Глава 65

В кабинете после вопроса МакГонагалл повисла напряженная тишина, во время которой Гарри обдумывал, что ответить по этому поводу, а профессор выжидающе взирала на своего студента и пыталась понять, что же Геллерт сотворил с палочкой, что она за столь короткое время смогла так повлиять на Гарри Поттера.

— Этим летом я, как обычно, отправился в Косой переулок за учебниками для предстоящего учебного года, — начал свою речь Гарри. — Переместиться я решил с помощью камина, но, к моему сожалению, мне не удалось нормально приземлиться, и я кубарем вылетел из камина, при этом сломав свою старую палочку, — правдоподобную историю юноша придумывал на ходу и очень надеялся, что Минерва в нее поверит.

— И что было дальше? — поторопила его деканша.

— Я сначала очень испугался, но один прохожий, что помог мне выбраться, сказал, чтобы я не переживал и отправлялся за новой палочкой. Я так и решил поступить, но когда уже собирался идти, понял, что оказался в каком-то незнакомом месте, а не в «Дырявом котле».

— И где же вы оказались? — с любопытством спросила МакГонагалл. — И как все это связано с палочкой, которая могла находиться лишь среди темных артефактов, которые продаются за огромные деньги и не абы где.

— Так я и пытаюсь вам сказать, что камин занес меня в Лютный переулок, — вспоминая свой второй курс, ответил Поттер, — а там, как вы знаете, без палочки очень опасно находиться, вот я и зашел в первый попавшийся магазин за помощью. Это оказался «Горбин и Бэрк», там продавец и предложил мне эту палочку.

— О Боже, мистер Поттер, как вас могло занести в это жуткое место и в этот кошмарный магазин, который славится своей черной репутацией и темными делишками?! О чем вы думали, когда туда отправились? — возмущению МакГонагалл не было предела.

— Я тогда не думал об этом, профессор, а переживал, как бы мне побыстрее выбраться из этого места, и, совершенно не задумываясь, купил палочку для самообороны в случае необходимости, — врал Гарри.

— Все это очень странно, мистер Поттер, — задумчиво протянула Минерва. — Как могло получиться, что сломанная палочка оказалась целой, да еще находилась там? И по какой случайности она попала именно вам в руки?

— Я не знаю, профессор МакГонагалл, но заверяю вас, что я к этому не причастен — все вышло совершенно случайно.

— Я вам верю, но сейчас меня беспокоит другое, — проговорила профессор. — Почему вы не сообщили об этом родителям?

— Сначала я испугался, что они будут недовольны, а потом, после нескольких экспериментов, понял, что эта палочка подходит мне куда больше прежней, вот и не стал ничего рассказывать.

— Вы повели себя ужасно безответственно, — выслушав историю, подвела итог МакГонагалл. — Палочка в ваших руках — это очень темный артефакт, который должен быть немедленно уничтожен или спрятан в недрах Отдела Тайн для дальнейшего изучения. Сейчас мы отправимся к директору — он решит, что будет с этой палочкой, и назначит вам наказание за такую безрассудность, — распорядилась Минерва, поднимаясь со своего места. — Пойдемте.

Гарри ничего не оставалось, как последовать за деканом. Он уже в сотый раз проклинал себя за неосмотрительность и мысленно готовил очередную пафосную речь для директора. Что эту палочку он старику не отдаст, было решено сразу, ведь терять такое преимущество — просто глупо. Но чтобы удержать этот дар Смерти в своих руках, придется раскрыть часть правды, — что Гарри является наследником Певереллов и что эти вещи принадлежат ему по праву, благо гоблины это подтвердят. Но сказав это, юноша в открытую подтвердит, что принял наследство темного рода, вследствие чего вызовет кучу ненужного внимания к своей персоне, а самое прискорбное — настроит Дамблдора против себя и вынудит того следить за каждым его шагом. Гарри метался, не зная, какую из бед выбрать, и пытался предугадать, чем для него все это обернется.

