Глава 47. Сяньлэ. XIII Часть

Отдых, который должен был закончиться, неожиданно продлился ещё на день. Вот только для Вэй Ина, пожалуй, лучше было работать сутками напролёт, чем оказаться в одной комнате с ненавистным человеком. Он не понимал, почему хорошие моменты всегда сменяются плохими. Это его удача подводит или её изначально не было?

— Ваше Величество, не вы ли обещали оградить меня от него?

Стоя напротив императрицы с прямыми плечами, он, сложив руки за спиной, смотрел на женщину сверху вниз, так как та сидела. Её взгляд был мрачен, она смотрела на чашу, но ни разу не отпила из неё. Эпидемия и война сказались не только на народе, но и на правителях. Лицо её выглядело бледным, появились седые волосы, она заметно похудела, и даже макияж не смог скрыть морщины на лбу. В последнее время, видимо, она очень часто хмурилась.

— Так вышло, прости, — тихо ответила она.

— Не стоит просить прощения, я всего лишь прислужник Его Высочества и не достоин таких слов от вас. Я всё понимаю, — у Вэй Ина была привычка: если он не в духе, то часто переходил на формальный тон, расставляя границы. Но даже пребывая в недовольстве, он не мог злиться на императрицу. — Когда? — через силу задал он вопрос, сжимая ладони.

— Послезавтра, — так же коротко промолвила она. — Просто покажись ему на глаза и скажи, что тебя устраивает работа, чтобы его запрос на встречу быстро разрешился.

На словах всё было легко, а на деле, конечно, будет иначе. И пусть прошли года и он теперь может за себя постоять, статус ограничивал в действиях. Если на него снова поднимут руку, всё, что он может сделать, — это стерпеть и как можно скорее уйти. Сдержанно кивнув, он продолжил молчать. Ему нечего было сказать, поэтому ждал освобождения.

— Если что-то случится, сразу же уходи. Не терпи, у него нет права помыкать тобой, — подняв твёрдый взгляд, произнесла императрица, наконец обратив внимание на чай.

— Да, — лишь смог кивнуть юноша.

Зачем только тот паразит попросил встречи с ним? Ещё и выкрутил всё как беспокойство о нём, из-за чего даже отказать не вышло. Столько лет не объявлялся, а сейчас вдруг решил навестить. Что-то точно скрывалось за этим. Учитывая прошлое, у Вэй Ина были мысли на этот счёт, правда, лучше бы он ошибался и просто накрутил себя бессмыслицей.

Их встреча совсем скоро, но Вэй Ин пожелал бы провести её сейчас. К чему ему ждать и загоняться? Уж лучше узнает всё сегодня. Однако претворить желаемое он не мог, как минимум потому, что пока тот до столицы доедет — день пройдёт, да ещё день на привыкание и отдых от поездки потратит.

«Чтоб колёса кареты треснули», — в мыслях сказал прислужник, не показывая свою жестокость снаружи.

Ему ничуть не было бы жаль, даже если бы тот с обрыва упал. Этот человек не заслуживает ни милосердия, ни прочих добрых чувств. Поступки его несут только зло: ни разу ничего хорошего, помимо устройства во дворец, не сделал. Даже зарплату его первое время нагло забирал — благо, потом договор о трудоустройстве пересмотрел император после просьбы наследного принца и вынес вердикт, что это неправильно. Знатно же в то время покраснел мужчина от злости, сверля его взглядом, как будто смотрел на низкосортный скот, посмевший укусить кормившую руку. Если со скотом смириться было легко, то с кормящей рукой Вэй Ин бы поспорил, ведь тот ни разу не дал ему даже крошки хлеба. Подобрать подобрал, а накормить и одеть не удосужился, почти сразу же во дворец внедрил. Да зря, ведь ничего с этого, помимо пары золотых, не получил.

— Ваше Величество, могу ли я быть тогда свободен?

— Так сильно торопишься? — грустно вздохнула императрица. — Столько лет не видела вас, а вы всё в делах… Иди, раз надобно, я не держу тебя, — она уткнулась глазами в чайную плёнку.

Видеть государыню в таком измождённом виде было тяжело — это совсем не подходило её возрасту. В памяти до сих пор отчётливо помнилась энергичная женщина, ослепляющая своей улыбкой. Куда же она подевалась? Слишком рано она начала увядать. Хотелось бы приободрить её, успокоить, да только сразу ясно, что она лишь сделает вид, что поверила, но внутри всё так же будет иссыхать.

— Мне очень жаль… Как только всё наладится, я попрошу принца провести с вами день перед отбытием на Небеса, — только эти слова он смог вымолвить. Остальное осталось несказанным, утяжеляя душу.

