Глава 63

В одном из кресел, располагающихся возле камина, в котором неспешно потрескивало пламя, наполняя сырое помещение теплом и уютом, сидела светловолосая девушка и грустно улыбалась.

— Даф, ты что грустишь? — к подруге подошла Пэнси. — Такой прекрасный вечер, а ты сидишь здесь одна. Или у тебя что-то случилось? — Паркинсон села на подлокотник кресла и внимательно посмотрела на подругу. На ее памяти та впервые выглядела так хмуро. Во взгляде не было привычного огонька, так присущего наследнице Гринграссов, губы не украшала слегка насмешливая, но от этого не менее красивая улыбка, а под глазами залегли темные круги, свидетельствующие о бессонной ночи.

— Все нормально, — отмахнулась Гринграсс, продолжая смотреть в одну точку и ничего вокруг не замечая.

— Так не пойдет, Даф, я не могу видеть, как ты здесь чахнешь. Неужто вы с Поттером поругались?

— Да все нормально, я же тебе говорю, — более грубо, нежели требовалось, ответила Дафна, — просто голова болит.

— Это ты кому-нибудь другому будешь рассказывать, я тебя знаю уже давно и прекрасно вижу, когда тебя что-то гложет, — решительно заявила Пэнси. — Пойдем поговорим, — Паркинсон поднялась и выжидающе посмотрела на подругу, — пойдем, я тебе говорю.

— Что ты ко мне пристала? — огрызнулась Дафна. — Иди лучше Малфоя воспитывай, а меня оставь.

— Это я всегда успею, Драко никуда не убежит, а вот твое состояние меня беспокоит, — хмыкнула Паркинсон.

— Пэнси, ты досмеешься, я точно попрошу отца подыскать мне другую невесту, — возмутился стоявший позади Малфой, недовольно смотря на свою девушку.

— Ну, прости, — наигранно покаялась Паркинсон, невинно глядя на Драко, — Дафна, пойдем в твою комнату, и не вынуждай меня тебя тащить. Правда, я могу и парней попросить...

— Ладно, ты все равно не отстанешь, — ответила Гринграсс, поднимаясь и направляясь в свою комнату, в которую можно было попасть через гостиную. Пэнси последовала за подругой, напоследок шепнув Драко, чтобы он не ждал ее в ближайшее время, а также, если ему не жалко, чтобы одолжил бутылку вина, которую недавно купил в «Кабаньей голове».

— Так что у тебя стряслось? — начала свой допрос Паркинсон, когда девушки с удобством расположились на огромной кровати, забравшись на нее с ногами и умостившись между мягкими подушками. — Тебя что, Поттер бросил? А я тебя предупреждала, что так и будет, — еще не получив ответ, запричитала Пэнси.

— Никто меня не бросил, — возразила староста.

— Тогда что случилось?

— Я, кажется, влюбилась, — чуть не плача, проговорила Дафна. — Что мне теперь делать?

— Ты влипла, подруга, — посочувствовала Паркинсон. — Счастливчик, я так понимаю, Гарри Поттер?

— Да, — с губ Гринграсс сорвался всхлип, — только я ему и даром не нужна.

— Как это не нужна? — не поняла Пэнси. — Вы ведь встречаетесь, я даже слышала, как вы говорили о будущем.

— Это лишь разговоры, — всхлипы стали громче, — бабка собралась женить его на Блэк, а мать — на Грейнджер. Никаких «нас» нет, понимаешь? Я для него лишь игрушка, которую он бросит, когда ему надоест.

— Вот дела, — Пэнси слегка приобняла Дафну, тем самым пытаясь успокоить, — не переживай, все наладится.

— Нет, я уверена, что со дня на день Поттер меня бросит, — Дафна всхлипнула, вытирая рукой катящиеся по щекам слезы.

— Не плачь, слезами здесь не поможешь, — заявила Паркинсон, вставая с постели и начиная расхаживать по комнате, — мы что-нибудь придумаем.

— Да что здесь придумаешь? — прошептала в ответ Дафна.

— Не переживай, мы найдем выход, и ты станешь следующей Леди Поттер, — подбадривала подругу Панси. — Давай лучше выпьем, чтобы немного успокоиться, — девушка взяла бутылку, которую по приказу Малфоя принес домовик, и начала разливать напиток по бокалам.

— Так, ты уже спала с Поттером? — спросила Паркинсон, подавая подруге бокал. — И не строй здесь аристократку — чтобы помочь тебе, я должна знать как можно больше о ваших отношениях, — добавила слизеринка, когда увидела, что Дафна собирается возмутиться.

— Нет, мы не спали, — еле слышно ответила Гринграсс, залпом выпивая бокал, отчего слегка закашлялась.

— Жалко, — пробурчала Паркинсон, так же продолжая метаться по комнате, словно загнанный зверь в клетке, — так можно было бы предъявить ему претензии и потребовать брака.

