезды. Когдавыяснился источник призрачных звуков и Персиваль  нако-нец  затих,  Ральф и Саймон неловко подняли его и пово-локли к шалашу.  Хрюша не отставал от них  ни  на  шаг,несмотря на отважные речи, и трое старших разом нырнулив соседний шалаш.  Шумно шурша шершавой листвой,  долгосмотрели на черный в звездную искорку выход к лагуне. Вдругих шалашах то и дело вскрикивали малыши,  раз  дажекто-то большой заговорил в темноте. Потом и они уснули.     Лунный серп  всплыл над горизонтом,  такой малень-кий,  что, даже вися над самой водой, почти не бросал внее дорожки.  Но вот в небе зажглись иные огни, они ме-тались, мигали, гасли, а до земли отзвуки боя в десяти-мильной  высоте  не  доходили и слабеньким треском.  Новзрослые все же послали детям сигнал, хотя те уже спалии его не заметили. Вспышка раскроила небо огненной спи-ралью, и тотчас снова стемнело и вызвездило. В звезднойтьме над островом кляксой проступила фигурка, она поле-тела вниз,  бессильно мотаясь под парашютом. Переменныеветры разных высот как хотели болтали, трепали и швыря-ли фигурку.  Потом, в трех милях от земли, ровный ветерпроволок  ее по нисходящей кривой по всему небу и пере-тащил через риф и лагуну к  горе.  Фигурка  повалилась,уткнулась  в  синие цветы на склоне,  но и сюда задувалветер, парашют захлопал, застучал, вздулся. Тело сколь-знуло вверх по горе, бесчувственно загребая ногами. Ярдза ярдом,  рывок за рывком,  ветер тащил его  по  синимцветам,  по камням и скалам и наконец швырнул на верши-ну, среди розовых глыб. Тут порывом ветра спутало и за-цепило стропы; и тело, укрепленное их сплетеньем, село,уткнувшись шлемом в колени. Ветер налетал, стропы натя-гивались иногда так,  что грудь выпрямлялась, вскидыва-лась голова, и тень будто всматривалась за скалы. И кактолько ветер стихал, слабели стропы, и тень снова роня-ла голову между колен.  Ночь сияла, по небу брели звез-ды,  тень сидела на горе и кланялась, и выпрямлялась, икланялась.                                                  В предрассветной тьме склон  недалеко  от  вершиныогласился  шумами.  Двое мальчиков выкатились из ворохасухой листвы, две смутных тени переговаривались заспан-ными голосами.  Это были близнецы, дежурившие у костра.Теоретически им полагалось спать по очереди.  Но они неумели ничего делать врозь.  А раз бодрствовать всю ночьбыло немыслимо,  оба улеглись спать. И теперь, привычноступая, позевывая и протирая глаза, оба двигались к ос-тавшемуся от сигнального  костра  пеплу.  Подойдя,  онисразу  перестали  зевать,  и один бросился за листвой ихворостом.                                                  Другой опустился на корточки.                          - Погас вроде.                                         Он покопался в золе подоспевшими веточками.            - Хотя нет.                                            Он припал губами к самому пеплу и легонько  подул,и  во  тьме  обозначилось его лицо,  подсвеченное снизукрасным.  На секунду он перестал дуть.  - Сэм,  нам на-до...                                                       - ...гнилушку.                                         Эрик снова стал дуть, пока в золе не зажглось пят-нышко.  Сэм сунул в жар гнилушку, потом ветку. Жар раз-дулся, ветка занялась. Сэм подложил еще веток.              - Много не клади, - сказал Эрик, - ты погоди подб-расывать.                                                   - Давай погреемся.                                     - Тогда надо еще дров натаскать.                       - Холодно...                                           - Ага...                                               - И вообще...                                          - Темно. Да уж.                                        Эрик, не вставая  с  корточек,  смотрел,  как  Сэмскладывает костер.  Он поставил сухие прутья шалашиком,и вот заполыхал защищенный от ветра огонь.                  - Еще бы чуть-чуть, и...                               - Ух, он бы...                                         - Раскипятился.                                        - Ага.                                                 Несколько секунд близнецы молча смотрели в костер.Потом Эрик хмыкнул.                                         - А он жутко тогда кипел, да?                          - Тогда, из-за...                                      - Костра и свиньи.                                     - Хорошо еще Джеку попало. Не нам.                     - Ага. А помнишь в школе Вспыха-Психами?               - Вы-до-ве-де-те-ме-ня-до-безу-у-умия, юноша!          Близнецы закатились  в  своем неразличимом хохоте,но вспомнили тьму и кое-что другое,  осеклись  и  сталибеспокойно  озираться,  а потом снова уставились в при-нявшееся уже за шалашик пламя.  