Глава 16

Сложно жить без поддержки близких людей.Девятнадцать лет я была лишь своей тенью, стараясь угодить родителям. Лишь сейчас, стоя на крыше рядом с Сэмом, я вдруг ясно поняла, как мне не хватало самой простой вещи — обычной любви.

Я просто хотела подойти к маме, положить голову ей на плечо и рассказать о том, что меня волнует. Без страха, без необходимости подбирать слова. Этого не было. Никогда.

Мои родители всегда были чем-то заняты. Чем угодно — лишь бы не мной. Командировки, светские рауты, игры в гольф, скачки. Их время было расписано по минутам, но для меня в этом расписании места не находилось. Изредка мы собирались вместе — за длинным столом, в большом доме, — но каждый был занят своим делом, создавая лишь иллюзию семьи.

Нет, они не были плохими родителями.

Я знала: у многих моих знакомых всё было так же. Мы росли сами по себе, радуясь дорогим подаркам, как будто деньги могли заменить присутствие. Любовь измерялась чеками и брендами.

Чем старше я становилась, тем сильнее они старались навязать мне свой образ жизни. Я чувствовала себя фарфоровой куклой — хрупкой, безмолвной, идеально одетой. Меня наряжали в дорогие платья и показывали своим друзьям из высшего общества, словно удачное вложение.

Мечта моей мамы была проста и холодна — выгодно выдать меня замуж, приумножить капитал, укрепить связи.

Я не знаю, как Элизабет удалось избежать этого. Моя сестра всегда была свободна. Ей доверяли. Ей позволяли выбирать. Возможно, потому что она была такой же, как они. Ей до сих пор нравится выходить в свет, демонстрировать очередной наряд от знаменитого дизайнера, руководить дочерней фирмой, быть частью их мира.

А мне оставалось лишь одно — стараться быть похожей на неё. Или хотя бы быть её тенью.

Я моргнула и вернулась в настоящий момент.

Сэм стоял рядом. Слишком близко, чтобы прятаться. Слишком спокойно, чтобы убегать. Я чувствовала тепло его плеча, слышала его дыхание. Он ничего не говорил — и в этом молчании было больше поддержки, чем я получала за долгие годы.Я подняла на него взгляд. Он смотрел на меня так, будто видел не образ, не роль, не чью-то дочь. Он будто изучал меня — внимательно, бережно, словно боялся пропустить что-то важное. И вдруг мне стало страшно... и спокойно одновременно.

Я сделала шаг ближе и позволила себе опереться на него. Не полностью — лишь слегка. Проверяя, выдержит ли.

Он выдержал.

Город внизу сиял мягким светом, огни казались ближе, теплее, чем раньше. И впервые за долгое время мне не хотелось быть сильной. Не хотелось соответствовать. Хотелось просто быть — рядом с тем, кто не требовал от меня ничего, кроме как быть собой.

Я закрыла глаза и позволила себе этот момент. Тихий. Настоящий. Наш.

Я всё ещё стояла рядом с ним, ощущая тепло его плеча, когда он слегка повернул голову в мою сторону.

— О чём ты сейчас думаешь? — спросил Сэм тихо, будто боялся спугнуть мои мысли.

Я не ответила сразу. Взгляд скользнул по огням города, по тонкой линии горизонта, а потом вернулся к нему.

— О том, как странно, — наконец сказала я. — Всю жизнь мне казалось, что любовь нужно заслужить. Быть удобной. Правильной. Красивой.

Он молчал, и я знала — он слушает. Не ждёт паузы, чтобы вставить своё слово. Просто рядом.

— А сейчас... — я чуть пожала плечами, — сейчас я просто стою здесь. Ничего не делаю. И меня не отталкивают.

Сэм медленно протянул руку и коснулся моих пальцев — не сжимая, лишь обозначая присутствие.

— Тебе никогда не нужно было заслуживать, — сказал он. — Многим людям достаточно просто видеть тебя.

