Глава 8

Эмили хотела как можно быстрее оказаться в своей маленькой уютной комнатке, что двадцать лет служила ей убежищем от всех напастей. Но ей нужно было поддерживать легенду, которую она придумала с тетушкой Элизой, чтобы провести незабываемые выходные вместе с Адрианом. Уикенд оставил после себя лишь чувство страха с примесью разочарования, но действительно грозился врезаться в память Хейз на всю последующую жизнь.

-К черту, - Эмили вот уже пятнадцать минут стояла перед закрытыми дверями квартиры Мелоун. Она звонила в звонок, нажимая на него с таким усердием, что кнопка небольшим скрежетом оповестила её о том, что вот-вот сломается и останется вдавленной навсегда. Телефон Элиза так и не удосужилась включить с вечера пятницы, не оставив Хейз выбора.

Элиза часто устраивала попойки у себя дома, после которых к ней в квартиру невозможно было ворваться. На случай того, что однажды она перепьет и не сможет открыть дверь в бессознательном состоянии, она отдала один комплект запасных ключей соседу по лестничной клетке. Добродушный старичок в старом дешевом спортивном костюме как раз поднимался по лестнице, еле волоча за собой пакеты из ближайшего супермаркета. Он знал Эмили Хейз и без лишних вопросов отдал ей экземпляр ключей.

-Вчера ночью у неё гремела музыка, но, прежде чем соседка осмелилась вызвать полицию, звуки сменились на более тихие, но непотребные, - старичок поставил пакеты возле двери своей квартиры и стоял позади Хейз, когда та открывала замок.

Как только преграда в виде железной двери была побеждена, в нос незваным гостям ударил запах застоявшегося этанола и табака с примесью едва уловимого шоколада.

-Спасибо вам большое. - Эмили отдала ключи старику и захлопнула перед его носом дверь, прежде чем тот переступил порог квартиры вслед за ней.

Чтобы Ребекка не задавала лишних вопросов, Эмили должна была вернуться домой на машине тети, потому что придумывать новую ложь для матери у девушки не было сил. Да и потом, Эмили сильно сомневалась, что с такой же легкостью сможет врать матери, глядя в глаза, как она делала это по телефону последние два дня. Однако все обстоятельства складывались не в пользу Хейз. Выключенный телефон указывал на то, что Элиза ушла в очередной запой и если её сейчас не окажется в квартире, она может быть где угодно.

Эмили натянула рукав своего свитера тремя пальцами, чтобы потом поднести ладонь к носу, потому что запах, заполнивший двухкомнатную квартиру, вызывал у девушки, только что пребывавшей на свежем воздухе рвотный рефлекс. Кухня, как и полагала Эмили была заставлена кучей пустых бутылок, кажется, некоторые из них Хейз видела в свой прошлый приход. Сигаретный пепел, а позже и сам окурок, потушенный прямо об обои привел Хейз в спальню хозяйки.

-Какого... - Разыгравшаяся картина в небольшой спальне, куда вместилась только огромная кровать тетушки и туалетный столик с платяным шкафом, заставила её испытать ещё больший шок, чем избиение Виктории.

Эмили казалось, что она умерла от радости с тех самых пор, как получила предложение от Адриана о совместном отдыхе. И теперь она находилась в собственном аду, где как одна перед её глазами представлялись картины, которые сплошь состояли из её страхов. Но это было реальностью, потому что о таком она даже представить не могла.

Бессчетное количество пустых бутылок из-под Виски заполнили комнату, некоторые из них были разбиты, содержимое некоторых пролилось на пол, что стало причиной такого ужасного запаха перегара. Небольшая ваза, в которую Элиза складывала свои украшения перед сном, теперь служила пепельницей. Но, к такому зрелищу Эмили привыкла уже давно, её изумление вызвали два тела (по другому назвать их было нельзя, казалось, они даже не дышали, не то чтобы шевелились) распластавшиеся на кровати Элизы.

Элиза занимала правую часть двуспальной кровати, что была ближе к выходу из комнаты. Её нагое тело не было накрыто даже простыней, поэтому перед глазами Эмили предстали многочисленные синяки, которые принято называть засосами, оставленные мужчиной, что лежал рядом. В памяти Эмили Хейз навсегда врезалось безмятежное, настолько умиротворенное лицо, какое бывает только у младенцев, что ещё не познали все тяготы бытия, лицо отца. Из-под простыни, что Энтони Хейз сгреб под своё тело, виднелась белая рубашка, что Ребекка тщательно выглаживала каждое утро и выводила каждое, даже еле заметное пятнышко, поддерживая её белоснежную чистоту. Остальная гора одежды была разбросана рядом с комодом, поэтому Хейз не заметила её сразу. Да и как было заметить, если всё внимание к себе привлекали тела двух из трёх самых близких для Эмили Хейз людей?!

Элиза недовольно щурилась, пробуждаясь ото сна. Нельзя было точно сказать, что именно её разбудило - звонки в дверь или ругательство Эмили, окончание которого скрылось за её хрупкой ладонью. Когда человек делает каждый день одно и то же, для него это действо превращается в обыденность. Однако к похмелью это не относится. Хотя Мелоун за все эти годы закрепила за собой статус заядлой пьяницы, к жуткой головной боли с утра и дрожи в теле она привыкнуть не могла. Элиза приняла сидячее положение, в то время как обои светло-бежевого цвета, которые она с такой тщательностью выбирала пару лет назад, расплывались, не желая фокусироваться. Её будто поместили во вращающуюся комнату, всё изображение плыло перед глазами на протяжении нескольких секунд, что для Элизы были вечностью. Она коснулась ладонью холодного лба, проверяя наличие крови, она была уверена, что кто-то ударил её по голове чем-то тяжелым. Хотя, по мнению Элизы, голова после пары лишних бутылок спиртного болела больше, чем после удара по черепушке.

