Глава 11. Завтра, когда я проснусь, хочу поцеловать вас снова

Тем же вечером налетел сильный ветер, и небо затянуло тёмными тучами задолго до наступления сумерек. Дао Нуэ заметил, что в воздухе уже пахнет дождём. Услышав это, госпожа Припрао тут же позвала нас всех домой – пока не хлынул ливень.

Семьи Суриядечакорн и Юэ расселись за длинным обеденным столом, и эта сцена невольно напомнила мне шабаш на Хэллоуин, когда вокруг толпятся самые разные духи и привидения, собравшиеся вместе, чтобы повеселиться и отведать угощений. Я занял между господином Сурией и Шином. По другую сторону от господина Сурии расположилась шумная стайка маленьких ангелочков, которые смеялись и болтали, не замолкая ни на секунду.

Что же касается скользкого типа по имени Чанджак Суриядечакорн...

– Апо, ты так классно играл! Давай, когда вернёмся в Бангкок, устроим реванш?

– Классно? Да меня же господин Су... ой, точнее Пи Я чуть до смерти не забил!

– Боже! Сынок, ты что, обижал нашего милого Апо?!

Госпожа Припрао, уже давно считавшая меня своим приёмным сыном, тут же поспешила заступиться за меня.

Что же насчёт прозвища «скользкий тип», то это не я его придумал. Если что, так его называет его родной брат.

Господин Сурия уже раз сто повторил мне: «Не подходи к Чанджаку. Держись от него подальше. Даже не разговаривай с ним!». И, разумеется, всё это время я старательно следовал его указаниям и вёл себя так, будто средний сын семьи Суриядечакорн был не человеком, а какой-то заразной инфекцией, к которой нельзя прикасаться ни при каких обстоятельствах.

Вот только знаете, что странно? За всё время, что мы провели на поле, я не заметил в господине Чанджаке ничего подозрительного. Да он же просто наимилейший человек! И теперь я думаю, а не слишком ли сильно кое-кто драматизирует?..

– Конечно же нет.

– Но Апо только что сказал обратное!

– Нонг, – низкий голос господина Сурии заставил меня вздрогнуть, и я едва не поперхнулся. – Разве я тебя обижал?

Вот только... причина моей реакции крылась вовсе не в его тоне, а в самом обращении, с которым он только что ко мне обратился.

Чёрт бы побрал эту судьбу! Господин Сурия назвал меня Нонгом!

У меня аж мурашки по коже побежали – как от неожиданности, так и от смущения, которое странным жаром разлилось внутри. Да, мы заранее договорились, что при взрослых я буду обращаться к нему «Пи Я», а он будет называть меня «Нонгом». Но стоило дойти до реальной ситуации, как внутри у меня всё перевернулось.

– Н-нет... Вовсе нет.

– Видите, мама? Я его не обижал, – невозмутимо ответил господин Сурия, а затем... ласково погладил меня по голове!

Но и этого ему оказалось мало! В следующую секунду он вдруг улыбнулся мне такой нежной улыбкой, что моё сердце не выдержало и с грохотом ухнуло куда-то вниз.

Да чтоб мне провалиться! Может, я что-то упустил? Напомните мне, пожалуйста, в какой именно момент мы обсуждали с ним эти самые поглаживаниями, а?

Всё-таки я не ошибся. С каждым днём господин Сурия ведёт себя всё страннее!

– Едрёна мать! Нет, ну вы видели?! Да эта парочка и впрямь уже спелась!

– Мам, а что значит «едрёна мать»?

– Чанджак! Сколько раз я тебе говорила: никаких грубостей за столом! Младшие же всё повторяют!

Вся компания за столом разразились громким смехом, а госпожа Припрао, едва сдерживая улыбку, принялась объяснять своему самому младшему сыну значение только что произнесённой фразы:

– Это очень грубое выражение, солнышко моё. Его ни в коем случае нельзя повторять, понятно? Просто Чанджак любит выражаться не слишком красиво. Лучше бери пример с Пи Я. Хотя... стараться слишком походить на Пи Я тоже не стоит...

Её слова вызвали новую волну смеха. Только представьте – трое сыновей, а такие разные, будто пришли из трёх разных миров.

– Знаете, я так соскучился по этой тёплой атмосфере! Давненько мы не собирались за одним столом! Правда, господин Чакрават?

– Да что вы, господин Мэнг! Мы ведь недавно виделись – во время обряда у того самого мастера Асавина на белом коне.

– И правда! Что ж это со мной... В последнее время с памятью совсем плохо стало!

Главы семей Суриядечакорн и Юэ болтали между собой, как старые друзья, которые наконец-то встретились после долгой разлуки.

– Ха-ха! Ну а что поделать! Мы уже не так молоды, как раньше! Теперь вся жизнь – одно сплошное ожидание. Только и ждём, когда же наконец наступит день, когда наши дети поженятся.

Я вздрогнул и бросил на господина Сурию тревожный взгляд.

Вот уж не думал, что тема свадьбы всплывёт так внезапно, прямо во время ужина!

– Ох, и не говорите! Я тоже жду не дождусь, когда же это наконец случится!

– Так, может, ускорим процесс? Чего тянуть, если даже за километр видно, как они влюблены?

– Заманчиво, конечно... И всё же мне бы хотелось сначала посоветоваться с мастером Асавином...

