Глава 13. Действуем по плану

Мягкий свет рассвета пробивался сквозь полуприкрытые шторы, окрашивая комнату в золотисто-розовые тона. Анастасия лежала, прижавшись к теплому плечу Александра. Его дыхание было размеренным, спокойным, почти убаюкивающим. Её пальцы неосознанно рисовали круги по его груди, и в этой тишине им не нужно было слов.— Уже утро? — прошептал он, не открывая глаз.— Ага, — Анастасия улыбнулась. — И нам пора решать, как мы выберемся из этой страны живыми.На кухне запах свежесваренного кофе наполнил воздух. Она поставила две чашки на стол и села напротив него. Волосы чуть растрёпаны, но в глазах — полная ясность. Александр, взъерошенный, смотрел на неё с лёгкой полуулыбкой.— Рассказывай, где машина? — начал он.— На заброшке. Старая стройка за МКАДом, километрах в тридцати. Там теперь даже собаки не лают. Машину никто не найдёт — я подстраховалась. Стоит себе под тентом. Выхлопная труба перекрыта, аккумулятор снят. Просто груда металла для случайного зеваки.— Хорошо. Забрать — полдела. Но выехать...Она кивнула.— Придётся сделать это в несколько этапов. Сначала я увольняюсь. Тихо. Без громких заявлений. Потом возвращаем машину к жизни, но не как прежде. Мы перекрасим её. В ярко-красный. Даже камера не узнает. Документы будут липовые. Выехать попробуем через границу в Нарве. Там сейчас ремонт на мосту, патрули меньше. Пройдём как туристы. Я — под новой фамилией. Ты — сопровождаешь, как дальний родственник.— Звучит... как фильм. — Александр вздохнул и сделал глоток кофе. — Но если кто-то из твоих узнает?— Уже никто не узнает. Я всё сделаю правильно. До мелочей.

В течение следующей недели:Анастасия начала с того, что подала заявление. Без слёз, без объяснений. Сухо. На стол к Самойлову легла бумага, и он, удивлённый, приподнял бровь.— Устала, — коротко пояснила она. — Личное.Он долго смотрел ей в глаза, будто что-то пытался прочитать. Потом тяжело вздохнул и поставил подпись.На следующее утро они поехали за машиной. Было рано, солнце только поднималось. Заброшенная стройка встретила их звоном ржавых металлоконструкций на ветру. Анастасия ловко сняла тент. Белый Mercedes-AMG стоял, будто в засаде. Мёртвый, но готовый ожить по первому сигналу.— Тебе никогда не было страшно на нём ездить? — спросил Александр, когда она подключала аккумулятор.— Страх — это роскошь. У меня её не было.Они завели двигатель. Рёв мотора разнёсся эхом по пустым бетонным стенам. Машина ожила, как зверь после спячки.Через пару часов автомобиль уже стоял в подпольном сервисе в старом промышленном районе. Мастера молчали, когда Александр положил на стол пачку денег. Работали молча, без вопросов. Работы было много: исправить последствия ДТП, изменить цвет и внешние отличия машины. И уже через два дня белый призрак стал ярко-красным зверем, с новыми номерами и слегка изменённым обвесом.Анастасия, стоя рядом, смотрела на результат:— Теперь ты совсем другой. Как и я.Ночь. Шоссе. Путь к границе.На приборной панели — 2:47 ночи. Красный Mercedes почти бесшумен, как тень. Александр за рулём, Анастасия сидит рядом, следит за картой, время от времени проверяя заднее зеркало.— Осталось километров двадцать, — сказала она, сжав ладони. — Там ремонт, ночью не проверяют.— Всё будет хорошо.Они ехали молча. Потом, будто ножом по стеклу — проблесковые маячки вдали. Пост ДПС.— Не может быть... — Анастасия выругалась. — Его не должно быть здесь.— Действуем спокойно. Я поговорю.

Они медленно притормозили. Один из инспекторов вышел навстречу, фонарь в руке, лицо неразборчиво в темноте. Анастасия сжала кулаки, сердце колотилось так, что казалось — его можно услышать даже снаружи.— Документы, пожалуйста, — голос был усталым, обычным. Профессиональным.Александр протянул паспорта. Тот листал, молча, долго.— Машина чужая? — кивнул он на салон.— Прокат, — ответил Александр, спокойно. — На пару дней.— Куда путь держите?— В Питер, у нас там друзья. Ранний выезд, чтобы не встревать в пробки.Инспектор посмотрел на них внимательно. Затем — на номера. И снова в документы.

Анастасия затаила дыхание...