Часть 18

Ньют

Солнце ещё не поднялось полностью — только робкие полосы света пробивались сквозь листву, окрашивая лагерь в бледно-золотой цвет. Воздух был прохладным и влажным, будто ночь всё ещё не хотела уходить.Я открыл глаза, не сразу понимая, где нахожусь. Пару секунд просто лежал, слушая, как Глейд просыпается: где-то шуршат листья, щёлкает ветка, кто-то переворачивается в гамаке.

Повернув голову, я заметил его.

Элиот сидел на своём гамаке — прямо напротив. Локти на коленях, спина чуть согнута. Его разноцветные глаза устремлены в одну точку — туда, где спала Ария. Он даже не моргал, будто боялся упустить что-то важное.Я наблюдал за ним несколько секунд, прежде чем понять — он не замечает, что я проснулся.

Что-то внутри сжалось.Не злость, нет... Скорее что-то другое — тёплое, но колючее.

Я медленно сел, провёл рукой по лицу, чтобы стряхнуть остатки сна, и поднялся. Под подошвами шуршала трава, утренняя роса цеплялась за штанины.

Элиот не шелохнулся. Только взгляд его стал чуть мягче, когда лёгкий ветер колыхнул прядь волос Арии.Она спала неровно — то дёргала рукой, то глубже зарывалась лицом в подушку. И одеяло сползло почти до колен.

Я шагнул ближе.

Он наконец заметил меня. Его плечи напряглись, взгляд метнулся в мою сторону.Я не сказал ни слова. Просто встал рядом с Арией и тихо, почти невесомо, поправил одеяло, укрыв её до подбородка. Она чуть пошевелилась, но не проснулась.

Пару секунд я просто смотрел на неё. Утренний свет скользил по её лицу, по ресницам, по лёгкому вздоху, и что-то в груди странно кольнуло.

Я чувствовал взгляд Элиота — прямой, цепкий.И тогда, не отводя глаз, я наклонился и легко коснулся губами её лба.Не ради нежности — ради того, чтобы он увидел. Чтобы понял.

Она чуть улыбнулась во сне, не осознавая ничего, а я выпрямился, глядя прямо на него.Он всё понял.По тому, как сжались его челюсти, как пальцы на коленях сжались в кулаки.

Я не стал ничего говорить. Просто бросил короткое:— Доброе утро.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл прочь.Воздух был прохладным, лёгкий туман стелился по земле. Каждый шаг отзывался глухо, как будто Глейд сам следил за нами, затаив дыхание.

Я не оборачивался. Не хотел видеть выражение его лица — потому что знал, что оно скажет больше, чем любые слова.

———————

Я шёл в сторону водоёма, туда, где утренний воздух пах свежестью и мокрой землёй. Где-то неподалёку щебетали птицы — непривычно спокойно, будто ничего не происходило.

А внутри всё гудело.

Я нагнулся, зачерпнул воду ладонями, плеснул на лицо. Холод пробрал до костей, но ясности не прибавилось. Только сердце стучало громче.

Перед глазами всё ещё стояла картина: Ария, спящая, с растрепанными волосами... и Элиот, смотрящий на неё так, будто она — единственное, что здесь имеет значение.Он был новеньким. Всего несколько дней в Глейде. А уже успел зацепить то, что я сам пытался держать подальше.

Я опустился на корточки, провёл ладонями по воде, глядя, как волны расходятся от движения.Почему это всё вообще задевало?Может, из-за того, как она смотрит на него — чуть настороженно, но с интересом. Или потому что я видел, как он смотрит на неё — не как на очередного глейдера.

Проклятье.

Я сжал кулаки, вода капала между пальцами.Не стоило этого делать. Не стоило даже подходить к ней тогда, у костра. Не стоило позволять себе... чувствовать.

Я всмотрелся в своё отражение. Глаза — усталые, под ними тень. Лицо чуть осунулось. Всё это время я будто играл роль спокойного, уравновешенного, но внутри... внутри была буря.

— Дурак, — тихо выдохнул я, не то себе, не то отражению.

Вода снова дрогнула, растекаясь от моего дыхания.

Я присел на камень у берега, потер виски.Мысли шли одна за другой: Ария, Элиот, этот глупый поцелуй, который теперь казался вызовом.А ведь я сделал это специально. Не ради неё — ради него. Чтобы поставить точку, показать, где её место. Где моё.

Только легче не стало.Наоборот — внутри стало пусто.

Я зачерпнул ещё воды, облил лицо, провёл пальцами по волосам.— Спокойно, — пробормотал себе под нос. — Просто утро. Просто день, как все.

Но даже когда я поднялся и пошёл обратно к лагерю, сердце всё ещё било быстрее, чем нужно.И где-то глубоко внутри я чувствовал — это только начало.

