Глава 28. Лавандовый дым

Всем известно, что лаванда обладает успокаивающими свойствами, но во флориографии она означает недоверие. Её могут подарить вместе с базиликом, означающим ненависть, в случае предательства.

– Ну, всё-всё. Бегите по домам.

– А Серафима сказала, что Её Величество хочет сад посадить. Красивый-красивый! Чтобы все, кто остались за барьером были с нами и мы могли за ними ухаживать, – ворковала Офелия, вися на руке у Марка, пока он безуспешно пытался отцепиться от них.

Марк устало вздохнул и покачал головой. Кажется, он и правда был слишком мягкий, когда дело касалось детей.

– Да! – подтвердил Амир слова сестры, – Чтобы они чувствовали, что мы их не бросили, и они легко могли найти дорогу на перерождение.

С трудом, Марк вытянул свою руку из цепких ладошек девочки.

– Так, – Марк постарался говорить строже, но судя по смеху детей, у него это не сильно получалось, – Во-первых, Её Высочество принцесса Лилит. Ребят, я понимаю, вам тяжело. Вы ещё маленькие и взрослые не хотят вас напрягать. Но если вы не заставите себя называть её так, то у вашей любимой королевы Лилит будут проблемы. Королевой она является в Жжёных землях, а здесь – принцесса. Вы же не хотите, чтобы у неё стало ещё больше проблем?

Дети скуксились, но закачали головами.

– Знаю, сложно. Но надо.

– Дети, – вздохнул кто-то за спиной так, словно призрака увидел.

Марк резко обернулся и стал напряжённым.

Позади них на расстоянии стояла женщина. На её согнутом локте висела корзина, а вторая рука легла на сердце. Она не выглядела опасной, скорее растерянной и немного напуганной.

– Как же так, – вздохнула она и подошла ближе.

Дети моментально спрятались за Марком.

– Ой, простите. Что это я.. Но.. как же так? Что вы здесь делаете? Неужели живёте в этих заброшках?

– Миледи, – начал Марк как можно спокойнее, но отвёл одну руку назад к детям в защитном жесте, – это частная территория. Я не думаю, что вам стоит здесь находиться.

– А вам? – тут же искренне возмутилась она, – Этим домикам сколько лет! В них же жить опасно. Ох, нет, я, конечно, слышала, что здесь кто-то поселился, но дети..

Она сделала ещё несколько шагов ближе и пыталась заглянуть, рассмотреть их. В её бордово-малиновых глазах плескалась искренняя тревога. Марк чувствовал, как дети сжались в комок за его спиной только плотней.

– Прошу вас, – не слишком дружелюбно, но сохраняя спокойствие повторил Марк. Её взгляд метнулся к нему.

– Какой кошмар, – продолжила причитать она, словно не замечая реакции.

Марк не думал, что ему придётся отбиваться от сердобольной женщины, а потому был и сам в растерянности. Не мог же он её магией выгнать, верно? И уж тем более кинжалами. Она не нападала и не агрессировала, но дагни нашли ещё одну ловушку и теперь все старались быть настороже.

– Эй, кто это там? – послышался знакомый низкий женский голос. Марку не пришлось даже оборачиваться, чтобы узнать Валерия, – Касьян, Инга, а ну-ка в дом. Марк, чего у вас там?

А Марк смотрел на женщину перед собой и понятия не имел, что ответить.

– Чего вам надо, женщина?

Валерия, как всегда была не слишком любезна на вид, но это был тот самый случай, когда первое впечатление было обманчивым. Хамоватая, резкая и грубая, она не раз разнимала даже самые жёсткие драки, могла успокоить любого, пусть и в своей манере, а с её мнением обычно никто сильно не спорил. Разве что Демьян, да ещё пара людей могли. Марк старался в принципе не попадаться ей под руку. Вот и нежданная гостья напряглась.

– Да, я это..

