Глава 12. Прошлое возвращается

Анастасия медленно поднялась по ступеням участка. Казалось, всё вокруг застыло. После пережитого — шумных мыслей, похищения, разговоров и обещаний — здесь, среди знакомых стен, стало странно тихо. В отделе её уже ждали. Самойлов, нахмурившись, бросил короткое:— Влад согласился говорить. Только с тобой.Комната для допросов встретила её тусклым светом и звуком вентилятора. Влад сидел спокойно, будто не он ещё вчера держал её в заложниках. Его взгляд был колючим, но в нём не было враждебности — только усталость.— Зачем ты это сделал? — начала она прямо, опуская папку на стол.Он посмотрел на неё пристально.— Ты не понимаешь... Я знал, что ты что-то скрываешь. Всё это время ты была слишком близка к делу. Слишком хладнокровна.— И ты решил похитить меня?— Я устроил слежку, нашёл, где ты бываешь. Это я оставил тот шланг с гвоздями — хотел проверить, как ты выберешься. Убедиться, что именно ты была за рулём того самого Mercedes.Анастасия молчала, потом медленно подалась вперёд.— Влад, тебе не кажется, что ты... перегорел? Слишком увлёкся. Может, всё это тебе только кажется?Он нахмурился.— Нет... Я... Я всё проверял.Она заговорила мягко, почти по-дружески:— Подумай: а вдруг ты просто ошибаешься? Ты видел только то, что хотел. Ты же сам знаешь, как разум может сыграть злую шутку.Несколько секунд Влад молчал. Он опустил глаза. Она поняла — он сомневается.— Ты правда считаешь, что я... могла?— прошептала она.— Я... не знаю, — выдохнул он.— Подумай об этом, — спокойно сказала она, вставая. — А я пока пойду работать.

У Самойлова в кабинете пахло кофе. Он взглянул на неё и нахмурился.— Как ты?— В порядке, — коротко ответила она. — Влад сломался. Он не в себе.— Этот утырок мне никогда не нравился, — фыркнул Самойлов. — Слишком умный для своей головы.— Из-за всей этой истории я выпала из дела, — вздохнула она. — Хочу наверстать.Он кивнул с одобрением:— Работай. Только не загоняй себя.Позже, сидя в своём кабинете, она перебирала материалы. Мысли уносили её обратно — в ту ночь, когда всё началось.

...

Холодный осенний воздух, рев мотора. Москва в отблесках фар. Она в Mercedes — белоснежный AMG GT 4-Door. Гонка — не за скоростью, а за ощущением. За свободой. За тем, чтобы выпустить злость. Злость на то, что ее предал самый близкий человек. Экипаж ДПС на хвосте. Она уходит влево, потом резко вправо. Движения — интуитивные, точные.Она видела мужчину, выбежавшего на дорогу. Она не тормозила. Удар отбросил мужчину в сторону. Паника. Но она не остановилась. Не потому что испугалась — потому что знала: остановись — всё будет кончено. Тогда всё внутри неё оборвалось. Что делает с человеком состояние ярости и апатии. Оно убивает... убивает в нем все человеческое, все живое.

...

Рабочий день почти закончился. Она уже собиралась уходить, когда телефон мигнул:«Я жду внизу». — Александр.Она спустилась, вышла на улицу и села в его машину.— Поехали, — коротко сказал он, включая передачу. В салоне — тишина, только радио едва слышно шептало новости.— Зачем он это сделал? — нарушила тишину Анастасия.— Влад? Завидовал. Подозревал. Или пытался спасти тебя от самой себя, — ответил Александр.

У подъезда она предложила:— Зайдёшь? Чай, кофе?Он кивнул. В её квартире было тихо, будто всё выдохло вместе с ней. На кухне она молча поставила чайник. Несколько секунд стояли в тишине. Потом она достала из шкафа ту самую коробку — с воспоминаниями. Вернулась в комнату. Александр ждал её на диване, с привычным спокойствием в глазах.Она села рядом и открыла крышку.Фотографии — одна за другой: она с отцом в старом гараже; она и Александр, обнявшись на трибунах в день, когда его впервые пустили за руль болида; потом — снимок с детской вечеринки, где они оба были в нелепых кепках.И в самом низу — та самая фотография: она, Александр и белый Mercedes.Анастасия прижала снимок к груди, словно защищаясь от всего, что навалилось за эти месяцы.— Помнишь, как мы смеялись тогда? — тихо спросил он. — Ты сказала, что всё будет, как в кино. Только с нашим концом.— А потом всё пошло не по сценарию, — усмехнулась она.Он посмотрел на неё внимательно, серьёзно.— Я скучал. Всё это время. Не по твоим разговорам. Не по делам. По тебе. По тому, какая ты была там, с нами. С настоящей жизнью.— Всё изменилось, Саша... — прошептала она. - Я убила человека. После этого все изменилось. —Ты в этом не виновата, он выбежал на красный. — сказал парень. — Он это заслужил, ты сама знаешь кем он был, судьба расставила все по местам. —Но ведь я убила его, неважно кем он был, это человек. — Анастасия опустила глаза в пол. — Я не смогу долго искать саму себя, кто-то еще точно заинтересован этим делом, помимо меня и Влада. Меня посадят, понимаешь? Я потеряла все за считанные секунды. Чего мне только это все стоило. —Не всё. Мои чувства — нет.Он встал. Медленно подошёл к ней. Анастасия не двигалась — как будто боялась спугнуть момент. Он был близко. Очень близко. И всё, что казалось недосказанным, вдруг обрело форму.— Я люблю тебя, Настя, — сказал он просто. Без пафоса. Без условностей.— А... — она хотела что-то сказать, но не смогла.Он коснулся её щеки — мягко, привычно. Он пах чем-то знакомым, будто её прошлое ожило в этом прикосновении.— Ты всегда знала, что я рядом. Даже когда молчал. Даже когда ждал.— Я... — её голос дрогнул.Он не дал ей закончить. Приблизился и поцеловал её — сначала осторожно, как будто спрашивая разрешения. Потом увереннее. Словно помнил каждое движение, каждое дыхание, каждый изгиб её души.Анастасия не отстранилась. Она позволила себе на секунду забыть обо всём: о расследовании, о Владе, о сделанном и о том, что предстоит сделать. Остались только они. И белый свет ночного города за окнами.Он всегда знал, чего она хочет.И она больше не пряталась от этого.