26 глава. Черти слетаются по мою душу

Первая толкучка в коридоре со времён начала учебного года. Алиса, пригнувшись, проталкивалась сквозь студентов и шла к выходу. Выскользнув на крыльцо, она остановилась и отряхнула юбку, как будто к ткани могла прицепиться какая пылинка.

«О», — невольно вырвалось у Алисы, когда она увидела Амину у доски с объявлениями. Толстая деревянная фанера была украшена пестрящими листовками с кричащими надписями. В фигуральном и буквальном смысле.

— Еле вырвалась, — подскочила к доске Алиса и остановилась в задумчивости. Амина не сводила взгляда с листовок, изучая их нахмуренным взглядом. — Интересно?

Проследив за взглядом, Алиса наткнулась на самое вызывающее, или даже призывающее, объявление с заголовком: «Помоги Родине!» и поморщилась.

— Родине, — фыркнула Алиса. — Иногда они забывают, что в нашей школе учатся из разных уголков.

Она подробнее рассмотрела объявление. В общем-то, не будь на нём этой декоративной надписи, всё бы ничего. Как обычно, зазывали активистов. Выступите где-нибудь, защитите честь школы, проявите себя, и, может быть, и станете частью Мира! Или пойдёте по миру. Последнее Алиса всегда добавляла про себя, не решаясь озвучить.

— Они не забывают, — возразила Амина и протянула руку для приветствия.

Пожав её, Алиса кивнула на деревянные беседки в стороне от школы. Обычно их занимали, но зимой все грелись в столовых или ныкались по кабинетам в учебное время, а вечером отогревали себя в общежитиях. Почти никто не хотел выходить на морозную улицу. Холодный воздух пробирал до хруста косточек.

— Для школы мы часть магического мира, — пояснила Амина, свернув на тропинку к беседкам.

— Кого волнуют линии на карте, — фыркнула Алиса. — Почему мы слушаем какие-то карты, если можем хоть завтра трансгрессировать в Рим? Физически, в смысле. Завтра контрольная, мне нельзя.

Как будто этот момент заслуживал уточнения. Амина невольно улыбнулась.

— Тран... — начала она, но, попробовав несколько раз и теряя по пути звуки, замолчала. Амина знала, что это значит, но не могла, как и множество других слов, повторить. Это сочетание звуков, наверное, было для неё таким же сложным, как это странное то ли «з», то ли «с» в английских артиклях. Или просто перекатывать язык во рту с такой быстротой казалось почти невозможным.

— Я бы хотела в Рим... — Алиса поморщилась от своих слов, почувствовав не столько их неправильность, сколько наивность.

Взрослый бы фыркнул и сказал: «Всё не так просто». Но взрослые любят всё усложнять. Они думают, мир — это тайна, покрытая мраком, которая состоит из невидимых нитей коварного паука, прядущего свою политическую сеть, и называют его «государство». А для Алисы всё было просто: если можно переместить в любую точку на карте, то карта — всего лишь бумажка, которую разорвать да выкинуть.

Как будто почувствовав мысли Алисы, Амина повернулась к ней в метре от беседки и пристально всмотрелась.

— Там, — попыталась указать на пункт назначения Алиса, но Амина её руку перехватила раньше.

— Как же?.. — Амина закончила каким-то непонятным словом, которое Алиса даже разобрать не смогла. Что-то невразумительное.

Алиса начала уже перебирать в голове признаки инсульта, когда Амина повторила:

— Обычные люди.

Видимо, Амина по привычке сказала что-то на своём языке. Алиса попыталась прокрутить в голове слово, сказанное ранее. Так странно было впервые услышать непонятный и даже в некотором роде отталкивающий набор звуков. Чувство, схожее с ощущениями путешественника, который встретил незнакомца в джунглях. Этот путешественник застывает, смотрит с любопытством, но при этом и опаской, не зная, что делать с человеком в джунглях. Вы либо станете лучшими друзьями, либо на тебя нападут. И ты просто стоишь, растерянный перед мощью неизведанного.

— Как обычные люди? — повторила вопрос Амина, выводя Алису из транса.

— Неведы? — нахмурилась Алиса. — Это их проблемы.

— Мы все люди, — зачем-то напомнила Амина.

— Да, я же не говорю... — Амина развернулась и пошла к беседке. — Я же не призываю всех жечь на костре. — Алиса подбежала к подруге. — Прости, если задела.

С каким-то бесспорным пониманием Амина посмотрела на Алису и кивнула.

— Мы все равные.

И хотя Алиса могла поспорить с этим утверждением, припомнив хотя бы Родю, но она не стала. Их проект был вообще не об этом. Да и спорить с Аминой никогда не хотелось. В её местами чересчур миролюбивых комментариях было что-то бессознательно приятное. Словно ты попал домой, под тёплое одеяло с чашечкой какао и ёлкой, обязательно сияющей разноцветными огоньками.

