Часть 19. Поиски

— Что здесь происходит? — вместе с этими словами я выдернула из живота копьё с вскриком и бросила его под ноги Вегги. рана стала затягиваться на глазах.

Девушка пошаркала ногой по полу и, найдя его, подняла с пола. В это мгновение зал вдруг вошла Чарли, при виде неё моё сердце сжалось словно от холода. На лице от внутреннего уголка правого глаза и до мочки уха тянулась зашитая многочисленными стежками рана. Голова её была перевязана бинтами под копной волос. В глазах её больше не горела та искорка, что была способна воодушевить сотни самых чёрствых людей. Когда она встретила мой влажный взор, её собственный лишь сузился. 

— Привет, Чар. 

Она не ответила, пройдя мимо меня, точно меня нет, и приблизилась к обездвиженно стоящей Вегги. Она взяла её за руки и произнесла голосом холодным, но тоном мягким:

— Это я... Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке. 

Ладони экзорциста выскользнули из рук принцессы, и она сложила их крестом на груди. Чарли это задело, хоть и она старалась не показывать этого.

— Что она здесь делает вообще? — грубо спросил ангел. 

— Папа сказал, что она должна остаться тут.

— Люцифер здесь? Мне нужно его видеть. 

— Папа на встрече в Раю — мама нашлась. — ответила мне принцесса. Я затаила дыхание.  

— Лилит? Она...

— Меня не посвящали в подробности. Папа стал скрытен в последнее время... 

Мы замолчали, комната стала наполняться неловким молчанием, что натягивалось всё быстрее и сильнее, выталкивая из моих мыслей наихудшее. 

— Ну, не хочешь объясниться? — выгнула бровь Чарли. 

— Знаешь, я бы тоже с удовольствием послушала свои объяснения. Только вот незадача: у меня стёрта память, и всё, что я могла сказать, я уже сказала. несколько раз.

— Ты хотела убить Аластора. — напомнила Чарли.

— Да! Таков был уговор между мной и Ванессой. Когда умрёт Аластор, мне вернут воспоминания. — сухо произнесла я. 

— Так... Почему их тебе ещё не вернули? — спросила Вегги. 

— Потому что Ала... — я осеклась и замерла, вспомнив, что никто не должен знать о том, что Аластор выжил. — Потому что Ванесса вернёт мне память тогда, когда явится сюда. Я писала в дневнике, что она возвращает память лично. Нам нужно ждать. 

— Ты слишком часто повторяешь эти слова в последнее время. И к чему привело это ожидание?

— Во всём этом я не виновата. — напомнила я.

Чарли внезапно смягчилась:

— Ты ведь исправишь это, да? Вернёшься в прошлое, чтобы предотвратить всё, что с нами случилось?

— Я...

Никаких слов дальше не последовало. Я окунулась в свои мысли и стала воображать и раздумывать: неужели я не вернусь назад, оставив их всех с этими шрамами?

— Вендетта?

— Я не знаю, Чар. Не думаю, что я смогу в очередной раз всё это пережить, если учитывать возвращение моих воспоминаний...

— И это оставишь всё так?! — вдруг взбунтовалась Вегги. — Мы все получили непоправимые ранения, а Аластор и вовсе погиб! Если бы ты действительно его любила, ты бы так не говорила сейчас!

— Ты ничего не знаешь, Вагата. И уже точно не тебе решать, что мне чувствовать и что делать! Я сама решу, когда и как мне пользоваться своей способностью. Прошу не лезть в дела, о которых вы ничего не знаете.

— Но, Вена... — начала Чарли молящим тоном, что лишь сильнее раздражало меня. 

— То есть всё это время вы избегали меня, не верили мне и более того — считали меня предателем, когда я всё делала на общее благо, а теперь вы просите меня о помощи?! Это называется двуличие. И никто даже не подумал о моей семье, которой лишилась я. Никто не подумал о том, что у меня похитили дочь, о том, что я устала снова и снова пытаться исправить всё. А что, если это исправить нельзя? Что, если это — наилучший вариант развития событий из существующих? Что, если в следующий раз кто-нибудь умрет? Вдруг именно в этот раз удача, наконец, повернулась к вам лицом?

Девушки молчали, обе уведя напряжённые и даже где-то виноватые лица в пол. Меня снова неприятно кольнуло, и я пожалела о своих словах, сморгнув внезапно появившиеся слёзы.

— Я правда соболезную и сочувствую, но здесь жертвы не только вы. Я бы хотела всё исправить, но вы не знаете, насколько это тяжело и сколько времени у меня на это ушло. А ушло у меня больше сотни лет. Скажите Люциферу, что я у Вельвет. Мне необходимо отыскать Астру. 

— Это...

— Да, наша с Аластором дочь.

— Грешники ведь не могут иметь детей. — скорее вопросительно произнесла Вегги. 

Я на это ничего не ответила. Мне самой неизвестно, как у нас с Аластором получилось завести ребёнка, но это неважно.

Наверное...

***

— Мы уже обыскали все помещения. Её нет в этом здании! И нигде на нашей территории.

— Ищите лучше. — произнесла я, не оглядываясь на Вельвет и продолжая внимательно рассматривать бесчисленное множество записей с камер.   

— Ты сидишь здесь уже битый час. У тебя не затекли ноги? Ты же помнишь, что такое ноги?

— Речь идёт о моём ребёнке, Вел! 

— А вдруг она забрала его с собой в Рай? Откуда нам знать?

— Она не заберёт в Рай рождённого демона. — машинально отвечала я, пересматривая перемотку. 

— Но здесь я никогда не видела девочку, которую ты описывала. Чёрные волосы, пустые глаза, семь лет на вид... Да я и не помню, чтобы у вас с Аластором был ребёнок. А я единственная, кому не стирали память!

— Может, это так, но ты не знаешь, искажали ли её тебе.

— Где тогда был этот ребёнок всё это время? Все эти семь лет?

— Она была у Рози.

— А ты не думала, что предположить, что она там, может быть логичным?! — вдруг повысила она тон, встав рядом со мной и положив руки на бока. 

 — Когда я в последний раз была у неё, она сказала, что не знает никакой Старли. Ванесса стёрла ей память о ней, чтобы забрать ребёнка. 

— Зачем?

— Чтобы шантажировать на случай, если я не убью Аластора, наверное. 

— Мне это надоело. — потускнел её голос. — Мне кажется, что ты съезжаешь с катушек. Пойду перекушу.

Шаги Вельвет неспешно удалялись, пока я продолжала нажимать на кнопки клавиатуры, чтобы перематывать записи в надежде отыскать хотя бы один кадр с Астрой.

Так незаметно для меня проходили часы; глаза закрывались от сонливости, точно становились свинцовыми, в голове густел туман. Голова понемногу опускалась, а потом снова держалась вверх, и так пока не опустится темнота....

— Эй! 

Оклик вынудил меня проснуться и резво поднять голову, оторвав ту от стола. Потерев глаза кулаками, я обернулась; рядом с Вельвет, что разбудила меня воинственным голосом, стоял Люцифер с поникшим и тревожным взором. Под глазами рисовались круги. 

— Люци? — удивилась я.

— Рай хочет тебя видеть.