Я посмотрела на него. По-настоящему. И вдруг позволила себе то, чего не делала раньше.

— Я боюсь будущего, — призналась я. — Боюсь поверить, а потом снова остаться одна.

Он наклонился ближе, и я услышала его дыхание.

— Я тоже боюсь, — честно ответил он. — Но я хочу бояться рядом с тобой, а не без тебя.

Я сжала его пальцы чуть сильнее. Совсем немного.

Он посмотрел мне прямо в глаза — внимательно, серьёзно, без тени иронии.

И в этот момент мне показалось, что будущее больше не пугает так сильно. Потому что впервые оно не было пустым.

Мы спускались с крыши молча. Его ладонь на мгновение задержалась на моей спине — не удерживая, просто легкое касание. После всего сказанного и того поцелуя слова казались лишними. Ветер шуршал в волосах, город под нами тонул в мягком сиянии огней.

Парковка внизу была пуста. Только две машины стояли рядом, словно специально подставленные под свет фонаря: чёрный «Додж» Сэма и мой жёлтый «Камаро». Контрастные, разные, но теперь объединённые одним мгновением.

Сэм остановился у моей машины, открыл дверь и посмотрел на меня так, будто читал все мои мысли. Потом наклонился, и его губы коснулись моих — коротко, нежно, почти обещающе. Без спешки. Без сомнений.

— Нужно заехать ненадолго к Рэю. Ты не против? — сказал он, когда мы оторвались друг от друга.

— Нет. Не против.

Он снова взглянул на меня. Глаза светились мягко, почти игриво.

— Езжай за мной. Увидимся через пару минут, — тихо добавил он.

Я кивнула. Села в «Камаро». Дверь мягко захлопнулась, и звук удара эхом прокатился по пустой парковке.

Сэм сел в свой «Челленджер». Два мотора завелись почти одновременно. Рёв двигателей разнесся по пустой парковке, перекрывая шорох ветра. Мы выехали один за другим, каждый на своей машине, а огни фонарей, отразившись в лобовом стекле, сделали город похожим на бесконечную киноплёнку: мягкий, тёплый свет скользил по асфальту, и всё вокруг словно замедлилось.

Квартира Рэя была недалеко от дома Сэма. Маленькая, уютная, обставленная хоть и недорого, но со вкусом.

Бьянка хлопотала на кухне, её руки были заняты очередной партией кексов, из духовки исходил сладкий аромат ванили и шоколада.

Рэй с Томом устроились на диване с джойстиками в руках, ещё двое парней сидели рядом, внимательно следя за игрой. Сэм присоединился к ним.

Я решила не мешать мужской компании и подошла к Бьянке.

— Привет. Нужна помощь?

— Эллисон?! Приятный сюрприз. Если тебе не сложно... — она крепко обняла меня, будто мы были знакомы уже много лет.

Пока Бьянка отправляла в духовку кексы, я дорезала оставшиеся овощи для салата. Вскоре стол был накрыт и уставлен разнообразными угощениями.

Все ели молча, вставляя лишь изредка шуточки про Рэя и Бьянку. Только теперь я поняла, что повод собрал их сегодня вместе — Бьянка набралась смелости и наконец сказала Рэю, что они ждут ребёнка. Я знала об этом раньше всех, но видеть, как она говорит это вслух, и как Рэй реагирует... это было по-настоящему трогательно.

Я с умилением наблюдала за ними. Рэй ухаживал за Бьянкой по-особенному, тихо, с заботой и вниманием, которое нельзя подделать. Его руки мягко касались её плеча, взгляд был полон тепла.

Мне оставалось лишь улыбаться, когда я смотрела на них, ощущая радость и тепло этого момента, такое живое и светлое.

— Кто бы мог подумать, что из всей нашей компании именно Рэй женится первым, — сказал Том, вставая со стула и поднимая бутылку пива. — Спасибо тебе, Бьянка, что помогла остепениться нашему другу. С тобой он стал совершенно другим. Ребят, давайте выпьем за нового члена нашей семьи!

