Возвращение света

На рассвете первым проснулся Дэрил.Воздух был холодным и тихим, небо только начинало светлеть.Он вышел во двор, где рядом стояли три свежие могилы. Земля еще влажная, темная, с грубыми следами лопаты.

Дэрил остановился у последней. Несколько секунд просто стоял, глядя на крест, потом опустился на колено.Из-за пазухи достал розу чероки — ту самую, что когда-то хранил для Софии.Он аккуратно положил ее на землю, погладил рукой вырезанный на кресте знак и выдохнул.Ничего не сказал. Только тихо кивнул, словно обещал что-то тем, кто лежал под землей.

Потом встал и ушел, не оглядываясь.

Утро выдалось серым и спокойным.В комнате все сидели молча — Бэт, Мэгги, Гленн, Хершел, Руди, Карл, Дэрил, Оскар и Аксель.Никто не говорил, только тихо звенела посуда.Воздух был густой от тишины — не напряженной, а усталой, вымотанной до предела.

Неожиданно за дверью послышались шаги.Рик.Он вошел, уставший, в запачканной рубашке, с рассеянным взглядом.

— Все хорошо? — спросил он.

— Да, хорошо, — ответила Бэт.

Хершель посмотрел на него внимательно.— А ты как, Рик?

Рик сел на край стола, будто силы на стул сесть не хватило.— Убил ходячих в котельне, — сказал он.

— Сколько их было? — спросил Дэрил.

Рик задумался на секунду.— Не знаю. Несколько десятков, — наконец ответил он.

В комнате снова воцарилась тишина.Никто не знал, что сказать.— Пойду назад, — сказал Рик, вставая из-за стола. — Пришел взглянуть на Карла.

— Рик, — Гленн поднялся, отставив кружку, — мы можем сами убрать тела. Ты не должен.

Рик покачал головой.— Нет. Должен. — Голос его был тихим.

Он быстро подошел к Дэрилу, остановился рядом.— У всех ножи и пистолеты?

— Да, — ответил Дэрил. — Но патроны кончаются.

— Мы с Мэгги днем хотели прокатиться, — вставил Гленн. — Есть пара мест, где могут быть патроны и смесь.

— Мы очистили проход к генератору, — добавил Дэрил, хмурясь. — Аксель хочет починить его на всякий случай. Потом зачистим нижние этажи.

Рик кивнул. — Хорошо. Так и сделаем.

Он уже направился к выходу.— Рик! — окликнул его Хершел, но Рик не остановился.Только поднял руку, не оборачиваясь, и вышел за дверь.

Вслед ему осталась тишина.

— Оскар, Руди. Пойдем, пора работать, — сказал Дэрил, проверяя арбалет.

— Можно мне с вами на зачистку? — подал голос Карл, подходя ближе.

Дэрил взглянул на него — хмуро, но без осуждения.Несколько секунд молчал, потом коротко кивнул:— Ладно. Только держись рядом.

Они подготовили оружие и ушли блуждать по коридорам.

— Посмотри-ка, мы упустили их вчера, — сказал Оскар, указывая фонариком в дальний проход. — Может, их всего двое.

— Не обращай внимания. Никуда не денутся. Добьем на обратном пути, — ответил Дэрил.

Оскар кивнул и ушел в другую сторону.Дэрил коротко свистнул — Карлу и Руди.— Идем.

Они двигались по темному коридору. Пыль висела в воздухе, под ногами хрустели осколки стекла. Дэрил шел впереди, с фонарем в одной руке и арбалетом в другой.

Через какое-то время он заговорил — будто случайно, но голос был тише, чем обычно:— Моя мама любила вино. И курила в постели. Я тогда играл с другими детьми во дворе. Мерл уже ушел. Они были на великах, а я нет. Мы услышали сирены... они помчались за машинами — посмотреть, что случилось. Я побежал за ними, но не догнал. Повернул за угол... — он на секунду замолчал. — А мои друзья смотрят на меня. Все вокруг смотрят на меня. Пожарные машины, люди. Это горел мой дом.

Он опустил фонарь.

— Моя мама спала. Она там сгорела.

Коридор эхом отразил его слова.

Руди с сочувствием посмотрела на Дэрила. Он уловил взгляд.

— Было трудно, — продолжил он. — Она просто... исчезла. Стерлась. Ничего не осталось. Говорят, так даже лучше. Я не знаю. Это казалось неправдой, понимаешь?

Долгая пауза. Только звук шагов и тихое дыхание.

Карл кивнул.

— Я убил маму. Она умерла... но не превратилась. Я убил ее. Это правда. Жаль твою маму.Он сказал это глухо, почти без эмоций.

Дэрил обернулся к нему:— А мне жаль твою.

Тишина.Руди шла чуть позади, слушала их обоих.Ее пальцы машинально сжимали рукоять ножа, но взгляд — мягкий, внимательный — был прикован к Дэрилу.Она понимала, как трудно ему говорить об этом.

— Это... неправильно, когда дом перестает быть домом. — Сказала Руди. — Я сочувствую вам обоим. Так не должно быть...

