Выйти сухим из воды это талант

Аудитория наполнилась привычным шумом — шарканьем стульев, шелестом пергамента, ленивыми голосами. В классе пахло камнем, холодным воздухом и старыми пергаментами — типичный утренний Хогвартс.

Карина заняла место у окна, Феликс — рядом, Кристиан и Майя — чуть поодаль. Профессор выдержал паузу. Секунду. Другую. Чуть дольше, чем нужно. Нарочно.

— Надеюсь, на этот раз мы обойдёмся без инцидентов, — произнёс он с ледяной вежливостью, даже не пытаясь смотреть в её сторону. Но весь класс понял, к кому обращались эти слова.

Карина не ответила. Только чуть наклонила голову, а её губы растянулись в презрительной улыбке.

— Сегодня у нас дуэли, — сообщил он, не поднимая голоса, но всё равно заставляя всех замолчать. — Работа в парах. И, надеюсь, фокусов.

— Ну, мы вообще-то волшебники, а не клоуны, — вальяжно развалившись на стуле, заметил Розье.

Мужчина это никак не прокомментировал, но бросил в сторону парня недовольный взгляд.

Урок длился как обычно: пары для дуэлей составляли представители разных факультетов, что подкрепляло ненависть змей к львам.

— Следующая, — коротко бросил он. — Мисс Блэк. Ко мне.

Карина медленно поднялась со своего места и с грацией хищника направилась в сторону профессора.

— Посмотрим, на что вы способны, — ровно сказал Харрисон. — Начнём.

— Обсудим правила или... — девушке не дали договорить: заклинание пролетело в её сторону, что она довольно легко отбила. — Вообще-то перебивать некрасиво. Ступефай!

Харрисон легко его отбил:

— Протего. Мисс Блэк, нельзя бездумно трепать языком во время битвы.

Луч отскочил вбок, оставив яркий след на стене. Он не дал ей передышки:

— Импедимента!

Карина ушла в сторону, почти танцуя — её движения были точные и быстрые.

— Экспеллиармус, — бросила она с ходу.

Щит профессора снова отразил заклинание. Лёгкая улыбка скользнула по его губам.

— Всё-таки от мракоборца я ожидал большего.

— Терпение, — ответила она и резко двинулась вперёд. — Инкарцеро!

Верёвки выстрелили из её палочки, но Харрисон отбил их с яростью:

— Редукто!

Карина выставила защиту:

— Протего!

Заклинания встретились в воздухе, взорвавшись вспышкой. Когда дым рассеялся, Харрисон замер. Его рука дрогнула.

— Кто... кто здесь?! — рявкнул он, всматриваясь в пустоту.

В классе повисла тишина. Он сделал шаг назад, глаза метались по углам.

— Не подходи... Не смей!

Он резко развернулся — и вдруг сорвался в крик:

— Ступефай!

Проклятье ударило в пустой участок стены. Ученики вскрикнули и начали испуганно смотреть по сторонам, не понимая, что происходит.

Карина осталась стоять на месте. Её взгляд был холодным и спокойным. Она чуть наклонила голову и произнесла почти беззвучно:

— Работает.

— Профессор! — окликнула его Джейн, поднявшись. — Всё в порядке?

Он словно не слышал.

— Лжец! — выкрикнул он, отшатываясь от пустого пространства. — Я видел, ты умер! УМЕР!

Секунду спустя, пролетев сквозь стену, с визгом появился Пивз.

— О-хо-хо! А вот и СЛУЖБА ПСИХОМАНТИИ! — завопил он. — СКОРО ПОГРЕБЕНИЕ РАЗУМА!

Он полетел над Харрисоном, размахивая флагом с надписью «БЕЗУМИЕ ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ», раскидывая снизу карточки с дразнилками.

— Ну что, профессор, старые демоны пришли на чай?! Надо было им пиченьки оставить!

Харрисон закрыл голову руками.

— Они здесь! Они здесь! Это всё ты! — он снова уставился на Карину.

Девушка, кажется, одна знала, что он не причинит никому вреда, и наслаждалась полученным результатом.

— Вы... вы все... вы пришли... Она вас привела... — он повернулся к Блэк, резко вытянул руку с палочкой. — Это ты! Ты с ними!

— Ступефай! — закричал он.

Карина, даже не моргнув, использовала невербальное:

— Протего.

Заклятие ударило в щит и рассыпалось.

В классе начался настоящий хаос. Ученики в спешке покидали кабинет, Пивз носился по помещению, выкрикивая разную чепуху и разбрасывая вещи.

— Ты видел? — прошептал Джеймс, не отрываясь от происходящего.

— Угу, — отозвался Сириус. — Она его разложила. Хладнокровно. По-Блэковски.

