Глава 1. Часть 2: Его поступки ответили на все мои вопросы

Сегодня я стояла с высоко поднятой головой, медленно моргая уставшими глазами бирюзово-голубого цвета. У меня не осталось сил, чтобы бороться, и Агнет это почувствовала. Эти мысли нагнали меня уже на выходе из купели.

– Да чтоб тебя, Аннет, – я дважды споткнулась, но смогла устоять на месте, – соберись.

Запахом пряностей пропитался весь длинный коридор. Пустой желудок требовал, чтобы тело поспешило и скорее приступило к долгожданной трапезе.

Это ведь просто завтрак! Что со мной опять не так?

Немного успокоив дыхание и натянув повседневную маску, я застыла перед дверями в столь знакомый зал.

Всего лишь моя семья. Сегодня всё, как и всегда.

Но как только я сделала первый шаг внутрь, то слегка растерялась. На завтраке присутствовали все члены нашей семьи. Даже старшему брату не удалось улизнуть на какое-то очередное выдуманное и очень важное задание. С моим появлением стихли все разговоры. Тишина в зале стала душить.

Просто завтрак?

Внутри что-то велело «беги», но усилием воли получилось подавить внезапно проснувшуюся тревогу. С трудом я заставила себя подойти к столу. Отвратительная сила внутри продолжала бурлить, готовая вот-вот вырваться наружу. По какой-то причине сегодня беспокойство не отпускало меня ни на секунду.

– Неужели вы смогли заставить этого уличного пса сесть с нами за один стол? Никлас, тебя ведь предупредили, что полуголых дев здесь не будет?

Тяжёлый взгляд брата упал на меня. Могу поклясться, что увидела танцующих демонов в его огромных тёмных глазах. Очередное сходство с отцом.

Но в ответ он лишь небрежно бросил вилку и облокотился на спинку стула, вальяжно развалившись на нём.

Надменен, как и всегда. Это из-за его присутствия я чувствую себя так тревожно?

Отношения с братом даже в детстве не отличались особой теплотой. А потом он отталкивал меня своей грубостью, отстраняясь с каждым годом всё сильнее. Ещё совсем ребёнком я желала братской поддержки и защиты. Но увы, Матерь не подарила нам столь прочных уз. Эта обида прожигала меня несколько лет. Зато со временем пришла потеха, и я скрашивала свои бессмысленные деньки в замке язвительными перепалками с молодым принцем. Забавляло, как он закипал после пары брошенных мною фраз. К сожалению, со временем и это ему наскучило. Принц занялся королевскими делами, выполняя разные поручения отца. Правда, еженедельно он выделял один свободный вечер, чтобы порезвиться в кабаках или местных борделях, проводя ночь с какой-нибудь сомнительной особой. Сомневаюсь, что кого-то удивит, если через несколько лет у него окажется около дюжины незаконнорождённых отпрысков.

– Здравствуй, сестра. Я тоже безмерно рад встрече с тобой. Вид, правда, у тебя что-то неважный, – принц всегда знал, куда ударить, но ещё ребёнком я научилась пропускать его колкие фразы мимо ушей. – Неужели не выспалась?

– Что ты, всё вовсе наоборот.

Мои кошмары стали головной болью для всех этих людей. Поэтому со временем я попросту перестала рассказывать о них. Стало невозможно в очередной раз замечать страх мачехи и ощущать на себе тяжёлый взгляд отца. Агнет в детстве смогла обучить меня тонкостям перевоплощений: как спрятать усталость и тревогу под привлекательным нарядом.

Этим утром выбор пал на тонкое, довольно откровенное платье цвета ясного неба, с открытыми руками и глубоким разрезом на бедре. Ленты цвета слоновой кости нежно подчеркнули заметные изгибы, оплетая талию и спускаясь ниже, словно змея, обвили открытое бедро.

Моим ежедневным желанием стало выглядеть нормальной. Но брат видел меня насквозь.

– Этой ночью я спала сладко, – голос мой стал мягок. Заняв своё место за столом, я продолжила: – Меня во сне даже посещал привлекательный принц! Не могу, правда, вспомнить, откуда он мне знаком? Но вот что он вытворял с моей....

– Довольно!

Ну вот, опять королева сидела, глубоко глотая воздух своей пышной грудью. Щёки её пылали, а глаза бегали по нам обоим. Как потрясающе она играла свою роль, находясь вблизи супруга.