– Я это, я это, – передразнила её Валерия, – Ну, чего блеешь как коза? Если узнаю, что снова гадость какую подлóжить хотела, так я тя это, – она замахнулась, Марку пришлось быстро останавливать её руку. Под его строгим взглядом, женщина чуть сбавила обороты, – Мигом дух из тебя выбью.

– Д-дух выбивать из меня не надо, будьте любезны. Я просто мимо проходила и, – она перевела взгляд на детей, что всё же рискнули выглянуть и теперь смотрели на неё во все глаза. Женщина им мягко улыбнулась, – заметила, что слухи, оказывается, не врали. Действительно тут кто-то поселился. Вы не подумайте, я же не против, просто очень удивилась, что тут детей.. так много.

Валерия смерила её тяжёлым взглядом и фыркнула.

– Меня Розалией зовут, – она осторожно протянула свободную руку.

Валерия посмотрела на неё с приподнятой бровью, но пожала.

– Вероника-Валерия, – хмыкнула она, – От своих слов не отказываюсь. Если что..

– Валера, – тихо, но настойчиво одёрнул её Марк. Та посмотрела и махнула на него, мол, не лезь, когда взрослые тётки разговаривают.

– А.. о какой гадости вы говорили? – осторожно спросила женщина. Её рука потянулась к платочку, накрывавшему корзину, но очень быстро остановилась.

– Да, повадились ваши выживать нас. Сначала одну ловушку устроят, потом другую. К счастью, пока только одна девчонка пострадала, но не наша.

Марк тяжело вздохнул.

– Николь. Это моя одноклассница, – а когда Валерия закатила глаза, то тихо добавил, – И подруга Мэри.

Тогда уже женщина посмотрела на него почти грозно. Но поджала губы – значит, поняла.

– Какой ужас, – без притворства вздохнула она, прикрыв рот руками.

А потом словно что-то вспомнила и полезла в корзинку. Марк сразу же напрягся, но женщина вытащила из корзинки зелёный вкусно пахнущий свёрток. Дети потянулись на запах, но выйти из-под защиты не рискнули.

– Возьмите, – протянула Розалия свёрток, – Это пирожки. С луком и яйцом, ещё с капустой и с ливером, вроде остались. Берите-берите, я их брала, если задержусь с травами. Они немного остыли, чары ведь не вечные, – она неловко пожала плечами, – но всё-равно вкусные. Да, вы берите, не стесняйтесь. Я дома с сестрой ещё напеку сколько угодно.

Она улыбнулась и засмеялась, но быстро смолкла, заметив реакцию.

– Ой.. Действительно.

И тогда она стала развязывать свёрток. Достала один из пирожков и на их глазах стала есть.

– Видите? Не отрава. Я бы никогда, – последнее прозвучало почти жалобно.

Дети посмотрели на старших. Марк нерешительно кивнул, а Розалия посветлела прямо на глазах, когда дети всё-таки подошли к ней.

– Ой, какие вы милашки. Так бы и съела вас, – дети тут же замерли и с ужасом уставились на неё, – Нет-нет, я же просто шучу. Не буду я никого есть! Мы с сестрой таким не промышляем!

– И где же ваша сестра? – немного грубо поинтересовалась Валерия, но, кажется, такая манера речи больше не напрягала женщину.

– О, да мы тут, – она махнула рукой в определённом направлении, – совсем недалеко живём. Она дома, а я за травами вышла. Я ведьма, а она травница-оборотень. Но, уверяю, она такая душка. Она ни одного ребёнка не обидит. Вы заглядывайте к нам в гости, мы всегда рады гостям.

– У вас всё хорошо?

Недалеко от Розалии подходила Мариэлла, а за ней шли двойняшки. Только в этот момент Марк заметил, что расслабился по-настоящему.

– Ой, а вы тоже тут живёте?

– Не совсем, – неловко ответила Мариэлла, подходя ближе к Марку. Она посмотрела, без слов задавая тот же вопрос. Марк неловко махнул головой в сторону, мол, вроде да.