— Но я не хочу так, — попыталась возразить Дафна, но все ее попытки были пресечены на корню.

— А как ты хочешь? По любви?! — в каждом слове звучал сарказм. — Прости, подруга, но в вашем случае так не выйдет. Или действовать хитростью, или твой Поттер упорхнет к другой, более хитрой особе, которая будет использовать любые методы, чтобы его удержать.

— И что ты предлагаешь?

— Здесь нужно действовать хитро и осторожно, — заверила Пэнси. — Поскольку бабка хочет свести Поттера с Изабеллой, нам стоит испортить ее репутацию до такой степени, чтобы ни один уважающий себя маг не захотел бы на ней жениться.

— Но это ведь низко, мы испортим ей жизнь, — ужаснулась Гринграсс.

— Даф, здесь, как говорят, или ты, или тебя, так что придется чем-то пожертвовать. Да и врать нам почти не придется — распустим слухи, что она спала с Уизли, а там сплетницы с Гриффиндора все приукрасят, и выйдет то, что нам нужно. А главное, мы с тобой окажемся не при делах, — ухмыльнулась слизеринка.

— А ты коварна, — признала Гринграсс.

— Я просто не жду, пока мне все принесут на блюдечке с голубой каемочкой, а сама беру то, что мне полагается. Не переживай ты так за Блэк, она обелит потом свою репутацию, но будет уже поздно — по крайней мере, Поттер для нее будет потерян.

— Вы же родственницы! Как ты можешь желать ей такой доли?

— Ох, Даф, я ее терпеть не могу. Вечно только и слышу от отца, что у нее умерла мать, и я должна с ней дружить, ведь она такая несчастная. А эта дура только и может, что без умолку болтать об Уизли и восхвалять Дамблдора!

— Хорошо, — согласилась Гринграсс, — а если нам удастся провернуть все это, то что мы будем делать дальше?

— Тогда мы займемся поимкой Поттера в твои сети. Я полагаю, что добровольно спать с тобой он не согласится, поскольку не дурак и сам знает, чем это может ему грозить, придется и здесь применять хитрость. Слегка его напоим, а там ты вступишь в дело. Хотя знаешь, приворотное зелье никто еще не отменял, — задумчиво произнесла Паркинсон, — это может разрешить все наши проблемы.

— Но когда действие зелья спадет, он будет зол, — ужаснулась Дафна, — а со злым Поттером как-то не хочется оставаться наедине.

— Позлится и перестанет, главное — до того времени заключить брак. А еще лучше — если ты забеременеешь, чтобы уж точно привязать его к себе.

— Ты в этом уверена?

— Да ни в чем я с твоим Поттером не уверена! Но если ты так хочешь заполучить его себе в мужья, то я другого выхода не вижу.

— Хочу, — призналась Дафна. — Пэнси, ты просто золото, что бы я без тебя делала...

— Чахла бы здесь и ждала у моря погоды, — заявила Паркинсон. — Давай выпьем за удачу в нашем деле, чтобы нам удалось все провернуть, и чтобы у твоего ненаглядного не было артефактов, определяющих зелья в еде, иначе все пропадет.

— Ой, — воскликнула староста, — кажется, у него есть серьга, да и родовой перстень, — вновь погрустнела Гринграсс.

— Вот черт, — выругалась Пэнси, — не дрейфь, подруга, мы решим и это... Знаешь, мне тут пришла такая гениальная идея относительно этой несомненно сложной ситуации... — губы Паркинсон расплылись в коварной ухмылке.

* * *

Мероприятие в Поттер-мэноре прошло довольно мирно, если не считать Лонгботтома, который неожиданно возомнил себя защитником Грейнджер и, немного выпив для храбрости, направился выяснять отношения с Гарри, но все его попытки были тщетны и потерпели фиаско. Сам Гарольд повеселился на славу в обществе многочисленных девиц, которые посчитали его прекрасной партией для себя. Вечер также закончился интересно, а самое главное, неожиданно. Около часа ночи юноша под каким-то предлогом — каким, Поттер уже не помнил, поскольку немало выпил — был конвоирован в неизвестное ему поместье. Следующее утро, а точнее, уже день, он встретил в постели с миссис Забини, которая была полностью обнажена, как и сам юноша. «Что-то меня тянет на женщин старше меня», — в первые секунды подумал Гарри, а потом решительно плюнул на все. Скарлетт Забини была красива для своих лет, даже больше — она могла дать фору и молодым девицам, поэтому неудивительно, что у нее было столько мужей. Пока юноша терзал себя сомнениями, леди проснулась и, как ни в чем не бывало, улыбнулась Поттеру, кокетливо закусывая нижнюю губу. В общем, вчерашние развлечения продолжились, и Гарри вернулся в Хогвартс только под вечер, полностью выжатый, словно лимон, но тем не менее довольный.