ГЛАВА 33

Сегодня был уже второй день, как я оставалась у Лукаса. Утром я действительно собиралась пойти на пары. Даже проснулась вовремя, даже собиралась встать. Но Лукас оказался слишком убедительным, слишком... настоящим рядом. Его рука нашла меня вслепую, мягко затащила обратно под одеяло, губы сонно и лениво коснулись моего плеча, но с такой трогательной нежностью, что сопротивляться стало глупо.

- День без универа, - прошептал он. - Без других людей. Только ты и я.

Я сдалась. Вытащила телефон, открыла чат с Эмили: «Прикроешь меня? Скажи, что я заболела, пожалуйста».

Ответ пришёл почти мгновенно: «А ведь я говорила, Холли».

«Что?»

«Что когда-нибудь ты поймёшь меня. Когда найдёшь того самого».

Я уставилась в экран и, сама того не замечая, улыбнулась. Может, она и права.

«Завтра точно приду на пары, прости. Люблю тебя», - отправила я, всё ещё улыбаясь.

- Эмили прикроет тебя? - раздался голос Лукаса.

- Да.

* * *

Я сидела на деревянном кухонном стуле, в широкой белой майке и чёрных шортах Лукаса. Волосы были спутаны, одна нога свисала вниз, вторая стояла на стуле, колено прижато к груди. Утро было пасмурное, серое, но с тем уютным холодом, который хочется делить на двоих, в носках, с горячим кофе и окнами, покрытыми испариной.

Он стоял у приоткрытого окна - босиком, в одних шортах, с сигаретой между пальцев. Сильные плечи, чёткая линия челюсти, слегка прищуренный взгляд, как будто он что-то вспоминал или кого-то ждал. Словно кадр из чёрно-белой французской драмы. Настолько красиво, что внутри кольнуло.

Я потянулась за телефоном. Щёлк.

- Ты меня сфотографировала? - он даже не обернулся, но в голосе отчётливо прозвучала улыбка.

- Ты просто... очень красиво выглядишь.

- Под «красиво» ты имеешь ввиду сексуально?

Я тут же вспыхнула, встретившись с его взглядом. Он всё же повернулся. И смотрел внимательно, пристально, с этим своим взглядом «Я тебя насквозь вижу».

Я отвернулась, пряча румянец.

- Нет.

- А твоя реакция говорит обратное.

Лукас усмехнулся, но уже мягче. Не дразня, а словно бережно подтрунивая. Подошёл ко мне, вытянул руку к телефону.

- С тобой в кадре я буду выглядеть ещё лучше, - прошептал он, заправляя за ухо прядь моих волос.

Его прикосновение было таким бережным, что по спине прошёл разряд.

- Вставай.

Я встала, неохотно потянулась, поправляя майку, натянула шорты чуть выше, машинально провела пальцами по волосам. Он включил фронтальную камеру, в зубах всё ещё сигарета, лицо серьёзное, угрюмое, но глаза живые, яркие.

Я подошла ближе, коснулась его плеча, и он мягко прижал меня к себе. Я прижалась щекой к его щеке.

Щелк.А потом ещё раз.И ещё.

А затем ровно в ту же секунду, как экран погас, Лукас затянулся сигаретой и мягко, трепетно наклонился ко мне. Его губы коснулись моих, и он выдохнул дым прямо в мой рот. Было горячо, резко, со сладко-горьким привкусом. На миг мне показалось, что мы делим что-то интимное, запретное, что-то такое, что могли бы понять только мы двое.

Между ног что-то сжалось, низ живота мгновенно наполнился пульсирующим напряжением. Я тихо простонала. Едва слышно. Но он услышал.

Лукас смотрел на меня. Глаза чуть сузились, губы остались приоткрыты. Он отбросил окурок в металлическую урну и сделал шаг ко мне. Глаза его потемнели, но не от гнева, а от чего-то другого. От желания. Лукас не сразу дотронулся - просто смотрел, будто запоминал момент. Затем пальцы легко коснулись моей щеки, заправили выбившуюся прядь волос за ухо. Я прикрыла глаза, дышать стало трудно, воздух стал гуще.

