Глава 66

После услышанного Поттер был недоволен — в первую очередь собой, поскольку именно из-за его неосторожности все и получилось. Кто его дернул воспользоваться в присутствии МакГонагалл этой палочкой?! Правда, и вторая не могла бы не привлечь чрезмерно зоркий взгляд декана. Из-за того, что его бывшая палочка с пером феникса и остролистом перестала выполнять свои первоначальные функции, он был вынужден воспользоваться той, что принадлежала когда-то Тому. Конечно, Поттер мог колдовать лишь Бузиновой палочкой, но годы, проведенные в обществе Грюма, научили его всегда быть бдительным, а самое главное — иметь в рукавах козыри и меры для отступления в случае необходимости. Вторая палочка и стала теми мерами, ведь, как говорится, одна — хорошо, а две — лучше. Мало кто в волшебном мире пользовался двумя проводниками магии, которые отлично ему подходили.

Гарри не был идиотом, поэтому прекрасно знал, что Дамблдор не позволит обладать таким артефактом кому-то постороннему. От старика стоило ждать давления, и эта идея с Олливандером была лишь началом — дальше, поняв, что Гарри не отдаст Старшую палочку просто так, Альбус придумает куда более действенные планы.

Услышав шаги и негромкие голоса, несомненно, принадлежавшие Минерве и Джеймсу, Поттер торопливо юркнул в нишу, которая располагалась неподалеку. Из нее был прямой ход к Большому Залу, только вот воспользоваться им мог лишь змееуст, а для других это было лишь простое укрытие. Осторожно ступая по каменному полу и стараясь не попасть в паутину, которой здесь было много, Гарри направился вперед. Через несколько минут его взору открылась кирпичная стена с выгравированной на ней маленькой змейкой, которой Гарри на парселтанге велел открыть проход. В ту же секунду раздался скрип, а затем весь коридор окутала пелена пыли, проскользнув сквозь которую, Поттер оказался около двери в Большой Зал. На его счастье, поблизости никого не было, поэтому его маневры остались незамеченными. Очистив мантию от грязи и по привычке пригладив волосы, которые больше не торчали в разные стороны, юноша двинулся в зал, где в это время уже собрались почти все студенты.

Стоило ему оказаться внутри, как на него стали таращиться все, кому не лень, яро перешептываясь между собой. Обсуждалось, несомненно, отсутствие Гарри в течение почти двух дней, ведь юноша был более чем уверен, что Грейнджер с Кристианом в поисках пропажи подняли на уши весь Хогвартс.

— Гарри! — воскликнул Кристиан, сидевший в обществе своей возлюбленной и лучшего друга за столом факультета. — Иди сюда.

— Крис, не кричи, — шикнула на друга Грейнджер, но ее пристальный взгляд также метнулся в сторону Поттера, который лишь поморщился от такого балагана.

— Не трогайте этого выскочку, — недружелюбно ответила Джинни, — общество слизеринцев ему приятнее нашего. Пусть и катится к ним, а когда Малфой со своими дружками его пошлет, придет к нам плакаться.

— Джинни, что ты такое говоришь? — накинулся на сестру Рон.

— А что я такого сказала? Лишь правду, и вы сами это знаете, — ссора проходила под пристальными взорами студентов, которые сейчас таращились на Уизли с удивлением.

— Джинни, отстань от моего брата, — взъярился на невесту Кристиан, — пусть общается, с кем хочет.

— Да пусть, мне-то что, — ответила рыжая, — просто будет печально, когда он прибежит к нам жаловаться на своих дружков. А ты бы вообще молчал — вот он тебя на днях назвал предателем, да еще в придачу на дуэль вызвал, а ты его защищаешь...

— Он мой брат, а с дуэлью уже все улажено, — понизив голос, произнес Кристиан, но Гарри, который подошел к компании бывших друзей, все услышал.

— Улажено, ну-ну, — протянул Поттер, а затем, резко развернувшись, да так, что мантия хлестанула Рональда по ноге, направился, к удивлению всех, к столу Рейвенкло. Там он устроился возле Луны Лавгуд, которая сидела в стороне от остальных.

— Привет, — буркнул Гарри, накладывая в тарелку, что перед ним появилась, жареного картофеля.

— Привет, — с какой-то странной улыбкой ответила девушка.

— Как дела? — решив быть по возможности вежливым, спросил Поттер. — Я слышал, твой отец является владельцем газеты, которая в этом году организовывала поездку в Египет для изучения пирамид.

— Да, — задумчиво ответила Луна и вновь чему-то улыбнулась. При общении с этой странной девушкой, которая в его мире была его подругой, у Гарри возникало странное ощущение, особенно когда их взгляды встречались. Создавалась впечатление, словно Луна заглядывает в самую душу и видит там все самые сокровенные тайны и страхи. Юношу этот взгляд манил, заставляя смотреть, не моргая, но в то же время и отталкивал. Казалось, что Лавгуд знает, что он не принадлежит этому миру.

