Глава 1. Часть 3: Молясь во мраке, святым не станешь

Привычное состояние истощённости накрыло моё тело. Знакомые запахи закружили, и пелена перед глазами стала рассеиваться. Каждый сантиметр тела отзывался тупой болью при незначительном движении. Глаза неохотно приоткрылись и стали медленно привыкать к тусклому освещению.

Это тоже был сон? Просто дурацкий сон, сотворённый моим больным сознанием?

В памяти стали проскакивать фрагменты воспоминаний, связанных с этой комнатой, и я поняла, в чьих покоях нахожусь. Комната Никласа расположена ближе всего к главной столовой.

Не сон. Прикусив нижнюю губу, я медленно сползла к краю кровати.

– Принцесса, никак очнулись? – размытый силуэт стремительно приблизился ко мне, и я смогла узнать лицо своей гувернантки. – Ну и начудили вы сегодня, дорогуша! Представляете лица прислуги, когда они увидели тот погром в столовой?

Её сильные руки стали выжимать тряпку над глубокой чашей, и она приступила к обтиранию моего тощего тела. Касания мягкие, но взгляд её был направлен будто сквозь меня.

– Не смей прикасаться!

Вскинув руки, я перевернула чашу на пол. Яркие картины сегодняшнего завтрака вспыхнули перед глазами. Чувство вины разрослось в груди, разгоняя пульс и утяжеляя тело. Взгляд отца, немой вопрос Никласа и противный писк= королевы. Они ведь впервые увидели своими глазами малую часть того, что я ношу в себе столько лет. Этот небольшой выплеск силы не смог бы навредить кому-либо, но я из-за него потеряла сознание.

– Как они? – слова отдались болью в пересохшем горле.

– Напуганы, но придут в себя, – в её тёмно-зелёных глазах я не прочла ничего, кроме обыденного спокойствия. – Когда я пришла, то вы уже лежали без сознания, а Никлас лупил вас по щекам. Мне хочется верить, что он старался привести вас в чувство, а не воспользовался ситуацией.

Ну-ну, это ведь мой старший братец. Наверняка получил удовольствие от того, что ситуация повернулась именно так.

Улыбка гувернантки показалась мне слишком натянутой. Я безустанно старалась заметить что-то ещё в её лице, пока она тряпкой собирала с пола пролившуюся воду.

Что-то, что могло бы оправдать многолетнюю ложь единственного родного, как я считала, мне человека.

– Когда ты собиралась рассказать?

Агнет занервничала, услышав мой вопрос. Её рука замерла прямо в воздухе.

– Он бы мне не позволил. Ваш отец хотел уберечь вас...

– Меня? Или себя и других от собственного дитя?! – я ощутила, как ногти врезаются в незажившую кожу ладони. – С ним-то мне всё понятно. А вот за кого волновалась ты? Может, искала способ защитить свою собственную шкуру и продолжать купаться в роскоши, что даровала тебе моя семья?

– Мне действительно жаль, Аннеит... Возможно, я должна была сделать это раньше.

Учитывая моё состояние сейчас, это было самое верное утешение с её стороны. Глаза виновато опустились, а руки сжали край платья.

Мои щёки запылали. И я вновь нервно закусила губу, чтобы сдержать рыдания.

Я справлюсь и с этим.

– Когда мы отправляемся?

– Уже завтра, – голос гувернантки стал тише, а глаза растерянно бегали то по мне, то по комнате. – Мы должны отправиться до рассвета. У вас есть ещё несколько часов, чтобы немного подремать и начать сборы. Я помогу вам всё сложить.

Нет смысла сопротивляться. От моего слова совсем ничего не зависит.

– Ты свободна! – рявкнув, я дала понять, что в её помощи не нуждаюсь. Да и сил на разговор с ней не осталось вовсе.

– В таком случае, увидимся с вами позже, принцесса, – Агнет растерянно улыбнулась и пристально посмотрела на меня, словно хотела сказать что-то ещё. Но задерживаться не стала. – Добрых вам сновидений.

Вскоре я осталась в комнате совсем одна. В этот раз тишина не душила, а убаюкивала моё сознание. Но прежде чем вновь погрузиться в столь желанный сон, я добралась до отхожего места и дважды опустошила свой желудок. Лишь после этого смогла дойти до кровати и повалилась на неё. Круговорот мыслей стал наконец-то приглушаться.

«Есть ли ещё шанс, что всё это ложь?» – оставив этот вопрос без ответа, я погрузилась в короткий сон.

Ранние сборы прошли на удивление быстро. Мне было неизвестно, на сколько меня отсылают из родного дома, а потому я взяла лишь самое необходимое. В мешки полетели пара платьев, свободная одежда, пара тёплых сапог, одна пара туфель, плащ, шаль – этого было достаточно, чтобы добраться до места. Остановившись у резного ящика, я протянула руку к запылившейся шкатулке, чтобы достать оттуда изумрудную диадему матери. И замерла, погрузившись в воспоминания.