– Да, берите всё, – рассмеялась девушка, всовывая детям свёрток, – Забирайте-забирайте. Мне, что, жалко что ли?

Валерия покачала головой, а Розалия подняла взгляд на них.

– И про то, что вы можете в гости прийти, вы не подумайте, я не из жалости сказала, а от чистого сердца. Мы с Розарией вдвоём живём, иногда даже скучно. Так что, гостям мы будем рады всегда.

– А у вас милые соседи, – протянул Адам, когда женщина уже заметно удалилась.

– Вот бы все такими были, – вздохнула Мариэлла, – Ну, что? Идём искать ловушки?

Вчетвером они ещё раз быстро обошли деревушку. Просто на всякий случай. Новых ловушек они не нашли, что не было удивительным – взрослые и Марк с ещё парой подростков регулярно стали осматривать территорию. Обычно к ним присоединялся Ансельм, но тот плохо себя чувствовал в последнее время. Серафима переживала, что тот мог подхватить какую-нибудь гадость, но парень каждый раз отмахивался.

И тогда они отошли в лес. Сначала просто бродили по округе, а после стали незаметно отходить всё дальше.

– Маши сильнее, тогда точно не ужалит, – съязвила Мелисса, смотря как её брат пытался отмахнуться от пчелы.

Адам бросил на неё не то злой, не то обиженный взгляд и через силу заставил себя так делать. Пчела ещё немного покружила вокруг них, но заметив внезапно выросшую медуницу, устремилась к ней.

– Спасибо.

– Всегда пожалуйста, – отозвалась Мэри, даже не обернувшись к нему.

Марк шёл впереди, Мариэлла лишь немногим отставала от него. Они старались идти не совсем друг за другом и осматривали окрестности на ловушки и подозрительные растения.

– Мне кажется, я что-то там слышал, – подал голос Адам и все остановились, – Пойдём со мной.

Парень взял сестру за локоть и утащил в направлении, в котором вслушивался во что-то. Мариэлла нахмурилась – она знала, что из них всех, у неё был самый чуткий слух, но она не слышала ничего, кроме обычного шелеста зелени от ветра, редких звуков крыльев и криков птиц, жужжания насекомых и тихого журчания бурной речки на приличном расстоянии от них. Она переглянулась с Марком, но тот стоял в такой же растерянности. Весь его вид говори, что он тоже не понял, что только что произошло.

– Пойдём дальше? – он мотнул головой в сторону.

Мариэлла покосилась в сторону ушедших двойняшек. Она всё ещё ничего не понимала и вернула взгляд на Марка только когда он взял её за руку.

– Тебе не кажется, что они сегодня какие-то странные?

Девушка не сразу, но кивнула. Она не понимала, почему, но что-то было словно не так. Она пошла дальше, просто мысленно надеясь, что это был не очень удачный предлог утащить Мэл поговорить.

– Можешь одолжить мне свой кинжал? – неожиданно спросила Мариэлла.

Марк бросил быстрый взгляд, но кинжал передал, даже не заметив никакой опасности. А потом завороженный тем, как Мэри бережно, но без опаски касается кинжала, произнёс:

– Когда-нибудь я обязательно подарю тебе твой собственный кинжал.

– Не для тренировок. Именно твой, – быстро добавил он.

– Тогда я не смогу одалживать твои, – как ни в чём не бывало, ответила Мэри и резки точным движением сделала заметную засечку на толстой коре.

А потом осмотрелась вокруг и срезала несколько красивых цветов. Она повертела их в руках и так же невозмутимо вернула кинжал. Марк хмыкнул на всё это и пошёл вперёд, уверенный, Мариэлла пойдёт рядом.