– Спешить некуда, – спокойно произнёс господин Сурия и, отложив приборы в сторону, снова мягко погладил меня по голове. – Я в любом случае женюсь на нём.

Кажется, моё сердце только что разнесло в клочья от мощного внутреннего взрыва.

Стоило ему выдать эту дерзкую фразу, как я тут же застыл с открытым ртом. Чёрт возьми, да он реально вжился в роль! С каждым днём играет всё убедительнее – ни дать ни взять, настоящий профи!

Если бы я не знал, что Мом Рачавонг Сурия Суриядечакорн окончил бакалавриат по экономике и магистратуру по менеджменту, я бы решил, что передо мной – восходящая звезда актёрской сцены!

Родители тут же рассмеялись, очарованные столь милым поведением вожака волчьей стаи. А у меня, между прочим, лицо вспыхнуло, как раскалённая сковорода!

Чёрт бы вас побрал, Ваше Сиятельство! Да после таких слов кто угодно растаял бы! Даже каменная статуя Будды не устояла бы!

Я тут же схватил один из бокалов с подноса, который в этот момент проносил мимо Франсуа, и залпом осушил его. В бокале оказалось виноградное вино столетней выдержки – то самое, что господин Мэнг выиграл на аукционе и решил открыть в честь нашей совместной поездки.

Разумеется, это вино предназначалось только для взрослых, достигших совершеннолетия.

А вот маленьким ангелочкам пришлось довольствоваться соком и газировкой. Но не волнуйтесь, им было всё равно. Всё, что их действительно интересовало, – это наличие товарищей по играм. Стоило им собраться втроём, как они тут же уносились в свой собственный мир фантазий.

Но давайте вернёмся к куда более интересной теме.

– Хватит.

– Что?

– Одного бокала тебе вполне достаточно.

Когда я потянулся за вторым бокалом, господин Сурия молниеносно перехватил моё запястье.

Ох, это потрясающее вино столетней выдержки! На вкус оно было таким чертовски восхитительным, что казалось, будто это вовсе и не алкоголь. А я ведь всегда думал, что алкоголь – это что-то терпкое, горькое и, мягко говоря, малоприятное. Но этот напиток... совсем другое дело.

Стоит лишь сделать один глоток – и ты пропал. Тёплый, лёгкий аромат приятно щекотал кончик носа, а невероятно мягкий, сладкий вкус скользил по горлу, окутывая его, словно шёлк, и оставляя после себя долгое, тягучее послевкусие.

О, Сатана! Да это дьявольски вкусно! Настолько, что просто невозможно остановиться!

– Ну что ты, Чайя, не так уж и часто выпадает шанс отдохнуть и расслабиться. Пусть Нонг немного выпьет.

– Отец, он уже пьян. Ещё немного, и он начнёт чудить.

– Ну и что с того? Если переберёт, то просто ляжет спать пораньше. Делов-то. Не переживай так, – с улыбкой отмахнулся господин Мэнг, бросив взгляд на моего жениха, который, по его мнению, слишком уж серьёзно отнёсся к моему состоянию.

Все за столом дружно рассмеялись, и Сурия в одночасье превратился в мальчика, который зря кричал «Волк!». Бедняга изо всех сил пытался убедить собравшихся, что позволять мне пить – ужасная ошибка. Он утверждал, что столетнее вино и Апо Юэ (разумеется, поддельный) – природные враги, несовместимые с самого рождения.

Жаль только, что ему никто не поверил. Даже я.

С каких это пор вино – мой враг? Да это же божественный напиток! Лучшее, что только могли придумать люди на всём белом свете!

Ни за что не перестану его пить. Буду пить, пока мир не рухнет.

Буду пить, пока небо не станет жёлтым! Ура!

💎💎💎

– Хыыыыы...

И вот настал тот самый час, когда мир действительно рухнул.

Мальчик, который кричал «Волк», оказался прав. Его тревоги сбылись, и всё случилось ровно так, как он и предсказывал. После пары бокалов я разразился такими громкими рыданиями, что казалось, будто вместе со мной плакало само небо.

Правда, одними слезами дело не ограничилось. Сбежав из-за стола, я забился в самый дальний угол комнаты, уселся там, обхватив колени руками, и продолжил истерику. Причём, заметьте, бокал с вином я так и не выпустил из рук. Я смотрел на него сквозь слёзы и сопли и всхлипывал так жалобно, будто моя крошечная вселенная только что развалилась на мелкие кусочки.

– Хыыыы...

– Апо, что с тобой, сынок?!

Мама и госпожа Припрао в панике вскочили со своих мест и кинулись ко мне, наперебой спрашивая, что произошло. Похоже, они и правда решили, что дело серьёзное – ведь никто и никогда не видел, чтобы Апо плакал. По своей вероятности это явление было сравнимо с курицей, которая вдруг ни с того ни с сего решила родить щенка.

– Господин Сурия... Хыыыы... Господин Сурия... – продолжая горько всхлипывать, я ткнул дрожащим пальцем в виновника бедствия.

– Что такое?! Чайя, ты что, и правда обидел нашего Апо?! – госпожа Припрао схватила сына за рукав и метнула в него сердитый взгляд. Кажется, ещё чуть-чуть, и она бы влепила своему старшему сыну подзатыльник.

– Да ничего я не делал, мама.

