Глава 34. Маки расцвели в свете алого солнца

Мак означает вечный сон на языке цветов и является цветком богини Деметры, чья дочь Персефона стала богиней подземного царства. Интересный факт о Персефоне: древние греки боялись эту нежную богиню весны и плодородия больше, чем её мужа Аида

– Ян.

Спокойный женский голос прозвучал в полупустом коридоре. Мужчина, стоявший до этого с какими-то бумагами, обернулся на него. Задумчивость плавно сменилась нежной улыбкой.

– Ваше Величество, – счастливо произнёс он, склоняя голову.

Уже четвёртый год, как они находились в Жжёных землях, а Ян называл Лилит именно так. Дворец их усилиями был уже восстановлен и закончен. Не такой большой, каким его хотел видеть предыдущий самопровозглашённый король, но по-прежнему готически прекрасный, холодный и мрачный. Лилит привыкла к готичности, постепенно привыкала к мрачности, но холод всё ещё заставлял её незаметно зябко вести плечами и аккуратно проходить ладонями в перчатках от плеча до запястья.

Лилит бросила взгляд на стражника, стоявшего на приличном расстоянии от Яна, и подошла ближе.

– Из темницы несёт таким сильным и неприятным запахом, словно там что-то жгли.

– Ты была в темнице?

Он моментально переменился в лице. Выпрямился, слабо нахмурился, а в светлых глазах промелькнуло неодобрение. Лилит мягко покачала головой.

– Нет, просто мимо прошла.

Поэтому меня это и забеспокоило. Я решила найти стражу или тебя, чтобы узнать.

– Может тебе стоит взять кого-то в личное услужение?

– Нет необходимости. Я прекрасно справляюсь с тем, чтобы защищать и себя, и других. Ты сам говорил – чем меньше стражи, тем меньше предателей. А если они захотят меня забить во сне?

– Тоже верно, – с обречённостью согласился он.

Он всегда искал способы обезопасить их. Лилит было жаль его разочаровывать отказом.

– И всё же, темница..

– Не стоит твоего внимания, – отмахнулся он слишком буспечно. Но увиддев её удивление, он уточнил, – Мы поймали одного огненного мага. Он пытался на тебя напасть, но мы перехватили его ещё в самом начале – тот напоролся на стражника. Сейчас его пытают.

Лилит кивнула и поджала губы. Она ненавидела пытки. Но здесь это была необходимая мера, как и те показательные казни, которые ей приходилось проводить ранее. Некоторые безбашенные смельчаки до сих пор время от времени пытались нападать. Страшно было представить, что было бы, если Лилит с Яном не делали всё это.

– Но ведь в старом туннеле твоя мастерская, – покачала она головой, – Может тебе стоит её перенести? Тебе ведь приходится либо откладывать свои дела, либо слушать и видеть все это зверства.

– Ваше Величество, – мягко произнёс он, словно объясняя что-то очевидное.

Лилит вздохнула, но смолчала. Она не любила, когда с ней говорили этим снисходительным поучительным тоном, но Ян всегда был прав. И он сделал чересчур много для неё, и Лилит была ему благодарна за всё это.

– Я ваша правая рука. Ваша безопасность для меня первостепенна, и подобные.. ситуации тоже являются частью моих обязанностей. Да, я знаю, что беру на себя слишком много. Но на вас ведь весит ещё большая ответственность. Боюсь, мы пока не знаем здесь никого, кому могли бы доверять так же, как друг другу. И вероятно, не найдём никогда. Даже наши стражники, никто не понимает, почему мы пришли сюда, почему мы так поступили. Никто. Ни здесь, ни за барьером нас не понимает и, увы, это приходится принимать как неоспоримый факт и действовать, исходя из этого факта.

Лилит всё это прекрасно знала. Она лишь хотела хоть немного облегчить его ношу. Как и он всегда заботился о ней.

Так она всегда считала. И оказалась наивной дурой.

Ей всего лишь нужно было хотя бы раз за эти годы поискать его мастерскую. Выпытывать то, чем он там занимается было глупым – Ян прекрасно врал в лицо, никогда не путаясь в этой паутине лжи, да и сама её напористость насторожила бы его.

Она думала, что они действовали заодно. На благо Ливраля и ливрийцев. На деле же, он её использовал. Пытался сделать своей марионеткой, но не учёл того, насколько на самом деле Лилит дорожила своей семьёй.