Они бродили по округе несколько минут, но двойняшки словно исчезли в окружающей их зелени и это начинало напрягать. Мариэлла ещё раз осмотрела окрестности и, не выдержав, попросила дерево найти их. Только когда то ответило, что видит их целыми и невредимыми, нимфа нашла Марка и почти побежала догонять его. Что Адам был магом флоры, что Мэл нимфой флоры. Они обязательно их найдут.

– Слушай, – подала голос Мариэлла спустя время. Она замялась, когда заметила внимание серых с искорками глаз на себе, но продолжила, – По поводу нашей договорённости.

Марк, до этого что-то осматривающий в кусте папоротника, выпрямился.

– Дагни, можно сказать, на свободе. Лилит тоже. А я, – она повела плечом, отведя ненадолго взгляд, – уже давно поняла, что от меня хотела и она, и Амариллис. Похоже, каждый выполнил свою часть договорённости.

Марк кивнул, но смотрел на неё так, словно не совсем понимал, что Мариэлла хотела этим сказать. Она и сама, откровенно говоря, не до конца понимала, что хотела от этого разговора. Просто решила воспользоваться улучённой возможностью. Журчание реки смешивалось с неразборчивым роем мыслей в голове.

– В принципе, ты больше не обязан.. приглядывать за мной?

Прозвучало жалко и совершенно неуверенно. Не так давно чётко расставленные по полочкам мысли перемешались в кашу и было невозможно составить из них хоть что-то разборчивое. "Ты можешь уйти" звучало так, словно она хотела его прогнать, а "Ты можешь быть свободен" вообще было каким-то несуразным. Как же стыдно..

Мариэлла хотела зажмуриться, но одёрнула себя и только слегка сморщилась.

– Не хочу.

Этот ответ её оглушил. Мэри резко посмотрела ему в глаза.

Что значит "Не хочу"? Она ожидала разных вариантов, но точно не такой.

– Разве ты не говорил, что должен защищать дагни? Будет правильно, если ты бросишь все силы на них и на учёбу.

– Они под крылом нашей королевы. Обеих королев, кто бы что ни говорил. Они в самой большей безопасности, которая только возможна для них. Теперь я хочу быть рядом с тобой. Если позволишь.

Не "Я хочу защищать". "Я хочу быть рядом". Что-то в груди кольнуло в растерянности. Все вокруг хотели её защитить, не давая проявить себя. Она любила свою семью почти так же сильно, как терпеть не могла их порой чрезмерную опеку.

– А когда я окажусь в безопасности, снова будешь искать кто ещё нет? У тебя случайно нет синдрома спасателя? – попыталась отшутиться она и даже улыбнулась, но на языке была горечь.

– Уверен, ты найдёшь новые неприятности себе на голову, – спокойно парировал он.

И что-то тёплое, мурчащее словно пушистый кот, свернулось клубочком на душе, успокаиваясь.

– Ты не чудовище, – строго сказала Мариэлла, что совершенно не вязалось с её мягким прикосновением.

Почему-то в этот момент именно эта мысль показалась самой правильной и нужной из всего балагана в её голове.

– Если честно, думаю, я готов быть им ради тебя.

Абсолютно растерянная и обескураженная услышанным, Мэри только и смогла тихо рассмеяться.

– Ты сумасшедший, – мягко сказала она, качая головой, – Пойдём дальше.

Но дальше они не пошли. Застыли статуями, все хорошие эмоции схлынули, словно их облили водой. Странные и даже страшные звуки стали доноситься совсем недалеко.

Они переглянулись.

Странные, нечеловеческие крики, заставляющие похолодеть кровь и местать исчезнуть на месте было невозможно описать. Издалека, если приглядеться, стало заметно бродящего упыря. Тот остановился. Словно принюхался и повернул голову в их сторону.

И снова издал тот отвратительный кричащий звук.

Марк бросил взгляд Мэри. Он не кинулся вперёд, защищая, а посмотрел на неё, словно давая ей выбор, и ступор сменился трепетом в груди. Она улыбнулась краешком губ, а после перевела яростный взгляд и моментально сбила существо мощным магическим потоком. А потом скинула в реку с помощью ещё пары других заклинаний.