———————

Я дошёл до центра Глейда. Пахло чем-то подгоревшим, но привычным. Никого. Только Томас сидел за столом, жевал что-то и смотрел в никуда.

— Утро, — пробормотал я, садясь напротив.

— Ты рано, — Томас поднял взгляд. — Даже Минхо ещё спит.

— Не спится.

Он кивнул, будто понимал. С минуту мы просто молчали. Где-то вдали кричала птица, ветер шевелил листья. Всё вокруг было таким обычным, но внутри всё казалось чужим.

— Ты выглядишь, будто не спал вообще, — сказал Томас.

Я усмехнулся.— Да ну... бывает.

Он хотел что-то ответить, но я перебил сам себя.— Томас... ты когда-нибудь чувствовал, что всё вроде на месте, но ты сам — нет?

Он нахмурился, отложил ложку.— Звучит как утро после кошмара.

— Почти, — выдохнул я, глядя в костёр. — Просто... я не понимаю, что со мной. Всё это — лагерь, ребята, день за днём — всё привычно, спокойно. А потом приходит кто-то новый, и всё будто переворачивается.

Томас молчал, только слушал.

— Она другая, — продолжил я тихо. — Ария. Когда она рядом — в голове шум. И в то же время — покой. Это нелепо, я знаю. Я не должен... не могу. У нас тут совсем не место для таких чувств. Но я не могу это выключить.

Томас улыбнулся уголками губ.— Похоже, ты попал, брат.

Я усмехнулся, но без радости.— Попал — мягко сказано. Особенно когда понимаешь, что, может быть, не ты тот, кто ей нужен.

Он хотел что-то сказать, но в этот момент я заметил движение краем глаза.

Элиот. Он шёл медленно, в руках кружка, взгляд упрямо вперёд. На секунду его глаза встретились с моими — и будто воздух вокруг стал тяжелее.Он кивнул коротко, почти вежливо, и прошёл мимо, направляясь к дальнему столу.

Молча.

Я провёл взглядом его спину, чувствуя, как что-то неприятное снова зашевелилось внутри. Томас заметил это и тихо выдохнул:— Вот оно, да?

Я не ответил. Только уставился в костёр. Пламя отражалось в глазах, будто горело где-то глубже.

— Я не знаю, что с этим делать, Томми. — сказал я наконец. — Просто не знаю.

Томас положил руку мне на плечо.— Тогда не делай пока ничего. Иногда лучше дать всему само устаканиться.

Я кивнул, но внутри понимал — ничего уже не «устаканится».С каждым его шагом, каждым взглядом, каждым словом между мной и Элиотом — всё сильнее натягивалась невидимая нить.

И я не знал, кто из нас первым её порвёт.

——————————Элиот

Я шёл к костру просто за водой. Так, по крайней мере, я себе сказал.Но когда услышал их голоса — шаги сами собой замедлились.

Ньют и Томас сидели у огня. Я видел только их силуэты — один, чуть сутулясь, держал кружку, другой слушал, не перебивая. Голоса были приглушённые, но слова долетали отчётливо.

— ...а потом приходит кто-то новый, и всё будто переворачивается.— Она другая... Ария. Когда она рядом — в голове шум.

Я застыл.Имя прозвучало будто выстрел.Ария.

Сердце неприятно дёрнулось — я не сразу понял почему. Может, потому что уже знал, кого он имеет в виду. Может, потому что вчера видел, как она заснула у него на плече.

— Я не должен... не могу.— Попал ты, брат, — ответил Томас с тихой усмешкой.

Я не стал слушать дальше.Не мог.

Повернулся и быстро пошёл прочь, будто расстояние могло выжечь то, что я услышал.Воздух стал вязким, в груди давило. Всё внутри металось — раздражение, ревность, что-то похожее на обиду, хотя я сам себе не признавался, почему.

Она.Он.

Ария лежала в гамаке, когда я подошёл. Всё ещё спала — растрёпанные волосы, чуть нахмуренный лоб. Одеяло сползло, и я машинально поправил его, хотя понимал, что это не моё дело.

— Что ты делаешь с нами, а? — выдохнул я почти шёпотом.

Она не ответила, конечно. Только чуть пошевелилась, словно отголоском сна.Я сел рядом, облокотившись на дерево.

Всё казалось слишком тесным — лагерь, воздух, собственная кожа.Я не знал, что между ними, но знал точно одно:что-то началось.И оно точно не закончится спокойно.

———————

Она проснулась медленно — будто не хотела.Сначала едва шевельнулась, потом прищурилась от света и наконец открыла глаза. Несколько секунд просто лежала, моргая, пока взгляд не сфокусировался на мне.

— Ты?.. — голос у неё был хриплый, сонный.— Я, — ответил я спокойно, хотя внутри всё было наоборот.

