ГЛАВА 26

- Я заеду за тобой сегодня вечером, - сказал Лукас, когда мы стояли у входа в общежитие.

Солнечные лучи били в глаза так ярко, что я прищурилась и чуть отступила в тень.

- Зачем? - спросила я, стараясь, чтобы голос прозвучал нейтрально. Хотя сердце вдруг совершило кувырок.

Он усмехнулся и легко убрал прядь волос мне за ухо. Его пальцы едва коснулись моего виска почти неуловимым движением, но всё равно внутри что-то сжалось от странного, тихого трепета. Этот жест заставил меня рвано вдохнуть.

- Хочу показать тебе одно место, - сказал он. - Думаю, тебе понравится.

* * *

Вечером, когда я закручивала волосы в небрежный пучок, за спиной послышалось знакомое цоканье Эмили.

- Опять? - сказала она коротко.

Я закатила глаза, потянулась к шкафу и вытащила оттуда осеннюю светло-синюю джинсовую куртку с мягким подкладом, объёмную в плечах, с заклёпками и вытертым воротником. Идеально подходила для прохладного вечера.

- Эми, ну не начинай. Он просто хочет прогуляться.

Подруга опустилась на кровать, обняв подушку. На ней был уютный розовый трикотажный костюм, но выражение лица у неё было явно не расслабленное. Поджатые губы, напряжённый подбородок.

- Я уже устала злиться, - произнесла она почти шёпотом. - Честно. Просто... понимаю, что всё равно не смогу запретить тебе с ним общаться.

Я застыла. В голове закрутилась тысяча слов, но ни одно из них не подходило. Хотелось с сарказмом сказать «спасибо», но язык будто не поворачивался.

- Ведь я не трясусь и не переживаю из-за того, что ты проводишь время с Томасом. Хотя... у тебя же есть Фрэд, - добавила я с небольшой обидой в голосе.

Эмили вскинула брови:

- Потому что Томас не давал повода беспокоиться. Ты сама говорила мне, что не стоит так категорично относиться ко всем парням. И, между прочим, Фрэд не против, что у меня есть друг.

Я почувствовала укол стыда. Может, я правда несправедлива.

- Я рада за тебя, - сказала я. - Честно. То, что у тебя появился друг... это хорошо.

Эмили чуть приподняла брови:

- А Лукас... он тоже твой друг?

Я сглотнула, не сразу найдя в себе силы кивнуть:

- Лукас... тоже мой друг.

Она нахмурилась:

- Ну да. Друг.

Я резко повернулась к ней:

- Что ты хочешь этим сказать?

Эмили встала, выпрямилась, будто готовясь защищаться:

- Что ты относишься к нему не как к другу. И вообще, с каких пор ты дружишь с...

Я шагнула ближе, глядя ей прямо в глаза:

- Ну, договаривай. С наркоманом?

Наступила пауза.

Эмили отвела взгляд. Когда заговорила снова, голос её был почти неслышным:

- Я не это хотела сказать.

- Но подумала, - горько усмехнулась я. - Послушай, я тоже не в восторге от его прошлого. И не пытаюсь его оправдать. Но он другой, Эм. Когда он рядом, я... я не чувствую себя в какой-то опасности. Он может быть настоящим. А ты этого просто не хочешь видеть.

Эми долго молчала. Потом подошла ко мне и села рядом, положив руку на мою ладонь.

- Прости, Холли. Я просто боюсь. Боюсь, что он сделает тебе больно. А если это случится... я не выдержу смотреть на то, как ты страдаешь.

Я накрыла её ладонь своей.

- Я тоже боюсь, Эм. Но... если не рискнуть, я никогда не узнаю, что могла бы почувствовать.

Она выдохнула, крепко, но недолго, обняла меня. Потом сжала губы и добавила:

- Если он обидит тебя, я сожгу ему байк. Серьёзно.

Я рассмеялась, и это немного разрядило обстановку.

Перед зеркалом я оглядела себя ещё раз. Под курткой чёрная с высоким воротом водолазка из тонкой мягкой ткани, облегающая фигуру. Снизу плотные тёмно-синие джинсы с высокой талией, немного потертые на бёдрах. На ноги я надела простые замшевые ботинки. Идеально для прохладного вечера и не слишком нарядно.

Волосы я всё же решила оставить распущенными. Они мягко ложились на плечи, ниспадая на спину, и пахли шампунем с лёгким ароматом лаванды. Я провела по ним рукой и улыбнулась. Легкий макияж: немного туши, чтобы подчеркнуть глаза, капля румянца, чтобы не выглядеть бледной. Вместо помады выбрала бальзам с ментолом.

