Глава 6

Сердце колотилось где-то в горле, а ладони стали влажными. Я заставила себя сделать глубокий вдох. «Тебе просто показалось, Кэтрин. Это нервы. Это недосып. Это чертов влажный воздух».

— Эй, ты снова зависла! — Мари пощелкала пальцами у меня перед носом. — Если будешь так тормозить, нас точно съедят. Или, что хуже, заставят дежурить в столовой.

— Прости, — я мотнула головой. — Просто... показалось, что увидела знакомого.

— Знакомого? Ты же говорила, что никого здесь не знаешь, — Мари хитро прищурилась, но тут же махнула рукой. — Ладно, разберемся с твоими галлюцинациями позже. Идём, срежем через внутренний двор, так быстрее.

Мы вышли из душного коридора на свежий воздух. Внутренний двор школы напоминал ухоженный ботанический сад: аккуратно подстриженные кусты, каменные скамейки, старинный фонтан в центре. Но моё внимание привлекло не это.

У одной из стен, увитой плющом, был организован мемориал. Цветы, свечи, фотографии и плюшевые игрушки. Несколько учеников стояли рядом, опустив головы.

Я невольно замедлила шаг. С фотографии на меня смотрела девушка с ясными глазами и робкой улыбкой. Эмили Роджерс. Та самая жертва из новостей. Та самая, чьё тело нашли в парке.

— Жутко, правда? — голос Мари стал тише, лишившись привычной звонкости. — Это Эмили.

— Я видела в новостях, — прошептала я, чувствуя, как по спине снова пробежал холодок. Не от мистики, а от реальности смерти. — Ужасная трагедия.

— Она была новой ученицей, — вдруг сказала Мари, и эти слова ударили меня сильнее, чем она могла предполагать. — Перевелась всего пару месяцев назад. Тихая, почти ни с кем не общалась. Говорят, она пошла через парк, чтобы сократить путь домой...

Мари вздохнула и посмотрела на меня: — Ладно, не будем о грустном, а то я сейчас расплачусь, а у меня тушь не водостойкая.

Мы вошли в соседний корпус. Атмосфера здесь казалась другой — более строгой, академичной. Высокие потолки, портреты писателей на стенах, запах старой бумаги и паркета.

— Вот мы и на месте, кабинет 204, — объявила Мари, останавливаясь у массивной деревянной двери. — Мой класс дальше по коридору, так что тут мы расстаемся. Встретимся на ланче? Я займу нам столик.

— Договорились, — я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

— Удачи, Кэт! Не дай им себя сожрать! — она подмигнула и растворилась в толпе, оставив меня одну перед закрытой дверью.

Я поправила кулон на шее — он наконец остыл, став просто куском металла, — и потянулась к ручке двери. Но та открылась сама.

На пороге стоял мужчина лет сорока в твидовом пиджаке с кожаными заплатками на локтях. У него был вид типичного профессора литературы из кино: слегка растрепанный, с умными глазами за стеклами очков.

— Кэтрин Кроули, я полагаю? — его голос был мягким, бархатистым.

— Да, это я.

— Артур Лоуренс, учитель литературы. Добро пожаловать. Мне передали, что вы немного задержитесь из-за оформления документов. Проходите, мы как раз начинаем.

Я сделала глубокий вдох, натянула на лицо маску спокойствия и шагнула внутрь.

Класс затих мгновенно. Двадцать пар глаз устремились на меня, как прожекторы.

Аудитория была амфитеатром, парты поднимались ярусами. И сидящие за ними ученики выглядели... безупречно. Идеальные укладки, дорогая форма, небрежно наброшенные на плечи брендовые вещи. Их лица казались вылепленными из фарфора, а взгляды — оценивающими и холодными. Они смотрели на меня не как на человека, а как на экспонат.

— Класс, доброе утро, — громко произнес мистер Лоуренс, проходя к кафедре. — Прежде чем мы перейдем к анализу Фицджеральда, я хочу представить вам новую ученицу. Знакомьтесь, это Кэтрин Кроули. Кэтрин, пару слов о себе?

Я почувствовала, как щеки начинают предательски гореть, но заставила себя выпрямить спину. «Не показывай страха, Кэтрин».

— Всем привет, — мой голос прозвучал ровно, к счастью, без дрожи. — Моя семья переехала из Портленда. Я люблю литературу, старые фильмы и, надеюсь, смогу найти здесь достойный кофе, потому что пока Новый Орлеан в этом плане проигрывает.

