Глава 11

Предупредив Алекс о моем уходе и тихо выбравшись из Перовеи, я стала подниматься к башне, стараясь не попадаться никому на глаза. Меня несколько раз чуть не заметили, но я успела скрыться за стеной. Башня практически светилась таинственным мягким светом в темноте. Дверь, ведущая внутрь, оказалась заперта. Вспомнив свое путешествие прошлой ночью, подойдя к белой стене, я осторожно коснулась рукой стеблей, думая, что они должны сдвинуться или хотя бы пошевельнуться.

Зирей оправдал мои ожидания: белоснежные ветви ожили и передо мной образовалась арка, внутри создавался коридор. Я шла вперед и ветви смыкались за моей спиной, но меня это уже не пугало. Я знала, что они в любом случае выведут меня отсюда. Поднявшись вверх по сплетенной лестнице я снова увидела, как образуется арка. Выйдя из нее я ни капли не удивилась, увидев там Девизура и Онтейви. Они многозначительно переглянулись, завидев меня.

Мы были на самой вершине башни, открытой с одной стороны. Над полем, совсем близко к земле, летало черное крылатое существо. Я могла его ясно видеть, не смотря на абсолютную темноту. Идогем посмотрел на меня ярко-желтыми глазами и сел, сложив большие черные крылья. Не оборачиваясь и все еще глядя на существо, я спросила, раз мои потенциальные собеседники молчали.

– Зачем я пришла сюда? Тем более в полночь...

Тей молчала и мне ответил Девизур. Правда, ответил вопросом на вопрос.

– Почему ты пришла не через нормальный вход? Почему тебя опять привел цветок?

– Дверь была закрыта, а я не хотела опаздывать, поэтому мне помог Зирей.

– Я хотел задать тебе вопрос. Или пару вопросов. А Тей – кое что рассказать, – выговорил он. Откуда-то сбоку послышался шорох.

Я повернулась. Девизур что-то утаивал и это «что-то» издавало слишком громкие для меня звуки за углом на лестнице. Я посмотрела туда, откуда эти звуки доносились, а потом многозначительно взглянула на Девизура. Он все понял, тяжело вздохнул и сказал что-то на своем языке, после чего из-за угла вышел юноша с бронзовой кожей. Я поздоровалась с молодым таопилаком, но он в ответ лишь робко кивнул и встал рядом с эльфом и Девизуром.

Я уперто ждала, пока они сами не начнут говорить. В кармане у молодого таопилака что-то закопошилось и я с интересом взглянула на него. Поняв мой безмолвный вопрос, он опустил руку в карман и достал оттуда маленький комочек меха вперемешку с перьями. Темное существо встало на маленькие лапки и, взмахнув такими же маленькими крыльями, неуверенно взлетело в воздух. Неопытно, вразнобой взмахивая крыльями, оно полетело к открытой стороне башни, но, не долетев, село мне на плечо, сложив серебристые перышки и взглянув на меня нефритовыми заинтересованными глазами.

– Это... идогем? – Спросила я.

Малютка могла уместиться у меня на ладони.

– Да, – произнес юноша и представился, – Я Соэль, сын главного старейшины.

– А кто у вас главный старейшина? – Зачем-то же он мне предоставил эту информацию. Надо узнать, зачем.

Девизур почесал подбородок и поднял руку, как школьник.

– Я.

– Правда? – Удивилась я. – А зачем он здесь? – Поинтересовалась я у Девизура и Онтейви, но мне не ответили.

Тей громко вдохнула воздух и едва заметно улыбнулась, взглянув мне на плечо.

– Соэль, – позвала она, все еще глядя на маленького идогема, – где ты его нашел?

– Возле Перовеи, мы таких малюток не видели уже очень давно, они не подходят близко почти никогда.

– А почему тогда он здесь?

– Наверное, его что-то привлекло...

Короткая серебристая шерсть маленького идогема поблескивала в неярких лучах спутников. Перья на крыльях трепыхались от теплого ветра. Он изучал меня, переступая с ноги на ногу, а потом издал какой-то звук, похожий ни то на мяуканье, ни то на мурлыканье. Зрители удивленно смотрели.

– Обычно животные Тенгерры никогда не принимают землян с такой... любовью.

– Все рано или поздно меняется, – тихо ответила я.

В конце концов, расправив серебристые крылья, детеныш взлетел в воздух и полетел к все еще сидящему на поле крупному идогему.

Я повернулась к Тей, Девизуру и Соэлю.

– Ну что же, – начал старейшина, – кто из нас начнет первым?

– Давайте я, – предложила Онтейви.

– А потом я, – добавил Соэль.

– Хорошо, начинай, Тей.

Девушка подошла ко мне, заправив за остроконечное ухо прядь темных волос и предложила мне сесть, а сама села рядом.

– Эстер, – начала она мягким мелодичным голосом, что-то напоминающим мне, – я думаю, что ты еще не успела забыть легенду, которую рассказывал вам Гелт. Дело в том, что сто лет назад случилась страшная война, в результате которой умерло очень много живых существ, в том числе и эльфов. В живых осталось всего лишь... одиннадцать. И только эти одиннадцать эльфов помнят настоящую историю, как все было на самом деле. Часть из них живет в замке. Четверо. Они помнят принцессу, королевскую семью и всю историю с начала создания. Только они все знают, но не передают знания никому. Боятся.

