Глава 7

Библиотека оказалась именно тем убежищем, которое мне сейчас было нужно. Я тихо вошла, стараясь не нарушать священную тишину этого места. Аромат старых книг, смешанный с едва уловимым запахом кофе, мгновенно успокоил расшатанные нервы. Это был тот самый запах — уютный, знакомый, как библиотека в Портленде, где я часами терялась среди полок.

Пол из тёмной плитки глушил шаги, стены в глубоких вишнёвых тонах поглощали свет. Высокие готические окна с витражами пропускали солнечные лучи, которые дробились на книгах, отбрасывая цветные тени — красные, синие, золотые. В центре стоял массивный круглый стол с бархатными креслами, а над ним висела люстра с искусственными свечами, мерцающими мягким светом. Воздух был густым от спокойствия. Здесь можно было дышать.

Я подошла к стойке. Библиотекарь — мисс Гальперн, судя по бейджику — поверх очков посмотрела на меня.

— Новенькая? — её голос был сухим, как пергамент.

— Да. Мне нужно получить учебники, — я протянула ей список.

— Ждите, — она встала и скрылась в лабиринте стеллажей.

Ожидание затягивалось. Я решила пройтись вдоль полок, просто чтобы убить время. Пальцы скользили по корешкам: классика, фантастика, ужасы. Я остановилась у одной из полок.

И тут я заметила его.

Парень стоял в полумраке между стеллажами, уткнувшись в книгу. Тёмные кудрявые волосы, правильный профиль, высокие скулы — он выглядел так, словно сошёл с картины эпохи Ренессанса. В его облике было что-то благородное и в то же время бесконечно печальное.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть название книги в его руках. «Грозовой перевал».

— Всегда считала, что Кэти сделала правильный выбор, — тихо произнесла я.

Парень не вздрогнул. Он медленно перелистнул страницу, не поднимая головы, словно мой голос был частью его мыслей.

— Большинство с тобой не согласится, — ответил он. Его голос был спокойным, бархатным, с легкой хрипотцой. — Обычно девушки в восторге от Хитклиффа. Мрачный бунтарь, вечная страсть... Разве не об этом все мечтают?

Я подошла на шаг ближе, глядя на корешки книг. — Страсть сжигает, а Хитклифф был не просто бунтарем, он был разрушением. Эдгар Линтон, может, и был скучным, но он давал ей безопасность.

Парень хмыкнул, и в этом звуке слышалось одобрение. — Безопасность, — повторил он, словно пробовал слово на вкус. — Ты права. Любовь не должна причинять боль.

— Именно, — выдохнула я.

— Редко встретишь того, кто понимает суть, а не гонится за красивой оберткой хаоса, — он начал поднимать голову, закрывая книгу. — Обычно люди путают адреналин с чувств...

Он поднял глаза. И замер.

Наши взгляды встретились. У него были глаза цвета весенней листвы, глубокие и печальные. Но сейчас в них плескался чистый ужас.

Его пальцы разжались. Толстый том «Грозового перевала» выскользнул из рук.

Бам.

Глухой удар книги об пол прозвучал как выстрел в библиотечной тишине.

Но он даже не моргнул. Он смотрел на меня так, словно увидел призрака, восставшего из могилы. С его лица мгновенно схлынула вся краска, сделав его похожим на мраморную статую. Его губы дрогнули, силясь что-то произнести, но не издали ни звука.

Я инстинктивно отшатнулась, напуганная его реакцией. — Я... я не хотела мешать, — пробормотала я, чувствуя себя неуютно под этим тяжелым, неверящим взглядом.

Он моргнул, и маска вежливого спокойствия тут же вернулась на его лицо, скрыв бурю эмоций. Он быстро наклонился, поднял книгу, и я заметила, как дрогнули его пальцы.

— Прости, — его голос был мягким, низким. — Ты просто... очень похожа на одну мою знакомую. Я Коул.

— Кэтрин, — представилась я, всё ещё чувствуя странную неловкость от его реакции.

— Приятно познакомиться, Кэтрин, — он произнес моё имя с какой-то осторожностью, словно проверяя его на прочность. — Ты новенькая?