Я не знала, что именно Лукас собирался мне показать, но внутри уже начинало тянуться предвкушение. И не только из-за места. А из-за него самого. Потому что с каждым разом, когда Лукас рядом, мне всё труднее убеждать себя, что я к нему просто хорошо отношусь.

* * *

Мы мчались сквозь город, пока солнце медленно сползало за зубчатую линию крыш. Его последние лучи мягко касались стеклянных витрин, скользили по гладкому асфальту, окрашивая улицы в медово-золотой, карамельный оттенок. Мир замирал в прощании с днём. Воздух становился свежее, и ветер, проносясь мимо, играл с моими волосами, будто шептал что-то неразборчивое. Всё было слишком красиво до нереальности.

Лукас молчал, но в его молчании не было холода. Его высокая, крепкая фигура казалась ещё спокойнее, когда он держал руль с той абсолютной уверенностью, словно мог увезти меня хоть на самый край света. Его спина касалась моего живота. Я сидела чуть ближе, чем в прошлый раз, практически касаясь его плеча щекой. Как будто неосознанно искала тепла, укрытия, чего-то неясного, чего мне вдруг стало остро не хватать. И самое главное... я совсем перестала бояться рядом с ним, поэтому даже не надеваю шлем.

Мотоцикл плавно свернул с главной улицы, и вскоре мы остановились на окраине. Узкая тропинка вела вниз к реке, скрытой за растрепанным кустарником. Там, в самом конце спуска, стояла старая бетонная скамья, выцветшая от солнца и времени. Внизу медленно текла река, на другой стороне вдали тускло мерцали огни чужих квартир. Один балкон был украшен гирляндой, другой - цветами. Казалось, что мы смотрим на чью-то жизнь, не имея к ней ни малейшего отношения.

Я села на скамью, плотнее запахнув куртку. Ветер стал резче, небо темнело. Рядом сел Лукас. Его чёрная кожаная куртка чуть задела мою руку. Он положил ладони на колени, не глядя на меня. Просто смотрел вдаль.

- Здесь красиво, - сказала я, нарушая тишину.

- Раньше я приезжал сюда, когда всё катилось к чертям, - его голос прозвучал низко и глухо, - Здесь чувствуешь себя как вне игры. Мир становится чуть дальше, чем был.

Я кивнула, глядя в воду.

- Ты говорил, что пытался... бросить.

- Да, - Форд отвёл взгляд, чуть сжал руки. - Пытался, не один раз. Но это не так просто, как кажется. Особенно, когда... когда ты начинаешь делать это не ради себя, не потому что хочешь. А просто потому что надо. А потом снова скатываешься.

Я смотрела на него. В профиль он выглядел старше. В его глазах отражалась вода, тень деревьев.

- А сейчас?

- Сейчас стараюсь. Неделя уже, - он чуть повернул голову ко мне, уголки губ дёрнулись. - Только сигареты. Даже вчера курил. Ты заметила?

Я молча кивнула.

- Я не зависим от них. Это другое. Они... не ломают изнутри. Не делают из тебя другого человека. С ними легче.

Мы снова замолчали. Ветер качал листья, словно кто-то незримо пробирался сквозь кусты, перешёптывался с ветками. Я поёжилась, и Лукас тут же повернул голову. Его взгляд медленно скользнул по моему лицу. И потом, не спросив и долго не колеблясь, он протянул руки и осторожно, неуверенно обнял меня.

Его рука обхватила мою талию. Я замерла, но только на миг. Потом подалась ближе. Прижалась щекой к его плечу, к чёрной кожаной куртке, слегка пахнущей табаком и бензином. Он не двигался, только сердце глухо билось. Или это моё так стучало? Я не разобрала, чьё. Всё смешалось.

Мне было страшно - не от Лукаса, нет. А от самой себя. От того, как быстро я привыкаю к этим объятиям, как легко растворяюсь в его тепле, как будто ждала этого дольше, чем готова признать.

Мы сидели так, в странной, хрупкой тишине. Казалось, этот момент может лопнуть, как мыльный пузырь, если только пошевелиться, что-то сказать. Я не хотела, чтобы он кончался. Никогда.

Но закат уступил место темноте. Небо стало лиловым, потом чернильным. Мы поднялись молча, подошли к мотоциклу.

Дорога назад была холодной и бесконечно красивой. Фонари отбрасывали длинные тени, проезжающие машины слепили светом, но всё казалось каким-то... замедленным. Мои руки лежали на талии Лукаса, а голова почти касалась его плеча. Он был таким тёплым, что мне хотелось раствориться в этом моменте. Я чувствовала, как напряжение в его спине сменялось расслаблением. А моё, наоборот, нарастало. Но не тревожное.