— Подождите меня здесь, мистер Поттер, я сообщу директору о нашем прибытии, — сказав это, Минерва, миновав горгулью, вошла в кабинет, а сам юноша, вынырнув из своих размышлений, стал дожидаться ее возвращения. Долго ждать не пришлось — МакГонагалл буквально через несколько минут появилась и попросила парня проследовать за ней. Зайдя в кабинет, где за массивным столом сидел Дамблдор, Поттер про себя застонал от досады, поскольку, помимо директора, здесь присутствовал и Джеймс Поттер.

— Проходи, мой мальчик, — дружелюбно проговорил директор, — присаживайся, — кивок в сторону кресла, что располагалось возле клетки с фениксом. — Может, чая с лимонными дольками?

— Нет, спасибо, — ответил Поттер, подходя к клетке с птицей, которая как-то сжалась и жалобно заголосила. — Что-то ваша птица странно себя ведет, — протянул Гарри, с любопытством разглядывая феникса, который забился в самый дальний угол клетки.

— Да, странно, — согласился директор, также не отрывая взгляд от Фоукса. — На моей памяти он ведет себя так только второй раз, — задумчиво проговорил Альбус. — Странно, очень странно, — бубнил себе под нос старый маг.

— Может, ему пришло время сгорать? — предположил Гарри, хотя сам прекрасно знал, что фениксы — птицы света, которые болезненно реагируют на все, связанное с темной магией. А сам Поттер аж искрил ею, только вот почувствовать это могли лишь магические существа, поскольку артефакт надежно скрывал его.

— Нет еще, он только недавно возродился из пепла, — ответил старик, — но не будем сейчас об этом, — сменил тему Дамблдор. — Минерва сказала, что тебя привело ко мне срочное дело.

— Ну, не совсем дело, — возразил юноша, — просто так случилось, что во время летних каникул я сломал свою волшебную палочку, а та, которую я купил, показалась профессору МакГонагалл знакомой.

— Как это сломал? — удивился Джеймс. — И почему ты нам ничего не сказал?

— Не посчитал необходимым, — парировал Гарри. Ему только сейчас разборок с отцом для полного счастья не хватало.

— Эта палочка не просто похожа — она та самая, что принадлежала когда-то Гриндевальду, — влезла в разговор Минерва, — я в этом уверена.

— Покажите палочку, мистер Поттер, — из голоса Дамблдора пропало все добродушие, сейчас он был серьезен как никогда.

— Зачем? — наигранно удивился Гарри. — Я купил ее, значит, она принадлежит мне, а кем был ее прошлый обладатель, меня не интересует.

— Мистер Поттер, я настаиваю, чтобы вы показали мне свою палочку, — более требовательно сказал Дамблдор, — я лишь взгляну, и если это просто ошибка, вы сможете ее забрать, — все же добавил Альбус, увидев колебания юноши.

— А если она окажется той самой? — Поттер не спешил демонстрировать всем собравшимся Старшую палочку, поскольку прекрасно знал, что Альбус с легкостью ее опознает.

— Тогда я буду вынужден ее конфисковать как темный артефакт.

— Нет, — просто ответил гриффиндорец, чем заработал три изумленных взгляда в свой адрес.

— Да как вы смеете перечить директору?! — первой оправилась от шока Минерва и тут же кинулась на помощь Альбусу, хотя тому она совершенно не требовалась.

— Отдай эту чертову палочку, — в разговор также вмешался Джеймс, — я не потерплю в своем доме таких вещей. Мы купим тебе нормальную.

— Нет, — отчеканил Гарри, — я не хочу другую, и мне совершенно плевать, что она принадлежала темному магу.

— Тихо, — повысил голос Альбус, — я призываю всех успокоиться. Мой мальчик, дай мне лишь взглянуть на твою палочку, я обещаю, что верну тебе ее, — заверил ученика старый лис. — А ты, Минерва, не кипятись, я уверен, что сейчас мы все выясним без криков и споров.