В другой раз, который Лилит сумела вспомнить, ища в воспоминаниях звоночки, которые она так позорно пропустила, он почти прямо сказал ей не ходить в темницу. Потому что ей там не понравится. Лилит слышала оттуда приглушённые крики, когда в очередной раз проходило мимо. Стражники уже стояли там и не шелохнулись. Ян сказал, что было предвращено очередное нападение. Что того схватили, бросили в тюрьму, но он едва не убил стражу и попытался сбежать. Лилит поняла, что нападавшего убили. И что это было кровавое месиво. Ян красноречиво обходил эти слова, но она легко читала намёки. Особенно те, которые, как оказалось, Ян хотел, чтобы она считала.

Лилит не любила убивать, не любила смерти. Особенно такие. Ян прикрывает её тыл, она сама дала на это позволение.

Теперь она знала, как Ян мог их пытать. И учитывая всё, что она теперь знала, Лилит могла предположить, как он мог это устроить, и ей это совершенно не нравилось.

Возможно, ей стоило попросить матушку позволить ей вернуться в мир людей. Возможно, Мэри не позволила бы ей сидеть в комнате и сходить с ума от собственных мыслей и чудовищных догадок. Но тогда она была настолько уставшей, что почти без колебаний согласилась вернуться в свои покои и отдохнуть.

Отдыхать не выходило. Она сходила в купель, отмыла себя от сажи, крови. В основной комнате уже обработала раны и ожоги. Переоделась в лёгкое сиреневое платье и легла на кровать в надежде провалиться в тьму без сновидений. Но она явно этого не заслужила. Поэтому иногда вставала и краем глаза видела, как в отражении зеркала ходил туда-сюда светло-лиловый призрак.

Она остановилась. Тяжело вздохнула и осторожно посмотрела на своё отражение. Это выглядело невыносимым. Видение Глаз Мойры настойчиво билось в воспоминаниях, не желая быть забытым, и теперь всё стало ещё сложнее.

Лилит пришлось признать, что ей не нравилось её отражение. Она уже привыкла к своей изменившейся внешности. А это.. Выглядело так, как если бы змея пыталась влезть обратно в свою старую детскую кожу. Только вот у Лилит и вариантов не было. Совет и так её не переносит, и нимфа знает, что не только их Малый совет. Ей нужно было доказать, что она не испорченная. Не злая тварь. Что она действительно не знала о планах Яна. Если она покажет хоть малейший знак того, что это не так, то последствия могут быть ужасными.

Лилит не хотела огорчать ни мать, ни сестру, не хотела взваливать на них больше дерьма, с которым им бы пришлось разбираться. Поэтому она сжала губы и подошла к зеркалу проверить, не ослабли ли её чары, пока она помогала уничтожить источники возгораний.

Не заметив тёмных прядей, девушка всё равно нахмурилась. Прозрачное оранжевое пятно появилось на поверхности. Лилит хотела взять салфетки и попытаться оттереть, но едва она отвернулась, как краем глаза заметила, что пятно стало стремительно увеличиваться.

Лилит отскочила назад, резко вернув взгляд. Обернулась. Сердце ухнуло вниз.

Девушка мгновенно создала множество вереска. Мара зашипела и отлетела дальше, закрывая лицо руками, словно маленький котёнок.

Лилит нахмурилась и пригляделась. Светло рыжие буйные кудри? С каких пор у мар волосы перестали становиться почти чёрными? Белое разодранное платье, похожее на старое дешёвое покрывало. Под ним виднелась кремовая в крапинку ночнушка. Это то, в чём она погибла. В ночнушке.

Мара дёрнулась ещё, продолжая шипеть и тереть глаза. Лилит заметила, что ночнушка была не только кремовой, она была заляпана кровью.

Лилит могла запросто избавиться от неё, что и собиралась сделать. Но занесённая рука замерла, а чары рассеялись, когда на неё из пустых глазниц посмотрели светящиеся голубые радужки.

На лице нечисти появляется насмешливая улыбка. Она посмотрела на неё. Смотрела внимательно. А затем ослабшая улыбка вновь расцвела на бледном лице, и мара сделала шутливый поклон. У Лилит перехватило дыхание.

– Анжелика?