– Ничего, говоришь? Если бы ты ничего не сделал, он бы сейчас так не рыдал!

– Я правда ни при чём!

– Хыыы... Господин Сурия....

– Видишь, Чайя? – госпожа Припрао укоризненно покачала головой. – Апо, миленький, всё хорошо. Скажи маме, что тебе сделал Чайя. Мамочка всё уладит.

– Господин Сурия... такой красивый...

– Что?

– Хыыы... Он слишком красивый... Хыыыы... Он должен быть моим!

– Эй, Шин, по-моему, твой брат и правда перебрал, – тихо заметил господин Чанджак, покачивая головой, хотя на лице его уже расплылась довольная ухмылка.

– Никогда не видел, чтобы он вёл себя так после выпивки...

– Я хочу его! Хочу! Хочу! Хочу! Хыыыы...

Я начал лупить себя по коленям, как капризный детсадовец.

Чёрт побери! Это столетнее вино – настоящий наркотик!

Хиа Шин и господин Чанджак уставились на меня в полном замешательстве, словно куры на топор. А вот господин Мэнг и господин Чакрават не выдержали и прыснули от смеха.

– Мама... Хыыы... Ма-ам...

– Я здесь, дорогой. Мы обе здесь – и я, и госпожа Припрао.

– Я хочу... Хыыыы... Хочу...

– Что ты хочешь, сынок?

– Я... Хыыыы...

Я поднял руки, и мама заключила меня в объятия. В этот момент я уже окончательно утратил способность фильтровать свою речь.

Ну всё, приехали...

– Я хочу, чтобы господин Сурия стал моим... Хыыыы...

– А разве он уже не твой?

– Кхм-кхм! – Господин Сурия громко откашлялся, привлекая к себе всеобщее внимание. Даже с моего ракурса было видно, как ярко у него пылали уши. – Всё, хватит.

После этого он решительно подошёл ко мне, просунул руку под мои колени и...

Я-то думал, что он поднимет меня на руки, как какую-нибудь принцессу (Принцессу? Ха! Мечтайте дальше!).

На самом деле он просто схватил меня и закинул себе на плечо, как мешок с рисом, после чего спокойно объявил всем присутствующим, что мне пора спать.

– Пойду уложу его, – произнёс он.

– Только полегче с ним, сынок.

– Мама!

Я не увидел его лица в этот момент, поэтому не знал, как он отреагировал на ироничное замечание госпожи Припрао. Кажется, где-то на заднем плане я слышал, как Дао Нуэ, Лонг и Лиу спросили у мамы, что со мной произошло, и она ответила, что я просто непослушный мальчик и теперь должен получить нагоняй от Пи Я.

Ну а потом – тишина. Вернее, не тишина, а гулкий шум ливня, который заглушил собой все остальные звуки, оставив только тяжёлое дыхание господина Сурии. Он медленно и размеренно поднимался по лестнице, унося меня на второй этаж дома «Осколок Луны».

Открыв дверь в спальню, он занёс меня внутрь и бережно уложил на кровать.

– Ну ты даёшь... Хаа...

До меня донёсся его тяжёлый вздох. Кажется, господин Сурия изрядно вспотел, пока дотащил меня до сюда. Оно и понятно, ведь я, признаться, не такой уж и лёгкий.

В тот момент, когда он уже собирался подняться, я торопливо обхватил его ногами и притянул к себе, изо всех сил стараясь помешать ему уйти. В итоге господин Сурия оказался в каком-то полусидячем-полулежачем положении, я же всем своим видом напоминал обезьянку, которая вцепилась в дерево, боясь сорваться вниз.

– Я ведь говорил тебе – одного бокала достаточно.

– Хыыыы...

В ответ из моего горла снова послышались жалобные рыдания.

Кажется, господин Сурия начал немного лучше справляться с моими истериками (ключевое слово – немного), словно бы прошёл специальный курс по уходу за пьяными (а самое главное, плаксивыми!) младшими и сдал его на отлично.

Когда я обнял его, он даже не попытался вырваться. Слёзы катились по моим щекам без остановки. Казалось, алкоголь превратил мои слёзные железы в гиперчувствительные датчики, которые срабатывали на любые раздражители. Стоило хоть чему-нибудь коснуться моего сердца, и всё – я уже рыдал навзрыд.

– Я... всхлип... я...

– Что?

– Я хочу поцеловать вас... Хыыы...

Господин Сурия потёр виски. Он не стал делать того, о чём я так горестно просил. Вместо этого он зарылся пальцами в мои волосы и начал ласково гладить меня по голове, будто пытаясь убаюкать.

А я продолжал всхлипывать, вздрагивая всем телом, и то и дело бормотал какую-то бессвязную чепуху.

– Хыыы... господин Сурия...

– Мм.

– Господин Сурия... Хыыы...

– Что такое? Я слушаю.

– Можно... закрыть окно?

– Зачем?

– Хыыы... Просто закройте...

– Дождь не такой уж и сильный. И грома нет.

– Я не люблю дождь. Хыыы...

– Почему?

– Он... всхлип... напоминает мне о том дне, когда я умер.

– ...

– В тот день... лил такой дождь...

Господин Сурия больше ничего не сказал. Он просто поднялся с кровати и подошёл к окну, чтобы закрыть его, как я и просил. Всё это время я продолжал висеть на нём, вцепившись, как упрямая обезьянка, но он даже не попытался возмутиться.