Он неуверенно положил ладони мне на бёдра. А потом, не сводя с меня глаз, приподнял и посадил на стол. Дерево было прохладным, кожа моментально отреагировала мурашками, и я раздвинула ноги, подпуская его ближе к себе.

- Прости, - прошептал он. Его губы были у самого уха, дыхание горячим потоком ласкало мою шею. - Прости за вчера. За всё, что я сделал. За то, что вёл себя, как мудак.

- Я простила, - выдохнула я хрипло. - Ещё вчера.

Он наклонился, чтобы поцеловать, но я остановила его, положив ладонь на его оголенную грудь. Его кожа была горячей, и под рукой чувствовался быстрый ритм сердца.

- Подожди. Ответь только на один вопрос. То, что ты сказал вчера... Это было правдой? Или ты просто хотел... успокоить меня?

Лукас опустил взгляд. А потом медленно, отчётливо, как будто каждое слово он вытаскивал из самого себя, произнёс:

- Я не умею говорить о чувствах. Тем более когда они настоящие. Но если ты хочешь знать правду - я с самого начала чертовски боялся, что ты разрушишь меня. Потому что ты светлая, а я... я всё то, что может этот свет поглотить. И когда я сказал тебе это, то сказал это потому, что не мог больше молчать. Потому что это как наркотик - сидит в крови и требует выхода. Так что да, Холли. Я люблю тебя. Чертовски влюблён, как мальчишка.

Он сделал паузу, а потом добавил тише:

- Я боюсь даже касаться тебя лишний раз, чтобы не испугать и не потерять из-за этого. А вчера я напугал тебя. Ненавижу себя за это. За то, что повёл себя, как дерьмо.

Сердце моё стучало так сильно, что казалось, оно распирает грудную клетку изнутри. Я посмотрела на него и еле слышно сказала:

- Нет, Лукас. Ты не был дерьмом. Просто... я не готова. Ещё не готова к большему. Возможно, если бы у меня был кто-то до тебя, я бы не испугалась твоей напористости.

Он кивнул, нахмурившись, но взгляд его смягчился.

- Меня зацепило в тебе именно это... твоя невинность. А ещё твоя улыбка. Твои глаза. Твой смех. И то, как ты смотришь на меня. На меня никогда не смотрели так, чтобы я сам видел эту влюблённость в человеке по отношению ко мне.

Я с трудом выдохнула:

- Потому что я действительно люблю тебя, Лукас. Ты - первый. Первый, кого я полюбила.

Лукас будто замер на долю секунды, а потом резко притянул меня к себе и поцеловал настолько жадно, будто слишком долго сдерживался. Его губы оказались горячими, настойчивыми, полными того самого желания, что он так долго держал в себе. Его ладони крепко обхватили мою талию, и я почувствовала, как его возбуждение - плотное, пульсирующее - прижалось к моему бедру. Но это не испугало меня. Ни на секунду. Я знала: он не сделает ничего, чего бы я не захотела.

Мой тихий, сдавленный стон сорвался сам собой, растворился в поцелуе, в огне, который полыхнул внутри, распространяясь по каждой клеточке тела.

- Просто скажи, если нужно остановиться, - прошептал он хрипло, его дыхание коснулось кожи у самого уха, обжигая.

Губы Лукаса скользнули ниже - к моей шее, к ключице, будто он хотел запомнить вкус каждого сантиметра кожи. Он целовал осторожно, с лёгкими покусываниями, вызывая дрожь, мурашки, напряжение, граничащее с безумием.

Я вцепилась в его плечи, ладонями скользнула по его обнажённой груди, чувствуя, как под кожей вздрагивают мускулы. Горячая, гладкая кожа, линии татуировок - я словно ощупывала его настоящего. Ему это нравилось. Я чувствовала, как каждый мой жест усиливал его напряжение. Ногти чуть впивались, но он только сильнее прижимал меня к себе, не скрывая желания.

Лукас поднялся чуть выше, губами вернулся к моим, и в следующий миг медленно, сдержанно, дразняще прикусил мою нижнюю губу. В его движениях была смесь страсти и нежности, ярости и почтения - это было одновременно остро и невероятно деликатно.