В голове пролетела мысль, заставляющая чувствовать себя уверенной и способной. Впервые не слабой фарфоровой статуэткой, которую необходимо запереть в шкафу, в безопасности и охранять. Марк был в ней уверен, но она также была уверена и в том, что если бы не смогла или испугалась, он в то же мгновение расправился бы с этой тварью сам.

Ей не нужно было соревноваться и доказывать свою силу. Как и не было больше необходимости бояться оказаться недостаточно сильной.

В этот момент она поняла, что может больше не отталкивать тех, к кому она чувствует привязанность. Возможно, именно в этот момент она впервые поймала себя на мысли, что влюблена, и её это больше не пугало.

– Марк! Мэри!

Они обернулись на громкие зовущие их голоса.

– Мы здесь, – крикнула Мариэлла гораздо громче, чем думала.

– Вы в порядке? – чуть запыхавшимся голосом спросила Мэл, кинувшись к ним, – Мы слышали..

– Упырь, – ответила Мэри, – Я его в реку кинула и больше он не двигался.

– Просто в реку?

– Ну, он ещё как-то странно зашипел, – сморщилась Мэри, – словно уголь.

– Ну, вот, а ты переживала, – откликнулся Адам, прислонившись к дереву.

– Вы видели засечку? – спросила Мэри.

– Какую засечку?

Нимфа на встречный вопрос сжала губы и махнула рукой.

– Не важно. Главное, что нашлись.

– К твоему сведению, – Мэл опасно поставила руки на талию и наклонилась вперёд к брату, – Всё могло оказаться гораздо хуже.

– Да ладно тебе, – попытался отмахнуться.

– Не "да ладно"! Эта тварь могла загореться и все бы тут подохли!

– Загореться? – встряла Мэри и попыталась перенять внимание подруги на себя, но та была слишком зла на брата.

– Когда те твари напали на Поселение лесных, они также шипели, прежде чем загореться.

– Ахренеть, ты и это скрыла. И много у тебя скелетов в шкафу спрятано от меня, а, сестрёнка?

– А сам-то – взбешённо крикнула Мелисса, – Узнал о жемчужине и о бабе Лере и скрыл от меня!

– Ты тоже скрыла, что узнала об этом! – так же яростно прикрикнул он.

– Да! Да, я узнала и скрыла. Я знаю, как ты относишься к магии, как бы ты это не отрицал. Но и ты тоже. Ты не можешь обвинять меня в том, что сделал сам!

Ни Марк, ни Мариэлла не понимали, стоит ли их разнимать и, если да, то как это сделать. Эти двое выглядели так, словно и сами сейчас воспламенятся.

Мэл хмуро посмотрела на брата ещё какое-то время и выдала то, от чего напряглись все.

– Возможно, нам стоит разделиться.

– С чего вдруг?

– Обхватим большую территорию, – невозмутимо парировала возмущения брата Мэл и схватила Мариэллу под локоть, – Пойдём. Пусть они ищут тут, а мы пойдём дальше.

– Уверена? – спросил Адам с недоброй усмешкой, – Всем известно, девушки – слабый пол. За вами ухаживать надо и защищать. Цветочки, конфетки там дарить.

Марк хлопнул себя по лицу с заметным отчаянием. Мэри уставилась на него, как на последнего дебила. Мэл же просто сжала руку в кулак перед лицом, а после раскрыла и дунула в брата розовые лепестки вперемешку с пыльцой.

– Я бы рассказала тебе про слабый пол, так, боюсь, ты обидешься.

Мариэлла растерянно посмотрела на Марка, но пошла с подругой, не сопротивляясь. Марк пожал плечами, так они и разделились. Двойняшкам явно нужно было время остыть. И кому-то не дать им натворить глупостей. За какие такие заслуги Мариэлла с Марком попали под горячую руку, было непонятно, но выбора не было, кроме как оставить их собачиться дальше или, что ещё хуже, оставить их по одиночке.