-Девочка моя, - Элиза улыбнулась, кажется, ещё окончательно не протрезвев, увидев в дверях Эмили. Её обескураженный вид не показался Мелоун странным, она не обратила на это внимания. Когда тетушка почувствовала, что тело её дрожит не только от изнеможения, но и от холода, она обнаружила, что лежит абсолютно голой. Элиза ни капли не смутилась своей наготы, не для того она титаническими усилиями поддерживала своё тело в идеальной форме, отказывая себе в мучном и проводя несколько вечеров в неделю в спортивном зале. Вот только когда она повернулась в сторону, чтобы накинуть на себя простынь, что обычно служила ей одеялом, женщина увидела перед собой спящего Энтони Хейза и, даже слабо соображая, поняла, что дело плохо.

Эмили хватило пары секунд, чтобы вынестись из комнаты. Девушка замерла перед входной дверью, а затем поменяла своё направление и отправилась на кухню. Прежде чем уйти, она хотела выслушать новоиспеченных любовников и высказать им всё, что о них думает. Хейз услышала, как в ванной включили воду, а через пару минут легкие шаги предвещали Хейз о том, что Элиза направляется к ней на кухню в одиночестве. Отца она так и не разбудила.

-Эмили...

Элиза, всё ещё пребывала в состоянии между жизнью и смертью (именно такую характеристику она давала похмелью), когда обычно всё утро проклинала себя за то, что выпила вчера больше дозволенного и давала себе клятву никогда не пить, чтобы этим же вечером её нарушить. Она укуталась простынёй, оставив неприкрытой только шею и голову, не было сил даже одеться, ополоснула лицо в ванной, чтобы немного прийти в себя и пришла на кухню, чтобы предотвратить роковую ошибку, которую планировала совершить Эмили. Хейз встала к окну и распахнула его настежь, казалось, что свежий воздух может её хоть немного успокоить. Мелоун села на табуретку, облокотившись на стол и подогнув под себя босые ноги.

-Как вы могли это сделать?! - После того, как тетушка произнесла её имя, в комнате повисло молчание, и Эмили нехотя пришлось прервать его. - Сколько я себя помню, ты была рядом с мамой и считалась членом нашей семьи. Вы были словно названные сестры, а я считала тебя своей тетей.

-Почему ты говоришь в прошедшем времени?!

Элиза задала этот вопрос таким невозмутимым тоном, будто действительно не понимала ужасных последствий сложившейся ситуации. Эмили окончательно вывело из себя поведение тетушки, она ожидала того, что Элиза бросится к ней в ноги с мольбами о прощении, а не будет себя вести, как ни в чем не бывало.

-Ты предательница! - Громче, чем хотелось бы, крикнула Эмили, будто от повышенной интонации Мелоун должна была лучше понять смысл сказанного.

-Послушай, Эмили, ты любишь всё драматизировать, как и Ребекка, - упоминание подруги в данный момент было не самой лучшей идеей.

Мелоун на миг представила, что на месте Эмили могла оказаться Ребекка, тогда такого спокойного разговора точно не состоялось бы. Хейз устроила бы такой грандиозный скандал, что соседи наверняка вызвали бы полицию и Энтони был опозорен на весь город. Больше об Энтони Хейз не стали бы говорить, как о лучшем следователе, о нём пошла бы слава подлого предателя, что делил постель с лучшей подругой жены. Элиза была уверена, что и без рукоприкладства бы не обошлось, Ребекка наверняка вцепилась бы в её волосы, точнее то, что осталось от некогда шелковистой шевелюры.

-Я отвезла тебя в пятницу к твоему этому Адриану, потом мне стало грустно, и я провела все выходные, обхаживая более-менее приличные бары нашего городка. В одном из них твой отец заступился за меня, спасая от грязных рук каких-то алкашей. Я видела, что ему было плохо, это логично, иначе он не пришел бы туда, чтобы пропустить пару стаканчиков.

Эмили заметила на подоконнике открытую пачку сигарет. Девушка недолго думая взяла с кухонного стола спички и зажгла сигарету. Из-за дрожи в руках это было сделать гораздо труднее, Элиза наблюдала за ней с изумлением, впервые в жизни она видела Хейз с сигаретой в руках, но решила не высказывать своего недовольства.

-Мы просидели в баре несколько часов, твой отец разговорился, сказал, что Ребекка закатила ему очередной скандал, угрожая разводом. Последнее, что я помню, как мы покупаем Виски и едем ко мне домой. Может быть, измены никакой и не было.

Элиза слабо верила своему заявлению, как и Эмили, которой хватило лишь одного беглого взгляда, чтобы распознать в затуманенных глазах Элизы ложь. Девушка вдохнула в себя губительный для легких воздух,горло засаднило, отчего она раскашлялась, словно человек больной туберкулезом. От противного привкуса табака не спасал даже шоколадный фильтр, жаль, что Эмили была слишком неопытна, чтобы догадаться нажать на кнопочку, что находилась в фильтре сигареты, это во многом бы облегчило её первый опыт курения, ну или просто сделало его более удачным.

-Скандалы и ссоры не повод для того, чтобы изменять! Если его что-то не устраивало можно было просто развестись.

-Эмили, если бы каждый супруг разводился из-за того, что его что-то не устраивает, институт брака бы вымер.

Эмили была не согласна с мнением тетушки. Она считала, что брачные клятвы должны быть нерушимы до самого конца. То, что молодожены произносили перед алтарем, было для Хейз сродни клятвы Гиппократа, которую давал каждый выпускник медицинского вуза. Супруги обещали друг другу «вместе и в горе, и в радости», а если кого-то из них что-то не устраивало, следовала сразу же поговорить об этом и, если потребуется развестись. Человек, который изменяет своему партнеру, в первую очередь не уважает самого себя, признает, что сделал неправильный выбор.

-Как мы теперь будем жить? - Эмили очень хотела кричать, крушить всё вокруг, чтобы показать тёте, как ей больно. Но, она в очередной раз проявила слабость своего характера. Когда двадцать лет тебя растят, словно куклу, решая все важные и не очень вопросы, не спрашивая твоего мнения, так получается, что ты вырастаешь несамостоятельным. Вот и сейчас Эмили не знала, что ей делать в сложившейся ситуации, она искала совета у тетушки, которая пару минут назад стала возглавлять список её смертельных врагов.