Несколько девушек сдержанно улыбнулись, оценив шутку. Но тишину разорвал насмешливый голос с задних рядов:

— Портленд? Столица немытых хипстеров и дешёвой травы? Или ты из того Портленда, где снимают дешевое порно?

По классу прокатился смешок. Я нашла взглядом говорившего — парень с наглой ухмылкой, развалившийся на стуле. Тайлер. Я запомнила его имя из рассказа Мари — типичный "золотой мальчик", считающий, что мир вращается вокруг него.

Я медленно перевела взгляд на него. Злость, холодная и острая, поднялась внутри, вытесняя смущение.

— Я из того Портленда, где людей учат манерам, прежде чем выпускать в общество, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Но, видимо, до сюда эта мода ещё не дошла.

Смешки стихли. Кто-то присвистнул.

— Тайлер, — голос мистера Лоуренса лязгнул металлом. Учитель больше не улыбался. — Оставишь свои остроты для сочинения. Если оно будет таким же плоским, как твои шутки, мы встретимся на пересдаче.

Тайлер фыркнул, но заткнулся, бросив на меня злобный взгляд.

— Спасибо, Кэтрин. Достойный ответ, — мистер Лоуренс кивнул мне. — Присаживайся. Свободное место... кажется, только в конце третьего ряда.

Я кивнула и направилась к единственной пустой парте. Пока я поднималась по ступеням, я чувствовала на себе взгляды — теперь уже не просто оценивающие, а с примесью интереса.

Я села, достала учебник и тетрадь, стараясь ни на кого не смотреть.

Но инстинкты не обманешь. То самое чувство. Тот самый холодок на затылке.

Кто-то смотрел на меня. Не просто смотрел — изучал.

Я медленно повернула голову вправо.

И моё сердце пропустило удар.

За соседней партой, через проход, сидел он. Парень из коридора.

Те же растрепанные каштановые волосы. Та же ленивая, расслабленная поза. И те же пронзительно-голубые глаза, которые сейчас смотрели на меня с нескрываемым весельем.

Он подпер щеку рукой, не сводя с меня взгляда. Его губы были слегка приоткрыты, а уголки рта чуть приподняты, словно он разгадывал забавную шараду.

Кулон на моей шее, который только что остыл, снова начал теплеть. Не так сильно, как в коридоре, но ощутимо. Как слабое предупреждение: «Осторожно».

Я резко отвернулась, уставившись в доску. Буквы на ней расплывались.

«Он здесь. Он учится в моем классе. Какого черта?»

Весь урок я чувствовала его взгляд кожей. Он прожигал дыру в моем виске. Я пыталась слушать мистера Лоуренса, который с жаром рассказывал о символизме зеленого огонька в «Великом Гэтсби», но мысли путались. Почему он так смотрит? Неужели я так нелепо выгляжу?

Я не выдержала и скосила глаза. Он всё ещё смотрел. Не записывал, не слушал учителя. Просто смотрел на меня, лениво крутя ручку в длинных пальцах.

Как только прозвенел звонок, я подскочила, словно сидела на иголках. Закинула вещи в сумку с такой скоростью, будто за мной гнались.

— Урок окончен. Прочтите третью главу к среде! — крикнул мистер Лоуренс в спины ученикам.

Я почти бежала к выходу, лавируя между партами.

— Простите, мистер Лоуренс! — я затормозила у учительского стола, пытаясь перевести дыхание.

— Да, Кэтрин? Вопросы по материалу?

— Нет... то есть да, но не сейчас. Где находится библиотека? Мне нужно получить остальные учебники.

— Библиотека? Первый этаж, левое крыло, сразу за главным холлом.

— Спасибо!

Я развернулась и пошла к двери, но у самого порога не удержалась. Обернулась.

Класс почти опустел. Но он всё ещё был там.

Парень с каштановыми волосами стоял у окна, опираясь на подоконник. Он не спешил уходить. Заметив мой взгляд, он медленно, почти лениво наклонил голову набок. Его губы беззвучно шевельнулись.

Мне показалось, или он сказал: «До скорого»?

Я выскочила в коридор, чувствуя, как сердце колотится о ребра. Этот день только начался, а я уже хотела спрятаться под одеяло.

Библиотека. Мне срочно нужна была библиотека. Тишина, книги и отсутствие голубых глаз, которые видят меня насквозь.