Адам фыркал и дулся. Марк не трогал его, просто молча был неподалёку.

– Стой, ты..

Договорить Марк не успел. Адам наступил на огромный пылевик и теперь весь был в спорах. Марк замахал рукой около носа, чтобы не задохнуться.

– Прости, – просипел парень, когда всё немного осело.

Марк отмахнулся, мол, нормально. Могло быть и хуже.

– Мы можем вернуться, – как бы невзначай предложил Марк, но Адам предсказуемо насупился.

– Ещё чего. То что мы поцапались, не означает, что теперь меня нужно вышвыривать за шкирку как котёнка. Я ещё не настолько бесполезен.

Марк даже не настаивал. Сразу капитулировал и, убедившись, что друг в порядке, пошёл дальше.

– Нет, ну ты представляешь? Сама то сюда тайком от всех бегала, про бабку раньше меня узнала и молчала! Всё это время! – взорвался Адам, почти крича, – Как это вообще понимать? Мы вроде как должны быть самыми близкими и родными, а она..

Марк не ответил, она не был силён в успокаивании кого-то. Но Адаму это, словно, и не было нужно. Он продолжал то возмущаться во весь голос, то бубнил что-то себе под нос. Казалось, ему просто было нужно выговориться. Выпустить гнойник, как говорила Лира.

– Я не понимаю, почему она решила, что имеет право иметь секреты, а я нет. Я столько недель мучался, думал, как рассказать ей помягче. А она уже знала! Кабздец.

– Возможно, она тоже не знала, как это сделать, – осторожно попытался остудить его пыл Марк.

Адам презрительно фыркнул.

– Обычно она за словом в карман не лезет. И, поверь, я не исключение. Нет, я не обижаюсь, и сам не часто слежу за тем, что говорю. Но это! Тут она перешла все границы, – злился он. А потом так же обиженно бросил, – Я никогда не ограничивал её, никогда не осуждал её выбор. Как она вообще могла подумать, что я её не приму? Вот ты бы разве не обиделся, если бы, допустим, случайно узнал, что у Мэри всё это время были от тебя секреты?

– У каждого есть право на свои секреты. У неё тоже. Как и у меня.

Адам обиженно фыркнул и всплеснул руками, едва не ударившись о ствол дерева. Марк не очень хорошо знал о жизни этих двоих, но то, как они часто перебрасывались колкостями, поддерживали друг друга, заступались за спиной, всё это просто не позволяло даже подумать о том, чтобы Мелисса намеренно хотела причинить брату боль. Или что действительно совсем не доверяла ему.

– Может в тот момент у неё не было особо выбора? – предположил он.

– Выбор есть всегда, – отрезал Адам.

– Знаешь, иногда это только иллюзия.

Марк уже шёл на несколько шагов впереди и не видел лица Адама. Почувствовал, как тот застыл у него за спиной, но не стал больше вмешиваться. Если Адам не был безмозглым – а он точно таковым не являлся, – то рано или поздно он бы понял. А сейчас он просто был слишком зол и разгорячён.

Марк свернул в сторону деревни. Всё-таки стоило оставить Адама с кем-то кто хоть немного смог бы его поддержать. К тому же, возможно, девчонки тоже уже стали возвращаться.

Марк уже заприметил знакомые деревца и дым из домов, когда звук трескающейся древесины заставил настороженно остановиться. Адам, вероятно, всё ещё расстроенный, едва не врезался в него.

– Хей, ты чего?

Марк шикнул и бросил строгий взгляд. Звук повторился. Высокий вскрик.

Марк резко повернулся в другую сторону от деревушки. В обилии зелёного заметить гиану было тяжело. Марк четтерехнулся себе под нос и побежал в её сторону.

