Глава 43. Спусковой крючок

Моник

Тьма сдавила грудь. Тишина звенела в ушах, будто мир вымер. Я лежала, не в силах пошевелиться. Тело налилось свинцом. Мысли рассыпались и гасли. Реальность тонула в дымке — мутно, будто меня затянуло в вязкое болото. И только одно ощущение пробивалось сквозь оцепенение: резкий, кислый запах, щекочущий нос и обжигающий горло.

Мешок, и снова он. Я не сразу поняла, что на мне мешок. Он был затянут на горле, душил, мешал дышать. Паника подступила мгновенно. Я дёрнулась – руки были связаны. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Но мысль, как свет сквозь мрак, прорезала сознание: Я жива.

Вспышками вспоминались обрывки: лесопилка, кровь, лицо брата, застывший взгляд Сэма, странное свечение на ладонях... Это было? Или угарный газ, галлюцинации, страх? Я не знала. Не чувствовала пальцев. Не понимала, где нахожусь. Но ощущала: холодный пол под телом, сырой воздух, глухой скрип двери, капающую где-то воду. Подвал. Мрачный, гулкий, пропахший гнилью, плесенью и ржавым металлом.

Всё во мне замерло, как перед ударом. Где-то рядом раздались шаги. Тяжёлые, ритмичные, приближающиеся. Сердце застучало громче. Я затаила дыхание.

— Тихо. Ты в безопасности... пока, — хриплый голос, надломленный, раздался сбоку.

Шейн. Он не повышал голос и не подходил — словно боялся прикоснуться. Был рядом, но как за стеклом: ни звука, ни движения. Только напряжённая тень в темноте.

— Прости... Я не хотел, чтобы всё вышло так. Я... — он запнулся. — Я попросил, чтобы он тебя не трогал. Он обещал.

— Он?.. Кто он?.. — мой голос сорвался в шёпот.

— Марс, — выдохнул Шейн.

— Кто такой Марс? Где я? Как я сюда попала?! Где Джонни? — в голосе росла истерика. Всё сжималось внутри. Память, как нож, полоснула по нервам.

— Все... погибли. Все... — прошептал он.

Я застыла. Внутри всё замерло. Затем из меня вырвался хриплый всхлип:

— Нет... нет... нет...

— Не плачь, — тихо сказал он. — Это ненадолго. Я вытащу тебя. Клянусь.

Я молчала. Мешок всё ещё был на лице. Мне нужно было увидеть. Смотреть в глаза. Читать по выражению лица – лжёт или нет.

— Сними мешок, — сказала я. — Я хочу видеть, с кем говорю.

Прошла секунда. Потом ещё. Я уже подумала, что он не осмелится, но ткань ослабла. Свет ударил по глазам, резанул, как лезвие. Пространство плыло, мутнело, пока не обострилось в одно: тусклая лампа. Грязные стены. И он. Весь в чёрном. Потемневшие круги под глазами. Небритый. Словно постаревший.

Он опустился на корточки. Не касался меня. Смотрел, будто цеплялся за мой взгляд.

— Я запутался, Моник, — шепнул он. — Но я не дам им причинить тебе боль. Даже если это будет стоить мне всего.

— Тогда докажи, — ответила я, сглотнув.

— Докажу. Но для этого ты должна выжить.

Он провёл рукой по лицу, будто пытался стереть маску. Вернуться к себе. Или хотя бы понять, кто он теперь.

— Ты думаешь, это просто? Думаешь, ты случайно оказалась в центре событий? Но ты не случайность. Ты — спусковой крючок, Моник. Точка, с которой всё началось. И с которой всё может закончиться.

Я замерла.

— В тебе кровь, не только человеческая. В тебе то, что мы называем эхом Закарии. Это магия. Древняя. Опасная. Такая, что может либо усилить наш ген... либо уничтожить его.

Он смотрел мне в глаза.

— Ты — пара Дерека. Не просто по воле судьбы. Это алхимия. Это древняя связка, которую не отменить. Ты либо спасаешь его... либо губишь.

Мои губы задрожали. Я вспомнила, как сверкали ладони. Как всё застыло. Как обломки летели в воздухе. Всё это... не было бредом?

