14 глава

«Ад — это не место. Ад — это мы сами.» — Жан-Поль Сартр

....

Я больше не слышала ни музыки, ни голоса Калеба — только почувствовала крепкие руки, которые подхватили меня. Дальше всё было как в тумане. Видимо, он вынес меня из клуба, отнёс к машине.

— Лита, ты слышишь? — его голос звучал глухо, будто издалека. — Мы сейчас поедем в больницу, потерпи.

Боль тупела, превращаясь в вязкий комок.— Не в больницу… — прохрипела я, цепляясь за его куртку. — Домой… там… таблетки…

— Дура, тебе в больнице помогут, — срывался он.

— Сейчас мне помогут мои чёртовы таблетки. А они уже всё равно ничего не сделают, — я покачала головой, сжимая зубы.— Отвези меня… или я сама доберусь…

Калеб резко повернул, взглянул на меня холодно, но кивнул. Машина сорвалась с места. Он вёл быстро — слишком быстро. Я даже не заметила, как оказалась у своего дома.

— Не иди… за мной, — бросила она, когда тот попытался пойти за ней.

Я, дрожа, поднялась по лестнице, дошла до квартиры. Всё плыло. Схватив таблетки на столе, я рухнула на пол, так и не успев их выпить.

....

Я стояла у алтаря. Белое платье, фата. Вокруг люди, лица расплывались, как в акварели. Навстречу шёл жених — Дин. Он улыбался мне, тёпло, нежно. Я тянулась к нему, не понимая, что происходит. Его ладонь коснулась моей — и в тот же миг сзади раздался крик. Я обернулась: Аселия, с ножом в животе, стояла на коленях, пытаясь удержать руки на ране. Кровь бежала по её пальцам, стекала на пол.

— Спасите моего ребёнка! — кричала она.

Я посмотрела на свои руки. Они были в крови. Не в моей — в её.

....

Я открыла глаза. Квартира. Пол. Таблетки на столе. Сердце билось быстро-быстро.

«Это был сон… сон…»

Но ощущение липкой крови на руках не проходило.

Я с трудом поднялась, встала на ватные ноги. В ванной зеркало выдало мне чужую — всё лицо в крови, одежда и...руки, прям как во сне.

Видимо, кровь из носа. Я провела пальцами по губам, почувствовала металлический привкус. Первым делом — в душ. Горячая вода смывала следы, но не тревогу.

Наконец выйдя, я нащупала телефон. Пропущенные вызовы от мамы и… от Калеба.

Я сразу набрала маму.— Лита, ещё раз ты не будешь мне отвечать — я приеду, — голос дрожал.

— Прости, мам… всё хорошо, просто я устроилась на работу, времени нет, — соврала я.

— Моя девочка, я скучаю по тебе.

— Я по тебе тоже. Но это не повод прилетать, — сказала я, а сама подумала:«Если я умру, так и не увидев маму перед смертью, простит ли она меня?»

— Литочка, я волнуюсь. Ты живёшь одна, тебе не на кого положиться…

— Мам, мне нужно идти на работу. Прости.

Мы попрощались. Она напоследок сказала, как сильно меня любит. Слёзы снова не пришли. Они давно высохли вместе со мной.

Калебу звонить не хотелось. Он не дал мне денег, только этот клуб, алкоголь и странный вечер. Я коротко написала сообщение:

— Вчера, видимо, много выпила.

Он ответил сразу:— Разве от алкоголя бывает такой эффект?

— Бывает, а ты так и не скинул деньги.

Немного молчания. Потом — уведомление. На карту пришло 18 000.

— Вот жмот, — прошептала я себе, но не стала это писать и так деньги не за что.

Мой взгляд упал на дневник. Я осторожно взяла его. На чистой странице вывела:

Сегодня 2025 год, 12:56.Моя болезнь прогрессирует. Иногда бывает невыносимо больно.

Я перечеркнула слово «невыносимо» и написала: немного больно.Вдруг это будет читать мама.