-А как же мы жили до этого? - Элиза поняла, что сболтнула лишнего и надеялась на то, что Эмили не догадалась о смысле её слов. Но Хейз сегодня, как назло, была необычайно проницательна. Поэтому Мелоун решила рассказать всё, опережая вопросы крестницы. - Да, мы с твоим отцом не в первый раз так встречаемся...

-И сколько же раз? - Эмили окончательно обезумела, узнав ещё больше шокирующей информации. Кажется, в этот раз ей впервые удалось нормально затянуться и, она даже почувствовала, как клеточки её мозга медленно расслабляются.

-Не помню. Может, раз пять, я не считала. - Элиза не собиралась щадить чувства Эмили. Она считала, что родители неправильно воспитывали её, всё это время стараясь держать вдали от внешнего мира.

Девушка в двадцать лет уже должна перестать витать в своих фантазиях, где существуют прекрасные принцы и вечная любовь. В её возрасте Элиза уже первый раз развелась после неудачной попытки аборта, которая оставила её бесплодной навсегда. Она была такой же наивной дурочкой, как Эмили, когда забеременела от бедного, но ужасно красивого одноклассника. Ещё большую глупость Элиза проявила, когда развелась с ним, застав мужа в объятиях другой женщины. Если бы тогда она села и подумала, прежде чем бежать к врачу, чтобы избавиться от плода на третьем месяце беременности, то сейчас её жизнь могла сложиться по-другому.

-Как долго?!

-Два года.

Слова Мелоун прозвучали как приговор в зале суда. Эмили не понимала, как отцу удавалось признаваться матери в любви до гроба, каждый день целуя её в лоб, чтобы потом, как взгрустнется бежать в постель к её лучшей подруге. Возможно, именно из-за своих измен Энтони так не любил присутствие Элизы в их доме, особенно когда она общалась с Ребеккой как ни в чем не бывало. Его совесть не позволяла одновременно держать в комнате двух женщин, с которыми он делил постель или же он просто на просто боялся, что Элиза выдаст их тайну?!

-Я не представляю, как мама отреагирует на эту новость. Может быть, если бы это была не ты, а кто-то другой, ей было бы легче, - постоянный кашель и слезы, что вызвал сигаретный дым, растянул короткую фразу на долгие пять минут. Эмили теперь просто держала сигарету в руках, не зная, что с ней делать дальше.

Элиза больше не могла наблюдать за этой нелепой сценой. Она подошла к окну, отобрала у Эмили сигарету и боком оттолкнула её в сторону, занимая прежнее место у окна. Хейз сполоснула руки от противного запаха, в то время как тетушка забралась на подоконник с ногами.

-Зачем ей вообще что-то говорить? - Сигаретный дым немного привел женщину в чувства, отчего она могла говорить спокойно и рассудительно. - Это просто секс, Эмили. Я не собираюсь разрушать вашу прекрасную семью и уводить твоего папочку. Если бы не выпитый алкоголь, мы никогда и не посмотрели бы друг на друга. Пойми, на моем месте могла быть другая, которая претендовала бы на большее. Мне же ничего не нужно. Я не собираюсь терять свою единственную подругу и прекрасную крестницу из-за пьяной интрижки.

Эмили эти аргументы не убедили. Она не представляла, что сможет впредь наблюдать за тем, как отец проходит на кухню, целует мать, проводит по её волосам и говорит банальные приятные милости. Это было нечестно по отношению к Ребекке, она должна знать.

-Я расскажу все маме, я не смогу врать.

Элиза бросила окурок прямо в окно. Головная боль, что на время отступила, вернулась с новой силой. Раздражение вызывало то, что Эмили никак не может согласиться держать язык за зубами. Так было бы лучше для всех.

-Послушай, девочка моя, не усложняй жизнь ни себе ни мне. - Элиза поняла, что говорит грубо, но по-другому она не могла. Сейчас она хотела как можно быстрее избавиться от крестницы и вернуться в постель. - Скажешь маме, что видела нас, тебе придется признаться в том, что ты провела эти выходные не с любимой тетушкой, а в компании едва знакомого парня чёрт знает где. Потеряешь Адриана, поверь мне, твои родители не позволят тебе с ним видеться, они уже поженили тебя на Кристофере. Потеряешь меня и своего отца, потому что Ребекка не простит нам такого предательства. Из-за того, что ты не хочешь молчать, многолетний брак твоих родителей разрушится. Энтони наверняка запьет, вылетит с работы, а что будет с Ребеккой, я даже представить себе не могу. Ты этого хочешь?!

Элиза умела убеждать, прекрасно зная, на какие больные места надавить, чтобы заставить другого человека плясать под свою дудку. Эмили пришлось согласиться с доводами тетушки. Из-за того, что она соврала родителям, теперь ей пришлось стать соучастницей лжи Элизы и Энтони. Она попала в эту хитроумную паутину, сплетенную тетушкой, словно в плен. Элиза явно дала понять, что если Эмили проговориться, она тоже не будет молчать. А тройного предательства со стороны дочери, мужа и подруги Ребекка может не пережить. Хейз отныне должна была тянуть этот крест вместе с Элизой и отцом.

-Я хочу только одного - чтобы ты держалась от меня и моей семьи подальше.

Элиза продолжала сидеть на подоконнике перед настежь открытым окном, Эмили подумала, что ей хватит пары секунд для того, чтобы сбросить Мелоун вниз с двенадцатого этажа. Тогда от лживой суки, какой она сейчас предстала перед крестницей, но на самом деле являлась всегда, останется лишь мокрое пятно крови, перемешанной со спиртом. Элиза настолько разозлила Эмили своим хладнокровием и бессердечностью, что девушка не знала, куда ей деть свою злость.

-Хоть упейся, но никогда больше не смей приближаться к отцу. Поверь, если ещё раз подобное повториться, я расскажу всё матери, несмотря на вероятность потерять Адриана. Я больше не позволю вам водить её за нос. В твоём магазине я больше не работаю, зарплату перечислишь на карту.