«Невинная овечка», – подумала я и отвела от неё взгляд.

– Тебе только во сне и смотреть на принцев.

Братец расхохотался и взгляд его стал мягче. Хотя бы издёвки над мачехой приходятся нам обоим по нраву.

К сожалению, она не мама. Та сидела бы рядом и смеялась без остановки. Лишь она принимала меня полностью, такой, какая есть. Я с самого детства была её маленькой копией, с такими же пепельными волосами. Её маленькие ладони всегда были наполнены теплом и любовью. Она единственная знала, как успокоить меня, привести в чувства отца и брата. Мы никогда не видели грусти на её жизнерадостном лице.

Мам, ты тоже видишь её? Можно вас как-то поменять местами?

Мамы нет с нами уже четырнадцать лет. За эти годы я так и не смогла узнать, что же произошло на самом деле. В тот день отца срочно вызвали на северные границы. И она настояла, чтобы они отправились вместе. Вернулся он уже один. Мне удосужились рассказать лишь о том, что их поджидали и нападавших было слишком много. Отец, конечно же, и до этого не был многословен. Но после произошедшего наши разговоры, как дочери и отца, прекратились вовсе. Мама была единственной, кто получал любовь правителя. Она связывала нас всех между собой. Конечно же, после трагедии место жены короля долго не пустовало, и вскоре появилась Эта. Политический брак и не более того.

– Вы меня точно до могилы доведёте, бесстыдники!

– Скорее бы, – пробубнила я себе под нос, и мне повезло, что услышал только Никлас.

– Вам не следует забывать о манерах, юная леди! – её красные пряди упали прямо на стол. – Вот я бы в вашем возрасте ни за что бы не позволила себе подобные разговоры!

Рядом с отцом она всегда надевает маску невинной овечки, но я часто замечаю откровенное заигрывание с приезжими гостями во время редких балов и виляние ярко-красной косой перед носами придворных. Хотя практически уверена, отец попросту не хочет обращать на это внимание. Теперь его заботит лишь правление. Повезло ещё, что у них не получается зачать наследников. В противном случае ночевали бы мы с Никласом в подземелье.

– Агнет рассказала мне про твои... кошмары, – спокойным тоном стал говорить король, не отрываясь от бокала с вином. – Они стали сильнее беспокоить тебя в последнее время?

Замешательство в его глазах выдало не свойственное ему беспокойство.

– Вовсе нет. Всё как обычно, – тошнота застала меня так же внезапно, как и неуместный вопрос отца. Его уже давно не интересуют мои «ночные приключения». Аппетит пропал, словно его и вовсе не было.

– Не ври мне.

– Не указывай мне! – я заглянула в чёрные глаза, но не ощутила ничего, кроме холода.

– И вот опять она за своё! – истошным голосом тут же завопила мачеха. – А я ведь говорила вам, мой король, о...

– Ребекка, помолчи.

Привычно грозный и в то же время спокойный тон отца не вызвал во мне ни единой эмоции. Чего не скажешь о Ребекке, которая сразу же втянула голову. Заметная разница в возрасте делала из неё девчонку на его фоне.

– Аннеит, я не собираюсь воевать с тобой. Я буду честен, в нашем королевстве начали всё чаще происходить страшные события, что беспокоит меня, – отец скорее размышлял вслух, нежели обращался к кому-то из нас. – Появилась информация о том, что в наших лесах стал обитать Виндиго... – не успел он закончить фразу, как принц перебил его.

– Виндиго? Почему я не слышал об этом?

Глаза Никласа округлились. Одним движением он взъерошил золотистые волосы, что также достались ему от отца.

Полупустой бокал с вином застыл, так и не опустившись на стол. В лёгких стало слегка покалывать от глубоких и частых вдохов. Пока ещё мне удавалось выдерживать тяжёлый взгляд отца.

И почему отец говорит об этом мне? Да и разве он когда-то верил в эти сказки?

– Наши люди стали исчезать на границах, и мне пришлось отправить туда отряд одарённых воинов, – взгляд короля стал отстранённым, словно он лично пережил весь ужас тех событий. – Из отряда осталось в живых лишь двое. Их мы нашли случайно в одном из ущелий. Они забились в угол и отказывались вылезать. Бедняги настолько были перепуганы и истощены, что заговорили лишь через четыре дня... Оба описали существ, похожих на виндиго.

