4

- Ах ты, степь широкая,Степь раздольная,Широко ты, матушка,Протянулася.- Тихо напевала Настя, ведя пастись овец.

На улице вновь стояло ранее утро. На траве блестела роса и маленькими бусинками скатывалась по тоненьким листочкам на сырую землю. В воздухе висела туманная дымка. Как же хорошо и легко дышалось здесь, в открытом поле. Ночная прохлада ещё не покинула землю, поэтому на плечах Настасьи красовался тёплый платок, щедро подаренный ей дедом на 19 день рождения.

- Ой, да не степной орелПодымается,Ой, да то донской казакРазгуляется.

Внутри ещё теплилась малюсенькая надежда, что всё ещё образуется, и в мир вернётся царская Россия. Она хотела вернуться в прошлое не из-за богатой жизни, а из-за размеренной жизни и спокойствия, которого теперь не было, кругом только и говорили о войне, а её отголоски начинали чувствовать и простые жители. Теперь в деревни приходили красноармейцы, которые увозили в город львиную долю выращенных культур, в стране был дефицит всего.

Часто девушке приходилось слышать тихие разговоры о совсем не красочном будущем. И самое страшное, теперь никто не знал, чью позицию занимать выгоднее. Выберешь красных, потеряешь всё, что имеешь. Выберешь белых, рискуешь быть пристрелен красными, ведь их сейчас намного больше.

- Ой, да не летай, орел,Низко ко земле,Ой, да не гуляй, казак,Близко к берегу!

Часто девушка вспоминала и о казаках, ведь большую часть жизни провела в казачьем селенье, где отец был атаманом. Когда батюшке стукнуло 60 лет, душа стала более меланхоличной и сентиментальной. Вспомнив, что он является потомственным дворянином, решил дать своей единственной дочери хорошее образование. А где его ещё можно было получить, если не в Петербурге? Так, семья и перебралась в столицу. Но по ночам девочке часто снились зелёные просторы и сильные воды могучего Дона.

Яркий диск солнца поднимался всё выше и выше и дарил какой-никакое тепло. Подставив бледное лицо к светилу, девушка вдохнула полной грудью утреннюю свежесть и вновь окунулась в далёкое прошлое. Вот ей снова 7, и она старательно помогает отцу расчёсывать густую лошадиную гриву, а тот посматривает на её сосредоточенное лицо и смеётся.

- Давай тщательнее, Настёна.- Подначивает её отец с улыбкой, которую скрывают пышные усы.

- О чём мечтаешь, красавица?- Выдернул её из воспоминаний  мужской голос.

Девушка обернулась и прищурившись взглянула на Алексея, спрыгивающего со своего коня.

- О прошлом.- Коротко ответила Настя, переводя взгляд на маленькое стадо.

- А я тебе вон чего привёз.- Произнёс мужчина, доставая из сумки 3 книжечки и стопку бумаги.

Медовые глаза округлились и засияли, рука потянулась за томиками.

- Спасибо.- Восхищённо шепнула она, рассматривая подарки.- Сколько?- Спросила она опускаясь с небес на землю, и вспоминая, что за всё в этой жизни нужно платить.

- Что "сколько"?- В замешательстве спросил Алексей.

- Сколько я тебе должна за это всё?

- Ни сколько.

- Но книги же не дешёвое удовольствие.

- Расценивай это как серьёзность моих намерений.

- Мы с Вами разные,Как суша и вода,Мы с Вами разные,Как лучик с тенью.

- Почему же не продолжаешь? Это ведь не всё стихотворение.

- А я думаю, на этом можно закончить.

- Вас уверяю — это не беда,А лучшее приобретенье.Мы с Вами разные, какая благодать!Прекрасно дополняем мы друг друга.Что одинаковость нам может дать?Лишь ощущенье замкнутого круга.

Настя отвернулась с широкой улыбкой на губах. И эта улыбка поселилась в душе мужчины, который внимательно наблюдал за девушкой, стараясь запомнить каждую морщинку на нежном девичьем лице.

- Лёшка, ничего не выйдет из этого романа.

- А ты дай мне шанс.

- Боюсь.

- От чего же?

- Привязаться к человеку просто, а вот как потом отпустить?

- А меня отпускать не надо.

- А на войну?

- Так я вернусь.

- А кто ж мне это гарантировать может?

- Я. Клянусь, вернусь. Всегда буду возвращаться к тебе!

- Какие же громкие слова.

- Не веришь?

Девушка повертела головой.

- Ладно. Я докажу тебе, что мои слова не пустой звук.

Внимание Настасьи вновь вернулось к книгам.

- Почему выбор пал на Маяковского?

- Мне нравятся его стихи.

"Послушайте!Ведь, если звезды зажигают —значит — это кому-нибудь нужно?Значит — кто-то хочет, чтобы они были?Значит — кто-то называет эти плево́чки жемчужиной?"

Красиво ведь?

- Хочешь  знать  моё мнение? Этот человек не воспитанный матершинник.

- А что на счёт Есенина?

- Его произведения мне нравятся больше.

- Но он ведь тоже материться.