Элиза наблюдала в окно за удаляющимся силуэтом Эмили. Походка девушки выражала её настроение - нетерпеливая, решительная, она шла домой, чтобы встретиться с матерью и рассказать ей очередную ложь. Мелоун не была таким монстром, как могло показаться со стороны. За всю её недолгую жизнь она видела больше плохого, чем хорошего, поэтому относилась ко всему проще. Она не чувствовала себя предательницей, потому что в очередной раз свалила всю вину на алкоголь. Многие люди поступали хуже, она могла запросто увести Энтони из семьи, если бы пожелала, но не сделала этого, потому что любила свою подругу и её дочь, как родственников. Именно этим она успокоила свою совесть и вернулась в постель, чтобы вновь заснуть и проснуться в боле-менее нормальном состоянии.

-Бедная моя, ты там, наверное, ничего, кроме полуфабрикатов не ела.

Ребекка с порога усадила дочь за обеденный стол и вытащила из холодильника всё, что там находилось. Эмили была рада, как никогда, потому что действительно испытывала ужасный голод примерно с пятницы. Члены семьи Хертфорд во время приёма пищи предпочитали ругаться, а не есть, поэтому и были такими злыми - от голода. Во всяком случае, так считала Эмили.

-Больше ты с Элизой никуда не поедешь, особенно, когда у неё наступит очередной приступ депрессии.

Эмили предпочитала молча кивать в знак согласия, потому что рот её был до отказа набит едой. Она напоминала Ребекке Маугли, который вырос среди зверей и не умел прилично вести себя за столом, запихивая еду в рот с такой скоростью, будто через минуту у него всё отнимут. Сравнение своего драгоценного отпрыска и дитя волков сильно испугало женщину, и она непроизвольно пододвинула к дочери тарелку с подогретыми оладьями.

-Как ты провела выходные?

-Все время читала и подносила Элизе чистый тазик, потому что та не могла доползти до туалета.

Мать была удивлена тому, с какой неприязнью дочь говорит о своей любимой крестной, но быстро смахнула это на то, что Эмили не переносила пьяных людей.

-А вот твой отец сегодня не ночевал дома. - Эмили поперхнулась плохо прожёванным куском жареной свинины и быстро опустошила бокал с ягодным морсом. Совесть пробудила во всем теле Эмили неприятные ощущения, которые не могла затмить ни одна даже самая вкуснейшая еда в мире.

Только сейчас дочь заметила, как ужасно выглядела её мать - непричёсанные сальные волосы, тёмно-коричневые круги под глазами и отекшее лицо говорили о том, что Ребекка всю ночь провела без сна.

-В субботу мы собирались поехать в строительный магазин, я хотела купить тебе новый книжный шкаф, что ты так давно просишь, но его срочно вызвали на работу, я накричала на него. Устроила целый скандал с битьём посуды, сказала, что разведусь. - Ребекка и дня не могла прожить, не устроив кому-то из членов семьи взбучку, однако потом она быстро отходила и весь день мучилась чувством вины. - Но это я не всерьёз, я же сначала накричала, а только потом поняла, что он ни в чём не виноват. Это всё чёртов Парадокс, мешает нам жить спокойно.

Эмили не могла согласиться с этим обвинением. Если бы маньяк не появился в городе, то Ребекка бы всё равно нашла повод, чтобы накричать на отца. Такой уж неё был характер.

-Не волнуйся мам, он наверняка заработался и уснул в своём кабинете, сколько раз уже такое было, - фраза, сказанная ею, заставила Эмили надолго задуматься. А всегда ли Энтони засыпал в своем кабинете, а не в кровати тёти Элизы?

-Я звонила ему и на сотовый и на служебный, он не отвечает. Кристофер сказал мне, что уже ушел домой, но мог бы вернуться и проверить, чтобы я не волновалась, какой хороший парень, но я не стала его беспокоить.

Прежде чем Эмили успела пережевать очередную порцию мяса, входная дверь отворилась, и в кухонном проёме показался огромный букет цветов, скрывающий физиономию отца, которую Эмили видеть не хотела.

-Дорогая, прости меня, обещаю, как только засажу Парадокса, я возьму отпуск, и больше не буду так долго задерживаться по вечерам, - с порога заявил он.

Матери потребовалось пару секунд на то, чтобы кинуться к отцу на шею. Она была рада тому, что в ситуации, в которой, по сути, виновата она сама, ей не пришлось просить прощения, потому что всё итак благополучно разрешилось. Эмили внимательно вглядывалась в глаза Энтони, чтобы увидеть в них хоть каплю сожаления. Но, либо дочь не знала об актерских талантах своего отца, либо очередная ложь вошла для него в привычку, потому что ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он крепко прижал мать в груди, только что выпрыгнув из постели её лучшей подруги.

-Как прошли выходные? - Мать отправилась в гостиную, чтобы достать вазу, в которой последующие дни будут стоять двадцать пять ало-красных роз, подаренные отцом.

Только сейчас Эмили догадалась о том, что отец знает, что Эмили провела уикенд не со своей тетушкой. Хейз не представляла, что могла рассказать Энтони пьяная Элиза, поэтому запаниковала. Но лишь на пару минут. Затем её осенило - Хейз не выдаст того, что знает о лжи дочери, иначе ему самого придётся признаться, что выходные с Элизой провел именно он.

-Я видел Элизу в субботу вечером, она пыталась выползти из бара и добраться до машины, когда я днём ехал на работу. Тебя и близко с ней не было.

Аргументы закончились. И почему в крохотный мозг Эмили не могла прийти идея, что отец сможет выкрутиться таким образом?! Он и дочь уличил во лжи и свою шкуру спас.

-Я была с Кристофером, - бедный Барретт опять против воли оказался впутан в очередную паутину лжи Эмили Хейз. Теперь, смотря в глаза отца, девушка понимала в кого, она уродилась такая смышлёная, чтобы запросто обвести вокруг пальца любого. - Я попросила его молчать, зная, что вы не отпустите меня с ночёвкой к парню. Можешь проверить эту информацию.

