52 часть. «Я выбрал твою жизнь»

​Завтрак в Большом зале подходил к середине. Ты сидела, уткнувшись в чашку с чаем, и слушала, как Теодор вполголоса спорит с Эниель о предстоящем тесте по Чарам. Тео сидел рядом, его рука привычно и по-хозяйски лежала на спинке твоего сиденья - вы безупречно играли роль пары. Блейз сидел напротив, его взгляд то и дело возвращался к дверям Зала.​И вот они распахнулись.​Драко вошел не спеша. Он выглядел так, будто эти три недели провел на королевском приеме, а не в изоляции. Холодный, лощеный, с идеально выверенной осанкой. Астория шла рядом, ее рука уверенно лежала на его локте. Для всей школы это была картина абсолютной гармонии: наследник Малфоев и его невеста вернулись к учебе. ​Они подошли к вашему сектору стола. Блейз замер, переглянувшись с Тео.

​Драко: (голос был абсолютно ровным, без единой живой интонации) Блейз. Тео. Рад видеть, что за время моего отсутствия здесь ничего не изменилось.

​Он мазнул по тебе взглядом - коротким, безразличным, каким одаряют старую мебель. Никто в зале не заподозрил бы, что внутри него в этот момент всё выгорало дотла.

​Астория: (улыбаясь вашей компании той самой светской улыбкой, за которой скрывается лед) Привет всем. Драко, давай присядем здесь, я ужасно проголодалась. Блейз, ты не против подвинуться?

​Блейз молча кивнул и сдвинулся, освобождая место. Астория села, изящно расправив мантию, и начала накладывать себе завтрак, словно и не было этих недель тишины.

​Теодор: (не выдержав этого напускного спокойствия, в упор глядя на Драко) Мы уж думали, вы решили продлить каникулы до конца года. Ни писем, ни вестей. Малфой, ты хоть жив был всё это время?

​Драко медленно поднял глаза на Теодора. В этом взгляде была такая глухая, мертвая пустота, что Ностед невольно осекся.

​Драко: В Мэноре было много дел, Теодор. Семейные контракты не терпят суеты. (Он обернулся к Астории, поправляя воротник её мантии - жест был механическим, но для окружающих выглядел заботливым). - Астория, тебе налить сока?

​Астория: Да, дорогой, спасибо. (Она перевела взгляд на тебя и Тео). - Т/и, Тео, вы выглядите такими... домашними. Кажется, за эти каникулы ваша идиллия стала еще крепче. Это так мило.

​Драко: (перебивая её, его голос стал жестким, как удар хлыста) Идиллия - это роскошь для тех, кому нечего терять, Астория. Остальным приходится выбирать между мимолетными симпатиями и тем, что действительно важно.

Он наконец посмотрел прямо на тебя. В этом взгляде была бездна. Он не говорил этого вслух, но ты слышала каждое его слово: «Я выбрал твою жизнь. Я выбрал твою безопасность ценой своего ада».

Драко: Надеюсь, Т/и, ты достаточно умна, чтобы ценить то положение, в котором находишься. Быть под защитой семьи Нотт - это... разумный выбор. Единственно верный в данных обстоятельствах.

Тео: (его голос был тихим, но в нем прорезалась опасная сталь) Малфой, я смотрю, три недели в Мэноре не только лишили тебя чувства такта, но и развязали язык там, где его стоило бы прикусить.

Драко замер, медленно переводя взгляд на руку Тео, лежащую на твоем плече. Ты видела, как в серых глазах на долю секунды вспыхнула такая первобытная ярость и ревность, что он судорожно сжал вилку, едва не погнув металл.

Тео: Т/и - моя девушка. И если ты еще раз позволишь себе говорить о ней в таком тоне, будто она - твой неоплаченный долг, мы забудем о том, что учимся на одном факультете.

Драко ничего не ответил, лишь челюсть его сжалась так сильно, что на скулах проступили желваки. Он резко отвернулся к Астории, давая понять, что разговор окончен. За столом повисла звенящая тишина.