Лилит в ужасе закрыла рот ладонью. А мара насмешливо склонила голову в бок – почти неестественно. Словно ещё немного и она полностью провернёт голову так, как не способен живой человек. А после выпрямилась и уже серьёзно кивнула.

Лилит в ужасе еле дышала. Лика.. Её школьная подруга и теперь стала марой.

Они ведь поссорились тогда, и больше не разговаривали. Поссорились, что ужаснее всего, из-за какого-то парня. Анжелика ушла с головой в отношения со своим ухажёром, а Лилит в план по спасению Ливраля. Разошлись своими дорогами и как в итоге встретились вновь?

У неё подкосились колени, но даже так она сумела остаться на ногах. У Лилит целый ворох вопросов, но она была не в состоянии задать ни один из них. Быстро взяв себя в руки, она осмотрелась по сторонам. Подошла к стене и пустила по ней тонкую струйку чар.

Стражники были недалеко. Они больше не контролировали каждый её шаг, но стояли, вероятно, на всякий случай. Посторонних не было. Она даже заглянула в открытое окно, через которое Анжелика, по всей видимости и попала сюда.

Тогда Анжелика протянула подруге руку. Так, как делала это всегда – ладонью вверх, со слегка растопыренными пальцами и поднятым большим. Раньше бы Лилит без раздумий взялась за протянутую ладонь и побежала за подругой. Сейчас мара так же звала её за собой. Лилит однажды уже пошла за одним монстром, которому доверяла, так насколько сильно она будет себя корить, если поступит так и во второй раз?

Тем не менее, Лилит пошла вперёд. Мара проскользнула наружу через большое круглое окно. Лилит прошла дальше и распахнула стеклянные двери балкона.

Она прикрыла их, не оборачиваясь. Глубоко вздохнула, жмурясь закатному солнцу, вышедшему из-за туч. А после раскрыла крылья и сбежала из дворца вслед за марой.

Она летела быстро, стараясь не отставать и уворачиваться от ветвей. Лика время от времени оборачивалась и иногда заметно ускорялась. В какой-то момент Лилит даже показалось, словно та от неё сбегала, а не пыталась что-то показать.

Так они пролетели несколько пепелищ. Лилит старалась не смотреть. Это было её виной в той или иной мере. Она была готова нести груз ответственности, но смотреть в живую было слишком тяжело. Сейчас было не до самоненависти.

Анжелика привела её на какую-то небольшую тёмную опушку, затерянную посреди бескрайнего леса. Лилит не понимала зачем, пока не заметила, что она покрыта цветами феникса. тёмно-зелёными. А значит, выросшими уже очень давно.

Сердце болезненно сжалось. Она осторожно ступила на землю, убрала крылья. Но теперь Анжелика вела её куда-то дальше. И Лилит пошла. Так же молча, не задавая вопросов. Она должна была задавать вопросы раньше. А сейчас – принимать последствия и не подставлять под удар других.

Они пришли на другое пепелище. Гораздо крупнее и выжженое совсем недавно – там не было ни одного проблеска огневиц. Зато посреди него сидел человек.

Лилит осторожно подошла ближе, выходя из-под защиты обугленных, но живых деревьев. Силуэт был странно знакомым, но что тут мог забыть кто-то из тех, кого она знала?

Она стала вглядываться. Каштановые с рыжиной волосы порядели из-за седых прядей. Его одежда была такой знакомой.. А после Лилит задохнулась.

– Ансельм.

Первым порывом Лилит было помочь ему, но она быстро остановилась и отошла на несколько шагов обратно. Парень вскинул голову. Лицо, усеянное морщинами и такими знакомыми магическими шрамами.

– Ян, – выдохнула она в ужасе.

Он услышал. И криво усмехнулся.

Глаза были разные. Один глаз – серо-голубой. Второй – каре-зелёный.

От этой усмешки, от понимания произошедшего, в Лилит моментально вскипела кровь. Ядовитая ярость потекла по венам вместе с кровью и искрами.

Ян направил на неё какую-то атаку. Не слишком сильную, вероятно, рассчитывая на те зелья, которыми он её пичкал. Но просчитался вновь. Лилит легко отбила его атаку, приструнила оставшиеся растения и схватила лианами его за горло. И всё это за несколько быстрых минут.