— Хорошо, но я надеюсь, вы сдержите свое слово? — с вызовом спросил Поттер, извлекая из специального кармана палочку и кладя ее на стол перед директором.

— Конечно, конечно, — бормотал старик, проводя пальцем по лакированной поверхности.

— Это она, Альбус? — после минутной тишины спросила МакГонагалл.

— Как это ни странно звучит, но да, это палочка, когда-то принадлежавшая Гриндевальду, сломанная им же, чтобы никто в дальнейшем не смог ею обладать.

— Но как такое может быть?

— Это мир магии, Минерва, — словно это все объясняет, пояснил Дамблдор, — здесь иногда случаются странные даже для магов вещи, и это — одна из них. Мальчик мой, как эта палочка попала к тебе в руки? — взор директора был обращен на Гарри. В ответ юноша не растерялся, а, забрав свою палочку и спрятав ее в кармане, начал пересказывать собравшимся ту историю, что некоторое время назад поведал Минерве.

— Очень странно, — произнес Альбус, когда Гарри закончил свой рассказ, — но не лишено смысла.

— Альбус, что ты будешь делать? — допытывалась Минерва. — Эту вещь нельзя оставлять в руках ребенка, она может натворить ужасных дел.

— Я согласен, — кивнул Джеймс, — я не хочу, чтобы мой сын был обладателем темной палочки.

— Друзья мои, в палочке нет ничего темного, ведь она лишь проводник для магии, а маг сам уже решает, какие заклинания применять.

— Директор, это означает, что палочка останется у меня? — полюбопытствовал Поттер, не веря в свое везение.

— Да, мой мальчик, — согласился Дамблдор, но в его взгляде юноша увидел странный блеск, который ему совершенно не понравился. — Можешь идти, — дважды Поттеру было не нужно повторять, поэтому он поднялся и направился к выходу, но, спустившись вниз по лестнице, притормозил и стал прислушиваться к разговору магов — благодаря тому, что он оставил дверь приоткрытой, все было прекрасно слышно.

— Альбус, неужели ты позволишь моему сыну пользоваться этой палочкой? — послышался обеспокоенный голос Джеймса.

— Конечно, нет, но просто так забрать я ее не могу — ты ведь и сам видишь, какую реакцию это вызвало у Гарри.

— Но что тогда делать?

— Я дам вам разрешение на днях покинуть Хогвартс. Ты сводишь сына к Олливандеру, где тот осмотрит эту палочку, а заодно подберет Гарри другую. Я свяжусь со своим старым другом, и он все устроит так, что палочка Геллерта окажется для Гарри неподходящей — губительной, к примеру, и тогда мальчик сам ее отдаст.

— Ты уверен, что это сработает, Альбус? — послышался голос декана Гриффиндора. — В последнее время меня стало очень беспокоить поведение мистера Поттера. Он стал очень замкнутым и перестал общаться с друзьями. Все свое свободное время проводит со слизеринцами, а еще стал часто ругаться с сокурсниками.

— Я это заметил, — ответил старик, — поэтому даже начал предпринимать некоторые меры, о которых пока не буду сообщать. И еще, Минерва, что Гарри говорит о своем длительном отсутствии?

— Сказал, что был занят делами рода, а какими, не говорит.

— Джеймс, ты что-то об этом знаешь? — спросил директор.

— Нет, — ответил мужчина, — в последнее время он мало с нами общается и куда-то часто пропадает. А все началось после встречи с моими родителями.

— Ладно, пока подождем и посмотрим, что покажет время. Но тебя, Минерва, я попрошу пристально наблюдать за Гарри и сообщать мне обо всем, что покажется тебе странным.

— Хорошо, — дальше юноша слушать не стал, поскольку послышались шаги, и поспешил ретироваться, пока его присутствие не стало замеченным.