Теодор: Нам пора, - прервал молчание Теодор. Он поднялся первым, его взгляд всё еще метал молнии в сторону Драко. - Т/и, Эни, идемте. Чары не будут ждать, пока кто-то здесь закончит свой светский цирк.

Ты медленно встала. Тео на мгновение задержал руку на твоем плече, слегка сжав его - этот жест был одновременно и частью игры для зала, и реальной попыткой подбодрить тебя.

Тео: Идите, - тихо сказал Тео, обращаясь к вам. - Увидимся на обеде.

Ты кивнула, не смея больше смотреть в сторону Драко. Вместе с Эниель и Теодором вы направились к выходу из Большого зала. Твои шаги эхом отдавались в ушах. Эниель подхватила тебя под локоть, чувствуя, как ты дрожишь. Теодор шел с другой стороны, прикрывая тебя от любопытных взглядов других факультетов. Когда вы пересекли порог и вышли в прохладный коридор, ведущий к кабинету Чар, Теодор наконец выдохнул.

Теодор: Как он смеет... - прошипел он. - После всего, что было! Т/и, я клянусь, если бы не Нотт, я бы заехал ему по физиономии прямо за завтраком.

- Он не мог по-другому, Теодор, - шепнула ты, прижимая учебник к груди. - Ты же видел его глаза. Он мертв внутри.

Тем временем в Большом зале остальная часть компании тоже начала расходиться. Драко, по-прежнему не глядя вслед твоему уходу, поднялся со своего места. Его движения были резкими, механическими.

Драко: Блейз, Тео, идемте, - бросил он, даже не дожидаясь Астории. - У нас Древние руны через пять минут.

Астория изящно поднялась, поправляя сумку.

Астория: Драко, подожди меня!

Она поспешила за ним, цокая каблуками по каменному полу. Блейз и Тео переглянулись. В глазах Блейза читалась тяжелая усталость. Он видел, как Драко едва сдерживается, чтобы не сорваться на бег или не разнести ближайшие доспехи. Тео шел молча, его кулаки всё еще были сжаты. Он знал, что этот спектакль только начался, и что защищать тебя от собственного лучшего друга - это самая сложная роль из всех, что ему доводилось играть. Две группы разошлись в разные стороны по замку: ты со своими верными друзьями-ровесниками - в сторону Восточной башни, а Драко со своей свитой и невестой - вглубь коридоров для старшекурсников. Между вами теперь лежала не только толпа учеников, но и стена из лжи, которую Драко возвел, чтобы спасти твое будущее.

***

В кабинете Древних рун царила сонная атмосфера. Профессор Бабблинг монотонно чертила символы на доске, а за первой партой разыгрывалась сцена из жизни образцовой аристократической пары. ​Драко сидел, чуть откинувшись на спинку стула. Его левая рука лежала на столе, а правая была скрыта под ним. Астория, сияя мягкой, довольной улыбкой, придвинулась к нему почти вплотную. В какой-то момент Драко медленно накрыл её колено своей ладонью, слегка сжав пальцы сквозь ткань мантии. Астория в ответ доверчиво положила голову ему на плечо, и её рука под столом переплелась с его пальцами. ​Со стороны они выглядели как пара, которая не может дождаться конца урока, чтобы остаться наедине. ​Блейз и Тео сидели прямо за ними. Блейз невидящим взором смотрел в учебник, а Тео нервно крутил в руках перо, глядя в затылок Малфоя.

​Тео: (шепотом, едва шевеля губами) Ты только посмотри на это. У меня сейчас либо перо сломается, либо я его прокляну. Он играет слишком хорошо, Блейз. Даже для него это перебор.

​Блейз: (так же тихо, не поднимая глаз) Это не игра, Тео. Это выживание. Ты же видел кольцо на её пальце? Это контракт, подписанный кровью. Если он сейчас хоть на секунду отстранится, Гринграсс напишет отцу, что Драко холоден. И тогда Люциус вспомнит про Т/и.

