Глава 13

Два дня ожидания тянулись бесконечно. София, конечно, была не в восторге, когда именно ей поручили отправиться за Анабеллой, но выбора не было. Она сама мечтала избавиться от Лилит и её напарницы, поэтому почти без возражений направилась в Луизиану — сразу после того, как услышала от Ленор историю о письме.

Можно было бы сказать, что эти два дня прошли тихо и без происшествий: Лилит не тревожила никого, не устраивала сцен, не появлялась без приглашения. Но Ленор это не утешало. Её беспокоило другое — Китана изменилась. Стала молчаливой, отрешённой, словно погрузилась в свой собственный мир, в котором не было места для остальных.

В один из вечеров небо было поразительно красивым. Чистое, без единого облака, оно рассыпало над головой пелену звёзд, и каждая будто светила для кого-то особенного. Ленор, глядя на эту бесконечную картину, сразу вспомнила о Китане и пошла к ней, надеясь хоть на мгновение увидеть её прежней.

Подойдя к окну её комнаты, полукровка тихо постучала. Ответа не было.

— Китана... — голос сорвался в тихий шёпот, пропитанный отчаянием. Она почти была уверена, что тишина не нарушится, но вдруг заметила силуэт, приближающийся к окну. Китана откинула створку и выглянула наружу.

— Что? — сухо бросила она.

— Видела, какое сегодня красивое небо? — спросила Ленор, стараясь улыбнуться.

Китана лишь подняла глаза и равнодушно пожала плечами.

— Ну и что?

— Ты стала другой... — в голосе Ленор зазвенела злость. — Это всё Лилит, верно?

— Почему вы так к ней относитесь? — Китана нахмурилась. — Она заслуживает лучшего.

— А как же твоё обещание всегда держать чувства под контролем? Почему ты отворачиваешься от меня? — слова дрожали, но Ленор сдерживала слёзы.

— У меня всё под контролем. В любом случае я бы её поддержала.

— Ты ей не нужна, — резко сказала Ленор. — Я уже и забыла, когда в последний раз уставала от твоих разговоров...

— Поговорим позже, хорошо? У меня нет настроения, — отрезала Китана и бесцеремонно захлопнула окно прямо перед лицом полукровки.

Хотелось кричать, бить стены, плакать. Никогда раньше Ленор не чувствовала такой острой обиды.

«Предательница? А если я не смогу встать против неё?..»

Мысли давили, путались, душили. Она скучала по той старой Китане, что не давала ей проходу, постоянно была рядом, раздражала и восхищала одновременно.

«Куда делась та Китана?.. Лилит приносит только беды.»

С этими мыслями Ленор вернулась домой, уже точно зная, чью сторону выберет.

Анабелла и София вернулись на рассвете. В доме ещё витал запах ночи, и в первое мгновение Ленор просто замерла, не веря, что действительно видит их. Волна облегчения накрыла её так резко, что перехватило дыхание — Анабелла не бросила её, а пришла тогда, когда помощь нужна была как воздух.

Не медля ни минуты, вампирша направилась в дом Софии — место, уже ставшее их штабом. Ленор уже ждала и, едва та переступила порог, без промедления рассказала всё. Внутри собрались все... кроме Китаны.

— Валери, ты хоть подумала, почему мы держались от неё подальше? — голос Анабеллы резанул тишину, как нож. — Она опасна. Из-за тебя снова проблемы.

— Мне всё равно, опасна она или нет, — Валери скрестила руки, но взгляд выдал её вину. — Я хотела увидеть её. Скажи честно, что с ней не так.

— О чём ты говоришь? — глаза Анабеллы метнулись к Ленор.

Ленор сжала губы и тихо ответила:— Китана говорила, что Лилит не похожа на вампира. Её руки тёплые.

— Разве ей могли передаться человеческие черты? — спросила Валери, и в её голосе прозвучала едва уловимая тревога.

Повисла тишина, плотная, как дым. Анабелла села на диван, медленно закрыла лицо ладонями, и в этот момент стало ясно — она всё знает.

— Я слишком долго боялась этой правды, — её слова прозвучали почти шёпотом, но этот шёпот заставил всех переглянуться. Что-то надвигалось, и это «что-то» могло изменить всё.

Ленор села рядом и осторожно коснулась её руки:— Пожалуйста. Будь честна. Я останусь с тобой, что бы ни случилось.

Валери напряглась, её кольнуло — эти слова задели. София и Блэйк сидели неподвижно, словно статуи, ожидая. И наконец, после долгой паузы, Анабелла подняла голову, встала, и в её глазах мелькнуло то, что никто ещё не видел — страх, смешанный с решимостью.

— Я расскажу, — произнесла она. — Всю правду.И тогда тишина стала почти ощутимой, как за мгновение до грозы.