Все вскочили со стульев, звон бутылок разлетелся по кухне. Атмосфера была лёгкая и радостная. Я чувствовала себя частью этого тепла, и улыбка не сходила с лица.

Усталость уже давала о себе знать, но я держалась, чтобы не портить Бьянке вечер. Все переместились в гостиную. Парни уже немного «навеселе»: смех, падения, толкотня — от виртуальных игр они перешли к более активной игре между собой.

Я решила перемыть посуду, чтобы Бьянке не пришлось этим заниматься утром.

Сэм заметил моё отсутствие и нашел меня на кухне, усердно вытерающую чистые тарелки.

— Давай помогу, — сказал он тихо, забрал у меня полотенце и усадил меня на стул.

У него это дело получалось лучше и быстрее, ведь раньше мне крайне  редко приходилось подобным заниматься, у нас была Дороти. Которая постоянно причитала, если я сделаю хоть малую часть из того, что входит в её обязанности. В бессонные ночи перед каким-нибудь важным событием я начинала убираться. Это помогало избавиться от тревоги. Пока все дома спали, я могла переделать кучу дел, из-за чего у Дороти оставалось свободное время, а она крайне не любила сидеть без дела.

— Сэм, не стоило тебе помогать, ты же в гостях, — сказала Бьянка, заходя на кухню.

— Нам не сложно. К тому же тебя теперь нужно беречь, — он положил руку ей на живот.

— Я беременна, а не больна.

— Не злись. Утром больше поспишь, — Сэм обнял её за плечо.

— Элис, спасибо, что пришла. — Брюнетка взяла меня за руку.

— Это.... — Я хотела сказать, что нужно благодарить Сэма, если бы не он, я бы не приехала, но ответила иначе. — Это Вам спасибо, что пригласили.

Рэй и Сэм вышли в магазин, чтобы докупить алкоголь, который, казалось, исчезал на глазах быстрее, чем успевали его приносить. В квартире сразу стало немного тише, хотя смех и шум всё ещё наполняли пространство.

Бьянка решила утереть нос одному из своих друзей — кажется, его звали Бен. Они оба завалились на диван, погрузившись в игру, постоянно клацая кнопками на джойстиках, с улыбками, от которых казалось, что стресс и усталость полностью исчезли.

Я сидела на подлокотнике дивана, наблюдая за ними. Их лёгкая соревновательность и смех создавали атмосферу беззаботности, которую я так редко видела. Было что-то трогательное в том, как простые моменты превращались в маленькие радости: взгляд Бьянки, который говорил о заботе и внимании, движение рук Бена, когда он пытался выиграть, и мягкий хохот, который вырывался у обоих.

Время будто замедлилось. Я улыбалась сама себе и понимала, что даже маленькие вещи — совместные игры, смех и забота друг о друге — создают настоящую близость.

— Кажется, у вас с Сэмом всё серьёзно. —  Том подкрался ко мне незаметно, поэтому я слегла вздрогнула от его голоса.

— Мы... вроде как просто... — попыталась я ответить, но слова застряли в горле.

— Не вешаете ярлыки на свои отношения? — он ухмыльнулся.

— Да, вроде того, — выдохнула я.

Можно ли то, что между нами происходит, назвать отношениями. Раньше в моем детском мире отношения должны были складываться из крепкой дружбы, которая со временем должна перерасти в любовь, а чувства скрепится взаимоуважением и взаимопониманием. Или же как минимум начинаться с долгих разговоров по телефону и обычных прогулок по парку. Или же парень должен был быть сыном партнёра по бизнесу, что очень важно для моего отца. Вот Эддисон... Он вроде был моим парнем, но ниразу не поцеловал так страстно, как целует меня Сэм. С ним всё по-другому. Каждая клеточка моего тела желает быть рядом с ним, плавится от его прикосновений, поцелуев.

— Я тебя другой представлял. — Выпалил Том.

— Какой? — Мне хотелось спросить: "Что?" или: "Зачем ты меня вообще представлял?", но решила, что это будет лишним.