– Бред, – вырвалось у меня, но я тут же прикусила губу.

Но отец словно не услышал меня, либо как обычно проигнорировал нелепое высказывание. Потому продолжил свой рассказ дальше.

– Мы нашли остатки тел остальных. Сомнений быть не может, лесные звери так людей не терзают. И глубокие следы когтей на телах подтверждают это, – пауза отца стала мучительной, но, отпив вина, он продолжил. – А одного несчастного даже привезли во дворец, пока он ещё дышал. Он выкрикивал лишь одно слово: «виндиго». У него не было шансов выжить.

– До меня доходили слухи о странных смертях на границе и пропавших людях, – первым тишину прервал Никлас, размышляя над собственными словами.

– Как это может быть связано со мной? – я не узнала собственный голос, хрипота начала пробиваться сквозь слова. – Зачем ты говоришь об этом в моём присутствии?

Ребекка, которая до этого сидела и бледнела от речи своего короля, перевела яростный взгляд на меня. Она никак не могла смириться с тем, что я – дочь короля и обращаюсь к нему на «ты».

Прежде чем ответить, отец подсобрался, заставив вытянуться и мысленно подготовиться к словесной атаке. Он всматривался в меня мрачными чёрными глазами.

– Нам это пока неизвестно. Но большинство нападений и исчезновений в последние годы происходят как раз в пределах нашего леса. Словно этих тварей что-то притягивает к замку, – игнорируя мои вопросы, отец не прекратил посвящать меня в королевские дела. – Я собираюсь отправить тебя и Агнет в поместье у гор безликих народов. Там маленькое поселение, но лучшая защита во всём государстве. Мне нужно знать, что ты в безопасности. Поэтому завтра до рассвета вы с Агнет должны выдвинуться.

– Ты собираешься отослать меня из-за того, что кому-то почудилось, что чудовище из сказок ожило? – во мне продолжали бороться страх с гордыней, отчего руки задрожали лишь сильнее. – Отец, ты, случаем, не заболел?

– Это не просьба, Аннеит, – судя по его тону, это был приказ без права выбора. Напряжение между всеми лишь возросло. – Завтра же ты отправляешься в северные земли.

– Ты не можешь сослать меня и снова закрыть в четырёх стенах! Словно это может решить все твои проблемы! – злость из-за собственной беспомощности разрослась, а тьма со дна души снова выпустила свои когти, царапая изнутри. – Это какой-то бред! Решил, что подобными сказками сможешь запугать меня и избавиться от нелюбимой дочери?

– Я хочу защитить тебя, а не прогнать! И это решение не обсуждается!

Лжец. Не верю ни единому слову. Когда ты успел стать таким, отец?

Словно пытаясь разрядить атмосферу, Ник решил вмешаться в наш разговор и прервал мой поток мыслей.

– Я отправлюсь сопровождать вас и проконтролирую, чтобы вы спокойно добрались, – по глазам Никласа стало понятно, что он не знает всех подробностей, но точно осведомлён о моём скором отправлении. Именно поэтому он здесь.– После вернусь и вновь приступлю к государственным делам.

– Если собрался защитить, то расскажи хотя бы, от чего! Я не собираюсь повиноваться и продолжать отсиживаться за толстыми стенами! – мой голос сорвался на крик. – Мама бы не позволила тебе, но... Но теперь я не ребёнок и обязана знать, почему столько лет живу как заложница в собственном доме!

Подобных разговоров были тысячи, но результат всегда один. Отец попросту уходил, оставляя меня наедине с собственными демонами.

После долгих минут тишины и громкого выдоха наконец-то начался столь долгожданный рассказ.

– Твои сны... Твои ночные кошмары, они пугали нас с твоей матерью с самого момента их появления. Мы не понимали, что с тобой происходит и что делать дальше. Агнет стала помогать тебе, и вместе мы искали любую информацию, стараясь при этом не вызывать много вопросов к нашей семье, чтобы уберечь тебя... – он выдавливал из себя по слову, ведь я заставила его говорить. – Удалось раздобыть кое-какие древние летописи. И мы нашли, что искали...

Он правда говорит об этом всерьёз? Неужели эти существа из сказок действительно появились на наших землях?