«Я ненавидела его всей душой. Мечтала о его смерти и своей свободе, но всё это казалось таким далёким, почти недостижимым. Тогда я уже знала — у меня будет второй ребёнок, на этот раз желанный.Я выглянула в окно. Тишина казалась почти осязаемой. Скоро он придёт. Не понимаю, как мне удаётся изображать радость при его появлении... а может, ему эта радость вовсе не нужна? Я ясно знала одно — свободной мне не быть никогда.Дверь распахнулась, разбив хрупкое спокойствие, и я вздрогнула. Дон вошёл, уверенной поступью заполняя пространство своей властью.— Белла, есть дело для тебя, — произнёс он с порога. Я неожиданно почувствовала, что сегодняшний день может быть не таким уж плохим. — Избавь волков от оружия. Они уже пронюхали, что серебро смертельно для нас.— Конечно, — ответила я покорно, легким поклоном подчёркивая согласие.Удовлетворённая улыбка мелькнула на его лице, и я поспешила к выходу.— Не смей ходить к Валери, — его резкий тон заставил меня замереть на месте.— Как скажешь... — я сжала кулаки, стараясь удержать вспыхнувшую злость. Как он может так относиться к нашей дочери? За все свои годы она почти не видела солнечного света. Чего он боится?Я выскочила на улицу. Люблю эти редкие мгновения, когда его поручения дают мне хоть крошечный глоток свободы. Сегодня моим местом назначения снова был дом Дариана.Он встретил меня с улыбкой. Уверена, в тот момент я тоже выглядела счастливой, потому что сразу бросилась ему на шею.— Ты пришла... — Дариан произнёс это так, будто не ожидал снова меня увидеть.— Дон мне доверяет, — я улыбнулась. — Он всё узнал насчёт серебра.Конечно, оборотни уже знали о его влиянии на вампиров — это я им рассказала.— Я могу показать тебе одну из моих любимых вещей, — сказал Дариан, ненадолго отойдя и вернувшись с серебряным кинжалом. — Ты хочешь, чтобы я убил Дона?Я зачарованно смотрела на оружие — оно мне очень понравилось.— Дон убил твоего брата, и Блэйк остался без отца. Ты должен отомстить. И за меня тоже.— Я не позволю Дону навредить тебе и нашему ребёнку. Мы будем жить счастливо.— Обещаешь? — я подняла взгляд к его глазам.— Обещаю.Я протянула руку к кинжалу, но Дариан не позволил сразу взять его.— Осторожно, — сказал он, позволяя мне забрать оружие. — Только это способно убить вампира.Увлечённая блеском оружия, я упустила главное — Дон всё это время наблюдал за мной. Его подозрение вспыхнуло, и он решил испытать мою преданность. Когда наши взгляды встретились, холодный ужас пронзил моё тело: я была уверена, что он собирается убить меня. В дом он вошёл стремительно, и я, потеряв самообладание, села у стены, закрывшись от него ладонями, словно это могло бы помочь. Но он прошёл мимо.Лишь мгновение спустя я осознала страшное — целью была не я. Подняв взгляд, я увидела безжизненное тело Дариана. Дон, беспощадный и хищный, впился в его горло так, что надежды на спасение не оставалось. Я взглянула на свои руки и заметила в них кинжал. Если бы я не взяла его, у Дариана был бы шанс. Меня охватила дрожь.Дон приблизился и протянул руку.— Вставай.Не дождавшись моей реакции, он грубо схватил меня за локоть и рывком поднял с пола.— Возвращайся на место, — произнёс он и пошёл прочь.Я едва держалась на ногах, понимая, как в одно мгновение он вновь разрушил мою надежду на свободу и жизнь. Сначала я шагала медленно, но вскоре уверенно ускорилась, подходя всё ближе к нему. Решение созрело во мне мгновенно — окончательное и бесповоротное.Я догнала его и, не раздумывая, вонзила кинжал в его спину. В удар я вложила всё — отчаяние, ярость и боль. Дон опустился на колени, даже не успев осознать, что произошло. А я, впервые сделав выбор сама, позволила себе жестокость. Я убила его.»

Комната погрузилась в давящее молчание. Казалось, само время застыло, а воздух стал тяжелым, словно пропитанным страхом. Ошеломлены были все, но Анабелла, не дрогнув, добавила масла в огонь, завершив свой рассказ тихим, но хлестким как плеть признанием:— Лилит — первородная Lupi Oculos. Не ты, Ленор.

Душнота накатывала, сдавливая грудь. А ведь орудием убийства Дона оказался тот самый клинок, которым Ленор угрожала Валери при их первой встрече... Полукровка и сама не могла переварить эту реальность, но сильнее всех слова вонзились в Валери. Вампирша пошатнулась, хватаясь за себя, будто пытаясь устоять на ногах; её глаза, широко распахнутые, тонули в ледяном ужасе.

— Ты... убила его... — слова сорвались почти шёпотом, как предсмертный вздох, прежде чем эмоции, беспощадные, рвущиеся наружу, захлестнули её целиком.

Впервые за всю свою жизнь Валери заплакала. Слёзы катились по лицу, смывая последний след прежней холодной маски, открывая уязвленную, живую душу.