-Я проверю. - Энтони Хейз удивлялся стремительной переменой в отношениях Эмили и Кристофера. Столько лет она отказывала ему, а потом вдруг за пару дней дошла до того, что врала родителям, чтобы провести с ним выходные. Как бы отец не радовался тому, что дочь выбрала правильного спутника жизни, он чувствовал подвох.

-Давай не будем расстраивать маму!

Энтони не успел ничего ответить, потому что в кухню вошла Ребекка, которая всё это время решала куда лучше поставить роскошный букет - в спальню или в гостиную.

-Дорогой, прости меня за мою несдержанность, я постараюсь впредь держать себя в руках.

Эмили подождала пару минут, чтобы убедиться, что отец не собирается выдавать её тайны. Но дольше смотреть на семейную идиллию, которая теперь вызывала не умиление, а рвотные позывы, не было сил. Когда отец, как ни в чём не бывало, обнимал мать, просящую у него прощения, Эмили чувствовала себя предательницей. Ведь найди она в себе силы и расскажи правду, Ребекка бы сейчас не укладывала букет в вазу, а как следует, отходила бы им изменника-мужа.

Последнее, что Эмили хотела делать сейчас - разговаривать с Кристофером Барреттом по телефону. Но ей пришлось в который раз за день засунуть свои желания куда подальше и делать, что требовала от неё сложившаяся ситуация.

-Привет, любовь всей моей жизни, которая не отвечала на звонки и смски все выходные. - Эмили тяжело вздохнула, она вспомнила, как в доме Хертфорда пыталась отбиться от маминых звонков, а на Кристофера не оставалось ни сил, ни желания, ни времени. Как же трудно жить, когда всем вокруг приходится лгать!

-Я по этому поводу и звоню, не мог бы ты сказать отцу, что я провела выходные с тобой?!

Кристофер сначала замолчал, а потом рассмеялся в трубку, вызывая у Эмили желание, стукнуть его чем-нибудь тяжелым.

-Я подумаю, хотя, ты сможешь убедить меня солгать твоему отцу вновь, если при встрече объяснишь, где на самом деле провела уикенд.

Эмили не удивилась тому, что Кристофер попросит что-то взамен, она прекрасно помнила вечер в ресторане, которым расплатилась за прошлую ложь.

-Хорошо, заедешь за мной через двадцать минут.

Кристофер ненавидел практически все заведения в городе А., за исключением «Венеции» и парочки баров, где позволить себе провести время мог далеко не каждый житель. Причина заключалась далеко не в том, что он был о себе слишком высокого мнения, чтобы снизойти до обычных людей. Просто в дорогих ресторанов всегда было мало народу, а персонал относился к клиентам с почтением, а не с пренебрежением. Вот и сейчас у официантки в небольшом уютном кафе возле дома Эмили было такое отчаянное и злое выражение лица, будто её держали в рабстве и заставляли работать за еду.

-Я буду сладкие роллы и апельсиновый сок, - сказала Эмили не потрудившись заглянуть в меню. - Спасибо.

Кристофер провел немало свиданий с девушками, постоянно обращая внимание на то, как они общаются с персоналом. Эмили не была единственной, кто знал манеры и с уважением относился к работе других людей, но, в большинстве случаев Барретт встречал девушек, для которых обслуживающий персонал был пустым местом. Хоть он и прекращал с такими особами общение, но в момент на горизонте появлялись новые, такие же барышни-куклы с обложек журнала, которых в этой жизни заботят лишь деньги, а самой большой катастрофой является сломанный ноготь. Кристофер был виноват сам, ведь, как известно, каждый человек получает именно то, что он хочет.

-Виски чистый, - сначала было произнес Барретт, который вот уже который день начинает и заканчивает не с кофе, а алкоголя. Эмили одарила его убийственным взглядом, отчего по телу Барретта прошлись мурашки. - Нет, просто кофе без сахара.

У Эмили зазвонил телефон, чтобы его найти на дне сумки, пришлось вытащить почти всё её содержимое. Таким образом на и без того маленьком столике оказались две книги, косметичка, антисептик и наушники.

-Вот уж не подумал бы, что я такой скучный собеседник, чтобы ты решила на свидание взять две толстенные книжки.

Элиза уже третий раз за день звонила своей крестнице, делая тщетные попытки поговорить. Эмили разозлилась вдвойне, потому что ждала известий от Адриана. Прежде, чем идти к Крису она несколько раз набрала его номер и написала кучу смс, когда он не ответил.

Кристофер взял в руки ту, что лежала сверху. Твердая обложка с изображенным на ней силуэте девушки. Изящная фигура занимала центральное место и лицом обращена в сторону реки. Сверху золотыми выпуклыми буквами надпись расставила все на свои места - Г.Флоббер «Госпожа Бовари». Крис прекрасно знал, что это был любимый роман девушки. Пару лет назад Энтони привез дочку с собой в участок, чтобы не оставлять её одну, в городе как раз орудовала банда грабителей, которые справлялись с замками любой сложности. Хейз решил взять самое ценное с собой. Ему было проще видеть Эмили, чем волноваться и названивать ей домой каждый час. Весь день Эмили провела вместе с этой самой книжкой, споря со своим недовольным отцом. Энтони считал, что его дочь нерационально использует своё время, постоянно перечитывая этот роман, а она в ответ возмущалась, что хотя бы книги в этой жизни будет выбирать на своё усмотрение.

-Я должна вернуть их в магазин. - Эмили выхватила из рук парня роман, чтобы со всем остальным барахлом вернуть его в сумку. Девушка часто брала книги из магазина Элизы, это было одним из плюсов её работы - читать и не платить за это деньги. К книгам Хейз относилась аккуратно, иной раз некоторые родители не трепещут так над своими детьми, как Эмили трепетала над бумажными страницами книг. Поэтому, из-за аккуратности Хейз, книги можно было продать. - Я больше не работаю в книжном. Надо вернуть всё, что я недавно брала домой. Жаль расставаться с романом, это коллекционное издание.