Когда он закрыл створку, шум дождя стал звучать гораздо тише и приглушённее. После этого господин Сурия вернулся к постели и снова аккуратно уложил меня.

– Хыыы... господин Сурия...

– Всё ещё страшно?

– Всхлип... Н-нет... теперь уже нет...

Я уткнулся лицом в его грудь, будто пытаясь спрятаться от всего мире. Слёзы продолжали течь, пропитывая его одежду, а он как и прежде гладил меня по голове, утешая, словно маленького ребёнка. И от этих прикосновений становилось так же тепло, как от камина в заснеженный день. Или как от микроволновки, которая разогрела несколько блюд подряд.

– Просто... мне не нравится дождь...

– Ясно.

– Хыыы... Вы мне не верите?

– Я такого не говорил.

– Но я слышал по вашему тону... Вы сердитесь на меня... Хыыыыы...

– Да что ж это такое... У меня уже скоро голова взорвётся.

Стоило ему это сказать, и я тут же разразился новой истерикой. Рыдания вырвались с такой силой, словно кто-то открыл дополнительные шлюзы. Я начал яростно корить себя за всё на свете.

Это всё из-за меня! Я довёл его до такого ужасного состояния! Теперь он страдает от чудовищной головной боли! И всё по моей вине! Я – никчёмный, эгоистичный, отвратительный тип! Да я хуже Тайлы из моего прошлого мира! Как я вообще мог довести господина Сурию до такой головной боли?!

Увидев, к чему привели его последние слова, господин Сурия торопливо пояснил:

– Прости, я совсем не это имел в виду.

Договорив, он прижал меня к груди ещё крепче, и я тут же услышал, как громко и быстро билось его сердце. От него пахло вином и свежими травами – тем самым особенным ароматом, который был только у него. Я даже не знаю, как точнее его описать. Всё, что могу сказать, так это то, что он напоминал мне мой нюхательный бальзам, который я просто обожал.

– Господин Сурия... всхлип...

– Что?

– Хыыы... господин Сурия...

– Я слушаю.

Я поднял на него своё заплаканное лицо.

Представляю, каким жалким и растрёпанным я выглядел в эту минуту.

Господин Сурия приподнял брови в немом вопросе, однако произносить ничего не стал. Он просто провёл большими пальцами по моим щекам, мягко стирая мокрые дорожки слёз.

Какой же он добрый...

Никогда прежде я не встречал мужчину, который выглядел бы таким суровым и холодным, и в то же время обладал таким тёплым и заботливым сердцем. Он – единственный в своём роде.

– Я хочу, чтобы у меня был папа, как вы...

– Всё, тебе пора спать.

– Хотите от меня избавиться, да? Хыыы...

Господин Сурия промолчал. Вместо ответа он начал медленно покачивать меня в объятиях, как новорождённого младенца.

И надо сказать, это действительно подействовало.

Я продолжал лежать, уткнувшись в его грудь, пропитанную тем самым приятным травяным ароматом, что напоминал мой любимый нюхательный бальзам, и бессвязно бормотал всё, что приходило мне в голову. Уверен, господин Сурия слышал каждое моё бредовое признание – и теперь уже точно был в курсе того, как сильно мне нравился его запах.

Но мне плевать. В тот момент мне было всё равно, даже если бы он начал читать мои мысли. Всё, чего я хотел, – просто обнимать его.

Чёрт возьми! Почему мне хочется обнимать господина Сурию каждый божий день?!

Ничего не понимаю:(

– Господин Сурия...

– Мм.

– Я... всхлип... я, наверное, надоел вам?

– Нет.

– Но очень скоро надоем.

– Этого не произойдёт.

– Правда?

– Мм.

– Честно-пречестно?

– Честно.

– Господин Сурия.

– Да?

– Я хочу вас поцеловать.

Я надул губы и посмотрел на него с мольбой. Слёзы всё ещё стекали по щекам, и господин Сурия терпеливо стирал их с моего лица.

Стоило мне отстраниться от его груди и приподнять голову, как мы тут же оказались лицом к лицу. И хоть мои глаза застилала пелена слёз, даже она не могла скрыть от меня всей красоты и очарования этого мужчины.

Я вытянул губы трубочкой, как осьминожка, и медленно подался вперёд в ожидании поцелуя. В следующий миг между бровей господина Сурии пролегла глубокая складка. Казалось, ещё немного, и он начнёт меня отчитывать. Но нет, он этого не сделал.

Вместо этого...

Господин Сурия поцеловал меня...

Вкус его поцелуя напоминал глоток виноградного вина столетней выдержки – такой же пьянящий, обжигающий, головокружительный, с тёплым, долгоиграющим послевкусием.

А его губы... господи, кажется, будто они были вылеплены руками самого бога! Такие тонкие и изящные...

Этот поцелуй длился не меньше тридцати секунд. Наши губы мягко тянулись друг к другу, снова и снова встречаясь в нежных, исследующих касаниях. Когда же он наконец отстранился от меня, я заметил, как его уши снова вспыхнули ярко-красным.

Я поднял руку, нежно провёл пальцами по его раскрасневшейся ушной раковине и... счастливо рассмеялся.

– Хи-хи.

После этого я сказал ему, что его поцелуй был очень сладким, а ещё...