— Это уже не смешно, — прошептала Лили.

— Да никто и не смеётся, — тихо ответила Джейн, наблюдая за Кариной.

Гарри стоял, сжав кулаки. Его глаза метались между Харрисоном и Кариной.

Харрисон осел на край стола, бормоча что-то бессвязное.

А призрак продолжал летать над ним кругами, шепча:

— Мисссстер Харрисссон... ваши грешки пришли за вами...

И тут он резко развернулся и швырнул в Карину потрёпанной книгой.

Та вовремя уклонилась, и книга с грохотом рухнула на пол.

— Ты совсем охренел?! Думаешь, если ты призрак, у меня на тебя управы нет?! — рявкнула Блэк.

— О-о-ой! У кого-то сегодня нервы на пределе! — визгливо заухал Пивз и сделал сальто в воздухе.

И в этот момент — как будто вся тяжесть комнаты спала. Харрисон резко поднял голову.

— ВОН! — закричал он дрожащим голосом. — ПОШЛИ ВОН!!!

Гвардия, гордо забрав подбородки, покинула кабинет.

А Харрисон остался в классе, стоя посреди чернильных пятен, что разлил местный полтергейст, которого тоже и след простыл.

***

Не прошло и часа, как о случившемся узнала вся школа, и виновники были вызваны в кабинет директора.

Дверь захлопнулась за Гвардией с сухим щелчком. Карина шла первая — прямая, как струна, с лицом, не выражающим ничего, кроме хладнокровного безразличия. Остальные сохраняли безразличие, но маска волнения у некоторых всё-таки проступала.

В кабинете были уже все: Дамблдор, деканы и представители детей.

«Да, каминная сеть — штука подлая».

— Проходите, — устало сказал Дамблдор. — Полагаю, вы знаете, зачем вы здесь.

— Чтобы дослушать до конца ту сторону, у которой не было права голоса, — ровно ответила Карина, встречаясь с ним взглядом.

МакГонагалл взвилась первой:

— Мисс Блэк, вы не имели никакого права устраивать правосудие! Вы — ученица, а не судья!

— Понятие правосудия придумано точно не для нашего мира, — огрызнулась девушка. — И давайте начнём с того, что у вас нет прямых доказательств, что это были мы. Ну, помимо слов профессора, что взялся из ниоткуда.

В воздухе повисла тишина — густая, натянутая, как перед грозой.

Тишину прервала Мэри.

— Что ты хочешь этим сказать? — взволнованно спросила она, пристально глядя на Карину и требуя ответов.

Блэк самодовольно ухмыльнулась.

«Видимо, Дамблдор очень хорошо скрывает информацию».

— А то, что профессор Харрисон — очень скрытная личность, без какого-либо прошлого, помимо места жительства в Шеврёзе, жены и статуса бывшего мракоборца. А если судить по нашему прошлому опыту, то добром это не кончится.

Декан Гриффиндора нахмурилась, но промолчала.

Мэри побелела.

— Что? Профессор, вы знаете о нём хоть что-то? — произнесла женщина, резко обернувшись к Дамблдору, выжидая ответа.

— Смею предположить, что после его заявления про Сириуса Блэка, что он сделал на уроке, он может быть засланцем министерства, — подключилась Майя, понимая, что Карина сама про это не заговорит, но тему эту поднять надо.

— О чём она? — глаза Доркас Медоуз недобро блеснули, когда она посмотрела на крестницу.

— Видите ли, мой отец — убийца и предатель, и как такую, как я, могли взять в мракоборцы, — стиснув посильнее зубы, произнесла Блэк.

— А если бы меня выбрали профессором по защите от тёмных искусств, — угрюмо произнёс профессор Снейп, — такого бы не было.

— Что-то мне подсказывает, что будь ты профессором, подобная дрянь всё равно бы случилась, — тонко подметила работница министерства, скрестив руки на груди.

— После того как в школе сменилось пять профессоров, вы должны более тщательно выбирать людей на эту должность, — заявил Люпин.

— Проклятая должность, — пробормотала МакГонагалл, выпрямившись на стуле.

— Возможно, — наконец заговорил Дамблдор, глядя поверх очков. Его голос был мягким, но в нём слышалась усталость. — Но это не снимает ответственности ни с Харрисона, ни с нас. Мы проглядели момент, когда учитель перешёл черту.

Он перевёл взгляд на детей.

— И, судя по всему, вы решили напомнить ему об этой черте.

Карина уже была готова выдрать свободу зубами, но вместо неё заговорил Римус.

— Я не оправдываю Майю. — Он повернулся к дочери, бросив на неё укоризненный взгляд. — Это не тот путь, которым решаются подобные конфликты.

