13 глава

«Я пила, танцевала, смеялась — и умирала чуть быстрее, чем вчера.

Каждое движение было похожим на прощание, но об этом не узнают никогда

Нет, мне не нравилась фальшивая реальность.  

Просто красивый способ разрушать себя.»

— Ева Энси

....

Руки и ноги всё ещё дрожали. Я шла по улице, едва переставляя ноги, и каждое движение отдавалось в теле болезненной слабостью. Голова гудела. «Я схожу с ума», — повторяла я себе, будто мантру, будто это могло объяснить всё, что со мной происходило.

Поднимаясь по лестнице к своей квартире, я заметила коробку у самой двери. Простая, коричневая, с моим адресом. Сердце сжалось — посылок я не ждала. Наклонившись, я подняла её и, едва переступив порог, вскрыла.

Внутри лежало платье. Белое, слишком белое — цвет радости, а не траура. Ткань скользнула по моим пальцам, холодная, гладкая, будто живая. На нём был глубокий разрез по ноге и тонкие бретели. Рядом аккуратно стояли туфли на шпильках, и конверт с короткой надписью:

«В этот день ты должна быть шикарной».

Подписи не было, но я сразу поняла, от кого это. Калеб.

Я тяжело вздохнула, подошла к зеркалу и приложила платье к себе. Оно будто подчёркивало мою хрупкость, бледность, пустоту в глазах. На миг перед внутренним взором вспыхнул Дин — мой Дин. Его тёплые ладони, тихий смех, нежность. Такой разительный контраст с Калебом.

Слёз у меня не осталось. Они высохли вместе со мной самой.

…Я и не заметила, как уснула прямо сидя на кровати, с платьем в руках. Проснулась в темноте с единственной мыслью: «Зачем я вообще проснулась?»

Я выпила таблетки, оставленные врачом, и уставилась в стену. Пустота. Ни желаний, ни планов. Зачем? Ждать свадьбы моего жениха и лучшей подруги? Устроиться на работу? Но какой в этом смысл, если я всё равно скоро умру? Деньги мне были не нужны. Еда — да. Но и она не имела вкуса.

Среди кучи вещей я отыскала забытый телефон. Батарея почти разряжена. Я долго смотрела на список контактов, пока взгляд не упал на букву «К».

Я решилась. Пальцы дрожали, но сообщение ушло:— Эй… одолжи денег.

Сообщение прочитано через минуту.

Ответ пришёл почти сразу:— А ты мне что?

Я не знала, что написать. Всё внутри сжималось от отвращения к самой себе.

Через несколько минут экран снова загорелся:— Ладно. Выходи через десять минут.

Я ухмыльнулась, но ухмылка вышла кривой.— Мягкотелый!

Через секунду телефон снова пискнул:— Я могу и передумать.

Я закатила глаза и отложила его в сторону. Но взгляд непроизвольно упал на руку. Красная точка на вене. Я провела по ней пальцем. След от укола. Холод пробежал по коже.

«Но мне вчера… не ставили укол. Или ставили?»

Мысли закрутились вихрем, голова начала кружиться. Я стиснула зубы, будто пыталась разорвать этот круг.

Экран снова вспыхнул.— Ну ты где?

Я вздрогнула. Неужели уже прошло десять минут? Время словно вытекло сквозь пальцы.

Я поднялась, схватила куртку и снова посмотрела на белое платье, которое всё ещё висело на стуле. Оно будто следило за мной, дожидаясь своего часа.

Я быстро спустилась вниз и возле дома заметила дорогущую машину. Она выглядела так, будто стоила больше, чем вся моя квартира вместе с мебелью. Я всегда знала — Калеб в деньгах не нуждался.

Не думая долго, я села в салон. Там пахло дорогим кожаным салоном и его парфюмом, резким и слишком тяжёлым для моих лёгких.

Калеб встретил меня довольной насмешкой.— Значит, нужны деньги?

Я закатила глаза.— У тебя их всё равно куча.

Он приподнял брови, и в его взгляде мелькнула тень раздражения.— Ты считаешь мои деньги?

— Едем уже! — отрезала я, откидываясь на спинку сиденья. — Кстати, куда мы?

Калеб усмехнулся, чуть надавив на газ.— Ты будешь отрабатывать эти деньги.

Я напряглась, пальцы непроизвольно сжались. Он больше ничего не сказал. Просто вёл.