- Но не так часто. К тому же в его стихах есть рифма, и это меня пленяет.

- Заметался пожар голубой,Позабылись родимые дали.В первый раз я запел про любовь,В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь — как запущенный сад,Был на женщин и зелие падкий.Разонравилось пить и плясатьИ терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть на тебя,Видеть глаз злато-карий омут,И чтоб, прошлое не любя,Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан,Если б знала ты сердцем упорным,Как умеет любить хулиган,Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл кабакиИ стихи бы писать забросил,Только б тонко касаться рукиИ волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошел за тобойХоть в свои, хоть в чужие дали…В первый раз я запел про любовь,В первый раз отрекаюсь скандалить.

- Какая замечательная память на стихи.- С хитрой улыбкой ответила Настасья.- Для обычного крестьянина ты слишком много знаешь.

- А я не обычный крестьянин. Я мещанин.

- Вот оно что. А учился где-нибудь?

- Кадетская академия. Мой отец военный, он очень хотел, чтобы я пошёл по его стопам.

- И ты покорился.

- Военное дело довольно-таки увлекательно.

- Ты так много знаешь стихотворений, никогда не думал начать писать самостоятельно?

- Я военный, не рифмач.  Я влюблён в свою отчизну.  Буду Родину беречь,  Чем марать пустую книжку.

- Вы это сами придумали?- Восхищённо спросила девушка.

- Да.

- Это же так здорово! Почему не развиваешь свой талант? У тебя же есть потенциал! Попробуй стать вторым Есениным! Он ведь тоже из обычной, крестьянской семьи.

- Уж слишком мало времени, чтобы писать. Да и творчество - шаткая вещь, сегодня на пике, а завтра в канаве.

- Хотя бы попробуй! Всё равно ничего не потеряешь.

- На всё это нужны деньги.

- Я попробую помочь. В городе осталось много знакомых, может помогут.

- Не стоит.

- Лёша, попробуй. Не получится - будешь дальше жить, как жил, а получится - станешь голосом народа.

- Предложение заманчивое, но не надёжное.

- Просто дай мне свои стихи. А я, когда буду в городе, занесу их одному человеку. Он прочитает и вынесет вердикт. Идёт?

- У меня с собой ничего нет.

- А по памяти?

- Не думаю, что получится вспомнить.

- А ты попробуй.

- Она сидела на траве,  Устало прислонившись к дубу.  Не знаю, думала ли обо мне,  Поэтому не брал за руку.

  Я без малейшего стесненья   Её старался прочитать:  Умна, горда, не лицемерна,  А внешность можно описать  Одним лишь словом - Совершенна.

  Я часто её представляю во сне  И брежу одним лишь желанием:  Поцеловать бы её на заре,  Позвать бы её на свиданье.

  Самонадеянно ли это?  Возможно. Ну а в чём беда?  Задам вопрос - здесь нет вреда.  "Ты рада мне, хоть иногда?"  Надеюсь, я услышу "да".

Настасья расплылась в довольной улыбке.

- У тебя действительно талант.

- Да разве он кому-нибудь нужен?

- Конечно. Обществу. Я записала твоё творение, и когда в следующий раз поеду в Питербург, загляну к одному знакомому. Уверенна, ему понравится.

- Чтобы выпустить книгу, нужно много материала, а не один стишок.

- А мы можем создать общий сборник, где будут и твои и мои стихи.

- Ты пишешь?- Удивился мужчина.

- Теперь одна в жестоком мире.  Почил отец, кругом вражда,  Кругом лишь боль и суета!  Живу теперь я в страхе.

  А ненависти сколько в лицах!  Глаза темны,   А в них огни,  Костры уж палят черти.

  И в головах одна идея:  Убить, порвать и разорвать.  Ну а за что?  Мне не понять.

  Быть может за учёность,  А может за судьбу,  А может быть за то,  Что я вот так живу...

  Не важно - хороший или плохой,  Всех под одну гребёнку.  Имеешь статус - ты никто,  Ведь жил не так уж плохо.

  Сменилась власть,  Забудь про счастье,  Забудь уютный, чистый дом,  Не будет уж порядка в нём,  Лишь только горесть и ненастье.

Помолчав немного она дополнила:

- Лёш,- Мягкая женская рука легла на тёплую ладонь.- пойми, ты - красная армия, а я, как бы не вертелась - останусь белой. Даже если весь мир перевернётся с ног на голову, люди всё равно будут понимать, что я не своя, я теперь везде чужая. Нет у меня больше своего места, теперь у меня вообще ничего своего нет.

- Почему же? Кое-что у тебя все-таки есть.- Мужчина переплёл их пальцы.

- И что же это?

- Моё сердце.- Он поднёс белую ладонь к своим губам и поцеловал костяшки.

- Какие красивые речи.- Произнесла девушка, глядя на Алексея сверху вниз.

- И ведь все правдивы.

- А откуда же мне знать?

- Зачем издеваешься надо мной?- Спросил мужчина, усаживаясь прямее перед Настей.

- В чём же издевательство?

- В неопределённости. Просто скажи "да" или "нет". Это не сложно.