— Спасибо, — попыталась показать радостную улыбку женщина, не подозревая, что со стороны всё было видно, как через чистую водную гладь.

Не разжимая кулаков, он поклонился и быстро вышел из приёмной. Шаг его был длинным, но плавным, а руки всё так же скрещены за спиной. Проходя мимо открытых балконов, он вышел на веранду. Нужен был свежий воздух, чтобы немного успокоить мысли. Но, выйдя наружу, он взглянул с высоты на город, и наслаждаться приятным дневным ветерком уже перехотелось. Смотря на окружение, воздух уже не казался таким чистым, наоборот, стало противно от него. Былой шумихи уже не слышно, сейчас любой мог завести ссору на пустом месте. Хаос охватывал государство так медленно, что почти незаметно. Только глядевшие свысока могли увидеть все перемены.

— Богам всё видно как на ладони, но в них ни капли сочувствия… — прошептал тихо Вэй Ин.

Свободные пряди колыхались перед лицом от дуновения ветерка, мешая взору. Пришлось заправить их за уши, чтобы не раздражали.

Ожидание скорой встречи тяготило, было нехорошее предчувствие. Ну не мог главный злодей его жизни просто так попросить увидеться. Снова кнутом бить будет или руками? А может, опять будет давить родителями, чтобы он подставил принца? Любое из этого было вполне себе возможно — только чего-то хорошего от него ожидать было невозможно. Скорее солнце и Луна местами поменяются, чем он доброе дело сделает без какого-то умысла.

Как назло, от принца никаких вестей. Засел во дворце и на связь не выходит. Пришлось отправить к нему Фэн Синя. Вэй Ин надеялся, что ожидания стоят того, и молился, чтобы наследный принц нашёл хотя бы зацепку к решению проблемы.

Глядя высоко в небо, он промолвил:

— Мы верим в вас, Ваше Высочество.

Голос был нежным, ровным и спокойным, полным уверенности в словах. Если бы он не мог доверить жизнь принцу, ни за что бы не смог так долго продержаться рядом. Верность его всегда была крепче любого другого чувства. Именно преданность и искренность стали ключом к сближению. Наверное, резкое осиротенье дало такие плоды в личности, а может, он был бы таким и без жизненных трудностей.

Говорят, чтобы понять другого, нужно поставить себя на его место. Этого Вэй Ин не особо понимал, ему было ближе понятие, что нужно относиться к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. А если сплетать их вместе, всё становилось ещё проще.

— Ты ещё долго на небо смотреть будешь? — в проходе стоял Ци Жун, опираясь плечом о арку. — Никак брата не дождёшься? И двух дней не прошло, а уже терпеть не можешь, — усмехнулся он, подходя ближе к деревянным перилам.

— Просто пожелал удачи, а так я на город смотрел, — объяснил Вэй Ин, исправив неправильное толкование младшего.

— Охотно верю, — говорил он одно, а интонацией выдавал скрытый смысл.

— Мне незачем тебя переубеждать. Думай как хочешь, — продолжал сдержанно прислужник.

Ци Жун недовольно окинул его взглядом с ног до головы, затем с лукавым видом закатил глаза, облокотился спиной о перила, положил на дерево локти и раздражённо свесил голову вниз.

— Не надумал, случаем, извиниться за позавчерашнее?

— А разве мне есть за что? Казалось, моя роль без таких реплик, — хмыкнул в ответ Вэй Ин.

— Вот значит ты как, — Ци Жун заносчиво вскинул голову, прошипев. — Будь по-твоему. Прощения твоего я тоже не намерен выпрашивать, — он ушёл так же быстро, как и пришёл, но уже в плохом настроении.

Всё, что мог сделать Вэй Ин, — устало вздохнуть и облокотиться всем телом о перила. Как ему, подростку, объяснить, что хорошо, а что плохо? Даже если приведёт в пример свои взгляды, это не поможет… Может, стоит просто пресекать его поступки? Если не давать ему натворить дел и просто мешать, то ничего не случится. Однако он ведь не сможет делать это вечно, тем более пока служит принцу. Вариант рабочий, но никакой пользы не принесёт.

— А-Ин…

— Кто ещё? — шёпотом произнёс прислужник.

Только один человек так обращался к нему. Когда осознание дошло, он резко выпрямился и повернулся лицом, приветствуя наследного принца.

— Доброго утра, Ваше Высочество, — он постарался улыбнуться, и вышло приемлемо, но хуже обычного.