Лилит не запыхалась, но дышала тяжело. От гнева. От жгучей ненависти. Ей потребовалось большая часть своей сдержанности, чтобы не сжать пальцы в кулак. Она оставила их, словно держала шар растопыренными скрюченными длинными пальцами. На самом деле она удерживала магический поток и лианы, обвившие Яна.

Ансельма было уже не спасти. Он убил его. Вытеснил его астральное тело и захватил физическое. Паразит. Самый настоящий паразит.

Ансельм был сильным магом. Если бы только у него была возможность обучаться магии вне барьера.. Но даже сейчас более тёмный глаз словно дёрнулся в узнавании и шоке. Что-то от бедного парня ещё оставалось в нём и сопротивлялось. Лилит сделала вид, что не заметила, чтобы не дать Яну возможность задеть её за живое.

– Всё-таки выжил.

– Какое горячее приветствие, Ваше Величество.

Он усмехнулся, словно всё ещё влиял на всё происходящее.

– Приношу свои извинения, – он попытался склонить голову в насмешливом поклоне, но лианы не дали. Быстро почувствовав, что так он быстрее задохнётся, Ян резко вскинул голову назад и подавил злость на дне зрачков, – Боюсь, возвращение потребовало гораздо больше времени, чем я надеялся. И всё же, – гадкая улыбка снова расползлась на полностью его стороне лица, – вот и я. Скучала?

– Прекрасно, – спокойно ответила Лилит, приструнив собственную ярость. Это на мгновение сбило его с толку, – Тогда продолжим с того, на чём закончили?

Она коротко и ядовито усмехнулась. Этот день и всю ту ситуацию она запомнила во всех красках, разбирая их на крошечные детали и рассматривая каждую со всех сторон. Она пыталась понять, что сделала не так. Что она могла изменить. Почему она вообще верила ему.

– Ты превратил этих несчастных существ в живые факелы, – Ян усмехнулся, явно гордясь собой, – Как?

– Ты действительно думаешь, я.. Кхе.. Кхрхех..

Он начал задыхаться. Лилит лишь немного поджала пальцы, как лианы среагировали. Он не мог оторвать рук от тела. Не мог уклониться от лиан, как бы не вытягивал шею. Он рухнул на колени, и только тогда Лилит вернула пальцам прежнее положение. Ей было больно делать это. Но он сам сделал из неё это чудовище. Если ему доставляет такое удовольствие издевательство над другими, так пусть упивается результатом своих действий по-полной.

– Так уж и быть, повторю вопрос. Как ты сделал из них фёхру?

Ему не требовалось пояснений. Он всегда был очень умным мужчиной, что и покорило её в прошлом.

– Никак, – откашлялся он, – Я не делал этого специально. Просто побочный эффект.

От злости, её пальцы сами сжались, придушив мужчину вновь, пока Лилит не осознала, что делает.

– И сколько их таких ты тоже не знаешь, верно?

Он панически замотал головой. Не был ещё в силах отвечать. Вероятно, Лилит немного переборщила, но извиняться не собиралась.

– Ты убил своих родителей.

Это не было вопросом, и вообще не касалось саму Лилит – она их никогда не знала в этой жизни. Но почему-то ей было важно уточнить.

Яно смотрел на неё непонимающим взглядом. Но спустя время всё же кивнул. Он действительно это сделал. И он совершенно точно об этом не жалел. Зная Яна, это не было чем-то спонтанным. Он всегда тщательно продумывал каждый свой шаг и каждое своё словно. Планирование собственных родителей.. Это не хотело укладываться в её голове. Но она продолжила расспрос.

– И ты причастен к геноциду людей.

Ян не ответил. Его тонкие губы сжались в ещё более тонкую линию. Он не понимал, зачем ей всё это. Не понимал её мотивов. А потеря контроля пугала его больше перспективы быть задушенным вновь.

Лилит гордо приподняла голову, смотря на него сверху вниз. Анжелика была где-то рядом и пряталась в тенях. Она чувствовала, как её прожигают взгляды из теней, но больше не боялась их. Тварь из её самых страшных кошмаров стояла сейчас перед ней абсолютно растерянная и беззащитная. Это был первый раз, когда она так зло радовалась тому, что Ян был травником.

– Ты пропустил людей сюда?

Ян зло скривился, без слов говоря: "Не принижай мои способности маленькая дрянь".