- Нет, Лёша, это очень сложно. Особенно, когда сердце говорит одно, а голова кричит другое. Сердце слушать страшно, потом горя не оберёшься. А если подходить к таким вопросам рассудительно, можно жалеть всю оставшуюся жизнь, что не послушал сердце. Связавшись с тобой, рискую потерять слишком ценное - жизнь. С твоей стороны всё точно так же. Думаешь, тебя простят за связь с белой?

- Но я готов рискнуть.

- А мне страшно. Понимаешь?

Свободная женская ладонь остановилась на мужской, щетинистой щеке.

- Я тебя отвоюю у всех времён, у всех ночей,У всех золотых знамён, у всех мечей,Я ключи закину и псов прогоню с крыльца —Оттого что в земной ночи́ я вернее пса.

- Цветаева.

Алексей слегка повернул голову и поцеловал ладонь, всё так же лежащую у него на щеке.

- Я люблю тебя, и ты с этим уже ничего не сделаешь.

- Издеваешься.- С грустной улыбкой произнесла Настя, переворачивая их руки и мягко целуя тыльную сторону мужской ладони.

Алексей удивлённо посмотрел на девушку, быстро пришёл в себя и свободной рукой осмелился заправить прядь выбившихся из-под косынки тёмных волос за ухо.

- Как бы мне хотелось знать, о чём думает эта светлая головка.- Тихо произнёс мужчина, вглядываясь в нежное лицо.

- Она думает, как мир жесток и несправедлив.

- Давай, хотя бы сейчас забудем об этом?

- Давай.

Он потянулся за сборником Ахматовой.

- Так, посмотрим, что у нас любят читать дамы.- С серьёзным видом он раскрыл книгу и улёгся на траву. Настя рассмеялась и примостилась рядом.

- Было душно от жгучего света,А взгляды его — как лучи.Я только вздрогнула: этотМожет меня приручить.- Тихо вслух начала читать девушка.- Как красиво!- Восхитилась она.

- А мне вот это больше нравится:Перед весной бывают дни такие:Под плотным снегом отдыхает луг,Шумят деревья весело-сухие,И теплый ветер нежен и упруг.И легкости своей дивится тело,И дома своего не узнаешь,А песню ту, что прежде надоела,Как новую, с волнением поешь.

Алексей перелистнул страницу и зачитал следующее стихотворение.

- Сжала руки под темной вуалью…«Отчего ты сегодня бледна?»— Оттого, что я терпкой печальюНапоила его допьяна.- Хитрые глаза устремились на заинтересованное женское лицо.

Почувствовав на себе этот взгляд, она обернулась и продолжила:

- Как забуду? Он вышел, шатаясь,Искривился мучительно рот…Я сбежала, перил не касаясь,Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: «ШуткаВсе, что было. Уйдешь, я умру».Улыбнулся спокойно и жуткоИ сказал мне: «Не стой на ветру».

- Откуда ты его знаешь?- Удивился мужчина, вглядываясь в самую глубину медовых глаз, которые освещало утреннее солнце.

- Оно не новое. Премьера состоялась ещё в 1911 году. Ахматова долго колебалась выпускать стихотворение или нет.

- Откуда знаешь?

- Присутствовала на том литературном вечере.

Оба стали молча вглядываться в лица друг друга, но вскоре тишину решил прервал Алексей:

- Пришла —деловито,за рыком,за ростом,взглянув,разглядела просто мальчика.Взяла,отобрала сердцеи простопошла играть —как девочка мячиком.И каждая —чудо будто видится —где дама вкопалась,а где девица.«Такого любить?Да этакий ринется!Должно, укротительница.Должно, из зверинца!»А я ликую.Нет его —ига!От радости себя не помня,скакал,индейцем свадебным прыгал,так было весело,было легко мне.

- Это ведь совершенно не Ахматова.- Подметила девушка, прищурившись.

- Да. Это тобой не любимый Маяковский.

Их лица находились так близко друг к другу, что оба чувствовали поверхностное дыхание на коже.

- Надеюсь, ты простишь мне эту дерзость.

После сказанного, он прижался к её губам, и не встретив сопротивления, решил сделать поцелуй более ярким, и скользнул горячим языком по влажным губам Насти, которая уже испытывала целый спектр эмоций.

- А ты знаешь, что за такую вольность, мой отец мог бы тебя пристрелить на месте?- Произнесла девушка, когда мужчина отстранился.

- Оно бы того стоило.- Коротко ответил Лёша улыбаясь.

- Ты бесстрашный дурак.

- А ты воплощение слова "прелесть".

Где-то неподалёку заблеяла овца, и оба повернулись на звук.

- Я совсем потеряла счёт времени!- Спохватилась Настасья, поднимаясь на ноги.

- Когда мы теперь сможем встретиться?

- Завтра утром.

Мужчина кивнул и предложил девушке проводить её до дома, но та отказалась, и быстро попрощавшись, понеслась прочь.

"Влюбиться в свою погибель... Я идиот".- Подумал Алексей, провожая взглядом, удаляющуюся, стройную, женскую фигуру.