— Уже день, — поправил Се Лянь младшего. — Видел Ци Жуна… Он снова что-то вытворил? — обеспокоенно задал вопрос бог.

У принца был один недостаток: он стремился к идеалу своих убеждений и не мог смотреть спокойно на двоюродного брата, который был жесток к другим. Как бы он ни ругал Ци Жуна, это не помогало. Всё дошло до того, что он не верил почти ни одному слову брата, когда тот пытался оправдаться. За их охладевшими отношениями было больно наблюдать. И если Ци Жун ещё восхищался старшим братом, принимая участие в распространении его влияния, то Се Лянь уже не так радовался помощи.

— Нет, просто не в духе, — солгал Вэй Ин.

Постепенно он взял себя в руки, и улыбка уже выглядела живой и искренней, без намёка на ложь. Если хочет обмануть и не утруждать принца, то нужно не показывать своей тяжести.

— Лучше скажите, как дела на Небесах? Почему на связь не выходили? — меняя тему, начал он привычную болтовню.

— Был на встрече с Владыкой, поэтому не мог ответить, — встав рядом, поведал Се Лянь. — Он сказал, что ничем не может помочь. Я сам выбрал этот путь, а значит, и найти решение должен сам… — уже зная, о чём спросит слуга, он заранее ответил на вопрос.

Улыбка дрогнула на губах Вэй Ина. Сам выбрал — сам решай? Старый маразматик, похоже, забыл, что говорил принцу, чтобы в случае чего тот обращался к нему за помощью. Наверное, стоит при следующей встрече подарить чай для улучшения памяти. Кто знает, что он ещё забудет.

— Не огорчайтесь, мы справимся.

Он говорил с полной уверенностью, закрывая частицы сомнения глубоко внутри себя. Не сейчас, не в этот момент… Ситуация ещё не слишком плачевная.

— Ты прав, А-Ин, поэтому я подумал, что мы можем сделать, — глядя на снующих людей, произнёс принц, заинтриговывая.

— Что же?

— Тебе это не понравится.

— Ничего, кроме истребления юнъаньцев, меня не шокирует, — усмехнулся Вэй Ин в шутку, но через мгновение затих.

Смех прервался, когда он увидел выражение лица принца: пустое, отчаянное, без намёка на радость.

— Вы…

— Больше нам ничего не остаётся, А-Ин, — с сожалением посмотрел он на младшего. — Я не хотел этого, но… Вчера жители Сяньлэ начали сжигать мои храмы. Их вера иссякает, а вместе с ней и мои силы.

— Что?! Где?! Кто только осмелился? — сжав до хруста перила, выкрикнул Вэй Ин, не в силах сдержать эмоции.

Как только посмели! Сколько добра ни делай, людям всегда мало! Принц сутками не спит, думая о них, тратит силы, чтобы остановить засуху, а они оплачивают разрухой? Наглецы!

— Ваше Высочество, вы сейчас расстроены, поэтому принимаете поспешные решения. Отложите эти думы, иначе потом будете корить себя, — Вэй Ин положил ладонь на плечо бога войны, пытаясь успокоить того. — Как дела на фронте?

— Пока спокойно, — смиренно ответил принц, приняв смену темы.

— Может, вам пора показать себя перед воинами? Вы всё время помогаете из тени, они, не видя вас, теряют волю. Если покажете себя и поведёте их за собой, их боевой дух воспылает с новой силой, — уверенно промолвил Вэй Ин.

Се Лянь, выслушав его, всерьёз задумался над словами. Возможно, ему стоит не о плохом думать, а сосредоточиться на вере своего народа? Если они отрекутся от него, какой из него наследный принц?

— Ты прав, пока сосредоточусь на людях, — он заметно приободрился. — Я, конечно, надеюсь, что больше юнъаньцы не будут наступать, но если вдруг это случится, пойдёшь с нами?

На миг Вэй Ин остолбенел. Ему предложили пойти сражаться? Не сидеть с бумагами, а взяться за меч?

— Конечно, да! — воодушевился прислужник.

— Знал, что ты так ответишь, — наконец-то пришёл в себя Се Лянь. — Тогда нужно сменить твой старый меч на более прочный.

— Не стоит, он ещё крепок. Я ведь не всегда на поле боя буду, так что не надо, — попытался отказаться Вэй Ин, не желая что-то принимать в такой сложный для страны период.

— Поздно отказываться, я уже давно купил его, — потянув младшего за собой, небожитель вывел его с веранды. — Правда, планировал подарить через год. Но раз такая ситуация, то ничего не остаётся.

— Ваше Высочество, зачем? — чуть ли не скулил Вэй Ин. — Я, конечно, рад, но вы ведь знаете, что это чересчур щедрый подарок! А я не люблю быть должником.