— Ты странная, — эта фраза слетела с языка раньше, чем Поттер смог опомниться.

— Ты тоже, — ответила Луна, — мы похожи, — негромко проговорила она. — У нас похожие судьбы, — из голоса девушки пропала вся беззаботность, а взгляд стал необычайно серьезным.

— Судьбы? — заинтересовался Гарри. Сейчас Луна напоминала ему Трелони, слишком похожи были выражения их лиц. Но девушка, словно утратив интерес к разговору, вновь стала задумчиво теребить ожерелье из пробок. — Почему ты носишь эти побрякушки?

— Мне они нравятся, — невозмутимо ответила девчонка, — а также с помощью очков я могу видеть мозгошмыгов. Хочешь, я и тебе такие дам?

— Нет, спасибо, — отмахнулся юноша. Он уже успел десять раз пожалеть, что подсел к Луне, а не к, например, Дафне или еще кому-нибудь. Хотя даже он не мог не признать, что Лавгуд иногда удивляла его своим поведением — это случалось в те моменты, когда она не говорила о странных магических существах, которых никто и подавно не видел.

— Ну ладно, — ответила Луна, — я собралась пойти покормить фестралов.

— Я за тебя рад, — ответил Поттер, — ладно, не буду отвлекать тебя от общения с «мозгошмыгами», — с этими словами Гарри ретировался к слизеринскому столу, где сел между Дафной и Пэнси.

— Давненько тебя не было видно, Гарри, — проговорила Паркинсон.

— Дела были, Пэнси, — парировал в ответ Поттер, — а ты что, соскучилась?

— Конечно, — ухмыльнулась слизеринка, — ты вносишь краски в мою тусклую жизнь.

— Я польщен, мисс Паркинсон, — засмеялся Поттер, слегка обнимая свою девушку. — Что новенького случилось в Хогвартсе, пока не было меня?

— Ничего, — ответила Дафна, — все как обычно, разве что все обсуждают роман Блэк и Уизли.

— А они что, вновь вместе? — удивился Поттер. — Кажется, Грейнджер несколько дней назад утверждала, что они расстались окончательно.

— Расстались, но это не мешает им проводить вместе некоторое время, — хмыкнула Паркинсон, — я вот лично не ожидала, что Блэк падет настолько низко.

— С ее-то воспитанием и папашей, который только и думает, как залезть очередной женщине под юбку?! — Дафна фыркнула. — Кстати, ко мне подходила твоя мать и спрашивала, где ты пропадаешь.

— И что ты ей ответила?

— Что не знаю. Я ведь за тобой не слежу, да ты и не посвящаешь меня в свои планы, — с обидой в голосе произнесла Гринграсс.

— Не дуйся, я всего лишь был на приеме, — ответил Поттер.

— И именно поэтому у тебя на шее красуется засос? — засмеялся Нотт, слегка одергивая ворот мантии. — Кто это тебя так?

— И правда, кто? — недовольно спросила Гринграсс. «Вот черт», — выругался про себя Поттер, делая себе пометку в следующий раз тщательнее скрывать следы своих ночных утех. Он даже и не увидел засос, который оставила ему на шее Леди Забини, поскольку тот располагался в недосягаемом для его взора месте.

— Вот и думал, что что-то забыл, — в голос проговорил Гарри, — когда вернусь в свою комнату, непременно все сведу. Ненавижу такие знаки отличия на своем теле.

— Оказывается, ты неверный муженек, Поттер, — попыталась разрядить обстановку Пэнси, но ее попытка не возымела должного успеха.

— Паркинсон, я же не клялся, что буду хранить верность. Тебе ли не знать, как коварны бывают гормоны?! — Гарри уже во второй раз за день прокололся — сначала с палочкой, а теперь здесь, и это его очень не радовало.

— Ох, Поттер, просто признай, что ты бабник, — не удержалась от подколки Пэнси.

— Все, хватит. Давайте закроем тему, — прорычала Дафна, отстраняясь от парня.

— Солнце мое, не злись, — Гарри вновь притянул девушку к себе, отчего та начала брыкаться, — не будь вредной.

— Это я-то вредная?! Ты где-то пропадаешь два дня, а затем являешься с засосом на шее и еще смеешь утверждать, что я вредная?!

— Ладно, ты не вредная, а ревнивая, — сдался Поттер, — но серьезно, хватит дуться, это ни к чему хорошему не приведет. Лучше пойдем прогуляемся по ночному Хогвартсу.

— Правильно, Поттер, идите развейтесь, а то Дафна зачахла уже, — поддакнула Паркинсон.

— Нас на ночь не ждите, — засмеялся Гарри, поднимаясь следом за Гринграсс.

— Размечтался, — парировала Дафна, утягивая своего парня к выходу.