Обмен. Глава 6

Детская сказка.

"И все вокруг было большое, страшное, как в сказке"

М. Горький.

Мороженое сделало свое дело. Щеки у девочек порозовели, голоса стали громче. В парке они шли, держа Макса за руки, и наперебой уговаривали свозить их в Кливдон.

— Там пляж! — тянула его за руку Мия.

— Хорошо. Как только приедем в Лондон, сразу повезу вас туда, — сдался он, и сестры закричали от восторга.

Вскоре Агнес ушла готовиться к экзамену, а Макс с Мией направились в кондитерскую.

— Мия, здравствуй! — приветливо улыбнулась кассир.

— Миссис Кармайкл, добрый день! — девочка радостно помахала ей рукой.

— Кого ты к нам привела? — женщина посмотрела на Макса.

— Это Макс, мой двоюродный брат.

— Добрый день! — сказал он. — Мы за пирожными.

— Боже мой! Макс! Ты так вырос. Тебя и не узнать, — лицо миссис Кармайкл озарилось улыбкой. — Сколько лет тебя не было? Пять? Молодец, что приехал. Бабушке твоей сейчас нелегко. Раньше с Мией заходила, а теперь из дома даже не выходит. Передавай ей привет.

— Обязательно, — кивнул он.

— А вот и пирожные для Берта, только напекли, — сказала она, обращаясь к Мии.

Реакция девочки была мгновенной и странной. Ее словно подменили, улыбка исчезла, на лице застыла неестественная маска, а в глазах читался неподдельный испуг.

— Для кого? — уточнил Макс.

— Для ее друга, Берта, — невозмутимо пояснила миссис Кармайкл. — Уже пару месяцев покупает для него угощения. Разве не рассказывала?

— Нет, — сказал Макс, не отрывая взгляд от Мии.

Румянец сбежал с ее щек. Она застыла, будто ее поймали на воровстве. Ее пальцы вцепились в край прилавка.

Видя реакцию девочки, Макс не стал устраивать допрос при свидетелях. Оплатив покупку, молча передал пакет Мии. Ее пальчики дрожали.

Выйдя на улицу, Макс взял ее за ручку.

— Мия, — останавливаясь, начал он, как можно мягче.

Она подняла на него свои огромные карие глаза, в которых плескалась целая буря эмоций.

— Расскажешь о своем друге?

— Мы... мы познакомились на улице, — она потупила взгляд, вцепившись в пакет. — Мы иногда видимся во дворе.

Ее голос был тихим и неуверенным.

Макс решил понаблюдать за Мией, и больше не стал на нее давить.

Остаток дня он провел, пытаясь развлечь девочку игрой, но она была тихой и задумчивой. Позже за ужином Агнес сообщила, что ляжет спать пораньше. Как раз к его окончанию пришел плотник.

Макс провел его к лестнице и объяснил, что она шаткая и половицы издают неприятные звуки даже тогда, когда на нее никто не становился. Мастер стал осматривать лестницу и дверь в комнату деда скрипнула. На пороге возникла Анна.

— Что здесь происходит? — строго спросила она.

— Добрый вечер, мэм! Меня пригласили починить вашу лестницу, — ответил мужчина.

— А что с ней не так? — спросила Анна, все еще оставаясь наверху. — Макс, Ты не успел приехать, как разнес лестницу в моем доме? — Она специально сделала акцент на словах "мой дом".

— Если бы ты следила... — не сумел Макс договорить, как Анна перебила его.

— Знаю, знаю. Если бы я следила за домом, девочками и бла, бла, бла. Но вот ты, кажется, забываешь, что твой дед нуждается в ежеминутном уходе. Ему нужен присмотр постоянный. Я не могу контролировать все, да и не хочу, — подытожила она равнодушно.

Плотник все это время молча изучал ступени и лишь изредка поглядывал то на Макса, то на Анну.

Закончив осмотр, он сказал:

— В целом, конструкция в норме. Перила подкручу, половицы смажу специальным составом. Скрипеть не будут. Час работы.

