Глава 9

Участок встретил Марину привычным гулом — клавиши, кофеварка, чей-то усталый мат из-за перегородки. Она прошла к своему столу, не глядя по сторонам, скинула пальто на спинку стула и включила монитор.

Внутри всё ещё гудела ночь. Катя, снег, имя, которое она надеялась больше никогда не слышать.

Семён Сменкин.

Она вбила запрос в базу, потом в открытые источники, потом в те, куда доступ был только у полиции и ФБР. Пальцы двигались быстро, привычно. Лицо оставалось каменным.

Информация поползла по экрану.

---

Семён Сменкин, 45 лет.Гражданство: Россия / Вид на жительство в США.Семейное положение: женат (третий брак), двое детей (от второго брака).Образование: экономическое.Текущий статус: генеральный директор East Coast Imports LLC — импорт продуктов питания, специй, текстиля. Оборот за прошлый год — $12 млн. Офис в Бруклине. Склад в Нью-Джерси.

Марина пролистывала дальше, и картинка становилась всё тошнотворнее.

Постоянный спонсор детского хосписа «Солнышко» в Нью-Йорке.Попечитель фонда помощи бездомным.Организатор ежегодного благотворительного ужина для ветеранов.Медаль «За вклад в развитие культурных связей» от какого-то российско-американского совета.

На фотографиях он улыбался. Широко, открыто, с лёгкой сединой на висках, в идеально скроенных пиджаках. Рядом — жена, молодая блондинка с кукольным лицом. Дети — ухоженные, улыбающиеся, в дорогой школьной форме.

Марина смотрела на эти фото, и внутри неё поднималась глухая, ледяная волна. Не гнев. Не боль. Что-то более страшное — недоверие к реальности.

Этот человек...

Она закрыла глаза на секунду, и перед ней встало другое лицо. Казань. Ночь. Подвал компьютерного клуба. Грязный свет лампы, запах машинного масла и перегара. И он — молодой, но уже с той же хищной ухмылкой, наклоняющийся к ней.

«Ну что, Громова, думала, ты тут самая крутая?»

Она открыла глаза. На экране снова был респектабельный бизнесмен с доброй улыбкой.

— Твою мать, — выдохнула Марина одними губами.

— Красиво живут люди, да?

Голос за спиной прозвучал неожиданно, но она не вздрогнула. Только пальцы на секунду замерли над клавиатурой.

Каркан стоял в двух метрах, с бумажным стаканчиком кофе в руке. В своей неизменной безупречной рубашке, с непроницаемым лицом. Подошёл неслышно — тренированный.

— Вы вообще спите, Каркан? — спросила Марина, не оборачиваясь, продолжая смотреть в экран. — Или ФБР экономит на гостиницах, и вы ночуете в участке?

— Я рано встаю, — спокойно ответил он, делая глоток кофе. — Привычка. — Он сделал шаг ближе, бросил взгляд на монитор. — Это кто?

Марина помолчала секунду. Потом откинулась на спинку стула и посмотрела на него в упор.

— Семён Сменкин. Российский бизнесмен. Импорт, благотворительность, меценатство. — Она говорила ровно, без интонаций. — А ещё — вероятный свидетель по делу об убийстве агента ЦРУ.

Каркан поднял бровь.— С чего такие выводы?

— С того, — Марина кивнула на экран, — что он ужинал в ресторане на Манхэттене с двумя людьми за три дня до убийства. Один из них — тот самый седой мужчина в очках, которого камеры зафиксировали рядом с местом преступления. Второй — азиат, которого наши ребята опознали как Чжан Вэя, представителя одной логистической компании из Шанхая. Которая, по нашим данным, работает на Северную Корею.

Она сделала паузу, давая информации улечься.

— А ещё, — продолжила Марина, — Сменкин три года назад получил вид на жительство по инвестиционной программе. Пятьсот тысяч вложил в компанию, которая... — она ткнула пальцем в экран, — ...занимается поставками продуктов в тот самый ресторан, где ужинал убитый агент ЦРУ за день до смерти.

Каркан смотрел на неё теперь внимательнее. Кофе в его руке замер.

— Это вы за ночь нарыли?

— Нет, — Марина позволила себе кривую усмешку. — Я просто умею гуглить, пока ваши ребята из ФБР оформляют отчёты о потраченных на пончики бюджетах.

Каркан не обиделся. Только чуть прищурился.— Вы что-то имеете против ФБР, Громова?

— Я имею против конкретного стиля работы, — отрезала она. — Ваш босс, Стив Хейнс, обожает красиво въезжать в дела. Пресс-конференции, федеральные ресурсы, обещания раскрыть всё за двадцать четыре часа. А когда упирается в стену — сворачивается и сливается. И мы, местные, разгребаем. Снова. — Она говорила спокойно, но каждое слово било точно в цель. — Так что простите, если я не танцую от счастья, когда вижу вашу корочку.

В участке повисла тишина. Где-то за перегородкой засмеялись, но здесь, у стола Марины, воздух будто сгустился.

Каркан смотрел на неё долго. Потом кивнул — коротко, без улыбки.

— Понял, — сказал он. — Тогда давайте так: я не Хейнс. Мне плевать на прессу и бюджеты. Мне нужно найти убийцу агента. Если Сменкин — ниточка, я отработаю её по-честному. И не сольюсь. — Он сделал паузу. — Вас устраивает такая постановка?

Марина смотрела на него. Тёмные глаза за стёклами очков были спокойны, без вызова. Может, впервые за всё время он говорил без своей обычной отстранённости.

— Посмотрим, — ответила она наконец. — Докажете делом — поверю.

Она развернулась к монитору, давая понять, что разговор окончен. Но через секунду всё же бросила через плечо:

— Кофе у нас тут паршивый. Если будете пить — берите с собой.

Каркан чуть заметно дёрнул уголком губ — намёк на усмешку.— Заметано.

Он отошёл к своему временному столу, но Марина чувствовала его присутствие — спокойное, выжидательное. Как у волка, который не нападает, но и не уходит.

Она снова уставилась на фото Сменкина.Благотворитель. Семьянин. Меценат.

«Люди не меняются, — подумала она. — Они просто учатся лучше прятаться».

Она закрыла вкладку с его досье и открыла другое — запрос в архив МВД России.Он уйдёт через официальные каналы, через неделю, если повезёт. Но она знала, кто там, по ту сторону, возможно, прочитает его первым.

Варя.

Марина выдохнула и откинулась на спинку стула.День только начинался.