Через некоторое время мы остановились возле заведения, похожего на бар. Вывеска горела неоновыми огнями, музыка глухо пробивалась сквозь стены.

— И что это? — спросила я с подозрением.

Калеб даже не удостоил меня ответом. Просто открыл передо мной дверь и протянул руку.— Иди за мной.

Я проигнорировала его руку, сжала куртку на плечах и пошла за ним сама.

У входа стояла охрана. Едва завидев Калеба, они переглянулись и, не раздумывая, открыли перед ним дверь. Я усмехнулась. Ну кто бы сомневался.

Зайдя внутрь, я на секунду задержала дыхание. Передо мной открылся элитный подпольный клуб: музыка гремела так, что сердце отзывалось ударами, бар светился, как витрина с драгоценностями, официантки в коротких юбках и блестящих топах мелькали между столиками. Смех, дым, алкоголь, переизбыток всего… Я чувствовала себя чужой.

— Эй, что ты задумал? — я нахмурилась.

Он лишь усмехнулся уголком губ.— Покажу тебе, как веселятся настоящие парни.

Я закатила глаза и, чувствуя неприятное волнение, оглядела людей. Все они выглядели одинаково: богатенькие сынки и дочери, привыкшие к развратным вечерам.

Калеб взял меня за руку и повёл к диванчику в углу. Я хотела выдернуть руку, но его хватка была крепкой. Мы сели, и тут же к нему подошла официантка, закатывая глазки.

— Мне как обычно, Мия, только в двойной порции, — сказал он и подмигнул ей. У меня в животе всё скрутило от отвращения.

Не успела я ничего сказать, как к нам подошла компания парней. Один из них усмехнулся:— Калеб, ты сегодня с очаровательной леди.

Он скользнул по мне взглядом с ног до головы. В этом взгляде был голод, блеск, который заставил меня поёжиться.

— Глаза в пол, придурок. Она со мной, — резко оборвал его Калеб.

— Тише, тише, я лишь уточняю, — развёл руками тот и вместе с остальными отправился на танцпол.

Они засмеялись, как идиоты, и исчезли в толпе.

В этот момент нам принесли алкоголь. Много. Слишком много.

— Пей, — приказал Калеб.

Я скривилась.— Я, пожалуй, воздержусь.

Он усмехнулся, пододвигая ко мне рюмку.— Если тебе нужны деньги — пей.

Я посмотрела на него с презрением. Но, не желая показывать слабость, схватила первую попавшуюся рюмку и выпила залпом. Напиток прожёг горло огнём.

На секунду я вспомнила Дина. Он никогда не разрешал мне пить, всегда заботился, оберегал. С этим воспоминанием стало ещё больнее. Я схватила ещё одну рюмку и выпила её тоже.

Калеб довольно кивнул.— Вот так. Веселись, куколка. Я на минуту.

Он ушёл в сторону своей компании.

А я пила. Много. Слишком много. Алкоголь постепенно стирал мысли, тело стало лёгким, почти невесомым. Музыка рвала барабанные перепонки, и я вдруг встала. Встала и пошла танцевать. Танцевать так, как будто это мой последний танец.

Дин говорил, что такие места не для хороших девушек. Но какая теперь из меня «хорошая»?

Люди смотрели на меня. Я чувствовала их взгляды, но мне было плевать. Я кружилась, смеялась, что-то кричала в пустоту. В какой-то момент мне сунули в руки сигарету, и я даже не поняла, что курю. Всё плыло.

Я поймала взгляд Калеба. Он стоял у бара, с улыбкой наблюдая за мной. Эта улыбка была странной — словно он кайфовал от моих действий. А его взгляде было что-то необычное.

Она танцевала с каким-то парнем, который видимо тоже был пьян в стельку, как и она.И вдруг — резкая боль.

Голова взорвалась писком, словно включили тысячи противных сигналов одновременно. Я пошатнулась, схватилась за чужое плечо пьяного парня, но силы уходили.

— Мне... — слова застряли в горле.Парень испуганно отшатнулся от меня.

Я дотронулась до лица — и почувствовала влажное тепло. Провела пальцами по коже и увидела красную вязкую жидкость. С носа хлестала кровь.

Я закачалась, мир поплыл, и тут Калеб заметил меня. Его взгляд мгновенно стал серьёзным. Он оттолкнул от себя недовольную блондинку, которая вилась рядом с ним, и рванул ко мне.

— Лита! — услышала я его голос сквозь грохот музыки, но ноги уже подкашивались...