В такие моменты Алиса невольно задавалась вопросом, откуда Амина. Почему-то казалось, что она живёт в какой-то маленькой закрытой деревушке, где магические знания поколениями передавались из уст в уста, чтобы однажды родилась девочка, которую отправили в школу. Или она из закрытой общины неведов, которые давным-давно были магами, просто забыли об этом. Алисе хотелось верить, что Амина вышла из сказки, поэтому с ней уютно и спокойно. Наверное, у взрослых есть более рациональное объяснение.

— Проект, — напомнила Амина и похлопала рядом с собой.

Они наконец-то сели за то, о чём так долго договаривались. До сдачи был ещё месяц, но звучная тема «Слово как основной источник мысли и магии» угрожающе нависло над напарницами по заданию. Хотелось одного из двух: либо приступить к докладу как можно позже, либо начать пораньше, чтобы не сидеть на нём потом долго. По несчастливому стечению обстоятельств Амина оказалась достаточно дисциплинированной, чтобы они пошли по второму пути.

Интернет практически не выдавал нужного результата, а Амина в это же время шерстила чертоги разума, чтобы накидать хотя бы несколько тезисов.

— Вот бы у нас была онлайн библиотека, — простонала Алиса.

Амина непонимающе на неё посмотрела, отрываясь от листа с записями.

— Я слышала, у неведов есть журналы в телефоне. Вместо бумажных. — Но Амина продолжала любопытно смотреть на телефон подруги. — Это как журнал, только зайти можно с телефона. Вот и всё. С домашним заданием и оценками.

— Интересно, — наклонила голову Амина.

— Ты почти не пользуешься магическим интернетом, — заметила Алиса. — Я не нашла тебя в социальных сетях.

— Меня там нет, — коротко ответила Амина.

— Да, я так и подумала.

Амина уткнулась в листик снова, но пристальный взгляд заставил её оторваться.

— У нас это не признают.

Алиса ведь и с телефоном особо не видела Амину. Возможно, устройство использовалось только из-за того, что нужно было общаться с ровесниками, и то редко. Тогда это многое бы объяснило.

— Телефоны — это неплохо, — зачем-то решила защитить интернет Алиса.

Она не была большим фанатом социальных сетей, но, судя по рассказам мамы, до магического прорыва в этой сфере жилось тяжелее. Все покупали ворон. Теперь их тоже покупают, но только те, кому нравится. Алиса вот птиц не любила, как и Вероника с Сашей. А вот у Роди семья просто была из «староверов», поэтому при поступлении наследника, конечно, купили ему ворона по кличке Грач. Романов всегда был слегка ироничен.

— Да, — встряхнула листик Амина. — Мы считаем, что в них сидят бесы.

Алиса даже встрепенулась.

— Так ты считаешь это опасным или нет? — уточнила она.

— Они пока не представляют угрозы, — почти и не ответила Амина.

Про себя Алиса решила трактовать ответ ни как «да», ни как «нет». Возможно, Амина научилась принимать технику, но в её семье телефоны и телевизоры считаются опасными рассадниками тёмных сил. В чужую культуру и традиции вообще лучше не лезть. Вместо этого Алиса вернулась к поисковым запросам. Много о невербальной маги и прочей лабуде, но ничего о словах. Почти ничего. Скорее ничего достаточно стоящего.

— Что вообще может быть кроме слов? — Амина снова заинтересованно подняла взгляд на Алису. — То есть, много чего. Но сама посуди. «Слово как источник мысли» звучит как философский вопрос. Что было раньше: мысль или слово? Курица или яйцо?

— Мысль, — ответила Амина, и, подумав, добавила: — И яйцо.

— Да, но... — Сокрушённая потрясающей незаинтересованностью Амины, Алиса устало вздохнула. — Мы можем колдовать и без слов. Причём тут слова?

— Они помогают концентрироваться, — ответила очевидное Амина.

— Спасибо, но я не это имела в виду. Вот что вы используете? Кроме слов.

Амина задумалась и забралась к себе в сумочку, разводя беспорядок внутри. Некоторые вещи она доставала на свет: несколько ручек и блокнот, а также румяна. И тут Амина выудила небольшой деревянный медальон и протянула Алисе.

— Это... что? — На круглой дощечке кто-то вырезал хмурое лицо. — Талисман?

Амина кивнула.

— Хоронитель магии, — уточнила Амина.

— Хранитель? — уточнила Алиса.

— Да. — Но в голосе Амины не было уверенности. — Как руны.

— Вот оно как, — подняла брови Алиса, а Амина кивнула.

— Мы переносим магию в хранители магии. Талисманы, — уточнила Амина, пытаясь как бы выйти на язык Алисы. — Этот пустой.

Алиса протянула обратно побрякушку и задумалась.

— Но это не то же самое... А как вы переносите магию? То есть, накладываете заклинание или?..

— Переливаем.

— С кровью? — сглотнула Алиса. Талисман в руках подруги сразу принял какой-то угрожающий оттенок, даже красноватым словно блеснул под лучом солнца.

— Нет, — нахмурилась Амина. — Переносим, — пожала она плечами.

— И никакими заклинаниями не пользуетесь?