— Вот именно, А-Ин, что это подарок. Ты ничего мне за него не должен.

Се Лянь тянул его прямо до своего дворца. Лишь оказавшись в покоях наследного принца, они разъединили ладони. Вэй Ин остался посередине комнаты, а Се Лянь полез в сундук. Усердно перебирая всякие вещи, вскоре он вытащил чёрные ножны с серебряными деталями.

— Закрыл я его хорошенько, — выдохнул принц. — Бери.

Протянув меч прислужнику, он ждал, когда тот возьмёт подарок. Вэй Ин же, пребывая в небольшом ступоре, немного тормозил в действиях. По итогу, не сдержавшись, Се Лянь вложил оружие ему в руки. Он смотрел на младшего, наслаждаясь реакцией. Довольная улыбка растянула его уста, когда он смотрел, как Вэй Ин с волнением осматривает подарок.

Вытащив меч из ножен, перед глазами показалось идеально отполированное лезвие. Казалось, даже собственное отражение в нём можно было увидеть. Вэй Ин поворачивал его различными сторонами, пытаясь принять реальность. Во время осмотра он заметил, что на начале лезвия была резцовая гравировка. Это были его иероглифы, его имя… Ощущение переполнявших его эмоций невозможно было передать словами.

— Иероглифы я сам вырезал. На обратной стороне пусто, поэтому, как дашь ему имя, вырежи его там, — произнёс Се Лянь.

— Ваше Высочество, спасибо.

Улыбка, которую он показал, заставила бога войны замереть. Что-то необъяснимое откликнулось в груди. Не понимая причины, он свёл руки за спиной и незаметно проверил свои меридианы. Те были в норме, ци текла хорошо — тогда в чём была проблема?

— Рад, что он пришёлся тебе по душе, — склонив голову слегка набок, ответил принц.

Комнату наполняли тёплые солнечные лучи, делая атмосферу приятнее. Но ничто не могло сравниться с душевным удовлетворением у них двоих. Если бы Се Лянь знал, что почувствует себя так хорошо, преподнеся подарок, то сделал бы это ещё два года назад, когда только купил этот меч.

Их блаженную обстановку прервал стук в дверь.

— Ваше Высочество, вы здесь? — раздался голос Фэн Синя за дверью.

Лучи сразу перестали быть тёплыми, а улыбка потеряла былое удовлетворение.

И почему он пришёл именно сейчас? Мог побродить где-нибудь ещё.

— Да, заходи, — вопреки желанию, ответил Се Лянь.

Вэй Ин быстро убрал меч в ножны. Его радость уже было тяжело скрыть, поэтому зашедший внутрь Фэн Синь странно взглянул на него.

— Чего такой воодушевлённый?

— Получил то, что тебе и не снилось, — с энтузиазмом ответил Вэй.

— Меч, что ли? — кинув взор на ножны, сказал Фэн Синь. — Думал, вы дождётесь его следующего дня рождения, — обратился он уже к принцу.

— Так вышло, — неловко промолвил Се Лянь.

Лишь Вэй Ин стоял и не понимал одну вещь. О подарке были в курсе и остальные? То есть два года все дружно молчали?

— Ты знал о мече? — спросил он старшего товарища по службе.

— Конечно, — фыркнул тот. — Му Цин, я и Его Высочество вместе выбирали его. Ножны выбрал Му Цин, я идею с мечом предложил, а принц уже выбрал сам меч и сделал гравировку.

— Вот оно как…

Фэн Синю показалось, что тот погрустнел. Сделав шаг в сторону младшего, он хотел спросить, что не так, как вдруг тот кинулся ему на шею. Положив руку на его плечи, он приобнял товарища и пролепетал:

— Оказывается, и ты умеешь быть милым, ворчун.

— Чего? Что на тебя нашло? Отлипни! — попытался скинуть с себя присосавшуюся пиявку Фэн Синь, но выходило плохо.

Он посмотрел на принца молящим взглядом, но тот молчаливо отступил, приняв решение наблюдать со стороны.

Такой подставы Фэн Синь не ожидал. Пришлось самостоятельно убирать с себя Вэя, но вышло это лишь, когда в поле зрения появилась новая цель. В комнату без стука вошёл Му Цин. Он знал, что они здесь, ведь снаружи слышал ругань, поэтому не стал уведомлять о себе. Стоило ему переступить порог, как на плечах появилась тяжесть, а сияющее лицо Вэй Ина уже говорило, что день будет не скучным. Он мог лишь вздохнуть и спокойно принять свою участь…