​Тео: (его голос дрогнул от злости) Я понимаю. Но держать её за руку, пока Т/и в другом конце замка умирает от боли... Это слишком жестоко. Ты видел, как он накрыл её колено? Он же знает, что мы смотрим.

​Блейз: Он показывает нам, что назад дороги нет. Чтобы мы даже не пытались их сводить. (Блейз наконец поднял глаза и увидел, как Драко коротким, почти нежным жестом погладил большой палец Астории). Смотри... он делает это механически. Видишь? Он даже не смотрит на неё. Глаза в пустоте.

​Тео: (мрачно) Если Т/и это увидит, она не выдержит. Блейз, мы должны сделать так, чтобы они как можно реже пересекались. Иначе эта «романтика» добьет её раньше, чем Люциус. ​

В этот момент Драко словно почувствовал их разговор. Его спина напряглась, но он не убрал руку с колена Астории. Напротив, он наклонился и что-то тихо прошептал ей на ухо, отчего та негромко и кокетливо рассмеялась.​Кабинет Чар: Твоя тишина​В это время на другом конце замка ты пыталась сосредоточиться на заклинании.

​Теодор: (заметив, что ты снова замерла) Т/и? Ты слышишь меня?

​Т/и: (тихо) Да, Теодор. Просто... какое-то странное чувство. Словно где-то в другом месте происходит что-то, чего я не должна видеть.

​Эниель: (с тревогой глядя на тебя) Это просто стресс. После уроков мы пойдем в гостиную, Теодор принесет нам чего-нибудь сладкого из кухни...

​Ты кивнула, не зная, что в этот самый момент Драко, продолжая держать Асторию за руку под столом, до крови закусил губу с внутренней стороны, чтобы не закричать от той самой «романтики», которая была для него хуже любой пытки Круциатусом.

***

В гостиной Слизерина Теодор и Эниель пытались удержать тебя почти силой.

​Теодор: Т/и, куда ты собралась? Уже почти отбой! Если тебя поймает Филч или, что еще хуже, Снейп...

Эниель: Посмотри на себя, ты вся дрожишь. Останься здесь, мы посидим у камина, Тео принесет чаю...​Твой взгляд был устремлен куда-то сквозь них.

- Он там. Я чувствую. На Астрономической башне. Мы не договаривались, но я знаю, что он там. Мне нужно увидеть его одного, понимаете? Без этой Гринграсс, без пафоса Большого зала, без роли.

​Ты выскользнула из их рук раньше, чем они успели возразить. Сердце колотилось в горле, пока ты взбиралась по бесконечным винтовым лестницам. Ты верила, что если застанешь его врасплох в вашем месте, он не успеет надеть маску. ​На вершине башни было неестественно тихо, только ветер свистел в проемах. Драко действительно был там. Он стоял спиной к лестнице, опершись руками о каменные зубцы, и его голова была опущена. Со спины он казался таким надломленным и одиноким, что твоя уверенность в его любви вспыхнула с новой силой.

​ - Драко... - тихо, почти шепотом сказала ты.

​Он вздрогнул так сильно, словно его ударили током. Медленно, очень медленно он обернулся. В первую секунду на его лице промелькнула такая невыносимая мука, что у тебя перехватило дыхание. Но в тот же миг, как он осознал, что это ты, его взгляд остекленел. Он выпрямился, и его лицо превратилось в ледяную стену.

​Драко: (холодно) Ты преследуешь меня, Т/и? Это становится утомительным.

Ты сделала шаг к нему.

​- Я знала, что ты здесь. Драко, перестань. Я видела твоё лицо секунду назад. Ты мучаешься. Что Люциус сделал с тобой? Он как-то запугал тебя? Угрожал? Просто скажи мне «да», и я буду ждать тебя столько, сколько нужно.

