Глава 6. | Прикрытие

— Забор покрасьте, — тихо отвечает папа, охватывая Ваню изучающим взглядом, — че у вас тут?

Я мешкаю, протягивая буквы, – пытаюсь объясниться, но как на зло мысли исчезают, не давая схватиться. Киса приходит на помощь, стоит мне один раз на него посмотреть.

— Э-э... Гхм, — Ваня хмыкнул в кулак. — Вы все не так поняли.

— Ага, — кивнул папа.

— У меня произошла в жизни... Как это правильно сказать... Патовая ситуация! — выкручивая дар красноречия, говорит Ваня. — Мое общежитие закрыли на комендантские часы, – я, к сожалению, опоздал. Думал переночевать в студии, которую снимаю, но ключи посеял. Друзья, у которых есть дубликаты, не берут трубки. А Ваша дочь, — Киса смотрит на меня любящим взглядом и неожиданно продолжает: — предложила мне переночевать у себя.

Я смотрю на Ваню: мое лицо хмурое, ибо это была самая, что ни на есть настоящая ложь: он сам напросился, я ничего не предлагала! Но я понимаю, что сдать его, – это закопать нас обоих, поэтому скрещиваю руки на груди и решаю промолчать.

— М-гу... — Папа переводит на меня свое одурманенное внимание и, почесывая затылок, нравоучает: — Предупредила бы, – а, Алис? А то я уже подумал, что вор залез.

Я не успеваю рот открыть, как Ваня отвечает:

— Извините, больше этого не повторится.

— Конечно, не повторится, ты, – малой, в следующий раз через дверь зайдешь. — с радушной улыбкой говорит папа.

Ваня улыбается в ответ, я – в свою очередь, продолжаю стоять с хмурым выражением лица.

— Так Вы не против?

— Нет, конечно. — Папа делает шаг и протягивает правую ладонь: — Я кстати, Олег.

Киса залезает обратно и обменивается с моим папой крепким рукопожатием, со следующим ответом:

— Иван.

— Хороший ты пацан, Иван, жалко, что Галка этого не понимает. — вздыхает отец.

Ваня пожимает плечами. Папа отступает и прежде, чем уйти, наставляет:

— Ладно, я пошел спать, Вы, это... Не шалите,

— Па! — смущенно перехватываю я.

— не пап-кай!

Я вздыхаю и отворачиваюсь. 

— И это... Вань, — отец замирает в двери.

— Да?

— Ванной можешь пользоваться, но смотри, чтобы Галка тебя не увидела, а то орать начнет. Она тебя... Как это помягче сказать... Недолюбливает.

Ваня кивнул:

— Понял.

— Сейчас она, если что, спит, так что... Можешь, так сказать, воспользоваться случаем. Ладно, детвора, спокойной ночи.

— Спокойной. — в двухголосие отвечаем мы, и дверь закрывается.

Я толкаю Ваню локтем в живот, – он «болезненно» склоняется, и в недоумении спрашивает:

— Что?

— Я предложила, – а, Кислов?

Киса делает шаг и притягивает меня ближе к себе, схватив за предплечье, – притягивает настолько близко, что наши губы едва соприкасаются.

— Не называй меня по фамилии, — отрывисто приказывает он.

На моем лице возникает и тут же угасает игривая ухмылка, – я провокационно спрашиваю:

— А то, что?

— А то, — Внезапно Ваня запинается и краснеет, – мгновение и он отстраняется, тихо продолжая: — А то с такой же ходить будешь.

Я меняюсь в лице: должна признать, шутка выбила меня из колеи, – это ведь была шутка?

Кислов снимает все ту же темно-дутую куртку, набрасывает ее на спинку офисного кресла и, оставив на мне расторопный взгляд, намеревается покинуть помещение, подтверждая это следующим:

— Я в душ.

— Стой! — вполголоса говорю я и Ваня останавливается. — Если мама проснется, и начнет что-то спрашивать, ты же не сможешь ей ответить. Если не ответить, она панику поднимет.

Ваня задумался.

— Предложение?

Я вздыхаю и пожимаю плечами.

— Я пойду с тобой.

Бескровные губы Киса касается похотливая ухмылка, – он открывает дверь, пропуская меня:

— Прошу.

Я закатываю глаза и прежде, чем выйти с комнаты, цыкаю:

— Лицо попроще сделай, с тобой я мыться не буду.

Ваня усмехнулся, но ничего не ответил.

22:58

Когда Кислов залез в ванную и из душа зажурчала вода, я прислонилась к раковине.

Рассматривая свое отражение, я подлавливаю себя на мысли, что повторно почистить зубы, будет неплохой идеей. Я открываю синий смеситель и принимаюсь к чистке зубов, как вдруг:

— Алис, это ты?

Голос матери заставляет Ваню выглянуть из-за шторки, – я смотрю на него через зеркало, сплевываю образовавшуюся пенку от зубной пасты и отзываюсь:

— Да, ма, – это я.

Ваня скрывается за шторкой.

— Чего это ты снова решила в душ залезть? Была ведь вечером.

— Э-э... Кошмар приснился! Проснулась в мокром поту. А ты чего не спишь?

Я прочищаю холодной водой рот, сплевываю, закрываю смеситель и замираю, – замираю от внезапной тревоги.

— Да я таблетки забыла выпить.

Я смотрю на таблетки, которые стоят на раковине.

— Впустишь? Я быстренько выпью и спать пойду.

Пытаюсь что-то придумать, но в голову приходит только одно, я раздраженно фыркаю, и отвечаю:

— Сейчас!

Я, закрываю глаза и с неловкостью залезаю в горячий душ, – перепад температуры заводит мое сердце, и кажется, не только мое, но другое  совершенно по иной причине. Я чувствую как Ваня касается моей талии, я нервно вздыхаю и открываю глаза, – он стоит сзади, поэтому смущение пробирает меня куда меньше, ибо я его не вижу. Но вопрос остается открытым: как долго?

Я сглатываю, оттесняю беспросветную ткать и, повернув щеколду на девяносто градусов, молниеносно прячусь за шторкой.

Мама заходит в санузел, – мое волнение нарастает с каждым ударом сердца, и это не остается без внимания Кисы. Он заключает меня в крепкие объятия, и я на мгновение считаю, что все будет хорошо, как вдруг мама начинает уточнять:

— Неужели такой страшный сон приснился, раз ты в душ залезла?

Она подозревает, – накручиваю себя я, но нежные поглаживания Вани меня успокаивают.

— Да, — мой голос начинает предательски дрожать, — Мне... Мне короче, трупы приснились. Они там это... В море, вс-сплывали, а я это... Среди них была, вот...

— Господи, — с иронией отвечает мама.

Распознаю среди водного шума открытие пластмассовой упаковки, – мама выпивает таблетку и с презрением добавляет:

— Ладно, я пошла спать, ты только это... воду долго не гоняй! Магнит не поставлен.

— М-гу...

Послышался хлопок двери, но я не выдыхаю, – вдруг проверка? Я с излишней настороженностью выглядываю из шторки, – пусто. Мама ушла.

Я закрываю дверь и с облегчением выдыхаю. Намереваюсь покинуть душ, как вдруг мое предплечье хватают сзади.