Глава 36 Роковой день

Какой бы сильной не была память, всё же время иногда одерживает победу наднею. Но случаются такие воспоминания, которые с годами становятся только ярче.В основном эти моменты из прошлого всегда болезненные, тревожные, и тыотчаянно пытаешься их забыть... Проснувшись в прекрасном настроении, я уже предвкушала предстоящуювстречу с любимым Виктором. Сегодня были всего три последних пары, поэтому яне торопилась собираться в университет. Словно бабочка порхала я по кухне тётиного дома, заваривая себе любимыйкофе. На столе был приготовлен завтрак, не Тессой, разумеется. Тётя ненавидитобщество кастрюль и сковородок. Её домработница сеньора Критто с удовольствиемготовит для неё и для меня. Но есть мне совсем не хотелось. Я была сыта эмоциями и предвкушениемвстречи с Эскалантом. О, скорей бы наступил вечер! До полуночи мы разговаривали по телефону. Виктор настоял, чтобы мы провелиэтот вечер вдвоём. Напевая весёлый мотивчик какой-то лёгкой песенки, яустроилась поудобней перед ноутбуком и загрузила свою почту. Реклама, распродажа, скидки, скидки... письмо от незнакомого адресата. Я сначала пролистнула его, но меня заставил вернуться значок, означающийвложение. Я открыла это сообщение, которое весило к тому же не мало. Прочиталаимя адресата «Милый друг». Хм... как название классического произведения Ги ДеМопассана. «Доброго времени суток, Злата! Посмотри на истинное лицо Виктора Эскаланта. И не забудь потом сказать«спасибо». Я скачала приложение под названием «Открой меня» и проверила на вирусы.Нехорошее предчувствие подбиралась ко мне украдкой. Я нажала кнопку плеера, иначалось воспроизведение. Видео было снято на чей-то телефон. Но качество было приличное, несмотря надовольно тёмное время суток. В кадре появились далеко нетрезвые Виктор иКсавьер, они смеялись, спорили о чём-то, пока оператор-любитель не приблизился кним.  – Эй, ну что вы там? Я включил камеру!  Я узнала этот голос. Он принадлежал Хоакину, как и телефон, на который веласьсъёмка. Парни стояли где-то на улице, за их спиной горели огни ночного города.Кажется, они были на крыше. Знакомое место... похоже на то, где мы смотрели кинос Эскалантом, над его квартирой.  – Всё, снимаешь? – заплетающимся языком спросил Ксавьер.  – Да, говорю же!  – Ну, давай, Тор.  Хоакин крупным планом взял лицо Виктора. Его рука тряслась то ли от смеха, толи от опьянения. Эскалант моргнул несколько раз и убрал улыбку с лица, тщетнопытаясь быть серьёзным.  – Я, Виктор Александр Эскалант, сын гранде герцога Давида Эскаланта...  – Он хвастается, я не пойму? – рассмеялся Ксавьер. – Давай по сути.  – Так я же чтобы официально-то! – обиженно сказал Виктор и продолжил. – Нувас!.. Итак, я Виктор Александр Эскалант, дабы доказать, что армия ничуть неомужланила меня, вопреки заявлением моих друзей...  Несмотря на хохот, сдерживаемый Хоакином за кадром, Виктор пытался бытьчрезвычайно сосредоточенным:  – ...и чтобы восстановить свою репутацию... э... как это...  – Первого кобеля Испании! – прыснул от смеха Ксавьер.  – Э -э! – попытался возразить Виктор, но передумал. – Да, что уж там! Пустьбудет так... Значит, я должен буду за месяц влюбить в себя, и трах... ой, извините!Соблазнить самую принципиальную цел... девственницу города, которую любезновыбрал для меня мой друг Ксавьер... Чёрт, как её ты сказал? Имя ещё такое...  Он пощёлкал пальцами, пытаясь вспомнить, но Ксавьер пришёл на помощь:  – Злата Бронских!  – О, именно! Благодарю, друг мой!.. Слушай, она хоть не сильно страшная-то?Толстая, небось, да? – скривился Эскалант.  – Да нет! Тебе понравится! – похотливо молвил голос Хоакина.  – А-а-а, круто, что уж там...  – Главное, теперь, давай! – напомнил Ксавьер.  – Ах, ну да! Если я проиграю, в чём я очень и очень сомневаюсь, то отдамсвоему оппоненту и другу в одном лице Ксавьеру свою «Де Томазо». А если же я, то уменя будет... Он стал загибать пальцы, перечисляя: – Моя машина, арабский конь Буцефал и неплохой секс с этой... как её? Черт,надо запомнить... – Злата Бронских! – Вот, с ней! Вы хоть покажите мне её, чтобы я не оплошал... Под дружный хохот Хоакин разбил сцепленные руки Виктора и Ксавьера влучшей традиции спора. Ролик закончился. Надо же, он даже не мог запомнить моего имени. Почему-то именно эта мысльбыла первой. Вот и всё. Карты раскрыты, маски сброшены.... Или как там говорится уклассиков? Это он – жестокий мир современности! Нет в нём места настоящим чувствам,искренности или благородству. Всё это осталось там, на страницах книг и кадрахкинолент. А мы, поколение гламура, клубов и социальных сетей, живём во лжи,лицемерии и корысти. Я понимаю это теперь, спустя почти три года. А тогда, сидя там перед монитором компьютера, я смотрела на мигающуюкнопку плеера, соблазняющую меня нажать повтор. И я сделала это. Потом ещё иещё раз. Я смотрела это видео до тех пор, пока не запомнила каждое слово, каждый жестВиктора Эскаланта. Они, как острое лезвие ножа, убивало мою любовь снова иснова, и снова... А вместе с ней умирала и часть меня. Лучшая, я думаю. Странно ещё то, что слёз не было. Мне только не хотелось жить. А вот плакатьпочему-то – нет. Наверное, во мне ещё теплилась робкая надежда на то, что это чья-то злаяшутка. Глупый и жестокий розыгрыш. Завистливый монтаж каких-тонедоброжелателей Виктора. Мне нужно убедиться во всём самой. Я должна услышать правду, глядя в глазаэтим людям. В его любимые глаза цвета чёрного шоколада... Я быстро собралась. Скинув видео на свой телефон и на флеш-карту, я вышла наулицу. Интернет сеть очень полезная вещь. Именно с её помощью я и узнала, гденаходится офис семьи Эскалант. Ведь там работал Себастьян. Моё такси остановилось в центре города рядом с высоким зеркальным зданием.Войдя внутрь, я обратилась к любезной девушке, сидящей на рецепции. – Да, сеньор Эскалант в офисе. Как вас представить? – Злата Бронских. Моя решимость предавала мне сил. Я была уверенна, что услышав моё имя, онне откажется от встречи со мной. Так и было. Я поднялась в лифте на нужный мне этаж, как раз тогда и зазвонил мойтелефон. Я равнодушно посмотрела на имя звонившего абонента. Это была Мария. – Ну, где ты есть, я уже под твоим домом свой клаксон почти сожгла? –защебетала она мне в ухо через динамик. – Привет, Мари, – бесцветно ответила я, направляясь в кабинет СебастьянаЭскаланта. – Я сегодня не пойду на лекции. Извини, не могу сейчас говорить. – Что?!.. – продолжить она не успела, я отключила вызов. Секретарь подняла на меня глаза, но я прошествовала мимо. – Сеньорита, куда вы?! – спохватилась она. – Меня ждут! – на ходу бросила я и открыла дверь кабинета старшего братаВиктора. Я замерла на пороге, ожидая, когда Себастьян обратит на меня внимание. Онсидел за широким массивным столом, в высоком кожаном кресле и сосредоточенноглядел на монитор компьютера. Кабинет был оформлен в лучших традицияхпозапрошлого столетия. Дубовая мебель в тёмных тонах, солидные картины идругие предметы интерьера. Видно было, что он не новатор, а служитисключительно семейному бизнесу, построенному несколькими поколениями. Девушка-секретарь, цокая высокими каблуками, влетела следом: – Сеньор, простите, я пыталась выяснить... Но Себастьян уже встретился со мной взглядом и медленно поднялся на ноги. – Всё в порядке, Эрнес. Оставьте нас! – молвил он ледяным тоном, не спуская сменя глаз. Я думаю, он что-то заподозрил, стоило ему услышать моё имя из уст служащейна рецепции. Старший Эскалант застегнул пуговицу на