– Завтра, когда я проснусь, хочу поцеловать вас снова.

Господин Сурия ничего не ответил на моё бредовое заявление. Он просто позволил мне устроиться у него на груди, словно я был пятилетним ребёнком, который искал у отца тепла и защиты.

Наверное, я вёл себя так, будто мне было даже меньше, чем Дао Нуэ. Но, если честно, мне было всё равно.

Ведь прямо сейчас я лежал на груди у господина Сурии.

Интересно, Дао Нуэ когда-нибудь спал вот так? Вряд ли. Хах.

Мне было так хорошо и тепло. Его сердце билось спокойно и ровно, убаюкивая меня, как настоящая колыбельная.

В ту ночь дождь не унимался до самого утра. Но мне уже не было страшно.

Ведь рядом был он...

Мой господин Сурия. :)

💎💎💎

Обычно, когда я напиваюсь, наутро уже ничего не помню.

В прошлой жизни я пил нечасто, поскольку времени на вечеринки у меня попросту не было. Но, если верить рассказам Тайлы (я имею в виду Тайлу из того мира), каждый раз, когда это случалось, я начинал реветь... а потом просыпался и ни черта не помнил.

Но знаете что? Последняя моя попойка – это кошмар, который заткнёт за пояс все предыдущие.

Господи, неужели небеса решили пофиксить баг с моей потерей памяти?..

Потому что я помню ВСЁ! До последней чёртовой детали!

Проклятье!!! Я помню каждое слово, что сказал господину Сурии. Наверное, сам Сатана решил проучить меня таким способом за то, что его непутёвый слуга осмелился связаться с небесным созданием!

Ох, Сатана... Наверняка он сейчас в бешенстве! Ну а как же?! Я же поцеловал ангела!

Ведь господин Сурия – великий и прекрасный архангел! (Если что, этот титул я сам ему присвоил).

Проснулся я ближе к десяти – с такой головной болью, будто меня переехал десятитонный грузовик.

До этого я уже просыпался около пяти утра. Было ещё темно. Прохладный воздух окутывал всё вокруг, а за окном моросил мелкий дождь.

Я лежал, уткнувшись лицом в грудь господина Сурии, а он... обнимал меня. Между прочим, он был без рубашки. Его сердце билось глухо и ритмично, а от крепкой, мускулистой груди (господи, как же она мне нравится...) исходил очень приятный запах.

Я поспешно зажмурился, пытаясь снова уснуть и убедить себя, что всё это мне просто приснилось.

– Всё. Мне конец! Я точно труп!

Я плюхнулся обратно на кровать и уткнулся лицом в подушку. Сейчас в комнате был только я – господина Сурии рядом не оказалось.

Наверное, он уже спустился вниз и занялся своими утренними делами, как и подобает настоящему аристократу. А это значит, что у меня есть немного времени, чтобы наконец подумать о своих чувствах к нему и обо всём, что в последнее время творится у меня в сердце.

Ну что ж, давайте начнём.

Не буду ходить вокруг да около.

Раз уж в этой истории целых четыре (а может, и больше) человека умеют читать мысли, мне срочно нужно разобраться в себе, пока кто-нибудь из них не сделал это раньше меня.

Так вот.

Я понял, что...

Начинаю влюбляться в господина Сурию.

– АААААААА!!!

Я разинул рот, как настоящая баньши, и заорал во всё горло.

Ну конечно... а чему я, собственно, удивляюсь?

Рано или поздно это должно было случиться. Чего ещё ожидать, когда живёшь под одной крышей с таким чертовски привлекательным мужчиной?

К тому же он богат, с блестящим образованием и безупречным резюме. Голос – настоящий бархат, будто он и не говорит вовсе, а крутит виниловую пластинку внутри себя. А запах? Лёгкий, едва уловимый аромат свежих трав...

Ну как тут не влюбиться?! Да против такого мужчины вообще невозможно устоять!

По той же причине я, кстати, когда-то пал (и довольно позорно) перед плохишом Тайлой из моего прежнего мира.

– Ну и что с того? По-моему, ничего страшного не произошло...

Я просто... влюбился.

А вы что, никогда не влюблялись, что ли?

Да все влюблялись! Абсолютно все!

Вот и я влюбился... Точнее, пока ещё в процессе.

Но больше всего мне не нравится вот что: каким-то образом я умудрился влюбиться и в него... и в своего лучшего друга Тайлу!

Погодите-ка...

Я что, испытываю чувства одновременно к трём мужчинам?!

Тайла из прошлой жизни – раз.

Хотя нет... его, пожалуй, уже можно вычеркнуть. Вряд ли мы ещё когда-нибудь встретимся.

Значит, в гонке остались только двое: Тайла из этого мира – добрейшей души человек, и господин Сурия – суровый (но чертовски сексуальный) мафиози.

Да чтоб мне провалиться!

Сначала мой друг лидировал в этой гонке, потом было равенство, ну а теперь...

Господин Сурия явно вырвался вперёд!

И что мне делать? Что мне теперь делать?!

Я вскочил с кровати и начал метаться по комнате как сумасшедший.

Влюбиться – это ведь не преступление, правда?

Да, в этом нет ничего страшного...

Если только объект твоей влюблённости – не человек, который умеет читать мысли. :(

Чёрт побери! Ну почему это должен быть именно он?!