​Ты протянула руку, надеясь коснуться его щеки, но Драко резко отшатнулся, словно твои пальцы были раскаленным железом.

​Драко: (с издевательским смешком) Ты серьезно? Ты притащилась сюда ночью, нарушая все правила, чтобы предложить мне роль «верной тени»? - Он покачал седой от лунного света головой. - Какое самомнение. Ты действительно веришь, что я торчу здесь из-за тоски по тебе?

​- Это наше место, Драко... Ты сам говорил, что только здесь ты чувствуешь себя свободным.

​Драко: Я говорил много чепухи, когда мне нужно было тебя... расположить к себе. - Он сделал шаг к тебе, и в его глазах вспыхнула такая жестокая, расчетливая ярость, что ты невольно отступила. - Я здесь, потому что это единственное место в замке, где не несет твоими духами и твоим вечным обожанием. Но ты и здесь меня достала.

​Он подошел вплотную. Его голос стал тихим и ядовитым, как укус змеи.

​Драко: Давай я объясню тебе максимально доступно, Забини. Ты была моим трофеем. Самая завидная девчонка факультета, гордая, неприступная... Мне было интересно, как долго ты продержишься против Малфоя. Оказалось - три недели, и ты уже была готова на всё. Но три недели в Мэноре с Асторией показали мне разницу. Она - королева. Ты - просто... удобная девчонка для школьных коридоров.

​- Ты лжешь... эти полгода... ты клялся мне в любви!

​Драко: (его лицо исказилось в гримасе омерзения) Я лгал. Каждую. Секунду. Мне было скучно, Т/и. Я хотел посмотреть, как далеко ты зайдешь. И ты зашла. Ты отдала мне всё, и в тот момент ты стала мне неинтересна. - Он наклонился к твоему уху. - Мне противно вспоминать твои руки на моих плечах. Мне тошно от мысли, что я тратил время на твои слезливые клятвы. Я тебя не люблю. Более того - ты вызываешь у меня отвращение.

​Он грубо оттолкнул тебя в сторону, прокладывая себе путь к выходу.

Драко: Иди к Нотту. Или к кому угодно. Мне плевать, с кем ты будешь делить постель, лишь бы я больше не видел твоего лица. Уходи. Ты портишь мне вечер.

​Он ушел, даже не оглянувшись, чеканя шаги по каменным ступеням. Ты осталась на вершине башни, где когда-то он шептал тебе самые нежные слова, а теперь оставил лишь пепел. ​У подножия башни, в густой тени, стоял Блейз. Он не поднимался, но он слышал каждое слово, разносимое эхом в каменном колодце лестницы. Когда ты вышла - бледная, со стеклянным взглядом - он просто подхватил тебя на руки.

​Блейз: (его голос был как раскаленный свинец) Ни слова, Т/и. Я всё слышал.

​Он прижал твою голову к своему плечу, и ты почувствовала, как его тело вибрирует от ярости.

Блейз: Он мертвец. Мне плевать на Малфоев и их связи. Наш отец сотрет их имя из истории за то, что он сделал с тобой. Ты - Забини. И этот выродок скоро поймет, что лучше бы он выбросился с этой башни, чем открыл свой рот.

Блейз отвел тебя в комнату к Эниель. Он не проронил ни слова, пока укрывал твои дрожащие плечи одеялом, но его пальцы впивались в ткань с такой силой, что костяшки побелели. Как только дверь за ним закрылась, его лицо превратилось в маску из застывшего камня. Он не стучал. Блейз открыл дверь коротким заклинанием и вошел в личную комнату Драко. В помещении было темно и зябко - камина здесь не было, и холод подземелий просачивался сквозь камни. Здесь пахло дорогим деревом и чем-то металлическим - холодным, стерильным запахом рода Малфоев. Драко сидел на подоконнике у высокого окна, глядя в мутную глубину озера за стеклом. Он пил огневиски прямо из горлышка, делая жадные, судорожные глотки, словно пытался захлебнуться этим жгучим напитком, чтобы просто спрятаться от этого мира. Он даже не вздрогнул от грохота двери.