– Просто впустил? Да я потратил годы на то, чтобы найти этих тупоголовых и промыть им мозги так, чтобы они с улыбками добровольно насаживались на колья смерти. Я предупреждал этих снобов и братца. Но они предсказуемо не послушали. И тогда я позволил им войти. Этим обезумевшим от страха и ненависти людишкам. Ты хоть представляешь, скольких сил это требовало? Сколько всего нужно было учесть, сколько держать под контролем, чтобы они наверняка убили моего солнечного братца? А ты "просто пустил"! Ха!

Лилит покачала головой, словно он был неразумным ребёнком, не понимающим, что вытворяет и мечтающим о невозможном. Ей бы хотелось залезть к нему в голову и узнать, на самом ли деле его семья была такой ужасной. Но поскольку она не могла так сделать, она верила тем фактам, что были у неё на руках.

– Ты вообще должна быть мне благодарна! – выкрикнул он.

Лилит удивлённо, но сдержанно вскинула брови в удивлении. Благодарна? За что именно она должна вообще быть ему благодарна?

– Если бы я не утилизировал своего братца, – на слове "утилизировал" Лилит задохнулась. Ему это понравилось, – ты и твоя драгоценная сестрёнка не родились бы.

Анжелика выплыла из теней. Лилит моментально заметила её. Подруга его знала. Знала и целенаправленно привела её сюда, но оставалось непонятно – зачем. Лика смотрела на него со злостью. Лилит это нравилось ещё меньше.

– А ну, кышь, – попытался отмахнуться Ян, но физически не мог, поэтому лишь презрительно сморщился. Он тоже заметил Анжелику.

– Ты её убил? – бесцветным голосом спросила Лилит, хотя хотелось кричать.

Ян фыркнул.

– Нет. Эту я призвал уже будучи марой. Её смерть точно не моя вина.

Мара попыталась на него напасть, но Лилит не позволила. Знала, что у неё это не выйдет, но побоялась подпускать её ближе. Вдруг у него были запрятаны ещё пара тузов в рукавах.

– Он того не стоит.

Ян снова фыркнул. Но на этот раз из-за задетого самолюбия.

– Милая, – протянул он, словно его жизнь не зависела сейчас от неё, – ты ведь не убьёшь меня. У тебя духа не хватит, ты меня слишком любишь.

– Какая самоуверенность.

– Будь это не так, ты бы со мной даже разговаривать не стала. И не закрывала бы глаза все эти годы на все мои секреты, что то и дело так и норовили выползти наружу. Ты думаешь, они тебя действительно когда-нибудь простят? – он засмеялся, – Моя ты драгоценная, оглянись вокруг. Открой свои прелестные глазки и посмотри по сторонам. Они используют тебя, потому что сейчас есть угроза гораздо страшнее. И как только ты от меня избавишься, ты и их избавишь от этой проблемы. И вот тогда они возьмутся за тебя всеми своими цепкими конечностями. Я тебе нужен. Подумай хорошо, прежде чем сделать необдуманный поступок без возможности что-то исправить.

Лилит знала, что была им очарована, была ему благодарна, может даже и правда любила его когда-то. Но за последние годы, в свете всех событий и правды от всех этих чувств не осталось ничего, кроме пепла. Но она ему это не сказала. Просто стала смотреть, что же он будет делать дальше.

Лаванда и дурман выросли подле него. Недоверие и обманчивая привлекательность. "Я знаю твоё истинное лицо" – говорили они без слов.

Ян усмехнулся, увидев растения. Он точно знал их значение. но это не помешало ему снова перевернуть их шахматную партию и попытаться взять контроль.

– Твои волосы, – словно только сейчас заметил он, – Не думал, что они станут прежними, тем более так быстро.

"А они и не стали прежними," – пролетел моментальный ответ в голове девушки, Моментально её догнала другая мысль: "Я никогда не стану прежней". Но и тут она не произнесла своих мыслей вслух. Зато сказала другое.

– Знаешь, что точно никогда не станет прежним? Маленькая доверчивая принцесса внутри меня, – кривая улыбка мага погасла. А со следующей фразой и вовсе сползла на нет, – Я буду молиться Матушкам, чтобы в следующей жизни тебе хватило мозгов ценить то, что у тебя есть.

Он раскатисто рассмеялся.

– Ты – монстр. Ты действительно монстр, – его смех был маниакальным, – Там, где ты прожила столько лет никто другой выжить не в состоянии.

