Часть 20. Братья и сёстры

Только увидев его, я поняла, что нужно делать. Сперва я вернулась в комнату и забрала дневник, а потом, через несколько минут кратких объяснений, Люцифер открыл портал из позолоченного кольца, которое обдало сияющим пламенем. От него больше исходила прохлада нежели жар. Однако на лбу всё же выступала испарина от нервозности. Казалось, что сейчас я должна была предстать перед важным судом, перед собственными братьями и сёстрами. Выдохнув, я шагнула за круг и вдохнула уже чистый воздух, будоражущий моё подсознание, дёргая за ниточки памяти, точно пытаясь что-то вытянуть. 

Сверкающая дорожка из невообразимо чистого кристалла вела прямо к золотым воротам, перед которыми нас встретил ангел с блондинистыми волосами и голубыми, как небеса, глазами. 

— Доброго денёчка! Люцифер.

— Здравствуй, Пётр. — цинично улыбнулся Люцифер. — Это моя сестра. Вендетта. 

— Привет. Уверена, мы знакомы. — заставила я себя дружелюбно улыбнуться. 

— Кто знает! Стойте, вы сказали "сестра"? 

Святой Пётр подошёл поближе и стал разглядывать моё лицо заумным видом. На секунду мне подумалось, что он достанет лупу и станет рассматривать меня под ней, словно незнакомое ему насекомое. 

— Это долгая история. Впусти нас, они хотели нас видеть. Дела серьёзные, сам знаешь.

— Я слышал, — так же напряжённо отвечал апостол. — Сейчас у Рая довольно много проблем...

— И мы задерживаем их решение, стоя здесь и тратя время напрасно. Пропусти нас, будь добр.

— Всё-всё. Проходите, конечно... 

Ворота стали медленно распахиваться, представляя нашему взору самые высокие и наиярчайшие строения причудливых форм и размеров. Безграничные улицы, бесчисленные парящие ангелы блестящий золотом пол — всё это поднимало уголки губ и завораживало воображение. С разных сторон доносилась музыка; вливаясь в уши, она потрясала всю душу, точно струны арфы и вылетала, оставляя за собой сладковатый привкус. 

— Они вас ждут наверху. — вдруг прервал меня Пётр. 

Люцифер молча открыл очередное кольцо со скучающе-настороженным видом и вошёл первым. Я прошла за ним в светлый длинный коридор, не показывающий своего конца или начала. Потолок, казалось, находился ещё дальше, украшенный драгоценными камнями и хрусталью. 

— Почему ты сразу не перенёс нас сюда? Зачем было делать остановку у Ворот? — спросила я, зашагав за братом. 

— Ты забыла, кто мы? Мы — падшие, нам просто не разрешено сразу перемещаться в Рай. Мы должны пройти проверку у Святого Петра.

— И что это за проверка? Улыбнуться и сказать пару волшебных слов в роде "пожалуйста" или "спасибо"?

— Он ощущает людей на уровне души. Поэтому он нас и пропустил. 

— То есть в Ванессе Ру он не почувствовал??? 

— Потому что она пряталась в Ванессе. Ру — яд, который не увидеть под микроскопами и не обнаружить при вскрытии. Так же и Пётр и остальные просто не почувствовали в ней опасности. 

Мы замолчали, продолжая двигаться в неизвестном мне направлении, точнее, только прямо. Несколько минут мы лишь слушали топот наших ног и лёгкое, преследуемое нас эхо. Наконец, когда я уже собиралась спросить, когда мы придём к нужному кабинету, Люцифер остановился и обернулся к одной из многочисленных высоченных дверей из высеченного хрусталя. Двери перед нами раскрылись и оттуда сразу полетели споры, а мы остались незамеченными. 

— Нет, мы не можем ей верить! — кричал одноглазый.

— Да почему нет? Всё кажется довольно логичным! — спорил с ним ангел поменьше с коричневыми волосами. 

— Именно! "Кажется"! — прокашлявшись, повторил высокий блондин с длинными белокурыми волосами. 

— Да всё это чушь! Мы подвергнем опасности весь Ад и всех грешников! — говорил ангел, очень сильно походивший на Люцифера. 

— И что с того? От них всё равно никакой пользы. Они низшая раса. — громким басом отвечал высокий и мускулистый ангел в чёрном одеянии. 

— Лео, ты невыносим! Они такие же души. — отозвался похожий на него серафим поменьше. Тот скучающе опирался о свою косу с золотым лезвием и крестом на конце, почти засыпая. 

— А может вы прекратите орать??? Как вам такое предложение, а?

— Помолчи, Лерой! Они не понимают, что речь о разрушении Рая! Ева на свободе! Лилит — с помутнённым рассудком, а вы здесь кукарекаете, пока чистейшее зло восстаёт из мёртвых! Я уже молчу о том, что нам всем, вероятно, исказили память!

— Это невозможно, Джоэль, мы высшие существа. На нас не могло это повлиять!!! 

— Могло, если было задействовано древнее зло. 

— А что насчёт Вендетты или как там её?.. Если нам действительно подпортили память, у нас действительно может быть ещё одна сестра. 

— Папа бы нам сказал об этом, Кас. 

— Ох, да, Лео, а когда ты в последний раз говорил с Отцом, а, Леонардо?! Десятки лет назад!!! Как и все мы! Сера, подтверди ему!!!

Но Сера не обратила внимания на слова самого младшего, судя по всему, ангела — её светлые глаза были устремлены прямо на нас. Вслед за ней повторили поочерёдно и остальные серафимы, слегка удивлённые. Несколько минут они стояли и сверлили нас своими взорами, будто спрашивая, чего нам надо. 

Я разглядывала их лица поочерёдно, пытаясь вспомнить хотя бы одно, однако этого не случилось. 

— И чего вы ждёте? Особого приглашения? — спросил тот, что больше всех походил на Люцифера. 

— Нет, Михаил. Но спасибо. Я привел Вендетту, как вы и просили. — отвечал он, проходя вглубь комнаты. Я зашагала за ним, чувствуя себя крайне неуютно.

— Так ты... наша сестра, о которой мы не помним? — один из ангелов в чёрном фраке выпрямился и вытянул обратную сторону косы к моему подбородку, вздирая его вверх и рассматривая мои глаза. 

— По ней видно, что она серафим. Падший серафим. — подчеркнула более мускулистая копия первого. 

— К чему эта надменность, Лео? Она одна из нас. 

— Мы не знаем этого наверняка, Азраэль. 

— Что, теперь ты думаешь, что тебе действительно не стирали память? — усмехнулся один из них.

— Перестань, Лерой. 

— Мы дождёмся от тебя хоть слова сегодня? — спросил длинноволосый блондин. 

— Вы не задали мне вопроса. — отозвалась я. 

— Хорошо. Вот тебе вопрос: что за херня?! 

— Следи за языком, Кассиус! — шикнул на него Лео. 

— Да, Кассиус! — поддакивал брату Азраэль. — Хотя я с тобой согласен. Дела действительно не самые ясные. Ты принесла дневник, о котором мы так много наслышаны, дорогая?

Я безмолвно протянула им книжечку с отлитым золотом. Азраэль взял её и даже не опустил взгляд, задерживая его на мне:

— Благодарю, сестрёнка.

— Рано её ещё так назвать.

— Хватит, Лео, здесь и так душно! Галим!

Произнеся имя брата, тем самым предупреждая его, Азраэль через спину подкинул ему мой дневник под мой недовольный возглас, и тот его поймал. Через секунду дневник, паривший над его белыми ладонями, засветился жёлтым светом, а Галим стал обращаться в абсолютную форму ангела.