— Другой. Ты просто такая простая, совсем не соответствуешь своему статусу.

— Статусу? Даже и не знаю, воспринимать это как комплимент или обидеться.

Сэм спас меня от Томми, появился неожиданно, обняв меня за талию, явно пресекая покушение на меня. Словно показывая другу: Она моя.

— Не скучала?

Повисла немая пауза.

Между ними возникла тихая дуэль взглядов, но я оставалась рядом с Сэмом, обхватив руками его талию.

— Ты так быстро вернулся, что я не успела заскучать, — выдохнула я, пытаясь разрушить молчание.

— Ладно, — сказал он, осторожно смерив взглядом Тома, и вышел на балкон.

— Какой-то он странный... Тебе не показалось этого? — обратилась я к блондину.

— Это же Сэм, привыкай.

Я сделала глубокий вдох и последовала за ним.

— Всё хорошо? — робко обвила его талию своими руками и жадно вдохнула его приятный запах.

— Как всегда.

Он был холоден. Иногда мне казалось, что он борется с собственным "я", который почему-то разделился на черное и белое. Его тьма отталкивала меня, а эта крупица света озаряла меня время от времени. Но этого казалось мало. Хотя. Мне был привычен холод от людей. Без чувств и эмоций. Жизнь ради выгоды. Соответствуешь ожиданиям?! — Заслуживаешь похвалу. Очевидно для меня было нормой получать и довольствоваться малым в надежде получить что-то большее.

— Не замёрзла? — Стальной холодный баритон приобрел вновь мягкие нотки, отчего по моей коже пробежали мурашки, но уж точно не от холода.

— Нет.

Я облокотилась на перила и смотрела куда-то вниз на проходящих людей. Погода была отличной. Уже не лето, но всё так же тепло вечерами.

Мы просто стояли на балконе. Больше не сказав ни слова.

Сэм

Я затушил сигарету и бросил окурок в пепельницу — ту самую, что, кажется, давно была переполнена. Как и я сам.

Элис ушла обратно в комнату к ребятам, а я остался на балконе один.

Вроде бы всё было хорошо. Даже слишком.Но стоило мне увидеть её рядом с Томом, как внутри что-то неприятно сжалось. В голове тут же всплыло: а вдруг она уже знает о нашем споре? Вдруг он что-то сказал? Возможно, это всего лишь глупый спор, и Элис не воспримет это всерьёз, но после того, что я наговорил тогда в постели, любая искра могла стать бензином для и без того тлеющего пожара.

«Это нужно решить. И как можно скорее.С Томом надо поговорить.»

Вечер постепенно подходил к концу. Шум стихал, смех становился тише. Бьянка уже выглядела уставшей: она сидела в кресле, завернувшись в тёплый плед, и её лицо было непривычно бледным. Беременность давала о себе знать, как бы она ни старалась держаться.

Я подошёл и сел на подлокотник кресла.

— Мы поедем, Би, ладно?

Она понимающе кивнула, и на её лице мелькнуло заметное облегчение.

— Да, спасибо, Сэм, — тихо сказала она, поёжилась и инстинктивно обняла руками живот.

— Всё хорошо? — я положил ладонь ей на плечо.Бьянка улыбнулась и снова кивнула, будто не хотела привлекать к себе лишнее внимание.

— Если что-то понадобится — звони. В любое время.

Я повернулся к Эллисон. Она сидела на диване, рассеянно листая ленту в Instagram, но я видел — мысли её были далеко отсюда. Я взял её за руку.

— Пойдём, Барби. Бьянке нужно отдохнуть, а нам пора домой.

Она ничего не сказала — просто поднялась и пошла за мной. В этом молчании было что-то тревожное и одновременно доверчивое.

У самой двери нас догнал Том.

— Сэм, подбросишь? — спросил он, чуть понизив голос.

Я посмотрел на него пару секунд, словно взвешивая что-то внутри себя, и коротко кивнул:

— Да. Поехали. Без проблем.