Моё дурацкое, предательское сердце – у тебя ведь был выбор! Столько вариантов! Но нет. Ты, конечно же, выбрало самый сложный путь...

И влюбилось в господина Сурию.

Я устроил себе настоящую внутреннюю драку – с тумаками, упрёками и самобичеванием – пока, наконец, не выбил из себя самый простой и логичный вывод:

– Я буду вести себя так, будто ничего не произошло.

Точно! Пока господин Сурия не прикоснётся ко мне, он не сможет прочитать мои мысли. С этого момента я не должен снимать аметистовый кулон ни на секунду (даже ночью!). А если кто-нибудь спросит, что я там наговорил спьяну, просто скажу: «Не помню, простите».

Раньше же я после попоек действительно ничего не помнил, так что никто и не подумает сомневаться в моих словах.

Буду продолжать играть дурачка, пока наш план по срыву свадьбы не сработает. Вот и всё.

Проблема решена!

Гениально!

Ну что за план! Прямо верх гениальности!

Я привёл себя в порядок: принял душ, чтобы смыть остатки утренней одурманенности, и переоделся. Выйдя из ванной, я обнаружил на столике стакан лаймовой воды и короткую записку: «Выпей. Это от похмелья».

Почерк был ровный и аккуратный. Я сразу понял, что эту записку оставил для меня господин Сурия (я ведь тайком уже запомнил его почерк).

И вот опять! Стоило лишь подумать о нём, и сердце тут же дрогнуло и начало таять.

Не смей терять голову, слышишь?!

Я влепил себе звонкую пощёчину, залпом осушил стакан и хлопнул себя по лбу, пытаясь вытрясти всю эту чепуху из своей головы. После этого я сделал пару глубоким вдохов и приступил к репетиции того, что собирался сказать господину Сурии при встрече.

К тому времени, как я наконец решился выйти из комнаты, у меня уже был заготовлен ответ на тот случай, если он спросит про прошлую ночь... или про мои слова о том, что мне бы хотелось снова поцеловать его после пробуждения (ААААААА!!!).

Я просто скажу: «Я ничего не помню».

Но мне повезло. Оказывается, Сатана не такой уж и жестокий к невинным, заблудшим душам...

– Господина Сурии нет. Он с самого утра отправился по делам в город вместе с господином Чакраватом.

Услышав слова Франсуа, я испытал такое облегчение, будто с моих плеч свалился целый мир!

Не в силах сдержать своей радости, я вприпрыжку направился в столовую, где, как оказалось, уже никого не было – все уже давно позавтракали.

Ну а я решил объединить завтрак и обед в один приём. Если не ошибаюсь, это называется бранч.

Пока я ел, мама и госпожа Припрао по очереди подошли ко мне, чтобы поинтересоваться, как я себя чувствую после похмелья. И, как я и предполагал, ни одна из них не упустил возможности спросить меня, помню ли я, что вчера было.

Готовы? Поехали!

– А что вчера было?

Я наморщил лоб, сдвинул брови и наклонил голову примерно на сорок пять градусов, входя в образ недоумевающего ангелочка.

Конечно, актёр из меня так себе. До уровня господина Сурии мне как до луны пешком. Но, как ни странно, для благородных дам моё представление сработало на ура. Кажется, они и правда поверили, что я напрочь забыл всё, что происходило вчера.

Ха-ха! Ну конечно...

Они же простые смертные, а не какие-нибудь там икс-мены!

А это значит, что, по крайней мере, в течение сегодняшнего дня я в безопасности от волков.

Забыл = Не о чем стыдиться.

Гениально! Просто блестяще! Ура!

После бранча я покинул столовую и решил немного прогуляться по округе. Тем временем команда горничных и слуг уже начала подготовку к вечернему банкету.

Дело в том, что госпожа Припрао и мама решили превратить свой общий день рождения в благотворительный приём – в духе светского клуба богатых домохозяек.

Большинство приглашённых – их давние друзья и знаменитые бизнесмены.

Ну а как иначе?

Кто вообще захочет пропустить вечер, организованный семьями Суриядечакорн и Юэ?

Я бродил по дому, со скучающим видом оглядываясь по сторонам и размышляя, куда все подевались. И вот, когда я проходил мимо гостиной, я наконец заметил стайку маленьких ангелочков, устроившихся на полу и увлечённо рисующих что-то цветными карандашами.

– Лонг, Лиу, что рисуете?

– Пи Джина.

– Ого! И правда очень похоже!

– А вот это ты, Хиа.

– Хм?.. Ты и меня нарисовала? – я приподнял брови и взял у сестрёнки рисунок, чтобы рассмотреть получше. – И кто же из них я?

– Вот этот.

– Тот, что... зелёный?

– Да! Хи-хи!

Кажется, моя младшая сестра решила изобразить меня в виде... какого-то древесного демона?..

Я недоумённо почесал голову и вернул рисунок близняшкам, не забыв их похвалить:

– Очень красиво, правда! Настоящее произведение искусства!

В ответ близнецы расплылись в сияющих улыбках. После этого они снова с головой ушли в своё творчество, а я тем временем решил подойти к третьему малышу, устроившемуся чуть поодаль.

Оказалось, когда Дао Нуэ рисовал, он полностью отключался от внешнего мира и переставал замечать вообще всё вокруг.

Я наклонился поближе, чтобы рассмотреть рисунок, над которым он с таким усердием трудился.