Эрик разглядывал  мечу-щихся букашек, лихорадочно и безнадежно пытавшихся выб-раться из огня, и вспомнил тот, первый костер - там, накруче, где теперь было черным-черно. Вспоминать про этоему не хотелось, и он перевел глаза к вершине.              Жар приятно бил в лицо.  Сэм развлекался тем, что,подбрасывая  ветки,  наклонялся  к самому костру.  Эрикдержал ладошки над костром как раз на таком расстоянии,что  еще  чуть-чуть ближе - и обожжешься.  Его праздныйвзгляд блуждал поверх огня и наделял сведенные тьмой  кплоским теням ночные глыбы их дневной объемностью.  Вонтам та большая скала,  и три камня,  и еще расщепленнаяскала, а дальше щель, а там...                              - Сэм!                                                 - А?                                                   - Нет, ничего.                                         Пламя пожирало ветки, корчилась и отваливалась ко-ра, трещало дерево. Шалашик рухнул, разметав над верши-ной широкий круг света.                                     - Сэм...                                               - А?                                                   - Сэм! Сэм!                                            Сэм раздраженно глядел на Эрика. Застывший, устав-ленный взгляд Эрика ужаснул Сэма, потому что Эрик смот-рел на что-то у него за спиной.  Сэм перебрался к нему,сел на корточки рядом,  тоже посмотрел.  Оба  вцепилисьдруг в дружку и замерли - четыре немигающих глаза,  дваразинутых рта.                                              Далеко внизу лес охнул и загремел.  На  головах  уних  забились волосы,  пламя подсеклось и сломалось.  Впятнадцати ярдах от них хлопала вздутая ткань.              Ни один не вскрикнул, только крепче вцепились другв дружку,  и у них отвисли челюсти.  Так сидели они се-кунд десять, пока огонь окатывал вершину искрами, дымоми прерывистым, хлещущим светом.                             Потом сразу оба,  будто в нераздельном ужасе,  ониперебрались через скалы и бросились наутек.                 Ральфу снился  сон.  Он  уснул наконец,  бог знаетсколько времени шумно проворочавшись в  сухих  листьях.Даже  стоны  и  выкрики  из других шалашей не достигалиего,  потому что он был далеко, он был там, где раньше,и  он кормил сахаром пони через садовый забор.  А потомкто-то затряс его за плечо и сказал, что пора пить чай.     - Ральф! Проснись!                                     Листья загремели, как море.                            - Ральф! Проснись!                                     - А? Что?                                              - Мы видели...                                         - ...зверя...                                          - Совсем близко!                                       - Кто тут? Близнецы?                                   - Мы видели зверя!                                     - Тихо! Хрюша!                                         Листья все гремели. Хрюша наткнулся на него, пото-му  что он уже кинулся навстречу засматривающим в шалашпотускневшим звездам, но его не пустили близнецы.           - Не ходи! Там ужас!                                   - Хрюша, где наши копья?                               - Ой, слышите...                                       - Тогда тихо! Ложитесь.                                Они лежали и,  не веря,  а потом ужасаясь, слушалишепот близнецов, то и дело перемежавший оторопелые пау-зы. Тьма полнилась неизвестным и грозным, когтями, клы-ками.  Рассвет томительно долго стирал с неба звезды, инаконец в шалаш поползло унылое серое утро. Они зашеве-лились,  хотя у входа стерег неотступный страх. Путанаятьма уже расслаивалась на даль  и  близь,  и  затеплелиподцветкой  облачка  в  вышине.  Одинокая морская птицавзвилась с  хриплым  криком,  эхо  перехватило  его,  ичто-то  засвистело в лесу.  Лоскуты облаков у горизонтапропитались розовостью, и снова стали зелеными верхушкипальм.                                                      Ральф встал на колени у входа и осторожно выглянулиз шалаша.                                                  - Эрик, Сэм. Зовите всех на собрание. Только тихо.Живей.                                                      Близнецы, дрожа  и  жмясь  друг к дружке,  ползкомодолели расстояние до следующего шалаша и там  выложилистрашную новость.  Ральф заставил себя встать и пошел кплощадке, достоинства ради держась очень прямо, хоть поспине у него бегали мурашки; Хрюша и Саймон шли следом,сзади пробирались остальные.                                Ральф взял рог с отполированного ствола и поднес кгубам;  но  раздумал и не подул,  а вместо этого толькоподнял раковину и показал всем. И все поняли.               Лучи, пучком расходившиеся над горизонтом,  теперьпластались уже вокруг,  на уровне глаз. Ральф глянул навзбухаюшую золотую дольку,  которая озаряла их справа ибудто  подбадривала.  