Он повернулся обратно к взрослым.

— Но и оправдывать Харрисона я не буду. Если он действительно сказал всё это... он не имеет права преподавать в Хогвартсе. Ни одного дня. К тому же мы хотим знать, по каким критериям вы выбрали его преподавать в школе и правда ли он может безопасно контактировать с детьми, в чём я уже сомневаюсь.

— Я... — начал Кристиан, но тут же получил злой взгляд от матери и тут же смолк.

— И напомню: у вас нет прямых доказательств. Когда найдёте — тогда и будете нас обвинять. А пока что прекратите этот фарс, — продолжала защищаться гриффиндорка.

Несколько мгновений в кабинете царила тишина. Взрослые переглянулись. Даже Снейп сжал губы, но не возразил. Профессора понимали — формально Карина права. И судить без улик никто не имеет права, даже в Хогвартсе. А слова профессора и возможный мотив не играли никакой роли.

Наконец Дамблдор медленно кивнул:

— Я переговорю с профессором Харрисоном. Но вы мне пообещаете, что подобного больше не повторится.

Он выпрямился, убирая руки за спину, и добавил, глядя на каждого из них:

— Вы свободны. И спасибо, что проинформировали... хотя вы должны были сделать это ещё вчера.

Карина чуть усмехнулась уголком губ. Кристиан театрально поклонился. Майя тихо выдохнула, а Феликс, как всегда, молча повернулся к двери первым.

***

— Я знала, что общение с Блэк к добру не приведёт, — хмуро протянула Мэри, поправляя плащ.

— Тётя Мэри, — такой Карину не видел ещё никто: девушка из коршуна превратилась в миленького пушистого птенца.

— Хватит подлизываться. Ты у них предводитель, — обнимая девушку, отозвалась женщина.

— Это было ясно, как только она родилась, — проговорила Доркас.

— Хуже Сириуса, честное слово, — дополнил Римус.

— А я тут при чём? Это всё гены.

— Выходить сухой из воды — это дар, а не гены, — вмешался Крис, за что получил подзатыльник от матери.

— Молчи уже. Побил собственный рекорд. Даже два месяца не прошло, а меня уже к директору вызвали.

— Что мы та самая шаблонная компания? — Феликс и Майя стояли спиной к горгулье.

— Очевидно: я мозг, ты совесть, а они идиоты...

Немного поодаль, у высокого окна в конце коридора, в тени витражей стояли четверо — Сириус, Джеймс, Лили и Джейн.

— Не напоминает тебе никого? — вполголоса спросил Джеймс, скрестив руки на груди.

— Да, наши лучшие годы, — тихо отозвался Сириус, не отрывая взгляда от Карины.

— С поправкой на то, что они куда организованнее, — заметила Джейн. — И куда опаснее.

Лили чуть нахмурилась.

— Мне не нравится, что в них столько ярости, — негромко произнесла она. — Ваша самая жестокая выходка — это отправить Северуса к Римусу в полнолуние.

— Это была самая идиотская идея, — усмехнулся Джеймс.

— Мы были шутами, — хмыкнул Сириус. — А они — мстители.

На мгновение воцарилось молчание.

— Хорошо, что Гарри в это не впутан, — произнесла Лили почти шёпотом.

— Угу, — скривился Сириус. — Тихий, правильный и скучный. Прям мечта любого родителя.

— Сириус, — строго бросила Лили.

— Что? Я просто сказал. — Он пожал плечами, но в голосе сквозила досада.

***

Ночь уже полностью накрыла замок. Коридоры Хогвартса были темны и безлюдны. Свет факелов отражался на камне, отбрасывая колеблющиеся тени на стены и потолки. Только шаги двух патрульных нарушали тишину да редкий скрип древнего дерева где-то наверху.

Гермиона поправила значок старосты и бросила быстрый взгляд в сторону Малфоя. Он шёл чуть впереди, как обычно, не удостаивая её ни словом, ни взглядом. Сколько уже прошло — пятнадцать минут? Двадцать? Тишина начинала раздражать.

— Я не знала, что Карина настолько мстительная, — нарушила молчание Гермиона. Видимо, ей надоело шагать в тишине.

Но делу это не помогло, и парень продолжал молчать.

— Профессор, конечно, был не прав, — снова попыталась она, — но так поступать... это ужасно. Ещё и зелье где-то нашла.

Малфой резко остановился и развернулся на каблуках.

— Грейнджер, это тебе не магловский мир, где всё решается мирными путями. Здесь либо ты, либо тебя. Третьего не дано. И Блэки всегда выбирают первый вариант.

Он говорил жёстко, отчеканивая каждое слово.

