Часть 31

«Она чувствовала - его взгляд был тише любых признаний, но правдивее всех обещаний.»

Лили медленно спускалась по мраморной лестнице, её красное платье мягко струилось по ступеням, отражая свет люстр. Каждый шаг отдавался тихим эхом по залу, и время будто замерло. Айзек, разговаривающий с Пагсли у подножия лестницы, вдруг поднял взгляд - и всё исчезло. Осталась только она.

Он смотрел на Лили, будто впервые видел свет после долгой тьмы. Его губы чуть дрогнули, и тихо, почти шёпотом, но достаточно громко, чтобы она услышала, произнёс:

- Ты - как дыхание между огнём и тенью. На тебя невозможно не смотреть.

Лили смутилась, щёки порозовели, и она чуть опустила глаза, но потом всё же посмотрела на него - прямо, открыто, будто этот взгляд был признанием.

Айзек шагнул к ней, не обращая внимания на музыку, на толпу, на то, что вокруг кто-то смеялся и танцевал. Его рука мягко коснулась её щеки - пальцы осторожно, почти трепетно, прошлись по коже, будто боялся разрушить этот миг.

Он наклонился ближе, и их губы встретились.Поцелуй был тихим, но полным всего - нежности, доверия, чувства, будто они оба знали, что впереди может быть буря, но сейчас... только они. Мир исчез, остался лишь сладкий вкус этого мгновения.

Когда они отстранились, дыхание Лили сбилось. Она тихо прошептала, глядя в его глаза:- Зачем ты... перед всеми?

Айзек улыбнулся, уголки его губ дрогнули, и он ответил, почти шутливо, но с теплом в голосе:- Всё равно никто не видел.Он наклонился ближе, добавив чуть тише, так, чтобы слышала только она:- И я знаю, что тебе понравилось.

Лили едва сдержала улыбку - и в её глазах мелькнула искра, такая же яркая, как отблеск света на её платье.

Они вошли в общий зал, наполненный мягким светом и тихими переливами музыки. Хрустальные люстры отбрасывали на стены золотистые блики, а в воздухе витал аромат цветов, смешанный с лёгким волшебством - будто сама ночь решила стать красивее ради этого мгновения.

Айзек взял Лили за руку, его пальцы мягко переплелись с её - тёплые, уверенные. На мгновение он посмотрел ей в глаза, и в этом взгляде было всё: нежность, восхищение, тихое обещание быть рядом.- Можно пригласить вас на танец, мисс? - сказал он чуть насмешливо, но в голосе звучала искренняя ласка.

Лили едва сдержала улыбку, слегка поклонилась и ответила шёпотом:- Я бы не променяла этот танец ни на что.

Музыка стала медленнее. Они начали двигаться - плавно, легко, будто весь мир вокруг исчез. Айзек держал Лили за талию, ведя её в ритме мелодии. Её платье кружилось вокруг, словно языки красного шелкового пламени, а каждый их шаг был как дыхание - тихий, в унисон.

Она ощущала его руку, его тепло, ровное биение сердца, и чем дольше длился танец, тем сильнее хотелось, чтобы он не кончался. Айзек чуть наклонился, его щека едва коснулась её виска, и Лили почувствовала, как всё внутри дрожит - не от страха, а от нежности.

Музыка стихала. Зал будто растворился во мраке и свечах. Только они - вдвоём.Лили подняла голову, посмотрела в его глаза, и с лёгкой улыбкой прошептала - так, что слышал только он:- Я тебя люблю.

Слова прозвучали тихо, но в них было больше силы, чем в любом заклинании.

Айзек замер, а потом его лицо озарилось - будто в нём вспыхнул свет. Он улыбнулся - по-настоящему, тепло, с какой-то искренней радостью, и прошептал в ответ, почти касаясь её губ:- А я люблю тебя.

И в этот миг время перестало существовать - были только они, двое, в объятиях света и музыки, под небом, где звёзды будто танцевали вместе с ними.

Тихие ноты медленного танца растворялись в зале, когда Лили и Айзек кружились, не замечая никого вокруг. Его рука держала её крепко, глаза светились мягким теплом, и весь мир, казалось, сжался до их дыхания.

Но вдруг рядом появилась Агнес - взволнованная, серьёзная, с тревогой в голосе:

- Не хотела прерывать, - сказала она, - но я не видела директора с самого начала бала. Он просто исчез.