Кружок мальчиков перед ним ощети-нился копьями.                                              Он передал рог Эрику,  потому что тот сидел  ближеСэма.                                                       - Мы  видели  зверя  своими  глазами.  Нет,  не восне...                                                      Сэм его перебил. Рог служил обоим близнецам сразу,так повелось, ввиду их совершенной нерасторжимости.         - На  нем  шерсть.  И  сзади у него что-то - вродекрылья. И он шевелился...                                   - Ой, жуть. Он, что ли, сел...                         - Костер горел вовсю...                                - Мы его как раз разожгли...                           - Веток подложили...                                   - У него глаза...                                      - Зубы...                                              - Когти...                                             - Мы ка-ак побежим...                                  - Прямо по скалам...                                   - Натыкаемся...                                        - А он за нами...                                      - Я видел, он за деревьями прятался...                 - Чуть меня не сцапал...                               Ральф с испугом показал на лицо Эрика, в кровь ис-полосованное ветками.                                       - Как это ты?                                          Эрик пощупал лицо.                                     - Весь покарябался. И кровь?                           Мальчики, сидевшие рядом с Эриком,  в ужасе отпря-нули.  Джонни,  еще не переставший зевать, вдруг разра-зился слезами,  и Билл хлопал его по спине,  пока он незатих.  Яркое утро было полно угроз, и кружок мальчиковстал  меняться.  Взгляды  уже не устремлялись к центру,все озирались по сторонам,  из-за своих деревянных  ко-пий,  как из-за ограды. Джек заставил их вспомнить, чтоони не в засаде, а на собрании.                             - Вот это будет охота! Кто со мной?                    Ральф заерзал на месте.                                - Копья у нас - деревянные палки. Не болтай.           Джек ухмыльнулся:                                      - Ага! Боишься?                                        - Да, а что? Ты, что ли, не боишься?                   И в отчаянной,  обреченной надежде он повернулся кблизнецам:                                                  - Вы же нам головы не морочите? А?                     Протест был такой пламенный, что в его искренностиникто бы не мог усомниться.                                 Рог взял Хрюша.                                        - А может...  может,  нам тут  остаться?  Глядишь,зверь к нам и не сунется.                                   Если б  не  ощущение,  что  за ними кто-то следит,Ральф бы на него накричал.                                  - Тут остаться? В угол забиться и вечно дрожать? Ачто мы есть будем? И как же костер?                         - Давайте двигаться,  - дернулся Джек. - Мы толькозря время теряем.                                           - Нет. Погоди. Как нам с малышами быть?                - А, да ну их!                                         - Кто-то должен за ними присматривать.                 - Пока что они без нас обходились.                     - Пока что можно было.  А сейчас нельзя.  За  нимиприсмотрит Хрюша.                                           - Вот  именно.  Трясись над своим драгоценным Хрю-шей, пусть тут отсиживается.                                - Сам подумай. Ну что Хрюша может с одним глазом?      Остальные с  любопытством  переводили  взгляды   сРальфа на Джека.                                            - И  вот  еще  что.  Обычная охота тут не годится,зверь же не оставляет следов.  Оставлял бы - ты бы уви-дел.  Скорей всего, он с дерева на дерево перемахивает,вроде, этих, ну, как их...                                  Вокруг закивали.                                       - Так что тут еще подумать надо.                       Хрюша снял покалеченные очки и принялся  протиратьуцелевшее стеклышко.                                        - Ральф, а мы-то как же?                               - Рог не у тебя. На, держи.                            - Так я вот чего - мы-то как же?  Вдруг зверь при-дет, когда вас не будет. Я плохо вижу, и если я напуга-юсь...                                                      Джек перебил презрительно:                             - Ну ты-то вечно пугаисся.                             - У меня рог!                                          - Рог,  рог! - заорал Джек. - Причем тут это! Самиуже знаем,  кого надо слушать.  Много ли умного Саймон,или Билл, или Уолтер скажут? Кое-кому пора бы заткнуть-ся и сообразить, что не им решать...                        