Мы попрощались с Рэем и Бьянкой и спустились на улицу.

Эллисон открыла дверцу своей машины, включила зажигание. Мотор мягко заурчал, наполняя салон приглушённым урчанием.

Я подошел к ней и взял за руку.

— Если хочешь, мы можем поехать на твоей машине, — предложил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Ты завезёшь нас с Томом. Или можем оставить твою машину здесь, а завтра я приеду и заберу тебя утром и отвезу на учёбу.

Она слегка прищурилась, бросив на меня свой хитрый взгляд.

— Знаешь, — протянула она, — пожалуй, ты прав. Лучше поедем все вместе. Не хочу оставлять тебя с Томом наедине.

Я рассмеялся:

— Ревнуешь?

— Может быть, — игриво подмигнула она.

Том, стоявший рядом, усмехнулся:

— Вижу, у вас всё в порядке.

— Но на самом деле, Сэм, я поеду домой и обязательно напишу, как колёса моей машины заедут во двор. Договорились? — её голос звучал нежно и заботливо.

Я улыбнулся, чувствуя, как тепло разливается внутри:

— Хорошо. Но только не забудь написать.

Она кивнула, её улыбка стала ещё шире:

— Не забуду. И ты тоже напиши, когда доберётесь.

— Договорились, — я наклонился и быстро поцеловал её в щёку.

Эллисон села в машину, помахала нам на прощание. Я смотрел, как её автомобиль плавно трогается с места, чувствуя, как внутри разливается какое-то странное тепло.

— Ну что, Том, погнали?

— Погнали, — ответил он, открывая дверь моей машины. — Но сначала объясни мне, что между вами происходит. Выглядите как влюблённые.

— Не твоё дело, — ответил я резче, чем хотел.

— Ха-ха. Конечно, конечно.

Мотор моей машины заурчал, и я стал плавно выворачивать руль, чтобы выехать со двора.

Когда я повернул голову направо, чтобы проверить нет ли машин, заметил, что Том изменился в лице, став более серьёзным.

— Теперь мне нужно отдать тебе свою машину? — спросил он, глядя прямо перед собой.

— А можешь сделать вид, что спора не было? И каждый останется при своём? — предложил я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Ну да, ну да. Ты будешь с девушкой моей мечты, а я с машиной, — в его голосе прозвучала горечь.

— Ты же понимаешь, что я этого не планировал. Всё случилось, как случилось, — произнёс я, чувствуя себя виноватым.

Том вздохнул и откинулся на сиденье. Его слова ударили меня наотмашь — я до сих пор не мог поверить, что из-за собственного эго причинил другу боль.

— Знаешь, Сэм, я ведь правда в неё влюблён. Всегда был, — тихо сказал Томми, и я почувствовал себя последним подонком.

— Я знаю, Том. И именно поэтому хочу всё исправить. Этот спор... он был ошибкой, к тому же ты же влюбился в картинку, а не в человека, — ответил я, сжимая руль до боли в пальцах.

— Ладно, забудем. Закинь меня домой, — его голос звучал отстранённо, и я понимал, что ему нужно время, чтобы всё переварить.

Я молча кивнул, чувствуя тяжесть на душе. Этот разговор оставил неприятный осадок, и теперь в салоне машины повисла тяжёлая тишина. Пальцы машинально крутили руль, а мысли крутились вокруг произошедшего.

Включил радио, чтобы разбавить гнетущую атмосферу, но музыка только подчёркивала наше молчание. Каждый поворот, каждый светофор казались бесконечными. Я пытался найти нужные слова, чтобы разрядить обстановку, но понимал — сейчас не время.

Том жил недалеко, и вскоре я припарковался у его дома. Он вышел из машины, не прощаясь, и я видел, как он медленно идёт к подъезду, опустив голову.

Выезжая со двора, я посмотрел в зеркало заднего вида. Том всё ещё стоял у подъезда, словно не решаясь войти. Я вздохнул. Но что я могу сделать?