– Если бы только ты могла оказаться рядом, матушка...

Моя белая рубашка, надетая с мешковатыми брюками, казалась одновременно по-женски элегантной и по-мужски бесхитростной. На плечи наброшен богатый плащ тёмно-серого цвета, отделанный золотой каймой. Высокие сапоги были достаточно тёплыми, чтобы согревать в новых землях, и достаточно комфортными для пеших прогулок. Из высокого хвоста уже успели выбиться несколько пепельных прядей. Я была собрана. Но в груди разрастались тревога, страх и трепет.

Агнет и Никлас, как и обещали, ожидали меня в конюшне, готовые к нашему путешествию. Не хватало одной лишь меня. Я двигалась не спеша, всматриваясь в лицо каждого: отца, брата, Агнет. Показалось, что все эти люди совершенно чужие для меня и я впервые с ними встречаюсь.

Мы отправляемся втроём? Неужели он никого больше не отправит с нами, раз за пределами замка столь опасно?

Я медленно подошла к чёрной кобыле по кличке Гроза. Она была подарена мне отцом ещё пять лет назад. Правда, выйти за пределы города на ней я смогу впервые. Сумки с моей одеждой уже были крепко привязаны к седлу. Кобыла показалась мне встревоженной, но к себе подпустила. Я стала поглаживать её по серебристой гриве, стараясь успокоить не столько её, сколько себя.

– Тише, девочка. Я не обижу тебя.

– Пора, – отец встал рядом, не сводя с меня глаз, – пусть дорога будет лёгкой и Мать укажет вам верный путь.

– Мы больше никого не ждём? – не сдержав своего любопытства, ляпнула я. – Лишь мы втроём?

Король смертного государства Бранд Селия II прямо сейчас стоял и мялся перед своей дочерью, подбирая слова. Впервые вижу его таким. Или же нет? Я вспомнила недавний кошмар, когда мне приснилась мать. В нём она говорила с каким-то мужчиной, силуэт которого напомнил мне сейчас отца.

– Нет необходимости. Ваше отбытие должно остаться в тайне. Если об этом кто-то узнает, то могут пойти разговоры и волнения. А потому с тобой я могу отправить только самых верных и проверенных людей. Ни в ком из них я не сомневаюсь.

– Решил избавиться от двух наследников разом? – вновь не подумав, тихо буркнула я.

– Ты что-то сказала? – переспросил отец, не услышав моих слов.

– Прощайте, говорю. Пусть Матерь будет и к вам благосклонна.

– Лёгкой дороги. Но хочу, чтобы ты знала, что я не могу поступить иначе. А потому буду ждать тебя дома, как только всё образуется.

Подобные тёплые слова давались ему особенно тяжело. Это было заметно по напряжённой спине и неестественной улыбке. Он подошёл ближе и едва коснулся губами моего лба, отчего я вовсе растерялась. Его седые пряди защекотали лоб.

– Я хочу, чтобы ты всё же взяла кое-что с собой. Твоя мать подготовила это для тебя ещё очень давно, когда ты только родилась. Она желала лично вручить тебе это в день твоего совершеннолетия. Но я не смог сделать это за неё.

Он протянул мне старый конверт, который сильно потрепался за многие годы. Какое-то время я не решалась принять его. От конверта пахло родным запахом.

– Она всю жизнь берегла тебя и любила всем сердцем. Мне действительно жаль, что я не смог дать тебе то, что ты заслуживаешь. Я не должен был так поступать, – внезапно осипший голос выдал внутреннюю печаль отца.

Кажется, впервые за всю жизнь он был искренен со мной. И его морщинистые руки уже потянулись в мою сторону.

– Да хранит вас Матерь! – я поклонилась и поспешила оседлать ожидавшую меня Грозу.

Не обида бушевала в моей душе сейчас, и не она заставила отвернуться от родного отца в момент прощания. Страх родился первым. Страх, что если я доверюсь ему сейчас и вновь открою двери к своему сердцу, то всё это окажется очередной ложью.

Он прощался так, словно мы и вправду больше никогда не увидимся.

Но мои спутники давно успели попрощаться с королём, а потому причин задерживаться не осталось. Я сразу же направила кобылу к главному выходу.

– Всего хорошего, отец! Пойду рассказывать миру, как король выгнал родную дочь из Каменного замка!

Никлас с Агнет последовали моему примеру и уже нагоняли меня на своих лошадях, пока я задорно размахивала руками. Пусть никто и не оценил мою шутку, но я заметила, как на долю секунды уголки губ короля изогнулись в подобии улыбки.

И что теперь? Я оставила отца и дом далеко позади. В голове скопилось столько мыслей и вопросов. И если вся история с проклятием правдива, то никто не должен пострадать от моего недуга. Ветер ласково сдул слёзы с моих щёк, подбадривая и успокаивая. Его песнь окружила моё тело и указала путь на север.