Эмили печально выдохнула, чтобы подчеркнуть своё сожаление. Элиза наверняка не помнила о том, что Эмили брала у неё книги. Да даже если бы и помнила, никогда не попросила бы их вернуть. Но гордыня Эмили не позволяла ей оставить книги у себя после случившегося. Она вообще не хотела иметь что-то общее с Мелоун.

-Ты поругалась с тётей?! - Крис был удивлен, он, как и сама Эмили считал, что работы лучше ей не найти. Парень был уверен, что должно было случиться что-то ужасное, если девушка по доброй воле решила уволиться с работы своей мечты.

-Просто поняла, что хочу двигаться дальше. Мне надоело просиживать там штаны в ожидании какого-нибудь покупателя, что, дай Бог, заглянет туда раз в две недели.

Крис понял, что Эмили пытается обмануть его, говоря совершенно неубедительно. Но из-за раздражения в голосе Хейз, он не стал выпытывать у неё подробности. Эмили была из тех людей, которые, если бы захотели что-то сказать, то сделали бы это. А вытягивать из девушки правду означало разозлить её и испортить свидание.

-Хорошо, тогда я внимательно тебя слушаю. Мне очень интересно, где ты была все эти выходные и почему я должен врать твоему отцу.

Очередная ложь родилась в голове Эмили, как только она вышла на автостоянку за домом, чтобы встретить Барретта. На свежем воздухе ей думалось лучше. До сих пор не сводя глаз с дисплея телефона, она быстро напечатала: «Пожалуйста, позвони мне, нам срочно нужно поговорить». Почему то в трудную минуту с Эмили рядом всегда находился Кристофер, а не Адриан. В то время как за внимание Адриана Эмили приходилось бороться, Барретт сам появлялся на горизонте, будто чувствовал, что Хейз нужна поддержка.

-Я устала от вечных скандалов родителей, - эта фраза звучала убедительно, потому что была истинной правдой. - Чтобы сбежать от них хотя бы на пару дней, я попросила тету...Элизу отвести меня к ней на дачу. Её запасы алкоголя истощились к вечеру субботы, и она поехала в город за очередной порцией. Папа видел её в дверях бара. Если бы он узнал, что Элиза бросила меня одну загородом на целую ночь, то меня перестали бы выпускать из дома даже с ней. Мне пришлось сказать ему, что я соврала насчет дачи и была у тебя.

Кристофер запутался в словах девушки, словно провалился в болото и с каждой секундой погружался вглубь все стремительнее. Но, по крайней мере, это звучало слишком сложно, чтобы придумать. Да и врать Эмили было незачем, ведь кроме как к тетке, поехать ей больше было не к кому.

-Да уж, влетит мне от твоего отца в понедельник. Он только начинал забывать ситуацию с места преступления, а ты вновь выстрелила мне в спину.

Эмили удивлялась тому, что может с такой легкостью придумывать в своей голове ложь, а затем убедительно её преподносить. Она постоянно обманывала всех вокруг, даже саму себя. Хейз успокаивала себя тем, что родители не оставили ей выбора. Дай они ей свободу, она бы могла не скрывать своих действий, будто совершает нечто постыдное. Она боялась неодобрения родителей, но в то же время хотела жить по-своему. Это привело к тому, что она сочиняла ложь, как сказку и рассказывала её окружающим, словно мать своему ребенку перед сном.

-Извини, - искренне ответила она. За последнее время Эмили лучше присмотрелась к Барретту, без предвзятого осуждения, с которым она к нему относилась всегда. Он оказался довольно неплохим парнем, поэтому каждый раз втягивая его в свою ложь, Эмили чувствовала себя виноватой.

-Эмили, я просто хочу сказать, что в следующий раз, когда тебе захочется отдохнуть от родителей, приезжай ко мне, а не беги со своей пьяной тетушкой загород. Обещаю, что приставать не буду.

Хейз ответила на это предложение сдержанной улыбкой лишь из вежливости. Она была уверена в том, что никогда не воспользуется им. Хотя, за последнее время слово «никогда» утратило для её жизни всякий смысл. Ведь события, которые Эмили не могла представить в своей фантазии, происходили с ней каждый день. Когда официантка принесла заказ, разговор прекратился. Эмили была голодна и сегодня решила съесть все порции, которые не получила за минувший уикенд.

-Почему вас вызвали в отдел в субботу? - покончив с последним роллом, девушка откинулась на спинку стула, что немного отъехал в сторону под её весом. Она взяла в руки стакан с апельсиновым соком и собиралась выпить его, приняв почти, что лежачее положение.

Кристофер так и не притронулся к своему кофе, он заказ его лишь потому, что нужно было что-то заказать.

-Вот уж нет, я больше на твои уловки не поведусь. Про дело ты ничего не узнаешь.

-Брось, Крис, мне просто интересно, что заставило папу провести всю ночь в кабинете, - для убедительности Эмили состроила грустную гримасу, хотя, вспоминая, где её отец провел субботнюю ночь, было сложно не разозлиться. - Мама была так расстроена, она не спала всю ночь, пыталась до него дозвониться, а он не брал трубки.

Кристофер испытал чувство вины. Возможно, именно это заставило его заговорить, хотя, наученный горьким опытом, он не хотел больше делиться с Эмили какой-либо информацией по делу. А возможно дело заключалось в том, что он просто не мог без содрогания сердца вынести расстроенный взгляд Эмили. Парень знал, что новая информация пробудит самое сильное чувство Хейз - любопытство, которое способно заглушить даже такие эмоции, как грусть и раздражение.