Блейз: (его голос дрожал от едва сдерживаемого бешенства) Посмотри на меня, подонок. Посмотри мне в глаза и повтори то, что ты сказал ей на башне.

Драко медленно, с какой-то ленивой грацией повернул голову, не слезая с подоконника. Его лицо в бледном свете, идущем от воды, казалось восковым.

Драко: Ты становишься предсказуемым, Блейз. Пришел потребовать сатисфакции за честь сестры? Как это старомодно. - Он сделал еще один крупный глоток, и капля виски стекла по его подбородку.

Блейз: (сделав шаг вперед, он навис над ним) Хватит паясничать! Мы знаем друг друга с пеленок. Я видел, как ты смотрел на неё каждый день. Ты дрожал, когда она просто входила в комнату. Ты не можешь вот так просто, за три недели, превратиться в ледяную статую. Скажи мне, что это Люциус. Скажи, что он пригрозил тебе, и я помогу. Мой отец...

Драко: (перебивая, с резким и холодным смешком) Твой отец? Блейз, ты серьезно думаешь, что я бы рискнул всем ради того, чтобы прятаться по подвалам с твоей сестрой?

Блейз замер. Он искал в глазах Драко хоть каплю той муки, которую тот пытался скрыть за этой бутылкой, но видел лишь пустоту.

Блейз: Знаешь, о чем я сейчас жалею больше всего? О том, что я был слеп. Я ведь с первого дня пытался отговорить её от тебя. Я твердил ей: «Т/и, это Малфой, он сломает тебя». Я чувствовал, что ваши отношения - ошибка. Но я, как последний идиот, поверил тебе. Поверил, что в тебе есть хоть капля чести. Ты ведь год помолвлен с Асторией! Целый год, Драко! Все эти полгода, что ты клялся Т/и в любви, у тебя в столе лежал контракт. Ты врешь мне так же, как врал ей всё это время. Ты просто трус, который боится отца.

Драко: (резко спрыгнув с подоконника, он с силой швырнул бутылку в стену; стекло со звоном разлетелось, и остатки виски потекли по камням) Да не люблю я её! Слышишь ты, Забини?! Не люблю! - Драко подошел вплотную к Блейзу, его лицо исказилось в гримасе омерзения. - Тебе хочется верить в эту красивую сказку о «жертве», чтобы не признавать очевидного: твою сестру просто использовали. Да, мне было с ней хорошо. Она чистокровная, красивая, она Забини - это льстило моему эго. Но в Мэноре я всё время проводил с Асторией. И я понял, что такое настоящая женщина моего круга. С ней мне не нужно быть «защитником» или «героем». С ней я просто Малфой. А Т/и... она тянула из меня жилы своим обожанием. Мне стало тошно.

Блейз: (его голос стал опасно тихим) Ты сейчас серьезно говоришь мне, что всё это время... всё, что я видел... это была игра?

Драко: Именно. Успешная, затянувшаяся игра. Я хотел посмотреть, как быстро сломается «неприступная» Забини. Оказалось - три комплимента и пара клятв под луной. Она оказалась слишком легкой добычей, Блейз. А когда добыча не сопротивляется, охотнику становится скучно.

Блейз смотрел на него, и его лицо медленно каменело. Он искал признаки лжи, он ждал, что Драко отведет взгляд, но Малфой смотрел прямо на него - с вызовом и холодным презрением. В этот момент в душе Блейза что-то окончательно оборвалось. Разочарование было таким острым, что оно физически перехватило дыхание. Его лучший друг, которого он считал братом, оказался не просто трусом, а гнилым существом, лишенным чести.

Блейз: Знаешь... я ведь до этой секунды был готов подставиться под Аваду ради тебя. Я думал, ты в беде. Но ты просто ничтожество.