– Кого боятся?

– Вонарка. Он потомок Ксерида, который начал войну.

– А из-за чего вообще началась война? – Не выдержала я, – Все твердят про эту войну, а рассказать толком никто ничего не может.

Девизур и Тей опять переглянулись.

– Расскажите мне, – попросила я чуть ли не умоляющим голосом.

– Хорошо, – наконец согласилась она, – Ты уже слышала, что сто лет назад на Тенгерре правили Илиан и Дэнива Сомбрей. У них был лучший друг, Ксерид. Они иногда ходили на озеро Времен, – она посмотрела на меня и я кивнула, показывая, что знаю, – В один «прекрасный» день Ксерид пошел туда один и нырнул, желая увидеть будущее. Он увидел, как эльфы решают преклониться перед королем с королевой. Эльфы – существа гордые, чьего-то превосходства не признают и на протяжении всего правления рода они отказывались подчиняться. Ксерид, внутри которого уже тогда разгоралась зависть, не смог стерпеть этого. Он начал собирать армию против Илиана и Денивы. Желающих с ними сражаться было на Тенгерре не так-то много и он, собрав те крохи, которые смог найти на нашей планете, отправился на планету Джийон. Существа, населяющие планету, крайне злы, кровожадны и совершенно недипломатичны. Они умели только одно – убивать. Ксерид, разумеется, нашел там очень много приспешников, согласившихся войти в его армию и сражаться против королевства. Предатель вернулся с ними на Тенгерру и пришел в замок. Илиан, ничего не подозревая, встретил его как своего лучшего друга, как родного. Эльфы уже успели осуществить задуманное, они с того момента пребывали во власти короля и всей королевской семьи до конца существования всего живого на планете. Когда король подошел совсем близко к Ксериду, тот вонзил кинжал ему в сердце и Илиан упал замертво. Дэнива, стоявшая рядом, кинулась бежать от предателя, преодолевая желание разрыдаться и запульнуть чем-нибудь в предавшего их друга. Она сильно любила своего мужа, но его было уже не вернуть, у нее еще остались дочь и младший сын. Дочери было восемнадцать лет и она сильно любила старшего сына Ксерида, Галактиона, – я резко посмотрела на нее не скрывая вопроса в глазах, – Эстер, я не знаю. Может быть, это просто совпадение. Дэнива нашла дочь, но что с принцессой было дальше, знают только те четыре эльфа, что сейчас в замке. Она исчезла. Словно испарилась. Но Дэнива не успела спасти сына. К мальчику Ксерид отправил свою личную зверушку,похожую на вашего волка, только чуть больше и гораздо опаснее, принца забралии, скорее всего, убили. Так же, как и Дэниву. Их пытались защитить эльфы, таопилаки, тенгеррцы, все, кто знал и уважал короля с королевой. Но те существа, что пришли с Джийона, менеи, были сильнее и их было больше. Очень многих сражавшихся тенгеррцев убили. Почти всех. Ксерид захватил власть, а потом передал ее своему второму сыну, не Галактиону, а тот своему и так далее и вот сейчас на месте Ксерида стоит его прапраправнук Вонарк. Ксерид попытался уничтожить всех, кто знал королевскую семью, всех эльфов, таопилаков, всех! В войну очень много было разрушений и им было где спрятаться. А потом выжившие вышли и как бы ничего не видели, ничего не слышали, ничего не помнили, никого не видели никогда в жизни. Им повезло. Они все помнят: помнят войну и помнят все, что было до войны. Помнят, была ли легенда реальностью. Тебе нужно обратиться к ним.

Онтейви замолчала, глядя на меня и ожидая какой-нибудь реакции. Я кивнула. Да, общения с эльфами мне все равно не избежать. Надо смириться с этим.

– Соэль, твоя очередь, – тихо сказал Девизур и подтолкнул сына на то место, где сидела Тей.

Я почувствовала себя психиатром, принимающим пациентов.

– Недавно я был в темнице, – начал Соэль, но мои глаза уже полезли на лоб, – Не спрашивай, как я там оказался, это долгая история. В соседней камере сидел парень. После небольшого знакомства он мне сказал, что он – наследник, похищенный во время той же самой войны, что и рассказывала тебе Тей. Он рассказывал мне про свою жизнь. Его зачем-то «заморозил» еще Ксерид очень-очень давно, но он так и не сказал ему, зачем. Просто пришел и сделал. – Юноша рассказывал скомкано, ему явно нечасто приходиться делиться такими вещами, – Парень провел так чуть меньше ста лет, ничего не менялось, он оставался молодым и сейчас все еще молод. И все помнит...

– Как это? То есть получается, что принц жив?

– Ну, я не знаю, конечно, но получается так...– тихо ответил таопилак.

– Соэль, – позвала я, во мне начало расти здоровое любопытство, – а за что тебя посадили в темницу?

