Часть 17

Элиот

Я сидел у костра, ковыряя угли палкой, когда она заговорила. Голос Арии был тихий, будто боялась потревожить сам воздух.

— Пойду... найду его.

Ньют. Конечно. Опять он.

Я поднял взгляд — она стояла уже на полпути к тени, будто не думала, просто шла. Огонь играл на её лице, делая глаза ещё темнее, волосы будто впитывали свет.

— Зачем? — вырвалось у меня раньше, чем успел подумать.Слишком резко. Слишком прямолинейно. — Он взрослый парень, сам разберётся.

Она остановилась, посмотрела прямо на меня.В этих глазах было что-то такое, от чего внутри неприятно сжалось. Не злость, нет — просто непонимание.

— Может, и разберётся, — сказала она спокойно, — но я хочу убедиться.

Минхо, конечно, не удержался:— Осторожно, Ария. Если Ньют в кустах плачет — дай ему носовой платок.

Хохот. Томас пихнул его локтем, но они оба продолжали улыбаться.А у меня будто всё внутри выгорело.

Я наклонился вперёд, сжал пальцы в кулак.— Ночь. Лес. Не слишком ли опасно? — выдавил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она задержала взгляд. Секунду. Две.Потом просто сказала:— Я справлюсь.

И пошла.

Просто встала и ушла, будто за ней не наблюдают, будто никто не пытается понять, что, чёрт возьми, происходит у неё в голове.

Я смотрел, как её фигура растворяется между тенями.И не понимал — почему внутри поднимается это странное чувство. Не злость. Не ревность.А что-то вроде старой боли. Как будто я уже видел, как она уходит. Где-то. Когда-то.

Галли пробормотал рядом:— Странные они...

— Да, — выдохнул я. — Странные.

И весь вечер потом я не слышал разговоров у костра. Только потрескивание веток и тихий звук собственных мыслей, которые никуда не отпускали.

Минут десять я ещё сидел у костра, глядя в пламя, которое уже оседало, оставляя только угли. Остальные что-то обсуждали — я не слышал. Всё сливалось в гул.

В какой-то момент я просто встал.Не выдержал.

— Куда? — спросил Галли, не поднимая глаз.— Пройдусь, — бросил я коротко.

Ноги сами несли туда, куда ушла она.Темнота глотала звуки, под ногами хрустели ветки. Воздух был густым, влажным. Луна пробивалась сквозь верхушки деревьев, едва освещая тропу.

Я не знал, зачем иду. Может, просто хотел убедиться, что всё в порядке.Хотя, если быть честным — хотел убедиться, что она не с ним.

Но когда я вышел к воде, замер.

Ньют сидел немного боком к воде, словно прислушиваясь к тихому плеску.Одна нога вытянута, другая — чуть согнута, на колене покоится ладонь.Он выглядел спокойно, но в его взгляде на тёмную гладь чувствовалось что-то невысказанное.

Ария устроилась рядом, так близко, что её плечо едва касалось его руки. Некоторое время они просто молчали, слушая, как ветер касается листьев. Потом она тихо склонила голову — и положила её ему на плечо.

Ньют чуть вздрогнул, будто не ожидал, но не отстранился. Луна отражалась в воде, серебряные блики скользили по их силуэтам, и казалось, будто весь мир на мгновение замер, оставив только их двоих.

Я стоял в темноте, наблюдая, как она чуть шевельнулась, как волосы мягко скользнули по его рубашке.И где-то внутри меня будто щёлкнуло.Тихо, незаметно, но больно.

Не знаю почему — но в груди вспыхнула злость.Не на них. На себя.За то, что это задело. За то, что я чувствовал... что-то.Как будто уже однажды видел эту картину. И тогда, как и сейчас, стоял в стороне.

Я сжал кулаки, но не двинулся.Стоял, пока холод не начал пробираться под кожу.Хотел уйти, но ноги не слушались.

Она тихо что-то сказала — я не расслышал. Ньют чуть улыбнулся, едва заметно.И я понял: я опоздал.

Повернулся и ушёл.Без звука. Без взгляда назад.

Когда вернулся к костру, там почти никого не было — только угли и слабое эхо смеха где-то вдали.Я сел, глядя в пепел, и впервые за всё время ощутил, что здесь не моё место.Что-то внутри меня противилось этому чувству, но оно не уходило.

Шаги послышались сзади. Глухие, размеренные.— Не спится? — голос Галли, хриплый после дня, но спокойный.Я только пожал плечами.

Он опустился рядом, подкинул в огонь пару сухих веток. Пламя чуть ожило, высветив его лицо — усталое, но всё равно живое, с тем самым прищуром, будто он видел больше, чем говорил.

— Ты чего хмурый? — спросил он, не глядя на меня. — Не понравилось здесь?

— Не знаю, — выдохнул я. — Просто... чувствую себя лишним.Пауза. Я сжал ладони, грея их у костра.— Слушай, Галли... — я замялся. — А они... давно?— Кто? —— Ария и Ньют.

Он чуть усмехнулся, качнув головой.— Все один и тот же вопрос задают, когда новенькие приходят.Я молчал.— Нет, — наконец сказал он, — не «вместе». Но между ними есть что-то. Даже если сами не понимают, что именно.

Я почувствовал, как внутри всё опять сжалось.— Они... часто так? —— Сидят рядом, ищут друг друга взглядом, спорят, будто брат с сестрой? Да. Часто.

