82

Утро. Адель сидела на краю кровати, растрёпанная и опухшая от слёз. Валера шаркал тапками по кухне.

— Снова жрать нечего, — ворчливо бросил он из кухни.

— Может, ты приготовишь? — без особого энтузиазма отозвалась Адель, не оборачиваясь.

— Как-то быстро я стал каблуком, — буркнул он.

— Зато какая туфелька, — выдохнула она, чуть усмехнувшись сквозь хриплый голос.

Он фыркнул. В это мгновение телефон Адель завибрировал. Она посмотрела на экран — СМС от Миши.

«Привет, как дела?»«Да ничего, всё нормально.»«Я тут хотел спросить — можно ли в качалку прийти? Подкачаться хочу.»«Приходи, конечно.»«А Валера?»«Он не будет против.»

Адель едва заметно улыбнулась. Но не ускользнуло это и от Валеры. Он повернулся, скосил глаза на неё.

— Кто написал?

— Да так... — уклончиво ответила она, не успев спрятать телефон.

— Дай телефон, — тихо, но жёстко.

— Валера... — отшатнулась она, но тот уже шагнул к ней и рывком выхватил из рук аппарат.

— Валера, отдай! — крикнула Адель. Он молча читал переписку.

— Миша, значит... — сжав зубы, протянул он, бросив телефон на диван. — И ты даже не подумала сказать, да?

— Просто хотел в зал зайти, что тут такого?

— «Он не будет против», — передразнил он её, — а ты у меня спросила?

— Я просто... Я не хочу войны, Валер. Я не хочу каждый день ссор. Он — мой друг детства.

— Ха, друг... — Валера скривился. — Так друзья в два часа ночи не пишут и не выманивают на балкон.

Адель замолчала. В глазах снова закипали слёзы.

— Валера, я правда ничего такого. Просто поговорили.

— Не хочу слушать, Адель. Хочешь общаться — общайся. Но не жди, что я буду терпеть это как лох.

Он развернулся и ушёл на балкон, оставив её стоять в кухне, сжимая край футболки, снова чувствуя ту самую безысходную пустоту. И снова — остро, почти физически — захотелось забыться. Хотя бы на час. Хотя бы уколом. Хотя бы таблеткой. Хоть чем-то.

В дверь постучали. Адель, с опухшими глазами и встрепанными волосами, нехотя встала с дивана.

— Кто там?

— Свои, открывай, — раздался голос Марата.

Она приоткрыла дверь — брат стоял с пакетом в одной руке и булочкой в другой.

— Мамка передала. И булочку тебе. Чё, где твой муженёк?

Адель устало вздохнула:— Сейчас позову. Ты проходи.

— Слышь, а чё опять поссорились? — спросил он, проходя на кухню и оглядывая её лицо.

В этот момент из комнаты вышел Валера. Он был в черной майке, с влажными волосами после душа и напряженным взглядом.

— Тебе какое дело? — буркнул он в сторону Марата.

Марат резко повернулся к нему.

— Ты же сам меня учил, что не дело — когда девушка плачет из-за парня. Или это были просто слова?

Валера прищурился, в голосе появилась грубость:

— Пусть сначала разберётся, из-за какого из она плачет.

Тишина упала мгновенно. Адель окаменела. Марат медленно поставил пакет на стол, глядя только на сестру.

— Ладно. Булочку не забудь съесть. — сказал он тихо и пошёл к двери.

Адель молчала. Валера прошёл мимо неё в комнату.

— Не плачь, — бросил он с раздражением. — Бесполезно же. Всё равно не услышишь, что хочу сказать.

————————————————

На кухне она мельком взглянула на Валеру, тот молча пил кофе, будто не замечая её.

— Валер, ты в качалку собираешься? — тихо спросила она.

— Мг, — буркнул он, не отрывая взгляда от телефона.

— Я с тобой, можно?

— Мг.

Адель подошла ближе, хотела поцеловать его в щеку, но тот не пошевелился.

— Валер, зачем ты так? Мне же больно.

Он поднял на неё глаза, в которых закипала злость.

— А мне, блять, не больно?!

— Я хочу нормально... как было в начале.

— Блять, давай не будем начинать. Я не хочу срываться на тебя.

— Ясно, — прошептала она, отворачиваясь.

Они приехали в качалку. Внутри пахло потом, железом и каким-то мужским упорством. Она заметила Мишу — он был в одних шортах, за стойкой. Но сначала ничего не сказала, просто пошла за Валерой в раздевалку.

— Валер... там... это... — начала она неуверенно.

— Иди, я видел, что он тут, — отрезал Валера.

Она кивнула и сбросила куртку. Подошла к Мише:

— Привет.

Он обнял её крепко, по-дружески, но тепло.

— Привет. Че такая тухлая

— Та как всегда, — усмехнулась Адель.

— Понял... Там твой вышел. Мне-то похуй, а тебе может обойтись еще одним срывом.

— Мг... Пойду к нему.

Она переоделась — короткие шорты, черный спортивный топ. Подошла к Валере, который уже качал руки у зеркала.

— Ну что, я готова. Погнали заниматься.

— Мг.

— Только у меня правило.

— Вместо меня будет Миша? — язвительно бросил он.

— Ну, Валера, хватит. Я хочу, чтобы ты всё забыл и начал меня тренировать нормально.

Он глянул на неё и чуть усмехнулся:

— Иди разминайся, ведьма, — и шлёпнул её по попе.