Это было уже слишком.  Кровь прилила к щекам Раль-фа.                                                         - Рог не у тебя. Сядь.                                 Лицо у Джека побелело,  веснушки выступили четкимикоричневыми крапинками. Он облизнул губы и не сел.          - ...И это уж дело охотников.                          Все смотрели на них во все глаза.  Хрюша от  грехаподальше  сунул рог на колени к Ральфу и сел.  Нависалагнетущая тишина, Хрюша затаил дыхание.                      - Нет,  это дело не только охотников,  - выговорилнаконец Ральф. - Зверя же не выследишь. И неужели ты нехочешь, чтоб нас спасли?                                    Он повернулся к собранию:                              - Хотите вы или нет, чтобы нас спасли?                 И опять посмотрел на Джека:                            - Я уже говорил,  главное - костер.  А сейчас  он,конечно, погас...                                           И опять его взяла злость,  она выручила его, подх-лестнула, придала духу, он перешел в атаку:                 - Соображаете вы все или нет?  Надо же костер  за-жечь! Об этом ты не подумал? Да, Джек? Или, может, ник-то и не хочет, чтоб нас спасли?                             Ну нет,  чтоб спасли - кто же не хочет, тут уж всеясно,  и  перевес  снова,  одним махом,  был на сторонеРальфа. Хрюша выдохнул со свистом, снова глотнул возду-ха,  задохнулся. Он привалился к бревну, разевая рот, ик его губам подбирались синие тени. На него не обращаливнимания.                                                   - Ну-ка вспомни, Джек. Может, есть на острове мес-то, где ты еще не был?                                      Джек нехотя ответил:                                   - Если только...  А! Ну да! Помнишь? В самом хвос-те,  где скалы навалены.  Я подходил совсем близко. Тамтакой перешеек. И другого подступа нет.                     - Может, там он и живет.                               Все сразу загалдели.                                   - Тихо!  Ну ладно.  Пойдем туда. Если там зверя неокажется, заберемся на гору, посмотрим оттуда; и костерразведем.                                                   - Пошли.                                               - Сперва надо поесть. Потом пойдем. - Ральф помол-чал. - Копья, наверно, все же захватим.                     Они поели,  и  Ральф  повел  старших вдоль берега.Хрюшу так и оставили валяться на площадке.  День, как ивсе  эти дни,  обещал солнечную баню под синим куполом.Его еще не поволокло зыбящейся дымкой,  и потому  берегубегал  плавной дугой очень далеко,  пока не сливался водно с лесом.  Ральф выбрал тропку вдоль пальмовой тер-расы,  не  решаясь спускаться на раскаленный песок.  Онпредоставил Джеку идти впереди,  и тот выступал с коми-ческими предосторожностями,  хотя они бы заметили врагауже с двадцати ярдов. А сам Ральф, радуясь тому, что навремя избавился от ответственности, замыкал шествие.        Саймон шел  впереди  Ральфа,  и его одолевали сом-ненья - страшный зверь, с когтями, сидит на вершине го-ры  и  не оставляет следов,  а за близнецами не мог уг-наться? Сколько бы Саймон ни думал про этого зверя, еговоображенью явственно рисовался человек - героический ибольной.                                                    Он вздохнул.  Другие спокойно встают и говорят пе-ред собранием,  и видно,  что их не мучит стыд за себя,что у них не сжимается все внутри; говорят что придет вголову,  будто обращаются к одному кому-то. Он ступил всторону и обернулся.  Ральф шагал, неся копье на плече.Саймон замедлил шаг и робко пошел рядом с Ральфом, заг-лядывая ему в лицо снизу вверх из-за темной гривы, зас-тилавшей ему теперь глаза. Ральф глянул на него искоса,заставил себя улыбнуться,  будто он и не помнит, какогоСаймон свалял дурака накануне, и снова устремил куда-топустой взгляд.  Саймон обрадовался, что его признали, итотчас  забыл  о  себе.  Когда  он наткнулся на дерево,Ральф нахмурился и отвернулся, а Роберт хмыкнул. Саймонпрянул в сторону, белое пятно у него на лбу побагровелои стало сочиться.  Ральф оставил Саймона и  вернулся  ксвоим  собственным  мукам.  Скоро они подойдут к замку,этого не миновать, и главному придется пойти впереди.       Джек затрусил назад.                                   - Уже скоро.                                           - Ладно. Подойдем как можно ближе.                     Он пошел за Джеком пологим подъемом в сторону зам-ка. Слева была непроглядная гуща деревьев и лиан.           - Может, и там что-то? А?                              - Было бы заметно.  Нет,  тут никто не входил и невыходил.                                                    - Ну, а в замке?                                       - Посмотрим.                                           Ральф раздвинул заслон травы и  выглянул.  Впередибыло всего несколько каменистых ярдов, а дальше два бе-рега сходились, и тут бы острову, казалось, и кончитьсяострым  мысом.  Но  вместо  этого узкая каменная коса внесколько ярдов шириной и ярдов пятнадцати длиной, про-должая остров,  уходила в море. Она утыкалась в один изтех розовых  квадратов,  которые  составляли  фундаментострова.  Эта  стена замка,  отвесная скала футов в стовысотой,  и была тем розовым бастионом, который они ви-дели тогда сверху. Она вся была в трещинах и сверху за-валена грозившими обрушиться камнями.                       За Ральфом в  высокой  траве  затаились  охотники.Ральф посмотрел на Джека:                                   - Ты охотник.                                          Джек багрово покраснел:                                - Знаю. Ну, я пошел.                                   И тогда что-то,  очень изглубока, заставило Ральфавымолвить:                                                  - Я главный. Я сам пойду. И не спорь.                  Он повернулся к остальным:                             - А вы спрячьтесь. И ждите меня.                       Голос не слушался Ральфа,  вот-вот  совсем  замретили сорвется на крик. Он посмотрел на Джека:                - Значит, ты думаешь...                           Джек пробормотал.                                      - Я все обшарил. Наверное, тут.                        - Понятно.                                             Саймон промямлил неловко:                              - Я не верю в зверя этого.                             Учтиво, как обсуждают погоду, Ральф согласился:        - В общем-то, конечно.                                 Рот у него сжался,  губы побелели.  Очень медленноон откинул волосы со лба.                                   - Ну ладно. Пока.                                      Он принудил свои непослушные ноги вынести  его  наперешеек.                                                   Кругом разверзались бездны полого воздуха. И неку-да спрятаться, и надо вдобавок идти вперед. Он помедлилна узком перешейке и глянул вниз.  Скоро,  если считатьна столетия, вода превратит этот замок в отдельный ост-ров. Справа лагуна, ее качает открытое море, а слева...     Ральф поежился. Лагуна защищала их от океана. Покапочему-то один только Джек подходил к самой воде с дру-гой стороны. И вот теперь он сам заглянул наконец в пу-чину с суши,  и пучина дышала, она была как живая. Водымедленно опадали между скалами и открывали розовые гра-нитные плиты,  и странные наросты кораллов, и полипы, иводоросли.  Ниже, ниже, ниже падали воды и всхлипывали,как ветер в листве. Вот показалась плоская скала, глад-кая,  как стол,  и воды, засасываясь под нее, открыли счетырех сторон одетые водорослями грани утеса.  А потомспящий  левиафан вздохнул - и вода поднялась,  заструи-лась водорослями и вскипела над розовостью  столешницы.Здесь волны не ходили,  они не шли никуда, просто вски-дывались и обрывались, вскидывались и обрывались.           Ральф поднял глаза на красную скалу. За ним следи-ли из высокой травы,  смотрели,  ждали. Он заметил, чтоладони ему холодит застывающий пот;  и с изумлением со-образил,  что не рассчитывал, в общем-то, повстречатьсясо зверем и не знает,  что ему делать,  если зверь ока-жется тут.                                                  Можно было бы и забраться прямо на скалу, да толь-ко не стоило.  Вдоль квадратной стены плинтусом шел ус-туп,  так что можно пробраться справа,  над лагуной,  изавернуть за угол.  Идти оказалось нетрудно, и скоро онувидел бастион с тыла.                                      Ничего нового,  все  то же - нагроможденье розовыхглыб,  покрытых гуано,  как сахарной корочкой; и крутойподъем к камням, сверху наваленным на бастион.              Он обернулся на стук. Джек карабкался по уступу.       - Не мог же я тебя бросить.                            Ральф молчал. Он пробрался по скалам, осмотрел пе-щерку,  не обнаружил там ничего зловещего - всего  нес-колько тухлых яиц - и сел,  озираясь по сторонам и пос-тукивая кончиком копья по камню.                            Джек захлебывался от восторга:                         - Вот где крепость устроить!                           Их фонтаном обдали брызги.                             - Тут пресной воды нет.                                - А это что?                                           В самом деле,  на скале повыше было какое-то зеле-новатое пятнышко. Они взобрались туда и попробовали со-чившуюся воду.                                              - Можно кокосовую скорлупу подставлять,  чтоб  всевремя полная.                                               - Нет уж. Спасибо. Поганое место.                      