— А зелье она не «где-то нашла». Она сама его сварила. Ты же знаешь, она охренительный зельевар.

Гриффиндорка вздрогнула — не столько от слов, сколько от тона.

— Хватит думать, будто раз я маглорождённая, то ничего не понимаю в волшебном мире, — резко парировала она, сделав шаг вперёд. — Я здесь уже шестой год. И знаю, что есть и другой путь. Не обязательно всех сжигать дотла.

— Сжигать — не обязательно, — усмехнулся Драко холодно, — но это самый эффективный метод в чистокровных кругах. Ты спроси как-то Блэк, как её родственники Блэквуда прикончили.

— Ты невыносимый, — пробормотала она, свернув за угол.

Они шли в молчании. Коридор заворачивал вправо, витражи отбрасывали на пол и стены странные зелёно-синие блики, от которых всё казалось ещё глуше. Гермиона чуть нахмурилась, глядя себе под ноги — дежурства среди ночи не входили в её список любимых занятий.

Только она хотела снова заговорить, как каблук зацепился за щербатую плитку. Девушка качнулась вперёд, теряя равновесие, — и в следующее мгновение чья-то рука резко перехватила её за локоть.

— Грейнджер, ты что, слепая? Ходить разучилась? — выдохнул Малфой, всё ещё держа её за руку.

— Спасибо, — коротко ответила она, чуть раздражённо.

Он отпустил, но на его лице мелькнула полуулыбка:

— Ну надо же. Сама Гермиона Грейнджер меня поблагодарила. Кому расскажешь — не поверят.

— О-о-о, сам Драко Малфой помог мне, — парировала девушка.

Они переглянулись — и впервые за вечер оба засмеялись. Что-то напряжённое словно отпустило.

— Я надеюсь, наше странное молчание закончилось? — улыбка всё ещё озаряла лицо старосты.

— Думаю, мы найдём, про что поговорить.

И они пошли дальше — всё так же в темноте, но уже не в тишине и не совсем порознь.

— Помню, как на одной из наших вечеринок Блейз так напился, что пытался доказать всем, что умеет летать на метле без метлы. В итоге, в момент, когда этот идиот пытался вылететь через двери, к нам зашёл Снейп.

— И что потом? Ему влетело?

— Ты не представляешь, как. Снейп всегда считал, что он подкидыш в нашей слизеринской семье, а тут точно понял, что по нему Пуффендуй плачет.

Гермиона захохотала, и Драко не удержался от улыбки.

— А что там ваша Дженевра? — усмехнулся он. — Когда она нашего великого итальянца перестанет своим любовным зельем опаивать?

Гермиона чуть улыбнулась и спокойно ответила:

— Джинни? Ей это и не нужно, он её и так любит. Или ты не веришь в чистую и искреннюю любовь?

Парень фыркнул, а глаза блеснули насмешкой:

— Ну, в их случае точно что-то нечисто. Так резко отношения не начинают, тем более раньше они друг друга не переваривали и готовы были загрызть.

***

Холодный и тёмный коридор казался пустым и безжизненным. Каменные стены словно сжимались в тугую петлю, отражая отдалённое эхо шагов и приглушённые шёпоты. Воздух был тяжёлым, и даже слабый свет свечей не мог прогнать густую тьму, которая окутывала это место.

— Я всё понимаю. Но ты-то куда смотрел? — тихо, но с явным раздражением прошипела Доркас, приближаясь к мужчине, идущему рядом. — Ты должен за ней присматривать. А по итогу что? Она снова устроила дебош, и меня вызвали в школу. Благо мне МакГонагалл сообщила, а не мистеру Блэку.

— Да за ней хер успеешь. В её мозгу идеи генерируются чаще, чем я дышу, — устало буркнул мужчина, поправляя мантию.

— А не надо было свой рот поганый открывать, — раздался голос сбоку.

Из тени появилась Карина, словно материализовавшись из самой тьмы.

— И вообще... он мутный. Лезет куда не просят, вечно роет что-то, — пробормотала она, не скрывая раздражения.

— Думаешь, с Волан-де-Мортом связан? — прищурилась женщина, озираясь по сторонам, словно опасаясь, что их услышат.

— Не знаю, скорее министерство под нас копает, — пожала плечами Карина. — Плюсом ко всему его биографию хорошо подчистили. Я не смогла ничего дельного нарыть, а всё, что всё-таки удалось узнать, не имеет особой пользы.

— Если ещё учесть, что за последние пять лет у вас не было ни одного нормального преподавателя... ну, кроме Люпина, — усмехнулся неизвестный, — то задуматься стоит.

Тяжёлое молчание снова окутало коридор. Только тихие шаги их компании отдавались эхом, пока тени вновь сгущались вокруг.