Амина закивала активно головой. Какое-то смутное прояснение замелькало в голове Алисы, и она начала усиленно думать, потирая напряжённый складками лоб.

— Напомни, — мягко потребовала Алиса, — зачем нужны слова? Мы же можем и без слов.

— Проще, — повторила Амина.

Алиса задумалась ещё сильнее. Вслух это звучало как-то по-особенному. Вроде бы и очевидно. А вроде бы и новая информация.

В задумчивости Алиса повернулась к доске. Там, на возвышенности, собрались младшие. Наверное, они только начали свой путь в постижении магии. Любопытный мальчишка выбросил палочку, заставив сложенного из бумаги журавлика замахать крылышками и осторожно подняться не больше чем на полметра. Если бы всех детей изначально учили невербальной магии, они были бы сильнее?

К доске подошёл плотный мужчина с растрёпанными волосами в лёгкой расстёгнутой куртке. Алиса уже видела его несколько раз, но очень редко. Наверное, это был новый учитель, которого приняли то ли на замену кому-нибудь, то ли потому, что он просто подходил школе. Чем-то развеселённый мужчина поднял палец с кольцом и направил на журавлика, и тот резвее замахал крылышками, подлетев ещё выше. Радостный мальчишка заворожённо посмотрел на бумажную фигурку, а потом перевёл взгляд на учителя.

— Это проще, — согласилась Алиса. — Нас не учат невербальной магии, потому что тогда будет меньше проблем. Нет ничего хуже, чем неконтролируемая магия.

Вообще-то есть. Но сейчас Алиса думала о магии, а не о том, что может быть хуже или лучше. И какое-то понимание магии к ней наконец-то пришло. Может быть, слова не источник магии, но способ уберечь неведов и магов тоже. Когда дети пользуются заклинаниями, они меняют своё отношение к магии. Это уже не кажется тем, что подвластно всегда. Энергия, которую можно высвободить только с помощью слов. И тогда у детей просто нет соблазна её использовать просто так. Своеобразное внушение с детства, что только с заклинанием можно колдовать. И даже знающий о невербальной магии ребёнок будет склоняться к заклинаниям. Привычка, форма сознания, само мышление.

— Мы думаем в словах, — произнесла вслух Алиса, но пока не совсем понимала, как все эти мысли можно использовать в докладе.

Из школы вышла знакомая персона нон грата (особенно после комментариев Роди о том, кто ему рассказал о Веронике) в сопровождении подруг. Люба, появившаяся в школе прямо к занятиям, впервые столкнулась с Алисой после каникул. Они встретились взглядами, и в сопровождении соседка направилась к беседке.

— Какие люди, — приветливо улыбнулась Люба, руками опершись на стол, чтобы быть ближе к Алисе и Амине. — Учитесь? — окинула она незаинтересованным взглядом листки, которые Амина поспешила прикрыть, собрав в одну стопку. — Давно не виделись, соседка. — Алиса кивнула. — Отдохнула на каникулах? Как родители? Как сестра? У тебя же есть сестра? Маленькая такая. — Люба приподняла руку, помахав примерно на уровне своей талии. — У тебя же, да? — Алиса напрягалась, и это не скрылось от внимания Алисы. — Не буду об этом. — Одна из подружек, держащихся в стороне, гадко так хмыкнула. — Как там ваш Романов?

Возможно, после той ситуации с Вероникой они сблизились сильнее, чем кто бы то ни было мог вообразить. А по противно довольному лицу Любы можно было с уверенностью заявить: «Какие-то очки у Роди она выиграла». Возможно, они даже подружились. И Алиса не могла отделаться от чувства, что нужно рассказать Веронике. Может быть, та, в отличие от такой трусишки, сможет уберечь Родю. Хотя не Веронике быть моралисткой. Сейчас Родя её не послушает. Даже, возможно, к Саше не прислушается.

Люба накрутила прядь волос на палец и снова посмотрела на Амину.

— А ты... Да, как так тебя? Могу называть Аней?

— Аней? — скривилась Амина.

— Это не её имя, — напомнила Алиса. Но под пристальным взглядом Любы она не могла не поубавить пыл. — Это странно.

Уместнее было бы: «Противно и некультурно».

— Простите, — сразу перешла на милую улыбочку Люба. — Так ты не знаешь, где Романов? — Она уже развернулась, вполоборота встав к Алисе, но смотря неотрывно, изучая каждое движение мускулов на лице.

— Не знаю, — сглотнула Алиса и пожала плечами, попытавшись придать себе максимально невозмутимый вид. Главное не отворачиваться.

— Тогда я пойду, — примирительно подняла руки Люба. — До вечера.

Когда троица ушла (никто из подружек даже рукой не махнула), Алиса расслабленно выдохнула и опустила взгляд на сложенные на столе руки. Подняв их, она осмотрела наливавшиеся краснотой пальцы.

— Противная, — сказала вслух Амина то, что вертелось на языке Алисы.

— Не только ты так думаешь.

Амина покивала. Да, не только Алиса заметила, что Люба на редкость неприятная личность.