– Хочешь правду, Аннеит? Тогда слушай! – что-то древнее и зловещее промелькнуло на его лице, но он продолжил. И я лишь молча слушала, словно заворожённая. – Та история гласит, что ещё во времена правления самой Матери на земле родилась ужасная болезнь. Смертельная, как чума. Её прозвали Тьмой. И набирала свою силу она в самых ужасных уголках тех времён, питаясь бедами и утратами живых существ. Путешествовала тысячи лет и каждый раз находила себе новый сосуд. И однажды этим сосудом стала обычная девушка из рода бессмертных. Никто не знает, почему именно её выбрала Тьма... Но разрушения были столь ужасными, что страдали как люди, так и сиды.

Отец поднялся из-за стола и стал нервно взъерошивать свои седые с золотыми проблесками волосы.

– Совместными усилиями люди всё же смогли победить её, уничтожив сосуд – тело. Однако пророчество гласит, что настанет день, и Тьма вновь вернётся на наши земли. И воздастся смертным и бессмертным народам за их грехи.

Никто не смел проронить ни слова. Даже мачеха сидела тихо, то и дело косясь на меня. Сделав очередную паузу, отец вновь сел в своё кресло.

– Там же говорится, что сила возродится в другом дитя. И тогда все твари из самых потаённых глубин преисподней начнут пробиваться к своей хозяйке, чтобы снова прислуживать ей... Я не хочу верить сказкам поехавших умом старух. И в то, что древняя история как-то связана с тобой, я тоже верить не хочу. Но это всё, что нам удалось найти.

Даже сейчас я не могла осмыслить всё то, что он рассказал. Но что-то зловещее упорно пробивалось прямо сейчас из глубоких недр моей души, стремясь вырваться наружу в любую секунду. В собственном теле мне стало тесно.

Впервые за столько лет мне дали ответы на некоторые вопросы. Я не могла перестать думать о бредовом пророчестве и о том, что всё это действительно так. Мои руки предательски дрожали. Но взгляд короля остался отстранённым, и сам он погрузился в болезненные воспоминания.

– Пойми, наш мирный договор с сидами очень хрупок. Мы не осуждаем их традиции и не пытаемся развязать войну. А сиды, в свою очередь, не стремятся надеть на нас оковы рабства. И если это всё правда, то они точно вспомнят ту войну и принесённые разрушения, когда узнают о тебе. Они не позволят истории вновь повториться. А я не могу позволить, чтобы тебе кто-то навредил, – в его взгляде я неожиданно прочла мольбу не задавать больше никаких вопросов и не спорить, а опущенные уголки губ – прямое тому подтверждение. – Многие и сейчас имеют свои планы на наше королевство и даже не скрывают этого. И рано или поздно кто-то узнает истину, это вопрос времени. Пойми меня, прошу...

– Нет. Даже не проси меня о подобном, – только и смогла выпалить я, не дав ему закончить.

Отец просит меня о чём-то? Значит ли это, что всё, сказанное им, – правда, и я проклята?

Он никогда не пытался объяснить все жестокие меры, обращённые ко мне. Столько лет я жила в неведении, а когда уже стало опасно для всего королевства, он решил открыть тайну и поиграть в заботливого отца. Чем же он думал, когда я стояла на коленях и, рыдая, молила его рассказать, за что он так строг ко мне? Почему у всех нормальные счастливые жизни, а у нас нет? Неужели я всю жизнь росла чудовищем, а они все закрывали глаза на это? Получается ведь, что Агнет с Никласом тоже знали эту истину и скрывали. Но теперь-то отец смотрит на меня и ждёт, что я отвечу дальше.

Как же надоело. Всё словно в очередном кошмарном сне.

Нарастающий гул в ушах мешал мне здраво обдумать всю полученную за это утро информацию. Я услышала собственное сердцебиение. Знакомая мне сила прямо в этот момент безжалостно пробивала внутреннюю защиту, которую я так упорно строила день за днём. Её зловоние становилось всё ближе.

– Я никогда не пойму тебя и твою жестокость к нам. Чем бы ты себя ни тешил, но ты отвратительный отец и король!

Больше я не смогла сдерживать внутренний гнев. Дверь, что должна была оставаться всегда закрытой, приоткрылась лишь на секунду. И все в зале ощутили на себе дыхание древней силы.

Я не прощу тебе то, что ты не любил меня.

Окружающий мир потонул во тьме, и сквозь её плотный покров стали пробиваться жалостные женские крики. Кажется, сейчас я и сама кричала.