Лили хотела что-то ответить, но в её голове вдруг вспыхнул глухой шёпот. Холод прошёл по позвоночнику, будто кто-то дотронулся до души.

«Сегодня ты умрёшь... сегодня ты будешь моей...»

Голос зверя. Глубокий, тянущий, шипящий, будто шёл из самой земли.

- Лили? - испуганно позвал Айзек, видя, как она побледнела.

Но Лили уже не слышала его. Её взгляд потускнел, губы дрогнули, и, словно ведомая невидимой силой, она развернулась и побежала прочь - из зала, через коридоры, к дверям Невермора.

- Лили! Стой! - крикнул Айзек и бросился следом.

Холодный ночной воздух ударил в лицо. Ветер рвал её волосы, платье путалось в ногах, но Лили бежала, не чувствуя ни боли, ни страха - будто чья-то воля вела её прямо к сердцу леса.

Айзек мчался за ней, перескакивая через корни, скользя по влажной земле. Ветки хлестали по щекам.

- Лили! - его голос эхом отдавался в темноте.

Но внезапно кто-то выбежал сбоку. Из тени появились три фигуры в тёмных плащах. Прежде чем Айзек успел среагировать, его схватили - резко, мощно, слаженно. Один заломил руки за спину, другой накинул на шею петлю из странной верёвки, третья фигура поставила к его груди острый металлический прут.

Айзек рванулся, но верёвка начала светиться синим - это была антимагическая ловушка. Он не мог использовать свои способности.

- Чёрт! - выдохнул он, пытаясь вырваться. - Отпустите меня, вы не понимаете, что делаете!

Но преследователи только сжали хватку.

А в это время Лили уже вышла на поляну. Луна стояла прямо над головой, и всё пространство перед ней будто ожило: огромный каменный алтарь, усыпанный древними символами, а вокруг - десятки людей в чёрных плащах. Их капюшоны скрывали лица, но каждый держал в руках амулет с изображением зверя.

Перед алтарём стоял Барри Дорт. Его глаза горели безумием и силой.

- Вот и ты, дитя Рози, - произнёс он, улыбаясь. - Ключ наконец вернулся в храм.

Лили тяжело дышала, сердце стучало в висках.

- Что... что вы делаете? - прошептала она.

Из толпы вышла фигура и сняла маску.- Одри!.. - выдохнула Лили.

Одри стояла прямо перед ней. Взгляд холодный, губы - тонкая линия.- Пришло время тебе расплатиться за грехи твоей матери, - прошептала она и подняла кинжал.

Лили отшатнулась, но двое преследователей подхватили её за руки и опустили на колени прямо в центр начертанного красного круга.

Барри поднял руки к небу. - Пусть кровь потомка Рози пробудит древнюю силу! Пусть зверь восстанет из алтаря!

Одри подошла к Лили, схватила её за руку и провела лезвием по ладони. Кровь закапала на камень - и земля под ними содрогнулась.

Из трещин пошёл красный свет. Воздух стал тяжелее, небо заволокло дымом.И вдруг земля разверзлась - из глубины поднялась тварь. Огромная, чёрная, с рогами, глаза - как две раскалённые луны.

Голос зверя был как удар грома:- Рози запечатала меня кровью, но теперь кровь её дочери освободила меня...

Лили смотрела на него, глаза полные ужаса, но в то же время решимости.

- Моя мать сделала это, чтобы защитить мир! - крикнула она.

- Твоя мать обрекла меня на вечные муки! - рявкнул зверь. - И теперь ты разделишь её судьбу.

Барри рассмеялся. - Вот и настал час возмездия.

Айзек тем временем вырвался из рук преследователей, сбросив их силой ярости. Он бежал через лес, спотыкаясь, с разбитыми руками, чувствуя только одно - Лили в опасности.

Он выскочил на поляну, когда зверь уже полностью пробудился. Лили стояла на коленях, а вокруг неё пылал круг. Айзек бросился к ней, но в тот же миг его схватили снова - два преследователя сзади. Он боролся, но не мог добраться до неё.

- Лили! - крикнул он изо всех сил. - Не слушай их! Не дай ему взять твою силу!

Лили подняла голову. Ветер трепал её волосы, глаза светились отражением огня.

И даже сквозь ужас она прошептала:- Я не дам...

Земля снова задрожала. Пламя поднялось выше. Лили чувствовала, как её силы покидали её.