– Если для того, чтобы защитить тех, кто мне дорог, я должна стать монстром, то именно это я и сделаю.

Она чуть повела рукой, и Ян моментально задохнулся своим смехом от вспышки боли.

‐- Это тебе за мою сестру, – спокойно ответила Лилит, почти чувствуя, как его кости рук с треском сломались.

– Это – за мою семью, – в этот раз Ян уже закричал, – За Демьяна и за Жана. За Лиру и Мирона. За Велеса, за Андрея. За Валиру, Ермила, Тимира. За Вангъяла и Бехруза. За Ансельма. За Её Высочество осеннюю принцессу Вивьен, погибшую в одном из этих пожаров. За царевну Асмиру и царевича Шахида, погибших во время твоего первого геноцида. За Таисию Агату, ундину, которую ты запытал до смерти, ты помнишь? За Семёна и Асию, которых ты заразил. За Ансельма, чьё тело украл. За Сальвию и Сельму, погибших в пожаре, устроенным тобой.

Ян кричал в агонии. Все его кости одна за одной болезненно трещали и ломались под давлением лиан. Из них же стали вырастать шипы, которые впивались в его тело. Медленно и очень болезненно, но не так заметно на фоне остальной боли.

– А это – за меня и за всех тех, к чьей смерти ты причастен.

Лилит подошла к нему. Лианы обвились плотнее. Не оставляя ничего, кроме его головы открытым. Не давая ему абсолютно никакой возможности пошевелиться.

– Но в кое-чём ты был действительно прав, – спокойно, почти нежно произнесла она. Эта нежность читалась в её фиолетовых глазах и сбивала с толку, заставляя задержать дыхание и задыхаться от этого сильней, – Я благодарна тебе за дагни. Они – одно из лучшего, что случалось в моей жизни.

Она наклонилась и оставила нежный поцелуй на лбу.

– Прощай Ансельм. Мне жаль. Я люблю вас, – тихо сказала она едва не срывающимся голосом, смотря в разные глаза.

А после шипы удлинились, словно иголки. Лианы выпустили яд и зацвели. Ян обмяк, успев лишь хрипло, задушенно вскрикнуть.

Она отошла всего на несколько шагов. Слёзы подступили к глазам и душили. Это был конец, и она оказалась к нему не готова. Слишком внезапно. Кошмары ещё долго будут догонять её по ночам, не давая жить дальше.

Но дальше стало происходить то, к чему никак нельзя было подготовиться. Лилит никогда не видела, как душа покидала тело, и не думала, что когда-нибудь увидит. В небе раздался оглушительный гром, следом моргнула молния.

Белая тень ещё не успела потемнеть и даже просто полностью высвободиться из оболочки, как на неё налетела серая, уже темнеющая тень Ансельма. Лилит задержала дыхание, узнав его. Вероятно, он высвободился первее.

Лес задрожал. Воздух словно завибрировал от поднявшегося шума. Через какое-то время из теней растений стали выбегать самые разные твари. Теневые, кикиморы, шишиги. Было ещё пара мар и кто-то ещё. Многие из них тяжело узнавались, они сливались в один большой ком, окружая Яна.

Послышался гул и приглушённые крики. Лилит от ужаса упала, руками удерживая себя сидя на земле. Всё это полчище стало рвать, драть когтями и клыками душу Яна. Воздух вокруг них начал вспыхивать светом. Это напоминало ураган из душ и яростной грозы. Астральное тело Яна только начало обретать свои черты из бесформенного пузыря, но не надолго – духи яростно разорвали его душу на мелкие частицы, обратив в искры, преобразившиеся в пепел.

Лилит беззвучно смотрела за этим. Она не пыталась это прекратить или как-то вмешаться. Она не сбегала. Просто смотрела за пиром теней, слушала их визги, вопли, злорадный смех.

Одна душа стояла в стороне, с сочувствием и болью смотря за происходящим. Он обратил внимание на Лилит и мягко, но горько ей улыбнулся. Он просто левитировал, чуть светясь, но не вмешивался.

Взгляд нежно-розовых бусинок глаз задержался и превратился в рассматривание. На какое-то мгновение ей показалось, что сейчас налетят и на неё, но это чувство быстро растворилось. Она была им не нужна. Они пришли не за ней. А потом тень склонилось в почтительном поклоне. И тогда уже Лилит стала рассматривать его.