Блейз нанес удар молниеносно. Драко отлетел к стене, ударившись затылком о полку с книгами. Кровь из разбитой губы окрасила его светлый воротник. Он не поднял руки для защиты.

Блейз: Поверь мне, Малфой... то, что я слышал на башне, и то, что я услышал сейчас - это смертный приговор для твоей семьи в глазах Забини. Дружбы больше нет. Ты для меня мертв. Я еще не писал отцу, но когда напишу - Люциус поймет, что совершил ошибку, позволив тебе тронуть мою сестру. А за слезы Т/и... я сделаю так, что Астория будет единственной, кто захочет подойти к твоему гробу.

Когда за Блейзом захлопнулась дверь, Драко не шевельнулся. Звук удара дерева о камень отозвался в его голове пушечным выстрелом, окончательно обрушившим руины его жизни. Он остался один в ледяной тишине комнаты, где не было ни камина, ни света, ни надежды. ​Он сполз по стене, обдирая ладони о грубую кладку, и зарылся пальцами в свои платиновые волосы, сжимая их до боли.

​Драко: Тварь... какая же я тварь... - прохрипел он в пустоту.

​Его душила не только физическая боль в разбитой челюсти, но и первобытная, лютая ненависть к самому себе. Он ненавидел свою фамилию, ненавидел Люциуса, чьё холодное лицо стояло перед глазами, напоминая о контракте и угрозах. Но больше всего он ненавидел свои собственные слова. Те ядовитые фразы о «брезгливости» и «игрушке», которые он методично вбивал в твое сердце на Астрономической башне, теперь возвращались к нему, обжигая горло. ​Он дополз до окна и прижался лбом к стеклу. Там, в глубине Черного озера, не было ничего, кроме тьмы. Драко всматривался в эту бездну, и в его сознании вспыхнула четкая, пугающе заманчивая мысль.

​«Один шаг. Одно заклинание. И всё закончится»

​Он представил, как его тело опускается на дно, и холодная вода смывает с него этот позор, эту ложь, эту невыносимую роль монстра. Ему хотелось стереть себя из этого мира, чтобы избавить тебя от мучений. Чтобы ты не видела его в коридорах, не чувствовала запаха его парфюма, не вспоминала тот ад, в который он тебя окунул.

​Драко: Если меня не будет, - шептал он, кусая губы до новой крови, - Люциусу некем будет манипулировать. Ты будешь свободна. Блейз защитит тебя. Он теперь ненавидит меня так сильно, что костьми ляжет, но не подпустит к тебе меня.

​Его рука судорожно сжала палочку. Кончик дерева коснулся виска. Это было так просто. Один всплеск магии - и тишина. Но в ту же секунду он вспомнил твой взгляд. Твою веру, которую он растоптал.​Если он убьет себя сейчас, ты останешься с этой раной навсегда. Ты будешь думать, что он умер, презирая тебя. Ты проживешь жизнь, веря в его ложь.

​Драко: Я не имею права на легкую смерть, - простонал он, отбрасывая палочку в сторону, словно ядовитую змею. - Я должен жить и смотреть, как ты меня ненавидишь. Это и есть моя Авада.

​Он понимал: это единственный путь. Если бы он остался с тобой, Люциус уничтожил бы твою семью, превратил бы твою жизнь в пытку, а его самого заставил бы смотреть на твои страдания. А так - ты жива. Ты под защитой Забини. Ты ненавидишь его, и эта ненависть - твой лучший щит. Она сделает тебя сильной. Она заставит тебя отвернуться, когда он будет проходить мимо.

​Драко обхватил себя руками, раскачиваясь из стороны в сторону на холодном полу. Его тошнило от самого себя. Он чувствовал себя живым трупом, который должен каждое утро надевать маску, натягивать на лицо эту высокомерную ухмылку и обнимать Асторию, пока внутри всё выжжено дотла.

​Драко: Живи, Т/и... - выдохнул он в холодное стекло. - Ненавидь меня. Проклинай меня. Только живи.