Глава 11: Следы предателя

Туман в Уитби висел так густо, что Хай-стрит казалась коридором в заброшенном замке, а фонари отбрасывали размытые пятна света, похожие на призрачные маяки. Макс и Лиза сидели в углу библиотеки у рыбного рынка, где запах старых книг и воска смешивался с сыростью, просачивающейся через щели в окнах. Стол перед ними был завален находками: страница судового журнала, нож с чёрной меткой, блокнот из Скарборо, письма из туннелей и аббатства, золотая цепь с подвеской и медальон с картой побережья. Последнее письмо от Р. Дрейка, найденное у пирса, жгло память Макса: "Ты взял свою долю, Кроу. Убей Фишера, или метка найдёт тебя." Золотая цепь, тяжёлая, с выгравированной чёрной меткой, лежала рядом, поблёскивая в свете лампы. Она была частью груза с датского судна, украденного в 1973 году, а Томас Кроу, судя по всему, не просто знал об этом — он был в центре.Лиза, с растрёпанной чёлкой и карандашом за ухом, листала блокнот, где её зарисовки — чёрные метки, карта, медальоны — складывались в мрачную головоломку. "Медальоны — их клятва, — сказала она, её голос был тихим, но твёрдым. — Но этот, с картой, и цепь... они как трофеи. Дрейк писал, что Томас предал банду. Может, он сдал их полиции, но забрал золото себе?"Макс потёр очки, запотевшие от тепла библиотеки. Он вспомнил Томаса: шрамы на руках, медальон, который старик теребил, глядя на маяк с Кларк-лейн, и пустой взгляд, будто он ждал шторма, что смоет прошлое. Письма и блокнот подтверждали: банда контрабандистов грабила суда, а убийства — рыбака Фишера, других моряков — были платой за молчание. Но Томас, похоже, нарушил клятву. "Если Дрейк жив, — сказал Макс, — он знает, что сделал Томас. И эта тень в плаще... это он? Или кто-то из банды?"Лиза кивнула, открывая письмо из аббатства. "Тут ещё кое-что, — сказала она, указывая на строчку, почти стёртую временем: 'Дрейк в Скарборо. Найди его в "Синем крабе".' Это старый паб, до сих пор работает."Макс почувствовал, как сердце заколотилось. Паб в Скарборо — их следующий шаг. Но мысль о Томасе не отпускала. Был ли он убийцей, которого заставили, или предателем, укравшим золото? И почему он остался в Уитби, живя в тени маяка? Макс хотел предложить вернуться в Скарборо, но шорох у входа в библиотеку заставил его обернуться. Тень в плаще стояла за стеклянной дверью, её силуэт чётко вырисовывался в свете уличного фонаря. Лиза сжала блокнот, шепнув: "Он не отстанет."Они собрали находки и выскользнули через заднюю дверь, ведущую к рыбному рынку. Запах трески и соли бил в нос, а крики торговцев заглушали их шаги. Переулки Уитби, узкие и скользкие, вели к пирсу, где маяк мигал в тумане. Лиза остановилась, открыв блокнот. "Если Дрейк в 'Синем крабе', — сказала она, — мы найдём его. Но сначала... надо проверить дом Томаса. Если он хранит золото, оно там."Макс замер. "Ты хочешь вломиться? Лиза, он убивал. Или покрывал."Она фыркнула, её глаза блестели. "Не вломиться. Просто посмотреть. Ты же живёшь там. Заметишь что-нибудь странное — медальон, бумаги, что угодно."Они двинулись к Кларк-лейн, прячась в тени домов, где запах угля из каминов смешивался с морской сыростью. Дом Томаса выглядел мрачнее обычного: ставни скрипели, свет в окне мансарды был погашен. Макс, с ключом в руке, чувствовал, как сердце стучит. Они прокрались в дом через заднюю дверь, ведущую в кухню, где пахло старым деревом и чаем. Лиза посветила фонариком, и Макс заметил ящик под столом, прикрытый тряпкой. На крышке, едва заметная в полумраке, была вырезана чёрная метка.Они открыли ящик, стараясь не шуметь. Внутри лежали старые фотографии: Томас, молодой, с группой мужчин на пирсе, у одного из них — медальон на шее. На обороте одной фото было написано: "Дрейк, Кроу, Фишер. 1972. Последний груз." Лиза сунула фото в рюкзак, но скрип половиц заставил их замереть. Томас стоял в дверях, его глаза, тёмные, как море в шторм, смотрели прямо на них. В руке он сжимал медальон, и Макс заметил чёрную метку, блестящую в свете фонарика.

— Что вы нашли? — голос Томаса был хриплым, но не злым, а усталым, будто он ждал этого момента годы.Макс хотел ответить, но Лиза шагнула вперёд. "Правду, — сказала она. — Про Фишера. Про золото. Про Дрейка."Томас сжал медальон сильнее, его шрамы белели в полумраке. "Вы не знаете, во что лезете, — сказал он. — Дрейк не тот, кем кажется." В это время за окном мелькнула тень в плаще, и Макс понял: время правды истекло.