В ту ночь, когда Ребекка Хейз позвонила ему с просьбой позвать к телефону мужа, Барретт уже был дома. Он удивился тому, что Энтони не находился с женой, ведь начальник ушел раньше него. Интуиция подсказала ему не делиться этой информацией с будущей свекровью, как позже оказалось, не зря. Благодаря программе, установленной на телефон, которая помогала отследить местоположение любого сотрудника, Кристофер быстро нашел Хейза. Он волновался о том, что с Энтони могло что-то случиться. В его голову даже закралась мысль, что Парадокс мог убить надоевшего следователя, чтобы раз и навсегда убрать с дороги единственного, кто мог его поймать. Навигатор привёл Барретта к дверям бара, радовало лишь то, что здесь отдыхал контингент людей получше тех, которых обычно он ловил на кражах и поножовщинах в своём отделении. Энтони казался совершенно здоровым, когда целовался с Элизой Мелоун за барной стойкой прямо под стройными ногами стриптизёрши, что на миг отвлекла Кристофера своим танцем. Парень решил подождать в машине на случай того, если пьяного начальника потребуется отвезти домой, но с этим прекрасно справилась тетушка Эмили, усадив его на заднее сидение своей машины и в порыве страсти начав рвать на нём рубашку прямо там. Кристофер уважал своего начальника и не любил совать нос в такие дела. Он тоже стал соучастником лжи Энтони и Элизы, но твердо решил унести этот секрет с собой в могилу.

-Помнишь Фредерика Форбса? - Эмили кивнула, разве могла она в здравом уме забыть вторую жертву Парадокса. - Так вот, его сынок в четверг прибыл из-за границы, чтобы усадить свою задницу в кресло папочки. Место Форбса должен был занять Пол, хороший парень, я знаком с ним. Уверен, что наш город получил бы больше хорошего, но поговаривают, что щенок Фредерика ещё хуже, чем его папаша.

Крис никогда не позволял себе выражаться о других людях подобным образом. Он всегда старался быть тактичным и осторожным в своих высказываниях, не потому что боялся, а потому что следовал поговорке «не суди, да не судим будешь». Мы не можем залезть в шкуру другого человека, а значит, и судить его не имеем право. Однако разговор зашел о довольно щепетильно теме. Барретту не нравилась политика, которую за все эти годы установил Форбс, распуская своих богатеньких друзей и позволяя им слишком многое. Он как человек праведный, слишком любящий справедливость для того, кто выбрал профессию полицейского, мечтал о лучшей судьбе города А.. Он рассчитывал на то, что в администрации, наконец, появится человек с такими же бескорыстными намерениями обогатиться, как и он сам. Но династия Форбс явно укрепилась на этой должности на много лет вперед.

-Теобальд Кристиан Форбс, - с наигранным пафосом, которым должно сопровождаться это имя, произнес он и вскинул руки. - В ночь с пятницы на субботу на него напали, но не добили. - Барретт поймал себя на мысли, что хотел добавить к фразе слово «к сожалению». - Главные подозревают, что это Парадокс.

-Это не он, - решительно произнесла Эмили и посмотрела на Кристофера, будто он сказал какую-то чушь. - Если бы Парадокс хотел его убить, он бы довел начатое до конца.

-Форбсу повезло, на него напал крупный мужчина в маске с ножом на парковке. Бедный паренек так кричал, что слетелись люди и спугнули его.

Эмили не могла поверить в то, что маньяк, которого девушка считала очень умным и проницательным (скорее всего её подкупили цитаты, что он оставлял над телами жертв), мог так облажаться.

-Почему вы уверены в том, что это не грабитель, а сам Парадокс. - Кристоферу не понравилось то, как Эмили с трепетом произнесла имя маньяка, будто он являлся её кумиром, но Барретт решил не акцентировать на этом внимание, предотвращая возможную ссору.

-Я повторюсь, так считает сам Форбс и вышестоящие начальники, а не мы с твоим отцом. Хотя, если подумать, то можно найти в этом логику. Сама смотри, связь всех трех жертв держится на любовной интрижке Фредерика Форбса.

-Ты думаешь, что серийный убийца мстит Фредерику Форбсу и из-за этого пострадала Алисия, а затем и миссис Хиллс?

Крис пожал плечами, подтверждая её слова. Ему пришлось выпить пару глотков, потому что от долгого разговора в горле пересохло.

-Но Алисию ведь убили первой, если бы все дело крутилось вокруг Форбса, он бы прикончил сперва его.

-Он хотел помучить Фредерика, жестоко убив его возможно любимую женщину, ну или просто запугать.

-Тогда почему он не убил Теобальда раньше?

-Он был за границей, да и потом, учитывая то, какие между отцом и сыном царили отношения, не думаю, что Форбса бы сильно расстроила смерть отпрыска.

В доводах Кристофера было много убедительных мыслей. Действительно, все, что известно о жертвах - связь с Фредериком Форбсом. Алисия была его любовницей, Корнелия Хиллс знала об этой связи, а Тео, так удачно вернувшийся из-за границы, являлся его единственным сыном. Но это всё лишь усложняло задачу, ведь объявить Фредерика кровным врагом может почти каждый человек в городе. Форбс сделал больше плохого, чем хорошего в своей жизни. Ну что ж, сегодняшний день не прошел даром, ведь Эмили узнала возможную четвертую жертву маньяка, а это уже был огромнейший успех.

Кристофер завез Эмили в магазин, от которого у неё имелся собственный ключ. Девушка расставила книги по своим местам, потратила около десяти минут на то, чтобы обойти каждый стеллаж и попрощаться с ним особым способом - провести ладонью по корешкам книг, в последний раз вдохнуть полной грудью приятный запах. Она была расстроена из-за того, что ей приходилось покидать любимое место. Хейз провела в углу за стеллажами зарубежной классики большую часть своей жизни, она пряталась там от всех невзгод. Благодаря книгам Эмили могла путешествовать в разные уголки мира, куда родители бы точно не отпустили её. Она заглушала боль от своей несостоявшейся в жизни при помощи хорошо прописанных персонажей и интересных сюжетных линий. В то время как в городе А., «Дом книги» был самым неудавшимся и никому не нужным строением, для неё это кирпичное здание неприятно оранжевого цвета было приютом. Но даже умиротворение, что давал ей книжный магазин не могли заставить Эмили видеться с Элизой. Отныне она не желала иметь ни малейшей связи с крёстной, жаль только, что с отцом она не может поступить точно также. Эмили было проще всю вину свалить на Элизу, оправдывая отца тем, что она сама затащила его в постель. А как там было на самом деле, Хейз выяснять не хотела. Она знала достаточно - они оба виноваты и навсегда потеряли её доверие.