своём сером пиджаке и, обогнув стол,двинулся в мою сторону. Странно, но теперь, я его не боялась, не уважала. Я смотрела в его медовыеглаза, пытаясь разгадать мысли. – Он поспорил на меня? – прямо спросила я. Я видела, как Эскалант побледнел. Он застыл. Лишь глаза опустились, он несмог смотреть на меня. Слова были лишними. – Что... – мне немного трудно было говорить. – Что он должен был сделать,чтобы выиграть? Я хотела это услышать от него. Мне доставляло нездоровое удовольствиемучить его правдой. Себастьян смотрел в пол. Было не привычно видеть его таким. Я неуместночувствовала своё превосходство над этой его личностью. Надо же, а ведь когда-то яним восхищалась... – Он... – брат Виктора резко выдохнул. – Это был секс. Горькая усмешка была моей реакцией. Ведь я вспомнила ту ночь, когда мы чутьне переспали. Он добился своего. Доказал, что он – самец. Только вот не смогдовести дело до конца! Вот я дура, вешалась ему на шею! Как же он веселился,вспоминая это со своими друзьями-подонками. – Предложение, – мой голос был словно скрип старых дверных петель, яоткашлялась. – Он сделал мне предложение. Зачем? По Себастьяну видно было, как ему не хотелось отвечать. Но остаткиблагородства сделали своё дело. Напоследок. – Это было одним из условий отца. Для получения доступа к деньгам семьиВиктору необходимо было жениться. Всё. Надежда на его невинность умерла, так и не успев закрепиться в моёмсознании. Не говоря ни слова, я повернулась, чтобы уйти. – Злата, он изменился! – выкрикнул мне в спину Себастьян. – Для него это ужедавно не просто спор! Я, взявшись за ручку двери, приостановилась. Казалось, больнее быть не может.Я почувствовала, как задыхаюсь, словно мне нож воткнули в сердце. И ударпришёлся со спины. – Меня тошнит от вашей семьи! – прошептала я. – Я пытался вразумить его... – словно оправдывался Эскалант. Обернувшись к нему, я посмотрела на него, так будто он только что плюнул мнев лицо. – Ты знал и молчал. Не остановил эту жестокость. Ты ни чем не лучше Виктора. В кабинет влетел герцог Эскалант. Мы с Себастьяном уставились на егоулыбающееся лицо. – Злата, милая! Какой приятный сюрприз! – он обнял меня, а я украдкойсмахнула слёзы. – Отец, ты не вовремя... – двинулся в нашу сторону испуганный Себастьян. – С чего бы это? – дружелюбно продолжал тот. – Я надеюсь, ты тут непытаешься очаровать невесту своего брата, негодник! – Отец! – воскликнул Себастьян. Но тот будто не слышал его и жизнерадостно продолжал: – Дорогая моя, как же моему сыну повезло встретить вас! Вы не представляете,как он изменился! Вы – ангел, умеете исцелять подобных ему! Чувствуя, что меня сейчас стошнит, я желала как можно скорее уйти отсюда ибольше никогда не видеть этих лиц. – Боюсь, это вовсе не так! – не поднимая глаз, горько усмехнулась я. – Злата, не надо! – вдруг попросил Себастьян. – Не губи его!.. Мне вспомнилось, как просила Виктора о том же... И я бросила на Себастьяна ненавистный взгляд. Он боится, что их отец всёузнает. – Не надо что? – недоумённо переводя на нас взгляд, спросил герцог. Холодная жажда мести подняла свою змеиную голову. Я, одарив Себастьяназлорадной улыбкой, достала из кармана свою флешку и протянула её ДавидуЭскаланту. – Посмотрите на вашего сына! – глядя ему в глаза, молвила я. Давид перестал улыбаться и взял протянутою мною карту памяти. – В вашем возрасте пора уже понять, что люди не меняются. Я долго помнила их выражение лиц. Удивлённый герцог, с постепеннотухнувшим счастьем в глазах, и поникший его старший сын, который признавалсвою вину и раскаивался. Таким видели Себастьяна, наверное, ещё в младшейшколе. Но мне было плевать. Эти люди растоптали меня, разыграли словно вещь.Пора относиться к ним так, как они того достойны