Глава 13

— Что за воспоминания? — мягко спросила Кейт, глядя на альбом в его руках.

— Честно говоря... это лучшее, что происходило со мной за всю жизнь, — ответил Зак с едва уловимой грустью в голосе. — Но я никому никогда их не показывал.

— Почему?

— Потому что людям было бы больно смотреть.

— А я, по-твоему, не человек? — усмехнулась она, стараясь разрядить обстановку.

— Нет, не это я имел в виду... Ты — особенная, Кейт. Только помни об обещании.

— Да, Зак... — она кивнула. — Давай уже, открывай.

Он посмотрел на неё внимательно, словно взвешивая, готова ли она к тому, что увидит. Вздохнул — медленно, глубоко, будто выдыхал целую жизнь — и перевернул страницу альбома.

Кейт застыла. На снимке стоял парень лет шестнадцати — тёмные волосы, знакомые карие глаза, улыбка... та самая улыбка, которую она хранила в памяти всё это время.Она прикрыла рот рукой — сердце сжалось от нахлынувших чувств.

— Это же он... Это же Зейн...

— Да, Кейт, — тихо подтвердил Зак. — Это он.

— Но... это же фотография, которую я сделала в школе! Она была у него... только у него! — она ошеломлённо смотрела на изображение, не в силах поверить. — Зак, откуда у тебя эта фотография?

— Подожди, — прошептал он. — Через минуту ты узнаешь всё.

Он перевернул следующую страницу. Классная фотография, друзья, она сама — Кейт не могла отвести взгляда. Остался последний лист.

— Ты готова? — спросил Зак.

— Смотря к чему, — прошептала она, в предчувствии чего-то огромного.

Он перевернул страницу. На ней были две фотографии.На первой — она и Зак: сидят на скамейке, смеются, как будто весь мир принадлежит только им.На второй — портрет девушки. Семнадцать лет. Светлые волосы, тёмные глаза. Красное расклешённое платье. Она сидела спокойно, но в её взгляде было что-то пронзительное — будто вся жизнь жила в этих глазах.

Кейт медленно достала снимок, перевернула... и прочла:

**«Любимому Зейну на прощание. От Кейтрин».**

Она застыла.

— Зейн... Зак... — шептала она, не в силах поверить. — Нет... этого не может быть...

Но всё указывало на очевидное. Всё складывалось в единую, болезненную, потрясающую картину.

Она сидела молча. Сердце колотилось, в ушах шумело, в груди теснились воспоминания.Спустя минуту она смогла собрать в кучу разбросанные мысли:

— Зак — это Зейн... Боже...

Страх, шок, восторг, вина — всё разом обрушилось на неё. Казалось, воздуха стало вдвое меньше. Она вскочила, выбежала на улицу и, сев на холодную лестницу, зарыдала.

---

**Конец воспоминания**

Она всё ещё сидела там, когда дверь заскрипела вновь. Услышав знакомые шаги, сердце сжалось — она не хотела смотреть, но внутри надеялась.Это был он.

— Кейт, заходи. Ты же мёрзнешь, — его голос звучал мягко, но настойчиво.

— Отстань. Мне хорошо, — тихо бросила она, пряча лицо.

— Ах так? Ну, если тебе уютно, тогда и мне будет комфортно.

Через пару минут он вернулся. В руках — большой шерстяной плед и две чашки горячего шоколада. Его забота разрывала её изнутри.

— Ты всё ещё злишься на меня? — спросил он.

— Да, Зак... Или... — она качнула головой. — Неважно. Зачем ты мне рассказал всё это? Почему именно сейчас?

— Потому что... я хочу тебя назад.

Она взглянула на него, будто услышав самое невозможное признание.

— Зачем? Я же тебе жизнь сломала... Куда ещё больше?

— Кейт, ты правда так думаешь? — его голос дрожал, но в нём звучала правда. — После аварии, когда врачи восстановили моё лицо, они сказали, что часть памяти я мог потерять. Но даже тогда... даже тогда я тебя не забыл.Я спрашивал о тебе. Но родители сказали, что ты ненавидишь меня. Что не хочешь меня видеть.Я был слишком слаб, чтобы спорить. Я поверил.Но когда вернулся домой, взял альбом, начал листать... Воспоминания вернулись. Я понял, что всё было не так.Я поругался с родителями — они сказали, что не хотят меня больше видеть. Я ушёл к Браунингам — друзьям отца. Они приютили меня, понимали лучше, чем кто-либо.А потом родители разбились.Я поступил в Лондон. В тот самый университет, о котором всегда мечтал. И однажды... я увидел девушку. Девушку, очень похожую на тебя...

Наступила тишина. Слишком хрупкая, слишком важная. Они оба знали, что вот-вот что-то изменится.

И они сказали это одновременно:

— Кейт. / — Зак.

Они рассмеялись — смущённо, тепло. Так смеются только те, кто прошёл через боль.

— Ты первый, — сказала Кейт, улыбаясь сквозь слёзы.

Он посмотрел ей в глаза. Глубоко. До самой души.

— Я тебя люблю.

Она замерла. Глаза расширились.

— Ты издеваешься? — её голос был сбит, но в нём звучала надежда.

— Нет. Я абсолютно серьёзен.

Она больше не смеялась.Молчание. Их взгляды сплелись.Расстояние между ними исчезало с каждой секундой. Сердца стучали в унисон, дыхание становилось всё быстрее.Внутри — трепет, дрожь, воспоминания. Но и что-то новое. Что-то, что рождалось прямо здесь, в этот самый момент.Любовь.

Он приблизился. Она не отступила.

И, наконец, их губы встретились в поцелуе — долгом, искреннем, полном любви, боли, надежды и прощения.Поцелуе, которого они ждали всю жизнь.