Это была семейная сцена, выполненная цветными восковыми мелками. Обычно шестилетки рисуют кто во что горазд, но рисунок Дао Нуэ разительно отличался от остальных: чёткие линии, гармоничные цвета, аккуратно проработанные тени.

Как человек, профессионально изучающий живопись, я сразу почувствовал, что у этого ребёнка определённо был талант. Я бы даже сказал – дар.

– Если он тебе нравится, просто скажи ему об этом.

– Что?..

– Тебе ведь нравится Пи Я, да?

Голос Дао Нуэ прозвучал абсолютно спокойно и, я бы даже сказал, бесстрастно. Он продолжал внимательно рассматривать рисунок перед собой, даже не осознавая, насколько странно прозвучали только что сказанные им слова.

Погодите-ка... ЧТО?!

Я что, каким-то образом умудрился коснуться его?!

Вот дерьмо!!!

– Мама говорит, так нельзя ругаться. Это очень некрасиво. Вот увидишь, я обязательно ей пожалуюсь.

Я вздрогнул, схватил этого мелкого карапуза под мышку и мигом выволок из гостиной.

Да, вы не ослышались.

Самый младший член королевской семьи – Мом Рачавонг Дао Нуэ Суриядечакорн – был хладнокровно похищен мной.

Дао Нуэ, совершенно не ожидавший такого поворота событий, выпучил на меня свои большие глаза, отчего стал похож на цыплёнка, ослеплённого яркой вспышкой света. Его ладошки всё ещё были перепачканы разноцветными мелками, но мне было всё равно.

Я затащил его в одну из пустых комнат, плотно закрыл за собой дверь, сел перед ним на корточки и аккуратно взял в свои ладони его влажную, вымазанную мелками ручку.

– Ни за что не говори об этом господину Сурии!

Врать тому, кто читает твои мысли, как открытую книгу, – бесполезно. Я отлично понимал это. Поэтому всё, что мне оставалось, – это договариваться, умолять и... давить на жалость.

Проклятье! Мне что, теперь придётся всю свою жизнь заключать сделки с сыновьями семейства Суриядечакорн?!

– Ты про то, что тебе нравится Пи Я, да?

Чёрт побери!

Вы только посмотрите на эту ухмылочку!

– Тихо! Даже не произноси этого слова, понял?! – я прижал палец к губам, а потом театрально скрестил руки крест-накрест перед собой.

– Серьёзно?.. – протянул Дао Нуэ с таким хитрым прищуром, что я еле сдержался, чтобы не ущипнуть его за эти милые щёчки.

– Дао Нуэ, умоляю тебя! Не говори ему об этом! Ты что, хочешь, чтобы меня похоронили? Он же меня точно прикончит!

– Он ничего тебе не сделает! Пи Я – самый добрый человек на свете!

Добрый? Так я этому и поверил!

– В общем, просто не говори ему об этом, понял? Эта тема под строжайшим запретом! И если тебе что-то понадобится – что угодно – сразу говори мне! Я сделаю для тебя всё, что угодно, только молчи!

– Всё-превсё? Ты уверен?

Шестилетний малыш погладил свой подбородок и снова прищурился – теперь уже не как ребёнок, а как настоящий маленький волчонок, в голове которого уже начала зреть целая армия коварных планов.

Я с трудом сглотнул.

Ну а что теперь делать? Слово не воробей, как говорится...

Дао Нуэ заявил, что пока ему не о чем просить, но он обязательно подумает об этом на досуге. Ну а как только придумает – сразу скажет мне.

Ну всё, я попал.

Когда-то я уже пытался объяснить Дао Нуэ, что нужно уважать личное пространство других людей и никому не выдавать их тайны. Я мог бы напомнить ему об этом. Пристыдить, в конце концов.

Но нет.

Вместо этого я, как полный идиот, предложил этому маленькому небожителю сделку: молчание в обмен на что-нибудь, что он сам пожелает. Крайне рискованная затея, скажу я вам.

Боже, какой же я дурак!

Я вышел в коридор в полуобморочном состоянии, с ужасом думая о том дне, когда правда о моих чувствах к господину Сурии всё-таки всплывёт наружу. Мне кажется, всё, что со мной сейчас происходит, это какой-то эффект подвесного моста – ну, знаете, когда двое людей, оказавшиеся в смертельной опасности, вдруг влюбляются друг в друга. Вот только...

Через какое, прости господи, смертельное испытание мы с господином Сурией вообще прошли, чтобы у меня возникли к нему такие чувства?!

Пока я пребывал в раздумьях, мой взгляд случайно зацепился за европейскую машину, которая только что остановилась перед воротами резиденции «Осколок Луны».

Обвитые плющом ворота начали медленно раскрываться.

Это точно не господин Сурия. Его машину я бы даже с закрытыми глазами узнал!

– Эй, По!

– Тай! Топонг!

Когда я увидел своих друзей, сердце радостно застучало в груди, и я со всех ног кинулся к ним навстречу.

Пусть мы и были знакомы всего пару месяцев, но за это короткое время они стали мне почти родными. Так что, увидев их здесь, мне сразу стало гораздо спокойнее.

– Как вы сюда попали?

– Наших родителей тоже пригласили на вечерний банкет.

Чёрт побери!

Совсем забыл, что мои друзья тоже были далеко не из бедных семей.

