Глава 11

Что может быть лучше любимого праздника? Наверное, только то, что любимый праздник проводится с любимым человеком.

Для каждого из нас праздник ассоциируется с волшебством, добром, улыбками, весельем и ещё многими позитивными вещами.

Каждый человек заслуживает своего счастья. Для кого-то — это дом, семья, домашний очаг; для кого-то — счастливые родители; для третьих — деньги, как ни странно...

Но какой ценой мы можем заслужить такое счастье? Жертвовать приходится всегда. Кому-то — счастьем, а кому-то — жизнью.

Так, Кейт сидит у входа в дом Зака и, закрыв лицо руками, плачет. Не потому, что её выгнал Зак, а потому, что ей нужно было всё переосмыслить.На улице было очень холодно, но Кейт это совсем не волновало. Она сидела в своей чёрной куртке и всхлипывала. Услышав скрип открывающейся двери, она обрадовалась в душе появлению Зака, но старалась не подавать виду.

— Кейт, заходи домой. Тебе должно быть холодно, — сказал он.

— Отстань. Мне хорошо.

— Ах так? Ну, если тебе уютно, то и мне тоже будет так же.

Через две минуты Зак снова вышел из дома, но уже с одним большим шерстяным пледом и двумя огромными чашками горячего шоколада.

— Ты всё ещё обижена на меня? — спросил он.

— Да, Зак, или... Неважно. Зачем ты мне рассказал всё это? Зачем?

— Я хочу тебя назад.

---

**Flashback**

Кейт вышла на остановке, которая была ближе к дому Зака. Разноцветные гирлянды украшали дома и ёлки перед ними. Всё было волшебно. Впрочем, ничего нового.Выйдя из автобуса, она не знала, куда идти. Пошла налево, потом, встретив пожилую женщину, спросила про нужный адрес. Та смутилась, но всё же показала путь.

Дойти до дома Зака было относительно легко. Он находился на самом видном месте. Возможно, это было из-за того, что другие дома были немного староваты и нуждались в ремонте, а этот выглядел так, будто его только вчера построили. Куча гирлянд, игрушек и других новогодних безделушек.Кейт, чем ближе подходила к двери Зака, тем больше понимала, что эта местность ей знакома. Но где же она её видела? Кейт отчаянно рылась в памяти, сопоставляя мысли, но ничего не вышло.

И вот, она подошла к двери, нервно сглотнула и позвонила в звонок. Дверь открылась быстро — за считанные секунды.

— Привет, Зак! С Рождеством! Как я и обещала — я пришла.

— О, привет! Кейт! С ума сойти! В жизни бы не поверил, что придёшь! Проходи!

Кейт вошла в дом. Он хоть и казался небольшим снаружи, внутри был огромен. Одна лестница вела наверх, другая — вниз. За лестницами находился зал, одна из стен которого отделяла небольшую комнату, похожую на спальню. Кейт к такому не привыкать.

— Вау... Классно тут у тебя. А где мистер и миссис Браунинг?

— Это мой дом. Здесь у нас два дома: один — мой, а второй — родительский. Большую часть времени я провожу здесь. Проходи, садись, я сейчас.

Кейт прошла в зал, где в углу стояла ёлка. Рядом — шкаф, на верхней полке которого стояли фотографии детства Зака. Кейт охотно их рассматривала, не заметив, как подошёл Зак.

— Какой фильм посмотрим? У меня есть *Один дома* (все части), *Монте-Карло*, *Форсаж*, *Виноваты звёзды*...

— Давай *Один дома*.

— Как скажешь.

Зак вставил диск в дисковод и сел рядом с Кейт. Весь фильм они вместе смеялись над воришками и восхищались находчивостью Кевина. После двух частей Кейт очень устала и, не заметив, положила голову Заку на плечо. Вдохнув воздух, она почувствовала любимый мужской одеколон, который ни с чем не спутаешь.

— Зак.

— А?

— Знаешь, я всё время боялась тебе признаться... Да и себе самой... В общем... — Кейт тяжело вздохнула и продолжила: — Ты мне напоминаешь одного парня. Я с ним в школе училась... Да ладно, забей. Тебе скучно будет.

— Нет, Кейт, расскажи. Мне очень интересно, — сказал Зак, мило улыбнувшись.

— Ну... Я с ним училась в школе. У нас всегда был общий язык, но мы никогда не общались — как будто не замечали друг друга. А затем... старшая школа... Я ему помогала, он мне — иногда. Это была не любовь, всего лишь дружба. Для меня.А потом он попал в аварию и очень сильно пострадал. У него было полностью изуродовано лицо, а его родители... они прогнали меня и не разрешили приходить. Я была такой дурочкой и... послушалась их.Сейчас я до сих пор жалею об этом. У Зейна была мечта — поступить учиться в Лондон. Я ради этого туда и поехала. Чтобы найти его. Но не смогла.Знаешь, мне сейчас больше всего хочется посмотреть ему в глаза, улыбнуться и сказать, как сильно я по нему скучала.

— Кейт, а хочешь, я тебе помогу?

— Как?

— Ну... Подожди здесь. Я сейчас.

Зак вышел из комнаты и куда-то направился. Через минут пять он вернулся, держа в руке альбом.

— Вот! — гордо протянул он ей.

— Эммм... Это поможет?

— Сейчас всё узнаешь. Но есть одно "но".

— Какое?

— Ты обещаешь ничего с собой не сделать?

— В смысле?

— Кейт, ты знаешь, о чём я.

— Ну ладно.

— И ещё... Не суди меня строго.

— Да-да, хорошо, Зак, давай, — Кейт сгорала от любопытства.

— Ну тогда поехали, — сказал Зак, открывая первую страницу альбома.

На ней Кейт увидела смугловатого мальчика с тёмными волосами, который хитро улыбался в камеру.

— Вот, это мне где-то лет пять. Тогда у нас ещё была квартирка, но этого было достаточно. Здесь, вот на этой фотографии, помню, я поспорил с мамой о пользе шоколада и измазал всю рожу им, — рассмеялся он.— О, а это моё любимое... — Он перевернул третью страницу и указал на фото, где он обнимает огромный арбуз, словно это его личное сокровище.

— Ахахаха! — смеялась Кейт.

Перелистывая страницы, Зак рассказывал про свою школу. А затем, когда очередной лист шелестнул, оттуда выпал вложенный листочек, на котором аккуратным почерком было написано:

**«Цени эти воспоминания».**