— Проклятье? — пробормотала я, растерянно.

Шейн кивнул.

— Мы — Волки. Люди со зверем внутри.

— Оборотни? — я уставилась на него, как на сумасшедшего.

— Нет. Мы не превращаемся в животных: мы быстрее и сильнее, но не меняем облика.

— Я думала, это легенды, сказки. — Меня потрясло услышанное.

— Наш ген – не дар. Это проклятье. Запущенное ритуалом, кровью, волей древнего колдуна. Его нельзя остановить. Но твоя кровь – это... переменная. Антиквесса. Либо спасение, либо гибель.

Марс боится, что если ты и Дерек будете вместе — род Блейков станет неуязвим. Слишком сильным. Неконтролируемым. Он не допустит этого. Потому что именно этого он боится.

Я молчала. В голове путались мысли.

— Тогда... почему ты здесь, Шейн? Почему ты с ними?

Он закрыл глаза.

— Потому что я идиот. Потому что я думал, что смогу тебя защитить. Обмануть их, вытащить. Я верил, что контролирую ситуацию... А теперь... — он покачал головой. — Времени почти не осталось.

В этот момент послышался металлический скрип. Шейн дернулся.

— Нас вызывают, — сказал он. — Марс хочет поговорить с тобой лично.

Он поднялся. Осторожно помог мне встать. Его рука дрожала.

— Что бы ни случилось там... — он наклонился ближе. — Верь моему слову.

Мы шли по коридору. Тусклый свет кидал на стены вытянутые тени. Запах сырости смешивался с ржавчиной и металлом. Я чувствовала, как страх ползёт под кожу. Как будто приближалось что-то, чего не остановить.

У конца коридора — дверь. Тяжёлая, как сейф. Шейн открыл её, не глядя на меня. Пропустил вперёд. Остался снаружи.

За моей спиной захлопнулась дверь, щёлкнул замок.

Комната оказалась неожиданно просторной. В центре — длинный деревянный стол. На его краю сидел мужчина в идеально чёрном костюме. Марс.

Он был ухожен, как аристократ с книжной обложки. Седые волосы, аккуратно подстриженная борода, вычищенные ногти. Он был воплощением дисциплины, порядка и холодной утончённости. Но под этой внешней маской ощущалось нечто тёмное. Хищное. Ледяное.

Он улыбнулся. Тепло. Слишком доброжелательно.

— Моник, — произнёс он, будто мы были старыми знакомыми. — Наконец-то.

Я молчала.

— Не бойся, — он указал на стул. — Я не зверь. Не рву на части. Я дипломат. Мы просто поговорим.

Я села. Точнее, рухнула. Ноги не держали.

— Забавно, как играет судьба, — продолжил он. — Простая девушка с мечтой вдруг становится ключом к уравнению, которое мы столетиями не могли решить. Магия крови. Проклятие гена. Ритуал Закарии. В тебе сошлось то, что мы искали.

Он склонил голову набок. Смотрел, как на экспонат.

Я уставилась на царапину на столе, лишь бы не встретиться с ним взглядом.

— Дерек влюблён. Это его слабость. А ты – его якорь. Если вы соединитесь, род Блейков станет неукротим. Ни кланы, ни охотники, ни законы не смогут вас остановить.

Он вздохнул, медленно выпрямляясь.

— Но есть одна проблема. Равновесие. Оно слишком... шаткое.

Он улыбнулся, и в голосе зазвенел яд:

— Ты не должна выжить.

Я замерла. Сердце дрогнуло.

— Шейн... — прошептала я, чувствуя, как страх поднимается от живота к горлу. Я знала, что он меня не услышит. Но всё равно сказала. Хоть что-то. Хоть кому-то.

— Шейн всё ещё верит в сказки, — перебил он. — А я верю в порядок. В кровь, которую нельзя разбавлять иллюзиями.

Он приблизился, наклонился, прошептал:

— Завтра — выбор. Либо ты покоряешься... и исчезаешь из его жизни навсегда. Либо я покажу тебе, как больно умирают те, кто играет не по правилам.

«Он верит в порядок. Такой, в котором ты — ошибка. А ошибки он не терпит.»