Что-то знакомое было в нём. Словно когда-то давно она его уже видела.

А потом её озарило пониманием.

– Герман? – осторожно спросила она. Улыбка мужчины стала словно немного счастливее. Он кивнул. И положил ладони к сердцу.

Лилит показалось, что так он просил передать маме о том, что он помнит о ней. Она не знала, сумеет ли выполнить эту его просьбу.

Обычно никто, кроме магов и нимф пространства и времени не мог видеть теневых. Но почему-то Ливраль позволил ей увидеть всех их сейчас. Или это произошло от того, как много их здесь сейчас было? Пышущих яростью, злобой, отчаянием и болью?

Всё представление закончилось быстро, но для Лилит казалось, словно оно длилось целую вечность. Анжелика в этом тоже участвовала. Лилит увидела, как она отделилась от остальных, когда всё закончилось, и полетела прямиком к ней. Такая довольная.. Лилит даже залюбовалась ей, на мгновение позабыв и о том, что подруга давно мертва, и о том, что здесь только что произошло.

Она подлетела и остановилась совсем близко. Лилит подобрала ноги под себя и села на них. Анжелика опустилась ниже и со словно застывшими слезами в глазах, которых там быть просто не могло, протянула к ней руку. И тогда Лилит увидела последние часы её жизни.

Одной из возможностей мар была способность показать свои воспоминания. Те немногие, что сохранялись у них, а от того всегда очень важные. Воспоминаниями Анжелики стала боль. Бесконечная боль в каждой клеточке тела.

Лилит даже не поняла, что произошло. Хотелось сложиться пополам, но даже малейшее шевеление причиняло вспышку агонии.

– Не ори, – послышался обозлённый мужской голос в темноте.

На мгновение боль усилилась, но слабый размытый вид старой маленькой кухни появился перед глазами.

Под рукой было что-то влажное. Горло охватила боль, а ведь она всего лишь сглотнула.

Послышались тяжёлые шаги. С ещё большим трудом её голова повернулась, чтобы глаза могли посмотреть наверх. Взрослый мужик в одних боксерах стоял и презрительно кривил губы. А потом кинул на неё простынь.

– На тебя аж смотреть противно, – произнёс он и послышались удаляющиеся шаги. С трудом Лилит расслышала ор телевизора, – Не скули. Телик смотреть мешаешь.

Послышался ещё один жалобный скулёж. Что-то с жутким грохотом сломалось.

– Заткнись! Будешь мешать – ещё получишь!

Больше она не произнесла ни звука. Сделала болезненный вдох. И перестала дышать вовсе. Лилит открыла глаза, видя все те же голубые глаза, лучащиеся болью и нежностью. Она кинулась на неё с крепкими объятиями.

Отстранившись, она заметила приближающегося к ним Германа. Он протянул маре руку. Сердце Лилит сжалось от страха, но она едва сдержала порыв спрятать подругу за собой. Анжелика, к её удивлению, протянула ему свою хрупкую руку в ответ. И тогда маг засветился. Это были его последние искры, которые держали его здесь, не давая переродиться. И он отдал их Лике.

Лилит отпустила её окончательно. Рука подруги выскользнула из её собственной, нимфа сделала два шага назад, наблюдая за тем, как Анжелика стала меняться на глазах.

Случаи, когда кто-то из нечисти преобразовывался в тень и мог переродиться снова было не так уж и много. Это не было редкостью, но отпустить то, что не давало забыть свою прошлую жизнь, было для нечисти очень сложно. Обычно они если и перерождались, то насильственно – после того, как их уничтожали, но тогда шансов на перерождение у них становилось гораздо меньше. Чаще всего нечисть переставала существовать вообще.

Благодаря Герману, её подруга могла уйти на перерождение и не зависеть от Яна. Уже только за это Лилит была благодарна ему.

Их руки, сцепленные в замок, стали светиться. Вероятно, они оба были готовы уйти на перерождение. Нимфа отвела взгляд, заметив, как многие другие также стали сиять и растворяться в свете. Лилит поспешно вернула взгляд на подругу и улыбнулась.

Из глаза покатилась слеза. Ей хотелось обнять её ещё раз, но она уже не могла – теневые не имели физической оболочки. Поэтому она стояла и провожала её взглядом.

– Будь счастлива, – тихо прошептала Лилит.

Анжелика улыбалась ей в ответ, крепко сжимая исчезающую руку Германа.