Как же я рад, что мне не придётся всю ночь торчать одному в компании этих... икс-менов.

Я позвал ребят пройти внутрь и поздороваться со старшими.

Мама, отец и госпожа Припрао встретили их с тёплыми улыбками. Ну а как вы хотели? Если в этом доме был кто-то, кого любил Апо Юэ, то этого счастливчика автоматически начинали любить и все остальные.

Как раз в этот момент, словно из ниоткуда, рядом с нами появился господин Чанджак и тут же предложил всем снова сыграть в «Мяч на четыре базы».

Конечно же, Тайла и Топонг не стали отказываться. На этот раз мы решили тянуть жребий, чтобы разделиться на команды. Никаких «Юэ» против «Суриядечакорн»!

Только команда А и команда В. Всё просто и по-честному.

Я попал в команду А. Вместе со мной там оказались Дао Нуэ, господин Чанджак (ёшкин кот, почему здесь опять одни телепаты?!) и Топонг.

Ну а Тайла, Хиа Шин, Лонг и Лиу вошли в команду В.

– По, давай уделаем Тайлу как следует!

– Да легко! У него не армия, а кучка младенцев!

– Да ну вас!

Сразу опущу подробности этой эпической битвы. Всё, что вам нужно знать, это то, что обе команды сражались, не уступая друг другу ни на пядь. Мы играли так, будто на кону стояла не просто победа, а чья-то жизнь.

Сегодняшняя игра была для меня особенно сложной в том плане, что мне приходилось всё время следить за тем, чтобы не дай бог случайно не коснуться господина Чанджака.

С Дао Нуэ – другое дело. Он ведь мой мелкий прихвостень. Хоть заобнимайся с ним – ничего страшного не произойдёт. А вот от господина Чанджака я предпочёл бы держаться подальше. Всё-таки он был пока для меня опасен.

Как и в прошлый раз, игра снова закончилась тем, что все её участники оказались измазаны грязью с головы до пят.

Увидев это безобразие, госпожа Припрао тут же принялась нас отчитывать и велела немедленно идти мыться, поскольку до вечернего приёма оставалось не так уж и много времени. Но мы просто были не в силах это сделать.

Вся наша футбольная банда лежала на заляпанной грязью траве и громко хохотала – точно стайка шкодливых детей, сбежавших от взрослых, чтобы побеситься в свой выходной на воле.

Я уставился в небо, которое постепенно начинало окрашиваться в тёплый, золотисто-оранжевый цвет.

Сколько же времени мы провели на этом поле? Час? Два? А может, дольше?..

Едва я успел об этом задуматься, как небо вдруг исчезло, а вместо него передо мной возникло лицо ангела. Заслонив собой вечернее солнце, он молчаливо склонился надо мной и посмотрел на меня своими прекрасными глазами.

– Господин Су... Ой! Пи Я!

Это был он – господин Сурия.

Мой сияющий архангел наконец вернулся из своей поездки в город. На нём была белоснежная рубашка, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, приоткрывая взгляду изящную линию ключиц, а также чёрные брюки, идеально подчёркивавшие его фигуру (Господи, какой же он сногсшибательный в этом образе...).

Ну вот, моё сердце снова начало сходить с ума...

На лице господина Сурии застыло такое спокойное, непроницаемое выражение, что было просто невозможно угадать, о чём он в этот момент думал. Я резко сел и поспешно отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как меня покидают последние крохи самообладания. Не знаю почему, но человек, который носил титул моего жениха... выглядел сегодня куда более ослепительным, чем обычно.

Господин Сурия протянул мне руку, явно собираясь помочь подняться.

– Но вы испачкаетесь... – пробормотал я, метнув нерешительный взгляд на его безупречно чистую ладонь.

Однако он и не подумал отступать. Господин Сурия продолжал неподвижно стоять передо мной, протягивая мне руку, и мне ничего не оставалось, кроме как вложить свою ладонь в его. В следующую секунду он крепко сжал её и с лёгкостью поднял меня с грязной травы.

Когда я встал перед ним во весь рост, я с удивлением понял, что моя макушка едва доходила ему до груди.

Боже, какой же он высокий!

Мы смотрели друг на друга куда дольше, чем следовало, и вскоре меня охватила сильная неловкость. Я смущённо почесал щёку, а он... отвёл глаза всего на миг и, будто бы невзначай, спросил:

– Ты уже ел?

– Да, – я кивнул и тут же уставился в землю.

Боковым зрением я заметил, как на нас уже уставилась вся моя футбольная банда. Стоило мне увидеть их ухмыляющиеся физиономии, как мне тут же захотелось провалиться сквозь землю. Во главе этой «делегации» стоял господин Чанджак, а рядом с ним хитро улыбались мелкий чертёнок Дао Нуэ, близнецы, ну и, конечно же, Топонг.

Хиа Шин, как обычно, сделал уставшее лицо и отвернулся в сторону. А вот Тайла...

Тайла был единственным, кто смотрел на нас глазами побитой собаки...

В тот момент, когда я увидел его взгляд, моё сердце сжалось от необъяснимой тревоги.

Почему... почему, чёрт возьми, вся эта ситуация всё сильнее напоминает крушение поезда?!

Продолжение следует... 

Если вам понравилась глава, не забудьте поставить звёздочку✨ 

❤️❤️❤️