Мы с Калебом вчера были в клубе. Я веселилась и жила для себя. То, чего не могла раньше.Я решила проживать эту жизнь на всю катушку, какая бы она ни была короткая.И да, мам, я не боюсь смерти.Прошу, не обижайся на меня. Ты пишешь и звонишь каждый день, но я не могу всё рассказать.Я хочу, чтобы ты не жила с этой мыслью. Я тебя люблю.

Я отложила ручку. Пальцы дрожали, но внутри стало странно легко.

Я отвела взгляд от дневника и перевела его на таблетки. Не долго думая, выпила одну.

Если бы у меня был выбор вернуть время назад… сделала ли бы я этот выбор снова?Совершила бы сделку с дьяволом ради жизни Дина?  Да

В комнате царил ужасный беспорядок, а в холодильнике ничего не было. Желание готовить полностью отсутствовало. Не долго думая, я надела первую попавшуюся одежду и вышла из квартиры — за продуктами или, скорее, за готовой едой.

Закрыв дверь, я спустилась вниз и вдруг заметила возле подъезда кучу полицейских машин и скорую.

Меня бросило в жар. Сердце заколотилось, дыхание стало неровным. Первая мысль: «Они узнали про нож… они за мной!» Но люди в форме даже не смотрели в мою сторону. Я старалась пройти мимо, почти крадучись, но каждое слово, которое я слышала, врезалось в мозг.

— Жертва зрелого возраста, 45 лет, была убита ножевым ранением в своей квартире…

Я побледнела, ноги подкашивались. Такие жестокие убийства… прямо в нашем доме… и в моей голове уже закручивалась страшная мысль: а если бы это была я?

— На каком этаже жертва проживала?Спросил один из мужчин другого.Я уже плохо слышала, сердце било в висках.— На 3 этаже, в 8 квартире, — выдавил другой.

Внутри всё сжалось. Внезапно сердце ёкнуло — номер квартиры знаком. Я резко развернулась и подбежала к полицейским:— С какой квартиры? — голос дрожал, слова застревали в горле.

Полицейские переглянулись с непониманием.— С 8 квартиры, Анфиса Горсус…

Я побледнела ещё сильнее. Страх, ужас, бессилие — всё смешалось в один комок в груди.— Но… но я лишь недавно видела её…

— Простите, а кем вы ей являетесь? — спросил один из них.

— Я… я соседка, с 7 квартиры, — с трудом выдавила я, чувствуя, как внутри что-то сжимается.

Они стали серьёзными.— Вы сегодня ночью около часа ничего подозрительного не слышали?

Я пыталась вспомнить, во сколько вообще вернулась домой. Воспоминания были смутные, всё сливалось в один тяжёлый, тёмный клубок.

— Нет… я уже спала. А вы по… по камерам смотрели? — пробормотала я, стараясь понять, о чём речь.

— Камеры у вас не работают уже два месяца, — ответил полицейский, смотря на меня строго.

С каждой секундой ужас становился всё плотнее, сдавливая грудь.

После допроса я всё-таки направилась в магазин. Мысли были забиты этой трагедией. Купив продукты, я шла домой, но вдруг остановилась.

Я достала телефон и быстро написала контакту «К»:— Во сколько ты вчера меня привёз домой?

Ответ пришёл не сразу:— Примерно в час ночи.

Я опустила телефон, и внутри меня что-то щёлкнуло. Я замерла. «Не может быть…» — прошептала я себе. В памяти всплыла  липкая кровь на руках, холодный металлический вкус, тот жгучий ужас, когда я проснулась сегодня утром. Вдруг у меня начало кружиться в голове, сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди.

Мгновение, и я начала подозревать себя. «Чья кровь у меня была на руках утром…?»  думала я, чувствуя, как паника заполняет каждую клетку тела.

— Моя? — прошептала я, дрожащим голосом.

Пакет и телефон выскользнули из моих рук.

Слёзы блеснули на глазах, руки начали трястись всё сильнее.

— Нет… нет… это совпадение… — пыталась убедить себя я, но внутри всё сжималось от страха.

Каждое дыхание отдавалось тяжестью, каждый шаг казался непосильным. Я уже не знала, могу ли поверить себе самой. «Не могла же я… не могла…» — мысли рвались, как острые ножи.....