— Да, первый день. И пока он полон сюрпризов.

— Книги готовы! — раздался скрипучий голос мисс Гальперн.

Мы оба обернулись. На стойке возвышалась внушительная стопка учебников.

— Ох, — вырвалось у меня. — Надеюсь, у меня хватит сил дотащить это до кабинета.

Коул молча подошёл к стойке. Он без усилий подхватил всю стопку одной рукой, словно она ничего не весила.

— Я помогу, — просто сказал он, не спрашивая разрешения, но и не навязываясь. Это прозвучало как факт. — Какой кабинет?

— Спасибо... Эм, французский. 305-й.

— Нам по пути.

Мы вышли из библиотеки. Коул шёл рядом, держась чуть отстранённо, но при этом я чувствовала себя в безопасности. Он не пытался флиртовать или шутить, как большинство парней. Он был... другим. Серьезным.

— Как тебе Новый Орлеан? — спросил он, глядя перед собой.

— Влажный. И шумный. Но красивый, — честно ответила я.

— Да. У этого города есть душа.

Мы почти дошли до кабинета, когда навстречу нам вышел он. Парень с урока литературы. Тот самый, с наглой ухмылкой и ледяными глазами.

Он остановился, преграждая путь. Его взгляд скользнул по мне — лениво, оценивающе, — а затем переметнулся на Коула. В воздухе словно натянулась невидимая струна.

— Блэквуд, — кивнул он, и в голосе звучала насмешка. — Решил поработать носильщиком?

Коул напрягся. Его лицо стало каменным.

— Дорогу, Доминик, — тихо, но с угрозой произнес он.

Парень — Доминик, значит — хмыкнул, но сделал шаг в сторону, пропуская нас. Проходя мимо, я почувствовала на себе его взгляд — он буквально жег кожу. Кулон на шее снова кольнул, предупреждая.

Мы подошли к двери класса.

— Спасибо, Коул, — я забрала у него книги. — Ты меня спас.

Он посмотрел на меня своим тяжелым, грустным взглядом.

— Кэтрин, — он понизил голос, чтобы никто не услышал. — Будь осторожна с Домиником. Держись от него подальше.

— Почему? — спросила я, чувствуя тревогу.

— Просто поверь мне.

Он развернулся и ушел, не дожидаясь ответа.

В классе меня уже ждала Мари. Увидев меня, она просияла и помахала рукой с задней парты.

— Сюда! Ого, мы вместе на французском? — воскликнула она, когда я подошла. — Я даже не посмотрела твое расписание до конца! Это судьба, подруга.

Я села рядом, с грохотом выкладывая учебники.

— Ты не поверишь, кто мне помог, — начала я, но Мари перебила, округлив глаза:

— Я видела! Это был Коул Блэквуд! Сам «Мистер Недоступность» нес твои книги? Ты ведьма? Он же ни с кем не разговаривает!

— Он просто помог, — пожала плечами я, стараясь казаться равнодушной.

— Ага, конечно. Вижу-вижу, — она ехидно улыбнулась. — Кстати, город видела?

— Только парк.

— Сегодня исправим! Французский Квартал, Бурбон-стрит, магазинчик моей бабушки. Марди Гра там — космос. Машина у меня есть, книги перевезём. Идёт?

— Звучит заманчиво.

Звонок прервал нас. В класс хлынули ученики. Сначала стайка девушек в мини-юбках и с тоннами блёсток — мисс Вселенная на школьных уроках. За ними их свита. Последними ввалились Тайлер с дружком — он бросил на меня взгляд, полный яда, но промолчал.

Учитель мадам Дюбуа начала урок, но я едва её слышала.

Коул сидел через ряд от меня. Весь урок он смотрел строго перед собой, плечи напряжены, ручка замерла над пустой тетрадью. Как будто боялся случайно встретиться со мной взглядом.

Я отвернулась к окну. Небо затягивало тучами.

Два парня за один день. Один смотрит на меня как на ужин, другой — как на свой оживший кошмар.

Я, конечно, хотела произвести впечатление в новойшколе, но не настолько же.