Когда мы подъехали к общежитию, Лукас заглушил двигатель. Я, чуть шатаясь от долгой дороги, слезла с мотоцикла, поправила волосы. Он встал рядом. Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга. Темнота будто сгущалась вокруг нас, создавая личное пространство, невидимое для посторонних глаз. Только тусклый свет фонаря освещал его лицо, скулы, взгляд, который стал мягче, чем обычно.

Форд подошёл ближе. Я почувствовала, как его рука скользнула к моей талии, чуть приподняла край куртки. Он не торопился. А затем медленно начал наклоняться. Его губы были в опасной близости. До них оставалось, наверное, меньше сантиметра. Моя рука дрогнула, сердце сжалось от предвкушения. В животе затрепетали те самые бабочки, о которых пишут в книгах. Только это не был романтический штамп - я действительно их почувствовала. Физически. По-настоящему.

Но тут я заметила знакомую фигуру, приближающуюся к общежитию с пакетом в руке.

- Оу, Холли, Лукас, привет! - воскликнула Микки, подходя всё ближе, - Гуляете?

Я дёрнулась, как будто меня поймали на краже, и отступила на шаг. Лукас выпрямился, руки спрятал в карманы, словно ничего не было.

- Привет, Микки, - выдавила я, стараясь дышать ровно. - Да, немного прокатились.

- Я как раз из магазина. Купила тортик. Сегодня приду к вам. Будем смотреть фильмы, пить чай. Все, как ты любишь.

- Эми, кажется, с Томасом?

- Я заходила к вам перед магазином. Она уже вернулась, сидит с телефоном. Как обычно разговаривает с Фрэдом. Так что мы ждём тебя.

- Хорошо. Я сейчас поднимусь, - кивнула я, не глядя на Лукаса.

Микки скрылась за дверью, оставив нас снова наедине, но уже в другом, менее интимном состоянии.

- Твоя подруга... Эмили. Она тесно общается с Томасом? - негромко спросил Лукас, глядя куда-то в сторону.

- Что? Нет, конечно. Они просто дружат. У Эмили есть парень. Ты его мог видеть на балу - Фрэд.

- Ага... - кивнул Лукас еле заметно. Он как будто хотел что-то добавить, но передумал.

- А ты... не хотел бы вернуть дружбу с Томасом? - спросила я, не раздумывая. Этот вопрос сам вырвался.

- Люди из прошлого должны оставаться там, - резко ответил Форд.

Мы оба молчали. Мне не хотелось уходить, но я знала, что стоит сделать это.

Он подошёл ближе, не пытаясь вновь поцеловать. Лишь быстро, но крепко обнял. Его теплая ладонь легла между моих лопаток. Я прижалась щекой к его плечу на секунду - лишь на одну - и сразу отступила.

- Спасибо за вечер, - прошептала я.

- Спокойной ночи, Холли, - ответил он. Его голос был хриплым и мягким одновременно.

Я вошла в здание, не оборачиваясь. Потому что знала, что если посмотрю, то захочу остаться еще хотя бы на миг.

* * *

Я сидела на кровати, облокотившись на подушку, с тарелкой торта на коленях и ложкой в руке. Эми смеялась над чем-то, Микки что-то рассказывала про глупый сериал. Но я всё ещё была там. У реки. В его объятиях.

Мои пальцы механически ковыряли верхушку торта, соскребая крем. Я ловила себя на мысли, что снова чувствую прикосновение его руки к талии. Тот момент, когда он наклонился ближе. Как он смотрел. Как молчал. И как обнял на прощание.

Я вспоминаю утренние разговоры и вчерашнюю вечеринку. Вспоминаю все моменты, которые связаны с Лукасом, и тот день, который стал началом, хоть я этого ещё и не подозревала. Тот день, когда я снесла его байк, на котором уже не раз ездила вместе с Фордом.

В груди всё время было это странное ощущение, как будто там поселилась пульсирующая искорка. Она разрасталась каждый раз, когда я вспоминала, как мы ехали по дороге, закат, ветер, его спина передо мной, ритм сердца, который совпадал с ритмом мотора.

«Неужели в моей голове теперь только Лукас и я?» - вдруг пришло в голову. Я даже вздрогнула от силы этой мысли. Не то чтобы она была новой, но впервые я произнесла её - пусть и мысленно - вслух.

Он не просто нравился мне, я не просто хотела быть рядом. Это чувство было где-то глубже. Я начинала влюбляться. Уже не могла сказать, где заканчивается осторожность и начинается тяга. Где заканчиваются доводы и начинается простое желание быть рядом с ним. Его голос. Его взгляд. Всё, что он скрывает. Всё, что показывает только иногда.

Я снова глупо улыбнулась. Микки заметила это, прищурилась, но ничего не сказала.

Да. Это было так. Я влюбилась. Влюбилась впервые в жизни и по-настоящему. И не собиралась больше это отрицать.