Он бросил ветку в огонь, наблюдая, как та занялась.— Знаешь, Ария для меня как мелкая сестрёнка. Мы тут все чужие, но она... — он усмехнулся, опустив взгляд. — Она делает это место менее адским. Когда она смеётся, даже солнце будто теплее.

Я ничего не ответил.— А Ньют... — продолжил Галли, — он другой. Спокойный, но если кому больно — первым рядом окажется. Они похожи. Вот, может, потому и тянет друг к другу.

Пламя треснуло, осыпаясь искрами.Я смотрел в огонь, чувствуя, как с каждой секундой мне всё труднее дышать.Будто этот разговор не облегчал, а наоборот — прижимал к земле.

— Не думай, что тебе тут нет места, — сказал Галли уже тише. — Мы все когда-то чувствовали себя чужими. Потом... просто перестали бороться с этим.

Я кивнул, не отрывая взгляда от огня.— Спасибо.Он хлопнул меня по плечу — коротко, по-мужски.— Ладно. Спи. Утро само всё расставит.

Он поднялся и ушёл, оставив меня наедине с догорающими углями и собственными мыслями, от которых, как ни пытайся, не убежишь.

Я остался сидеть у костра, хотя огонь почти погас. Ветки тлели, редкие искры вылетали в темноту и растворялись, как мысли, от которых не спрячешься.

Галли ушёл, шум шагов стих, а я всё никак не мог подняться. Воздух был тяжёлый, влажный, пах дымом и землёй — будто сама ночь дышала рядом.

Странно.Я здесь всего несколько дней, а ощущение такое, будто знаю это место всегда.Будто эти люди, их голоса, даже этот треск костра — всё уже было. Не в памяти, но где-то глубоко под кожей.

Я провёл ладонью по лицу. Мысли путались.Почему так цепляет Ария? Почему, когда она просто улыбается, внутри что-то щёлкает, будто я уже видел эту улыбку раньше?И почему от одного взгляда на Ньютa всё внутри будто выворачивается? Не из-за него даже, а из-за того, что между ними.

Я поднял взгляд. В темноте, где-то за деревьями, мягко колыхался свет — оттуда, где они, наверное, всё ещё были.Мне хотелось встать, пойти туда. Просто убедиться, что всё в порядке. Но... какая мне разница? Я ведь никого из них не знаю.

И всё же грудь сдавила странная тяжесть.Как будто я уже проходил через это — через ревность, непонимание, через желание быть частью чего-то, что тебе не принадлежит.

Я вздохнул, опустил взгляд в пепел и машинально провёл пальцами по рубцу на руке, о котором не помнил, откуда он.— Кто я вообще?.. — выдохнул тихо, но звук утонул в тишине.

Ночь казалась бесконечной.И в ней я чувствовал себя не потерянным — а будто вернувшимся.Только вот не знал — к чему.

—————

Я уже собирался идти спать. Костёр догорел почти до конца, вокруг стояла вязкая тишина, нарушаемая только стрёкотом насекомых и редким потрескиванием углей. Шаги отдавались в темноте глухо, будто я шёл по воде.

Когда подошёл к ряду гамаков, заметил движение между деревьев.И остановился.

Ньют шёл ко мне — медленно, осторожно, держа на руках Арию. Она спала, уткнувшись ему в грудь, её волосы падали на его рубашку, и в свете луны казалось, что она будто светится.

Что-то кольнуло внутри.Не зависть даже, а странное, глухое чувство — будто кто-то коснулся старого шрама.

Я застыл на месте, не сразу понял, дышу ли вообще.Ньют выглядел спокойно, но в его лице было что-то... слишком бережное. Так не смотрят просто на человека из отряда.

Он не заметил меня сразу.Когда всё-таки поднял взгляд — наши глаза встретились.

Мгновение.Ни звука, ни движения. Только луна и между нами — это натянутое молчание, как струна.

Он ничего не сказал. Просто перевёл взгляд обратно на Арию, осторожно опустил её в гамак.Её рука соскользнула вниз, и он поймал её, будто боялся, что она упадёт. Задержал на секунду, потом отпустил.

Я стоял, чувствуя, как внутри всё сжимается.Сделал шаг вперёд — будто хотел что-то сказать, но язык не повернулся.

Ньют выпрямился, и на секунду показалось, что он уйдёт — но вместо этого его взгляд скользнул по сторонам, будто что-то искал.Я проследил глазами — и понял: одеяло.

На соседнем гамаке свернулся Чак, зарывшись в ткань с головой, укрывшись сразу двумя — своим и Арии. Наверное, продрог ночью и, как обычно, не заметил, что прихватил чужое.

Ньют чуть качнул головой с усталой улыбкой — без злости, просто по-доброму.Потом взял своё одеяло, аккуратно накрыл Арию. Она чуть пошевелилась во сне, прижалась ближе к подушке.

Он замер на мгновение, а потом медленно, осторожно провёл рукой по её волосам — лёгкое касание, почти невесомое. Будто не хотел разбудить, но не мог не прикоснуться.

— Спи, — шепнул он едва слышно, так, что я едва разобрал.

После этого Ньют отступил, взглянул на неё ещё раз — в его лице было что-то такое... что даже у меня внутри всё дрогнуло.Он повернулся, окинул взглядом лагерь и направился к своему гамаку, который был совсем рядом с её.

Я стоял, не в силах отвести взгляд от этой картины.Огонь давно погас, воздух был холодным, а где-то в груди у меня всё кипело — и я не знал, что именно: злость, ревность или... страх.