– Женька? – только и послышалось за спиной, прежде чем Адам рванул следом.

Едва они стали подбегать, как стало видно – очередной живой труп постепенно начинал загораться. А Женя в своём истинном облике лупила его гигантским листом не то монстеры, не то чего-то ещё. Он потому и вспыхнуть не успевал.

Будь он жив – давно свалился бы с сотрясением от таких-то ударов.

Марк перескочил через поваленное дерево и попытался погасить его полностью. Женевьева, заметив друзей, на мгновение застыла. А потом испуганно снова со всей дури ударила его по башке. Лист сломался, заставив Женю его откинуть в сторону и начать отступать.

Адам быстро кинулся под ноги, сбивая его на землю, и начал поднимать корни дерева, чтобы придавить.

– Не надо! – только и вскрикнула Женя, сразу перехватывая у него контроль над деревом и заставляя того опустить корни обратно, – Он его спалит!

– И что делать?

Марк едва не свалился, из последних сил схватился за ствол – голова закружилась как при сильном отравлении угарным газом. Адам попытался призвать лианы, чтобы связать его.

Женевьева замотала головой, пока не заметила на одном из дальних деревьев фикус-душитель. Её тело стало заметно покрываться листвой, лоб нахмурился, губы сжались плотно. Она едва успела перенести его на упыря, прежде чем тот окончательно вырвался из лиан – Адам только и успевал их обновлять, а последняя больно хлестнула по руке, когда разорвалась. Они были живыми, полные сока, но это лишь немного притупляло огонь – сок испарялся медленнее воды, но его было недостаточно.

Фикус быстро оплёл корнями сопротивляющийся труп. Женевьева пыталась ему помочь.

Труп был почти мёртвым, а фикус – полным жизни. Потребовались бесконечные минуты, прежде чем толстые, цепкие корни обвили его, сковали конечности, а после и вовсе раздавили на кусочки как переспелый помидор.

Вонь раздалась такая, что всем троим срочно пришлось прикрывать носы и рты.

– Какая гадость, – проворчал Адам через ткань толстовки и руку и тут же колени подогнулись, глаза заслезились. Магу пришлось медленно опуститься на землю, с опорой на руку.

Женя сама опустилась на колени и быстро постаралась призвать хлорофитумы и фикусы. Душитель впитывал в себя трупную жидкость. Заметив это, Адам заставил разорваные куски плоти обрасти мхом, а после смахнул с себя оставшиеся споры пылевика. Марк помог ему подняться на ноги.

– Пойдём отсюда.

Женевьева кивнула ему и, вставая, едва не упала обратно.

– Богини, какая жесть.. Неужели они могли сотворить нечто такое?

– Не они, а Ян.

– Какой мудак, – бессильно вздохнул Адам, – И как понять, что мы избавимся от всех? Никто же не знает, сколько их, верно?

Ни Марку, ни тем более Женевьеве было нечего ответить.

– А ты что здесь делаешь?

– Ливраль и мой дом тоже, – насупилась Женя.

– Ну, прости, просто.. Ты так..ая, – Адам отчаянно жестикулировал, но это ничуть не помогало понять, что он хотел сказать.

– Какая?

Адам уставился в её розовые радужки без зрачков, а после тихо ругнулся.

– Забей, – сказал он уже громче.

– Не ранена? – участливо спросил Марк.

– Нет. Больше испугалась, если честно. А где девчонки?

Марк бросил быстрый взгляд на Адама, пока тот не отвернулся, услышав вопрос, и абстрактно ответил.

– Мэл решила, что будет более эффективным разделиться по парам.

– И вы их отпустили? Когда повсюду гуляют эти твари?

– Мы их найдём, – успокоил её Марк и убрал с дороги крупный лист фикуса.

Они удалялись от деревушки с чётким намерением найти их как можно скорее. К сожалению, ни Женевьева, ни Адам не были в состоянии объяснить окружающим их растениям, кого именно они искали.