Глава 7. | В тени пара. 18+

В текущей главе присутствует детальное описание постельной сцены. При всем, вашем желании, вы можете пропустить указанный фрагмент. Сюжетно вы ничего не потеряете.

Саундтрек к главе: Три дня дождя – Вина.

Любовь — ни что иное, как «секс» с орфографической ошибкой.(с) Харлан Эллисон.

Киса притягивает меня к себе, и я замираю, – его горячая рука с осторожностью изучает мое тело, словно он видит его впервые.

Он касается моего живота, и я в полной мере чувствую его прикосновение, словно этой белой, промокшей до нитки футболки, совсем нет.

Он касается моих ребер, склоняется и шепчет мне на ухо:

— Тогда я боялся это сделать, но не теперь, — он касается моей груди, слегка сжимая ее, – я судорожно вздыхаю.

— Теперь ты не боишься доставить мне дискомфорт? — тихо уточняю я.

— А я разве тебе его доставляю?

Не дискомфорт, а скорее, неловкость от происходящего, – про себя отвечаю я, но решаю промолчать. Как оказалось, Ваню не устроило мое молчание, – он касается моих плеч и разворачивает меня.

Я заглядываю ему в мокрое лицо: темные пряди, словно иголки, которые не уколют, и любящие глаза, которые больше никогда не подведут.

Капли горячей воды стекают по его кудрявым волосам и с тягой падают вниз, – я, словно завороженная, наблюдаю за столь очаровывающим процессом, но  Киса прерывает:

— Ты не ответила. — шепчет он.

Засмотревшись, я вовсе обо всем забыла. Я сглатываю и тихо отвечаю:

— На что?

Он хмурится:

— В смысле, – «На что»?

Я перевожу дыхание и на мгновение закрываю глаза.

— Прости, я это... — очередной вдох, — Я засмотрелась.

— Засмотрелась? — усмехается он, — И на что же?

— На тебя.

Киса довольно ухмыляется, касается моей щеки и делает короткий шаг, встречая наши желанные губы в теплом и столь мокром поцелуе.

Его руки начинают с терпким желанием гулять по моей жгучей коже, единовременно наращивая тем поцелуя, – теперь он не просто мокрый, он чрезвычайно мокрый, ибо в ход пошли языки.

Я обхватываю его шею, тем самым позволяя владеть своим телом, но Киса, неожиданно для меня, отстраняется, – он опускает глаза, смотрит на свои пальцы, которые непреднамеренно нащупали небольшой шрам, оставленный после операции, а затем с виной в глазах смотрит на меня. 

Я касаюсь его кисти, на которой все так же красуется черный партак, приближаюсь и тихо, почти шепотом, опережаю:

— Это все в прошлом.

Он поддается отвлечению в виде нежного поцелуя но, к сожалению, ненадолго, – Киса снова отстраняется и жалобно смотрит мне в лицо. 

— Это моя вина. — шепчет он, — Это из-за меня на тебе этот шрам, который с годами не исчезнет.

— Вань,

— Алис, — перехватывает он, — прости меня.

— Тебе не за что извиняться, ты этого не хотел.

Я тянусь к его мягким губам, но он останавливает меня следующей фразой:

— Но я сделал это. Я выстрелил,

— Ты выстрелил не в меня, а в пласт, — я касаюсь его атласной шеи и раздраженно добавляю: — Это было в прошлом, так пусть оно там и остается. Наслаждайся, блять, настоя...

Я не успеваю закончить мысль, так как растворяюсь в страстном поцелуе.

Киса воспринял мои слова слишком буквально, по сей причине я оказываюсь прижата к прохладной стене, – он наслаждается моими влажными губами, а после и чувствительной шеей, осыпая ее случайными засосами, и постепенно превращая прозрачную кожу в серо-буро-малиновую.

Я прерывисто заполняю легкие, – неистовое вожделение отражается не только в моих тяжких вздохах, но и в его тлеющих прикосновениях. Его рука преодолевает намокшую ткань, которая из-за контакта с кожей, скатывается, представляя его вниманию мою обнаженную грудь. 

Футболка в одночасье снимается с моего тела, как и шорты с нижним бельем, которые отшвыриваются в угол. Пошлые поцелуи гаснут по сравнению с прикосновениями, которых становится все больше. 

Киса сжимает мое бедро, а после задирает, – щемящее возбуждение бежит по венам, стоит нам соприкоснуться гениталиями.

Я выгибаюсь и начинаю медленно двигаться, вызывая у Кисы похотливую ухмылку.

— И что, не боишься? — тихо спрашивает он.

Я отрицательно качаю головой.  Я всегда держала в узле мысль о том, что незащищенный секс – это плохо и не проходит без последствий. И последствия тому – нежеланная беременность. Но сейчас я, преисполнившись возбуждением, решила все таки полностью довериться Ване – Лишь бы я потом не пожалела.

Напряженный член скользит по моим половым губам, а после скрывается во мне одним резким толчком, – я приоткрываю рот, дабы вдохнуть недостаток воздуха, а после поджимаю губы и прикусываю их, тем самым подавляя громкий стон.

Я обхватываю его шею, и Киса без промедления накрывает мои губы своими: такими мягкими и столь податливыми.

Но даже поцелуи не могут удержать мои стоны. Ваня это понимает и отстраняться. Он хватает меня за предплечье и разворачивает меня спиной: я безмолвно повинуюсь.

Он касается моих бедер и плавно ведет пытливые ладони вверх – все выше и выше:

Одной рукой он обхватывает мой часто вздымающийся живот, второй закрывает мне рот, а после безжалостно входит, срывая с моих уст громкий и одновременно тихий стон.

Как только грязные шлепки заполоняют помещение, Киса замедляется, контролируя громкость шума, но вскоре парню приходится полностью остановится, ибо мое тело начинает содрогаться от неописуемо приятного оргазма.

Я прислоняюсь к его грудной клетке и касаюсь правой ладони, которая все это время закрывала мне рот – Киса послушно оттесняет свою ладонь, и я наполняю легкие тяжким вздохом.

Киса сглатывает и, тяжело дыша, спрашивает:

— Все хорошо, принцесса?

Я на выдохе отвечаю:

— Да... Просто... Дышать почти не чем.

— Прости. — выдыхает он, и я распознаю в его тоне улыбчивость.

Я разворачиваюсь, и догадка подтверждается.

— Ты не будешь заканчивать?

— Нет – зная себя, я могу не успеть, — усмехается он, — а рисковать мне не хочется. Главное, что было приятно и тебе понравилось.

Я заключаю парня в объятия и с облегчением выдыхаю. 

От автора.Все таки я отвыкла писать постельные сцены, раз на эту небольшую главу у меня ушло почти четыре часа. Пи**** короче.