Таопилак глубоко вздохнул, отвел глаза и провел рукой по взъерошенным волосам.

– Не важно. То, что я хотел сказать, я сказал. Отец, твоя очередь.

Я не стала возражать. Девизур сел на то же самое место.

– Ну, я не буду ничего рассказывать, с тебя хватит на сегодня мутных и непонятных историй, я просто хочу задать один маленький безобидный вопрос, – сказал он и я, собственно говоря, расслабилась, но тут таопилак выдал, – Твои родители тебе родные, Эстер?

Я поперхнулась воздухом. Я ожидала услышать от него всего чего угодно, но только не этого.

– Что? – Переспросила я.

– Ты слышала.

– Откуда такие вопросы?

– Ответь мне.

– Да. Наверное. Не знаю.

– Ты поинтересуйся, – вкрадчиво сказал старейшина, – Скорее всего узнаешь о себе много нового и интересного.

Огорошенная таким вопросом, я впала в ступор и просто сидела, молча глядя в серые глаза.

Через некоторое время мы разошлись. Каждый в свой дом, хотя Девизур с сыном спать, кажется, ложиться не собирались. Тей решила проводить меня до Перовеи, чтобы я могла спокойно идти, не прячась и не пугаясь каждого шороха. Мы разговаривали на отвлеченные темы, я пыталась вспомнить, где слышала ее голос, но тщетно.

Пока мы шли, я не смотрела вперед, я смотрела только себе под ноги и вдруг Тей резко остановилась, смотря куда-то вперед остекленевшими от ужаса глазами, тело тоже застыло, будто ее внезапно заморозили. Я посмотрела, куда направлен ее взгляд и увидела темную фигуру, развалившуюся на дорожке. Это был таопилак. Я собралась подойти ближе, посмотреть, что случилось, помочь, но Тей резко схватила меня за руку и очень быстро поволокла в другом направлении, постоянно оглядываясь. Последнее, что я увидела, это темное непонятное пятно, красующееся на груди у лежащего.

Я попыталась вырваться, но руки Тей оказались очень сильными. Онтейви тащила меня все дальше по незнакомым мне улочкам, пригибаясь и увеличивая скорость.

– Тей, – окликнула я эльфа.

– Тихо, – прижала она палец к губам, оглянулась по всем сторонам и повернулась ко мне, – Эстер, пока ты здесь, тебе лучше не ходить в одиночку. Видела там мертвого таопилака? – Я кивнула, – Недалеко находится его убийца. Я отведу тебя в Перовею, больше никуда не выходи оттуда, если, конечно, не хочешь в ближайшие дни лежать на дороге с проткнутым сердцем или дырой в голове.

Я опять кивнула.

– За что его убили? – Растерянно и тихо спросила я.

– За то, что он не сказал то, что ему было нужно. Возможно, таопилак просто не знал ответа. Новых гостей видели не все в городе, поэтому он не мог утверждать точно.

– Но что ему было нужно?

– Один из приезжих, я думаю.

Мы завернули за угол и прямо перед нами оказалась Перовея. Где-то позади послышался осторожные шаги, словно охотник крался к дичи. Тей услышала их так же четко как и я, и мы вместе понеслись к оранжевым стенам. Сзади все громче и громче слышались быстрые шаги, преходящие в бег.

Когда мы были совсем близко к Перовее, Тей со всей силы толкнула меня в дверь гостиницы, а сама резко отскочила в бок. Я обернулась. Прямо на меня на всей скорости неслось темное существо. Я закрыла голову руками, ожидая удара, но вместо него услышала визг, причем не мой. Открыв глаза я увидела, что существо отбросило на достаточно большое расстояние, а Тей, довольно улыбаясь, медленно начала подходить к существу, но уже не одна, а с компанией из семи или восьми таопилаков.

Я совершенно не хотела больше здесь оставаться и решила тихо, но быстро уйти в свою комнату, пока меня не заметили и не начали спрашивать, почему я здесь хожу. Быстро поднявшись в комнату, я увидела Алекс, одиноко сидящую на кровати и раскачивающуюся взад-вперед. Как только она меня увидела, вскочила с места и кинулась ко мне, при этом облегченно улыбаясь. Была середина ночи, да, шикарно.

– Ну как ты тут? – Я ласково посмотрела на нее.

– Кошмарно! Внизу что-то происходит, все кричат и говорят что-то, но я не понимаю, что, а вниз меня не пускают!

– Почему?

Я не была удивлена, но было интересно узнать, что мне ответит Александра.

– Мне никто ничего не сказал. Не пускает это глупое растение! – Она махнула рукой на ветви, которые уже успели тесно оплести дверь после того, как я зашла.

Я пожала плечами.

– Ничего странного. Там лежит труп, а недалеко от этого трупа лежит убийца. Или уже не лежит...– я выглянула в окно.

Там никого не было. Улица была пустынна, нигде не было даже следов недавнего происшествия, только где-то вдалеке слышались приглушенные голоса и шепот ветра, играющего листьями. В башне, где я совсем недавно разговаривала с Тей, Девизуром и Соэлем, горел яркий свет.