— Отлично. Как закончите, найдите меня.

Заварив себе кофе, Макс взял телефон и направился в гостиную, где застал Мию, тихо нашептывающую что-то у камина.

Увидев брата, она встрепенулась, но не ушла, просто смотрела на него, не двигаясь.

— Мия, детка, все в порядке? —Макс был взволнован, но сохранял спокойствие в голосе.

— Я вспомнила сказку, — прошептала она. — Ту, что бабушка рассказала мне перед твоим приездом.

— Расскажешь мне? — Макс сел рядом, стараясь не спугнуть ее.

Мия долго смотрела в пустоту камина, словно ведя внутренний диалог. Затем, кивнув, будто приняв решение, начала говорить, а голос ее стал тихим и монотонным.

— Жили-были две сестрички. Одна — хорошая и послушная, а другая непослушная, и все делала не так. Хорошая сестричка заболела и уснула так крепко, что никто не мог ее разбудить. А непослушная все шалила и шалила. Мама с папой искали помощь, но ничего не действовало.

Мия замолчала. Ее личико исказилось от внутренней борьбы. Она сжала кулачки и, сделав глубокий вдох, продолжила:

— И тогда мама накричала на непослушную девочку. Сказала, что лучше бы она уснула вместо хорошей сестрички. Девочке стало так страшно и больно. — Мия говорила, глядя сквозь Макса. — Она побежала в комнату к сестре упала на коленки и стала молиться, чтобы они поменялись местами.

Она снова замолчала, не в силах продолжать. Ее глаза были полны ужаса. А на руках Макса волоски встали дыбом.

— ... Но бог не слышит молитвы плохих детей. За непослушными детьми приходит дьявол, — закончил рассказ за Мию Макс.

И в тот же миг в его висках застучало, ладони вспотели, а сердце сжалось до боли. В ноздрях появился запах пыльной библиотеки.

Ему семь. Он видит окровавленную девушку на полу. Толчок. Гравий впивается в колени. Железная хвата Анны за воротник. "Негодный мальчишка! В тебе течет поганая кровь твоего папаши!" Ее лицо в сантиметрах от его, горячее дыхание с запахом трав. "Знаешь, что бывает с непослушными детьми?... Бог не слышит молитвы плохих детей. За ними приходит дьявол."

Мия положила свою крохотную ладошку ему на колено, и видение развеялось. Он накрыл ее руку своей, пальцы у него дрожали.

— Не бойся. Это всего лишь глупая сказка, — его голос прозвучал хрипло.

— Но... — Мия запнулась, в ее глазах промелькнула паника.

— Что? — мягко настаивал Макс.

— Ничего, — выдохнула девочка. — Не люблю плохие сказки.

— Хочешь, сегодня перед сном я расскажу тебе новую сказку? Обещаю, она будет доброй.

Мия заулыбалась и согласно кивнула. Макс обнял сестренку и она, сказав, что хочет выпить сока, ушла на кухню. Он взял чашку с давно остывшем кофе, крутил ее в руках и хмурился, пытаясь понять, как так получилось, что данный инцидент совсем не всплывал в его памяти раньше. Вытеснить такое... Значит, его психика сломалась тогда, в семь лет. А теперь эта жестокая сказка калечит Мию.

Он набрал номер отца, едва слышно выдыхая в трубку:

— Пап, слушай. Тут все хуже. Мне нужен хороший детский психотерапевт. Вчера.

Завершив разговор, он вышел в коридор, где плотник уже заканчивал свою работу. Рассчитавшись с ним, он проводил его и вернулся к лестнице. Подергал перила, прибиты были намертво. Половицы еще просыхали, покрытые специальным раствором. Макс не стал предупреждать Анну об этом, решив, что она снова просидит в комнате деда всю ночь.

— Я пришел рассказать тебе сказку, — сказал Макс, входя в комнату Мии.