Домой Эмили вернулась под вечер, родители смотрели какой-то фильм по телевизору. Ребекка лежала у Энтони на коленях и светилась от счастья, а отец держал жену с такой силой, будто боялся, что она куда-то от него убежит. Хейз застыла в дверях гостиной, пытаясь вспомнить, когда Энтони ещё проявлял такие признаки неземной любви к матери, даря её цветы и не отпуская от себя ни на шаг. Вместо воспоминаний в голове девушки возникло лишь тёмное пятно. Она никогда не обращала особого внимания на отношения своих родителей, кроме ссор и раздражения обоих, она больше ничего не помнила. Эмили была плохой дочерью, постоянно думая лишь о своих проблемах. Если бы она интересовалась о ком-то, кроме себя любимой, то могла бы понять причину поведения матери и отца. Девушка ушла в свою комнату, обещая себе исправить свою ошибку и стать внимательнее к людям, которые её любят.

Девушка достала телефон, который вместо желанных смс и звонков показывал ей лишь черный экран. Со злости она швырнула сумку на письменный стол из-за чего книга, лежащая на самом краю, упала, раскрыв свою мудрость на самых первых страницах.

«Лжец должен обладать хорошей памятью» - Марк Фабий Квинтиллиан. Именно с этой цитаты начиналась восьмая страница книги. Единственной книги, которую Эмили не вернула назад в книжный магазин, предварительно положив в кассу цену за неё. Хейз усмехнулась, найдя иронию в том, что книга раскрылась именно на этой странице.

Действительно, этим высказыванием можно было описать текущий год её жизни. Она задумалась над тем, что в последний месяц соврала столько, что даже не могла запомнить что, когда и кому сказала. Она чувствовала себя в ловушке, словно стала заядлым игроком в азартные игры. Проиграла все деньги, даже машину и квартиру, но всё равно не могла остановиться, накапливая всё новые долги. Самое печальное было то, что конец у этой истории изначально плохой.

Утром отец как всегда подвез её к книжному магазину. Эмили в очередной раз решила упростить свою жизнь ложью. Она просила Кристофера не говорить о том, что уволилась отцу, а Элизу предупредила об этом же самом по смс. Девушка собиралась впутаться в опасную игру, но другого выхода у неё не было.

Через двадцать минут езды в вонючем автобусе Эмили стояла перед дверями здания местной администрации. Единственное строение в городе, которое выглядело не как тюрьма строгого режима. Двухэтажное кирпичное здание с пластиковыми окнами, которые в некоторых кабинетах были во всю стену. Эмили уверенно вошла внутрь, чтобы впервые за своё расследование приступить к решающим действиям.

-Здравствуйте, девушка, - она подошла к стойке, где по ту сторону её встретила хорошенькая девушка модельной внешности с натянутой улыбкой до ушей. - У вас на двери висит плакат о наборе сотрудников.

-Да, новый начальник решил сменить кадры, сказав о том, что хочет видеть подле себя лишь красивых и молодых, - девушка сказала это не потому, что являлась сплетницей, а для того, чтобы похвастать, что попала под эту категорию.

«Слава Богу, я накрасилась» - Эмили, как всегда неуверенная в себе, встала сегодня раньше и из-за скуки решила нанести макияж. Однако оценивающий взгляд девушки насторожил её. Но вроде бы всем известно, что таким высокомерным взглядом девушки убирают конкуренток, порождая в них сомнение о собственной привлекательности?!

-Поднимитесь в отдел кадров, второй этаж третья дверь справа, - блондинка плюхнулась на стул и уткнулась в один из многочисленных модных журналов, что лежали у неё на столе. Она явно размышляла, на какую сумочку из новой коллекции ей потратить зарплату.

Адриан так и не удосужился ответить ей на звонок, поэтому Эмили пришлось принимать решение самой. Впервые за всё расследование она знала имя возможной четвертой жертвы Парадокса. А учитывая то, что на Теобальда уже пытались напасть, действовать необходимо было быстро. Хейз решила, что на данном этапе лучшим, что она сможет сделать, было втереться в доверие Форбса. Работая рядом с ним, она постоянно будет видеть его, а навострив ушки, может узнать полезную информацию. Возможно, ей как-то удастся очаровать Теобальда и он обеспечит её новой информацией о своем отце. Ведь теперь уже стало ясно, что все жертвы связанны с Фредериком, а значит, чтобы разобраться в деле и поймать маньяка, ей следовало узнать об этом старике всё.

Но, все надежды девушки рухнули, когда толстая женщина возраста примерно её матери, посмотрев её резюме, выдала вердикт:

-Я возьму вас уборщицей.

Эмили от удивления вытаращила на неё глаза, а женщина даже не подняла голову, отбросила её папку в сторону и начала оформлять договор.

-Но я рассчитывала хотя бы на место личного секретаря, - это было бы идеальным исходом событий для Хейз. Так бы она не отходила от Форбса ни на шаг и быстрее смогла бы настроить с ним контакт. А ведь на уборщицу он даже не взглянет, наверняка обслуживающий персонал для таких снобов, как Форбс не более чем предмет мебели.

-Девушка, скажите спасибо и на этом. Со своим резюме на лучшее вам и рассчитывать не стоило, - женщина бросила на возмущенную девушку такой взгляд, будто только что облила её ведром с помоями с головы до пят. Настолько Эмили почувствовала себя грязной, пустым местом, которому даже не хотели дать шанс. - На это место у нас есть кандидатки получше, вот - женщина потрясла перед её носом целой горой из папок различных цветов, выплескивая всё недовольство на Хейз, ведь начальству сказать она этого не осмелилась бы. - Форбс загрузил работой, выбирая себе молоденьких, будто решил устроить гарем из офиса, а мне даже пообедать некогда. Ну что, оформляю?!