Его ладони скользнули под майку, двигались вверх, будто искали одобрения в каждом касании. Пальцы были тёплыми, уверенными, но всё ещё сдержанными. Они остановились у края моего лифчика, и именно в этот момент сердце забилось с такой силой, что я почувствовала, как теряю контроль над телом.

- Хватит, - прошептала я, дыхание сбилось, голос дрожал. - Я не могу... пока что.

Лукас застыл. На его лице не было раздражения или недовольства - только понимание. И что-то беззащитное в его взгляде. Грудь вздымалась так же тяжело, как и моя. Он сдерживался. Ради меня.

Не говоря ни слова, просто обнял меня, крепко, всем телом, как будто это был единственный способ удержать себя в руках. Я прижалась к нему, уткнулась носом в шею, чувствуя родной запах - смесь сигарет, геля для душа и одеколона. Я обняла его в ответ не потому что он нуждался в этом, а потому что нуждалась я. В близости. В нём.

Лукас прижал меня к себе ещё на секунду, будто не хотел отпускать, а потом поцеловал в лоб.

Отстранившись, он вдруг посмотрел вниз, и уголки его губ дрогнули.

- Ты носишь её...

Я непонимающе посмотрела на него.

- Подвеску, - пояснил он. - Я думал, ты больше её не надеваешь.

Я машинально коснулась подвески на шее. Той самой, которую он однажды подарил мне.

- Я ношу её всегда, - улыбнулась я. - Просто ты раньше не замечал.

- Почему?

- Потому что она... напоминает мне о тебе. Она стала чем-то личным. Очень личным. И она как якорь. Когда ты рядом - я держусь за неё, когда тебя нет - я держусь за неё еще сильнее.

Лукас мягко улыбнулся, и его взгляд снова стал чуть теплее, спокойнее. Он облегчённо выдохнул.

- Сделать тебе кофе? - спросил он, отступая к кухонной стойке.

- Лучше холодный чай с лимоном, - отозвалась я, пересаживаясь со стола на стул.

Он обернулся с приподнятой бровью:

- Ты же говорила, что терпеть его не можешь.

- Эми мне тоже так говорила, когда я начала постоянно его делать, - рассмеялась я, - Всё началось после того, как ты меня угостил.

- Значит, это моя заслуга, что у тебя появился вкус в напитках? - прищурился он, доставая лимон и лёд из морозилки.

- Или у тебя просто заразительный вкус, - подыграла я.

Лукас тихо рассмеялся, налил в стаканы чай, добавил лимон и кубики льда, а я тем временем разблокировала телефон. Посмотрела на сделанное утром фото - мы с ним вдвоём, он с сигаретой в зубах, я прижавшаяся к его щеке. Такое домашнее. Сохранённый момент, в котором было всё: и страсть, и тепло, и настоящие мы.

Я выложила фото в сторис. Подпись была простой:

«Самое доброе утро»

Лукас поставил передо мной стакан, и я сделала глоток. Лёгкая горечь лимона, холод, лёгкая терпкость - идеально.

- Кстати, - сказала я, отрываясь от стакана. - Ты ведь говорил, что не куришь.

Он на мгновение застыл, будто не ожидал этого вопроса. А потом чуть склонил голову, взгляд стал серьёзным.

- Мне так легче справляться, - произнёс он тихо, - сказал он тихо. - С наркотиками. С ломкой. Иногда... просто невыносимо сдерживаться. А сигареты помогают не сорваться сильнее.

Я отвела взгляд. Что-то сжалось внутри. Я потянулась, коснулась его руки. Вспомнила, каким он был вчера после срыва. Он думает, что я не поняла. А я просто не знаю, как заговорить об этом.

Снова сделала глоток чая.

- У тебя он получается в разы лучше, чем у меня, - сказала я, чтобы как-то переключиться. - Правда. Мой на фоне твоего - это как лимон с кипятком. А у тебя почти искусство.

Он пожал плечами:

- Всё просто. Я делаю его, думая о том, что его будешь пить ты.

И от этой простой фразы снова что-то щёлкнуло во мне. В который раз. Всегда, когда Лукас Форд рядом.