Адель пошла на разминку, выполняя растяжку и дыхательные упражнения, чувствуя на себе его взгляд. Он подошёл и начал тренировать её, показывая движения, поправляя технику. Всё было профессионально, но сухо. Адель время от времени бросала взгляд на Мишу — тот улыбался, кивал, но держал дистанцию. Валера всё замечал.И в нём снова что-то начинало закипать.

Адель лежала на мате — вся мокрая, волосы прилипли к вискам, грудь тяжело поднималась. Он подошел ближе.

— Я так понимаю, ты везде такой сильный тренер? — выдохнула она с улыбкой, глядя на него снизу вверх.

— Мг, — коротко ответил он, хмурясь.

Адель протянула к нему руки, потянула за футболку.

— Ну чего ты такой напряжённый? — шепнула, заглядывая в глаза. — Валера, давай поговорим после того как выйдем?

Он кивнул.

— Ну хорошо, мой любимый тренер, — усмехнулась она, отпуская его.

Валера развернулся и пошёл за водой, шаги тяжёлые, напряжённые. Адель тем временем встала, вытерлась полотенцем и направилась к скамейке, где сидел Миша. Он был в одних шортах, мышцы чётко вырисовывались под загорелой кожей, сильные плечи, грудь, пресс — всё как будто врезано в мрамор.

— Видел, какая я молодец? — бодро спросила она, садясь рядом.

— Хах, видел. Молодец, я верю в тебя, — ответил Миша с лёгкой улыбкой, глядя на неё с теплом.

— Я так устала, — сказала она и по-дружески упёрлась в его плечо, прикрывая глаза.

— Здесь прикольно, — выдохнул он после паузы.

— Ага.

— И тут Турбо типо работает?

— Да не знаю, — протянула она, не открывая глаз.

— Это как?

— Ну, я не слышала, что здесь его работа официальная. Типа тренирует малых... вроде.

— Вроде?

— Я как-то и не спрашивала, — призналась она. — Знаешь, на продукты есть, коммуналка тоже, вот и не пришлось.

— Интересно, — пробормотал Миша, глядя в пол.

— Мг...

Они сидели молча, дыша в такт залу. Где-то на фоне снова загремел штангой кто-то из парней, кто-то шутил. Валера стоял у автомата с водой, не двигаясь, наблюдая за ними. Глаза сузились. Рука, сжимающая бутылку, напряглась, пальцы побелели от усилия. Рядом стоял Зима и тоже наблюдал сцену. Оба молчали.

...Он сжал бутылку так, что та почти хрустнула в его руке. Миша снова что-то рассказывал, Адель смеялась — и этого было достаточно. Валера даже не услышал, как она встала. То ли в душ, то ли в туалет. Главное — она ушла.

Он подошёл к Мише уверенно, с какой-то безрассудной решимостью. В голосе — ни капли иронии, один холод.

— Слышь, давай на спарринг. Или слабо?

Миша медленно поднял взгляд, остался сидеть, но голос его стал тверже:

— Я не буду драться из-за того, что тебе не нравится, что я общаюсь с Адель.

— Слабо, значит, — Валера шагнул ближе, зрачки сузились. — Боишься?

— Не выбешивай меня, Валера.

— Так пошли, если не боишься, — он уже повернулся к залу.

— Видит бог, я этого не хотел.

Миша встал, медленно, молча. Он был не трусом, но не дураком. Просто знал, что если не выйдет, Валера не остановится. А значит — лучше закончить быстро.

Пока Адель мыла руки и смотрела в зеркало, не подозревая, что в это время за стенкой двое мужчин готовятся выплеснуть всё, что копилось.

——————————————

Парни уже стояли друг напротив друга — Миша и Валера. Рядом кто-то подмотал бинты, кто-то хрустел суставами. Все знали — это не просто спарринг. Это — молчаливая война за что-то большее, чем уважение. Это была битва за Адель.

Они были почти равны — по весу, по выносливости, по подготовке. Но Валера... Валера смотрел на Мишу, как тигр на красную тряпку. В его голове кипело — ревность, обида, беспомощность. Он слышал, как Адель смеялась в трубке с Мишей. Видел, как она к нему прислонялась. Чувствовал, как уходит почва.

Адель в это время переодевалась. Она не знала. Она не видела.

Первый раунд — чисто техника. Без злобы, как будто они оба пытались убедить окружающих, что это обычный бой. Но с каждым ударом становилось очевидно: это не спарринг. Это исповедь кулаками.

Адель вышла, когда всё уже стало ясно.

Она ахнула. Миша с окровавленным носом, Валера с разбитой губой. Они вновь готовились к бою. Парни дышали тяжело, но взгляд Валеры горел.

— Валера, прошу, не надо, — голос Адель дрожал, — это не выход.

Он не ответил. Только перевёл взгляд на неё — коротко, хмуро. Потом снова — на Мишу.

— Не начинай, отойди, — процедил он.

Адель метнулась к Зиме:

— Вытащи его, пожалуйста, Зим.

Зима посмотрел на неё со сдержанной злостью, усмехнулся уголком губ.

— Ты сама виновата.

В следующее мгновение Валера рванулся вперёд. Всё пошло по кругу. Удары. Громкий выдох. Шум. Кто-то крикнул: "Хватит!" — но никто не слушал.

Адель отшатнулась, как от пощёчины. Всё внутри неё перевернулось. Слёзы навернулись. Она развернулась, почти побежала. Влетела в комнату, схватила куртку.

Руки дрожали, телефон едва не выскользнул из пальцев. Она нажала на контакт. Один. Единственный, кто может мгновенно стереть всё. Хоть на несколько часов.

— Коля... — прохрипела она.

За её спиной в зале раздавались звуки ударов. Внутри — только боль.