Она приподнялась, поправляя одеяло. Волосы упали ей на лицо, и я едва удержался, чтобы не откинуть прядь.— Сколько времени?— Солнце только поднялось. Все ещё спят, — я пожал плечами. — Кроме Ньюта. Он уже где-то бродит.

Она замолчала, будто имя само по себе её задело.Я это заметил. И почему-то стало неприятно.

— Ты... видел его? — тихо спросила она.— Да, — я кивнул. — Возле костра.— Он что-то сказал?— Ничего, — соврал я. — Просто... сидел.

Несколько секунд повисла тишина. Только птицы где-то щебетали, да ветер шевелил листья над нашими головами.Она медленно села, свесив ноги с гамака.— Элиот, ты чего здесь?— Хотел убедиться, что ты в порядке, — ответил я слишком быстро. — После вчерашнего.

Она нахмурилась, но в уголках губ мелькнула лёгкая улыбка.— Всё хорошо. Я просто устала.— Устала — и заснула у него на плече, — вырвалось у меня, прежде чем я успел подумать.

Она замерла.Глаза медленно поднялись на меня — без злости, но и без прежнего тепла.— Ты ревнуешь? — спокойно спросила она.

Я сжал кулаки, будто хотел удержать в них ответ.— Нет, — выдохнул я. — Просто наблюдаю.

Она посмотрела чуть дольше, чем стоило бы, потом встала.— Тогда наблюдай тише, ладно?

Я следил, как она уходит — лёгкая походка, волосы на солнце будто зажглись янтарём.И внутри всё сжималось, потому что я понял: не важно, что я говорил.Ревновал.И уже не мог это скрыть.

Ария встала, не торопясь.Движения были плавные, будто она старалась не вспугнуть утреннюю тишину.Одеяло соскользнуло с плеч, и она, машинально его поправив, направилась в сторону центра — туда, где уже тянуло запахом дыма и первых приготовлений к завтраку.

Я шёл следом. Не специально — просто шаг за шагом, будто ноги сами выбирали направление.Она шла уверенно, сдержанно, и в каждом её движении чувствовалась внутренняя сила, спокойствие.И всё же — когда солнце коснулось её лица, я заметил усталость под глазами, легкую тень тревоги.

— Ты уверена, что хочешь идти сейчас? — тихо спросил я, сокращая расстояние.— А почему нет? — она не обернулась, но голос звучал ровно.— После вчерашнего... ты ведь почти не отдыхала.— Я в порядке, — коротко ответила она. — Всегда в порядке.

Мы шли между рядами гамака, мимо сонных лиц, кто-то ворочался, кто-то ещё дремал.Воздух был прохладным, влажным от утренней росы.

Когда лагерь наконец показался впереди, она чуть замедлила шаг, будто колебалась.Я тоже остановился, взглянул на неё.Она стояла спиной ко мне, глядя на костёр, у которого уже сидели Томас и Ньют.

Он что-то говорил Томасу, жестикулируя — тихо, но с выражением.И когда Ария сделала шаг вперёд, он заметил её.

Я видел, как его взгляд изменился.Сначала просто удивление, потом — мягкость.Такая, какой я не видел в нём раньше.

Ария ответила ему короткой улыбкой — быстрой, едва заметной.А у меня будто что-то внутри оборвалось.

Я не стал идти дальше.Просто стоял, чуть позади, слушая, как утро вокруг просыпается,и чувствуя, как между нами снова растёт стена.

————————Ньют

Я услышал лёгкие шаги ещё до того, как поднял взгляд.Сначала — шелест травы, потом приглушённый хруст песка под ногами.Томас всё ещё что-то говорил, но я уже почти не слушал.Повернул голову — и увидел её.

Ария шла медленно, будто боялась разрушить хрупкое утро.На лице — спокойствие, но я заметил, как она чуть нервно поправила волосы,а взгляд всё время держала на мне.

А чуть позади — Элиот.Идёт, будто тень.Ни слова, ни эмоций, но от него будто тянуло холодом.

Томас тоже заметил их и тихо хмыкнул:— Кажется, компания к завтраку подоспела.

Я поднялся, стараясь держать лицо нейтральным.— Доброе утро, — сказал я, когда Ария подошла ближе.Она кивнула, улыбнулась.— Доброе.

Элиот не ответил. Только коротко посмотрел на меня, будто хотел что-то сказать, но передумал.Мы на мгновение встретились взглядами — и воздух будто сгустился.Всё в нём раздражало: как стоит, как смотрит, как будто хочет быть рядом, где ему не место.

Томас кашлянул, стараясь разрядить обстановку:— А может, вы оба просто голодны? Еда, знаете ли, помогает от плохого настроения.

Ария тихо усмехнулась, а я кивнул, отводя взгляд.— Может, ты прав.