Другая теневая проплыла мимо них, но остановилась и вернулась к Лилит. Когда от Анжелики осталось лишь слабое свечение, нимфа посмотрела на пожилую женщину с пушистыми волосами. Холодок коснулся её щеки. Лилит только тогда заметила, что плачет и вытерла слезу. Теневая мягко улыбалась ей, а после осталась рядом, чтобы проводить взглядом остальные души. Лилит не сразу отвела взгляд от женщины. Она явно была ведьмой при жизни. Лилит было интересно, что она делала среди остальных, ведь явно не была похожа на жертву Яна.

Жертвы...

Лилит замерла, поражённая. Ей потребовалось время, чтобы снова взглянуть на исчезающих и разбегающихся существ.

Когда поляна почти опустела, теневая отлетела и сделала глубокий поклон, растворяясь. Она не уходила на тропу перерождения, просто исчезла в теневом коридоре.

Многие упыри и мары тогда обратились в теневых и растворились в свете, так же как и часть теневых. Лилит стало больно от озарившего её яркой вспышкой понимания – все они были жертвами Яна. И их было так, так много.

Другие теневые, как и та ведьма, просто растворялись в воздухе, вероятно ещё не готовые уйти на перерождение. Остальные духи и нечисть под шум и свет разбежались по своим болотам, лесам, и остальным местам обитания.

Лилит без сил, оглушённая светом и пониманием, того, что только что произошло, того, что происходило сейчас и происходило годами, в том числе и у неё за спиной, упала на землю. Высросший мох местами смягчил её падение, но в ноги всё-равно впились мелкие камушки, веточки, угольки. Лилит почти не обратила на всё это внимание.

Ян был уничтожен. Не просто убит, его душу разорвали на клочки, уничтожив полностью. Он больше никогда не сможет переродиться.

Его больше не существовало. Она больше никогда его не увидит. И от последней мысли стало тоскливо и одновременно с тем в ней поднялись всепоглощающие ненависть и ярость. Он столько лет водил её за нос, стольких погубил. А она ничего не знала. Дура, а не королева.

Когда она нашла в себе силы встать, нимфа собрала в ладонях мощные магические потоки, призывая природу Ливраля. В считанные минуты всё в районе нескольких километров стало медленно поростать новыми травами, мхом, цветами. Деревья и кустарники исцелялись едва ли не на глазах.

Лилит скулила от боли в душе. По лицу потекли слёзы. Силы медленно покидали её, но она упрямо продолжала. Искала ещё магию в себе и отдавала её без остатка. Она чувствовала, как искры стали опасно колоться, плывя по рукам и освобождаясь в земле. Она была готова отдать всю свою магию, всю себя на то, чтобы восстановить Ливраль настолько, насколько бы её хватило. Чтобы хоть так отплатить своему дому и всем погибшим ливрийцам и ливрийкам, которых она не спасла из-за своей слепой веры и любви.

Голова начала гудеть, но Лилит и это проигнорировала. Она почувствовала, как по ногам поползла зелень, вырастающая вокруг неё. Это заставило её на мгновение рвано выдохнуть и улыбнуться.

Лилит зажмурилась, сделала глубокий вдох и продолжила. У неё словно открылось второе дыхание. Магии стало словно больше и всю её она отдавала в землю и растения. Всю, до последней капли, игнорируя орущий на краю сознания голос, который всё ещё хотел жить в мире с дагни, своей семьёй и отсутствием Яна.

Кто-то громко окликнул её, но из-за потоков магии Лилит слышала чужой, но знакомый мужской голос словно из-под толщи воды. В голове пронеслось воспоминание из детства – один из тех нескольких раз, когда она тонула в воде, и папа и мама так же кричали её имя, попутно вылавливая, вытаскивая её на сушу.

Сейчас всё выглядело так же – перед глазами всё рябило от магии так же, как вода. И панически напуганный голос матери. Воздуха не хватало. Тогда только лёгким. Сейчас – каждая клеточка тела наполнялась и переполнялась магией.

В глазах темнело. Такая блаженная, родная и долгожданная тьма.. Она так по ней соскучилась. Лёгкие сдавливало и сжимало всё сильней. Тело отдавало все свои силы, чтобы спасти. И чем больше оно старалось, тем быстрее слабело.

Лилит так и не научилась плавать.