Бок о бок они одолели последний подъем, где соору-женье сужалось и венчалось последним  разбитым  камнем.Джек ткнул в него кулаком, и он скрипнул - чуть-чуть.       - Помнишь?..                                           Оба подумали  о  дурной полосе в промежутке.  Джеквыпалил горячей скороговоркой:                              - Подсунуть сюда пальму,  и если враг  подойдет...смотри!..  - В сотне футов под ними шла узенькая дамба,и каменистая земля,  и трава в точечках  голов,  дальшебыл лес.                                                    - ...навалиться   и...   -  захлебывался  Джек,  -...и... р-раз!                                              Он отвел назад руку,  замахнулся. Ральф смотрел нагору.                                                       - Ты чего?                                             Ральф отвел взгляд от горы.                            - А что?                                               - Ты так смотришь - я прямо не знаю!                   - Сигнала нет! Нас с моря не видно.                    - Ты просто чокнулся с этим сигналом.                  Кругом бежала тугая синяя черта горизонта, надлом-ленная только горой.                                        - Но больше нам надеяться не на что.                   Он прислонил копье к шаткому камню и обеими  горс-тями смахнул со лба волосы.                                 - Пошли назад, на гору взберемся. Они же там зверявидели.                                                     - Нет там сейчас зверя никакого.                       - Но что же нам делать?                                А те,  кто засел в траве, увидели невредимых Джекаи  Ральфа  и  выскочили из засады на солнце.  Увлекшисьразведкой, про зверя впопыхах позабыли. Высыпали на пе-решеек и стали карабкаться.  Ральф стоял, облокотясь накрасный камень, огромный, как мельничное колесо, раско-лотый  и опасно нависший над обрывом.  Он уныло смотрелна гору и молотил  сжатым  кулаком  по  красной  стене,стиснул зубы,  и жадная тоска смотрела из глаз, занаве-шенных челкой.                                              - Дым.                                                 Он пососал свой разбитый кулак.                        - Джек! Пошли.                                         Но Джека рядом уже не было.                            Со страшным шумом, которого он и не заметил, маль-чики раскачивали каменную глыбу.  Когда он туда посмот-рел,  глыба хрустнула и рухнула в воду,  и оттуда, чутьне  до  верха  стены,  взметнулся  гремучий  сверкающийстолб.                                                      - Хватит вам! Хватит!                                  Его голос заставил их смолкнуть.                       - Дым.                                                 Что-то странное стряслось у него с головой. Что-тометалось крылом летучей мыши и застило мысли.               - Дым.                                                 Сразу вернулись мысли, а с ними и ярость.              - Нам  дым  нужен.  А вы тут время теряете.  Камнитолкаете.                                                   Роджер крикнул:                                        - Времени-то у нас хватает!                            Ральф тряхнул головой:                                 - Надо идти на гору.                                   Все загалдели.  Одни хотели скорее в бухту. Другимхотелось еще покачать камни. Солнце палило, и опасностьрастаяла вместе с тьмой.                                    - Джек,  зверь может быть на другой стороне.  Вединас. Ты там уже был.                                        - Можно по берегу пройти. Там фруктов много.           К Ральфу сунулся Билл:                                 - Может, еще немножечко тут побудем?                   - Ага!                                                 - Сделаем крепость!..                                  - Здесь нет еды,  - сказал Ральф, - и укрытий нет.И пресной воды мало.                                        - Зато крепость была бы - высший класс!                - Можно камни сваливать.                               - Прямо на перешеек...                                 - Сказано вам,  пошли! - бешено выкрикнул Ральф. -Надо все проверить. Идем!                                   - Ой, давайте лучше тут останемся...                   - Хочу в шалаш...                                      - Я устал...                                           - Нет!                                                 Ральф содрал кожу на пальцах. Но не чувствовал бо-ли.                                                         - Я главный. Надо все выяснить точно. Гору видите?Сигнала там нет.  А вдруг корабль? Да вы все чокнулись,что ли?                                                     Мальчики, ропща, затихали.