Мы сели за стол. Томас продолжал шутить, что-то рассказывал про Минхо, но я слушал вполуха.Периодически взгляд сам возвращался к Арии — к тому, как она подносит чашку,как солнце ложится на её щёку,и как рядом, чуть слишком близко, сидит этот новенький.

Она, кажется, не замечала.А может, делала вид.

В какой-то момент Томас отлучился, и мы остались втроём.Молчание стало почти осязаемым.Элиот сделал вид, что рассматривает костёр,но я видел, как угол его взгляда всё равно цепляется за неё.

— Как спалось? — спросил я тихо, обращаясь к Арии.— Хорошо, — ответила она. — Спасибо, что... укрыл.

Элиот тут же повернулся, нахмурился:— Что значит «укрыл»?

Я не отвёл взгляда, наоборот — позволил себе лёгкую улыбку.— Замёрзла ночью. Пришлось поделиться одеялом.

Он молча прищурился.Ария быстро отвела взгляд, явно чувствуя, как между нами натянулась тонкая, невидимая нить.

— Не стоило, — сухо сказал Элиот.— Может, и не стоило, — ответил я спокойно. — Но я не привык оставлять кого-то мёрзнуть.

Пауза.Секунды тянулись мучительно долго.

Ария наконец поднялась:— Я пойду помогу на кухне.

Когда она отошла, я снова посмотрел на Элиота.На этот раз — прямо.И в его взгляде я впервые увидел то, что чувствовал сам с первой минуты:неприязнь, неясную, почти животную.

— Что, новенький, не спится? — бросил я тихо.— Спится, — ответил он так же спокойно. — Просто не люблю, когда лезут не туда, куда не просят.

Я хмыкнул.— Тогда держись подальше от того, что тебе не принадлежит.

Он не ответил, но по глазам было видно — понял.

Томас вернулся как раз в тот момент, когда я уже собирался встать.— Эй, парни, чего вы тут как два камня? — весело спросил он. — Уже утро, солнце светит, птицы орут, а вы морды такие будто стены рушили.

Я промолчал.Элиот тоже.Томас пожал плечами и сел напротив, будто не замечая напряжения между нами.

Постепенно стали подходить остальные — Минхо с вечной ухмылкой, Галли, зевая и почесывая затылок, и даже Алби, у которого, казалось, всегда слишком много дел, чтобы сидеть с нами.Они разместились вокруг, начали разговаривать — кто о работах, кто о том, что сегодня на обед.А потом появилась Ария.

Она несла миски с едой, волосы чуть растрепались от ветра, на щеках — лёгкий румянец.Она подошла и поставила миску перед Томасом, потом перед Минхо, улыбнулась Галли...И наконец — передо мной и Элиотом.

Я поблагодарил.Элиот промолчал, но его взгляд был колючим, как лезвие.

— Вкусно пахнет, — сказал Минхо, растянув губы в ухмылке. — Может, хоть еда остудит ваши горячие головы.Я закатил глаза, но промолчал.Пока Элиот не открыл рот.

— Странно, — произнёс он, глядя прямо на меня, — как быстро некоторые находят себе "уютное местечко" в новом мире.

Я напрягся.— Это к чему?

Он чуть улыбнулся уголком губ.— Да просто наблюдение. Ещё вчера ты весь из себя холодный и правильный, а сегодня у тебя уже... компания.

— Ты говоришь, будто знаешь меня, — ответил я, сжимая ложку.

— Мне и пары часов хватило, чтобы понять, кто ты.— Правда? — я чуть подался вперёд. — Тогда, может, расскажешь всем?— Зачем, — спокойно бросил он. — Они и так всё видят.

Воздух между нами будто загустел.Галли поднял голову от миски:— Эй, парни, вы чё, с утра уже меряетесь чем-то?— Пусть выговорится, — буркнул Элиот. — Видимо, не привык, что кто-то ещё может смотреть на ту же девушку.

— Осторожней с языком, — сказал я тихо, но холодно.

Минхо прыснул:— Ох, сейчас будет.

— Да? — Элиот тоже встал, опираясь руками о стол. — А то что?— А то заткнёшься.— О, угрожаешь?— Нет. Предупреждаю.

Ария резко обернулась:— Хватит! — сказала она громче, чем собиралась. — Вы оба!

Мы оба уставились на неё.Она дышала быстро, пальцы дрожали.Томас тихо поднялся, встал между нами.

— Разошлись, — сказал он твёрдо. — Прямо сейчас.

Минхо фыркнул:— Да ну, я только бутерброд достал.

Галли толкнул его в бок:— Заткнись, придурок.

Мы с Элиотом продолжали смотреть друг на друга — долго, тяжело, с тем самым взглядом, после которого словами уже не отмоешься.Я первым отступил.Оттолкнул стул и вышел из-за стола, чувствуя, как кровь гудит в висках.

Сзади кто-то пробормотал:— Вот вам и завтрак...