— Я ждала тебя, — ответила девочка, сидя на кровати и сжимая плюшевого медвежонка.

— В таком случае укладывайся поудобнее, я расскажу тебе историю про одну маленькую путешественницу, — сказал он, взбивая ее подушку.

— Итак, жила-была в маленьком домике рядом с лесом девочка Мия.

Услышав свое имя, девочка заулыбалась и принялась внимательно слушать.

— Она была очень любознательной и всегда мечтала о приключениях, — продолжил он. — Однажды, гуляя по лесу, Мия нашла старую, покрытую мхом книгу, лежащую под деревом. Открыв ее, она увидела, что страницы светятся и на них были нарисованы волшебные существа. Мия решила, что эта книга — ключ к приключениям. Она начала читать вслух, и вдруг вокруг нее закружились яркие огоньки. Вскоре перед ней появились феи, которые пригласили ее в волшебный мир. В этом мире Мия встретила очень странных, но очень дружелюбных животных и даже огромного дракона, на котором научилась летать. Каждый день приносил новые приключения, и Мия стала настоящей героиней. Когда пришло время возвращаться, феи подарили ей волшебный амулет, который всегда будет напоминать о ее приключениях. А еще оберегать от дурных снов. — С этими словами Макс снял со своей шеи веревочку, на которой висел зеленый мраморный камень в форме кристалла, подарок его друга Тома, и протянул его Мии.

Девочка сначала посмотрела на камень, потом на Макса и спросила:

— Что это?

— Это твой амулет, дорогая. Феи попросили меня его тебе передать, чтобы он тебя всегда оберегал, как во сне, так и наяву.

— Спасибо, Макс! — воскликнула девочка и надела его на себя.

— Ну, все. Теперь спать. — Он поцеловал Мию в лоб и встал с кровати.

— Макс, не выключай ночник. — Мия обняла мишку и закрыла глазки.

По дороге к себе он хотел было заглянуть к Агнес, но решил ее не беспокоить перед экзаменом.

Войдя в свою комнату Макс вышел на веранду, чтобы проветриться перед сном. Вечер был теплым, а воздух наполнен запахом реки и влажной травы. Вдохнув полной грудью, Макс размял напряженные плечи и шею. Он вспомнил, что завтра у него будет встреча с Лили, и он сможет ненадолго отвлечься от всего происходящего.

В комнате уже было темно. Лунная полоса света, рассекала полумрак, обрываясь на полпути к кровати. Вернувшись с веранды он на мгновение замер, в глубине комнаты застыла тень, очертаниями напоминающая человека. Сделав шаг и вглядевшись, Макс с облегчением выдохнул, игра света и тени, порожденная больной фантазией.

— Терапевт и мне определенно не помешает, — констатировал он и поплелся в душ. Горячая вода смыла дневной стресс, и едва голова коснулась подушки, Макс отключился.

И вот он снова семилетний, и снова ползет к окну, чтобы посмотреть, чем занимаются взрослые. Только гравий под ним был не из камней, а из мелких, острых зубов. Он дотянулся до рамы, толкнул ее. Вместо обнаженной девушки, лежащей в луже собственной крови, был дед. Но не живой, а скелет, обтянутый кожей. Его остекленевшие глаза медленно повернулись к окну. Он прошептал: "Не дай ей этого сделать". И тогда из темноты вышла Анна. Не та, что сегодня, а та, из прошлого, сильная и стремительная. Она шла к окну, улыбаясь, а в руках у нее был длинный тонкий нож. "Я помогу тебе все исправить, внучек. Исполни свое предназначение!" — мягко сказала она. Макс отпрянул, потерял опору и полетел вниз, в яму, полную мелких зубов, которые начали шевелиться...

С криком он свалился с кровати на пол. Лежал, уткнувшись лицом в холодные доски, и слушал, как сердце бешено колотится в груди. В комнате было тихо. Пусто. И только в боку под ребрами ныло, ровно там, где тогда, в семь лет, он ударился, падая с того окна.