— А твоя мама? — вдруг спросил Карл, обернувшись к Руди.

Она замерла на шаг, будто не ожидала вопроса.— Моя? — переспросила она, чуть усмехнувшись, но взгляд стал далеким. — У нас с мамой были... сложные отношения. Она не любила меня.

Карл нахмурился. — А папа?

— С папой я почти не виделась, — ответила Руди после короткой паузы. Голос ее звучал спокойно, но в нем чувствовалась сдержанная боль. — Он... делал вид, что меня не существует.

— Почему так? — спросил мальчик.

Руди чуть улыбнулась — грустно, без тени иронии.— Не знаю. Это... сложный вопрос.Она вздохнула и добавила:— Я просто с рождения была их большим разочарованием. Что бы ни делала, как бы ни старалась... все было не так. Всегда.Она замолчала, глядя куда-то в тень впереди. — Я долго думала, что если заслужу хоть каплю уважения, все изменится. Но нет. Некоторые люди просто не умеют любить. Даже своих детей. Лори была хорошей мамой, я бы хотела такую же.

Дэрил, Руди и Карл шли по коридору, внимательно осматривая каждый угол. Луч фонаря выхватывал из мрака поломанные двери и следы крови. Позади, немного отстав, шёл Оскар.

— Во чего я хотел, — вдруг сказал он и свернул в сторону, войдя за дверь.

Все трое остановились и переглянулись.

Оскар стоял у шкафа и, довольный, держал в руках старые тапочки.

— Нафига тебе тапочки? — хмуро спросил Дэрил.

— Как? Вечером расслабиться, — пожал плечами Оскар.

Руди едва сдержала улыбку, но не удержалась — коротко хмыкнула.— Ну, теперь точно переживем этот конец света, — сказала она. — Ходячие, может, и страшные, но перед тапочками точно разбегутся.

Дэрил закатил глаза, но уголок его губ все же дрогнул.

— Ладно, тапочки так тапочки, — сказал он.

Руди все еще улыбалась. Не та короткая усмешка, которой она обычно прятала усталость, а легкая, живая, теплая.

Дэрил заметил это.Он взглянул на нее краем глаза, будто случайно.Ничего не сказал, но задержал взгляд чуть дольше, чем следовало.В его лице промелькнуло что-то едва заметное — удивление... и, может, немного тепла.

Руди, поймав его взгляд, тут же отвела глаза, сделав вид, что рассматривает стену.

За спиной вдруг раздался характерный, низкий хрип.Ходячий.Близко.

Все четверо резко обернулись.Выстрелы прогремели почти одновременно — короткие, гулкие, отдающиеся эхом в бетонных стенах.Мертвец упал, глухо ударившись о пол.

Дэрил первым подошёл к телу. Он поднял фонарь, опустился на колено.Из щеки мертвеца торчал нож.Он медленно вытянул его, сжимая в руке. Металл блеснул в тусклом свете.

— Это нож Кэрол, — произнёс он глухо, не поднимая головы.

Руди стояла рядом, сердце сжалось.— Она... может быть жива? — спросила она, тихо, с той хрупкой надеждой, которая всегда звучит чуть громче страха.

Дэрил молчал. Только долго смотрел на нож, будто пытаясь вычитать из в нем ответ.Фонарь дрогнул в его руке, свет лег на пол, на темное пятно крови.

Карл стоял рядом, не смея нарушить тишину.Ответа не последовало.— На сегодня закончили. Возвращайтесь, — сказал Дэрил, вставая и смахивая кровь с рукава.

Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась тяжесть — не усталость, а что-то глубже.

Руди посмотрела на него.— Ты будешь искать ее? — спросила она.

Он не ответил сразу, и тогда она, чуть повысив голос, добавила:— Я пойду с тобой.

Дэрил поднял взгляд.— Нет. Доведи их до камер. Я справлюсь.

Он проверил арбалет, повесил нож на пояс и пошел вперед, не оборачиваясь.Тени коридора будто поглотили его фигуру.

Руди стояла, глядя ему вслед. В глазах — беспокойство, грусть и то чувство, которое она пыталась скрывать даже от себя.Она тихо выдохнула и опустила взгляд.

— Ладно... пойдемте назад, — сказала она наконец, оборачиваясь к Карлу и Оскару.

Те молча кивнули.Шаги гулко разнеслись по пустому коридору.

Руди молча повела Карла и Оскара обратно к камерам.Шли быстро, без слов. Карл то и дело оборачивался, будто хотел что-то сказать, но так и не решился.Когда они дошли до блока, Руди проверила решетку, убедилась, что все заперто, и кивнула:

— Будьте здесь. Если что — не выходите.

— А ты куда? — спросил Карл.

Руди чуть улыбнулась — устало, но уверенно.— Проверю коридор. Вернусь быстро.

Она развернулась и пошла обратно.Руди шла осторожно, шаг за шагом, держа нож в руке, пистолет — на поясе.Ее дыхание было ровным, но внутри все сжималось.

Она услышала звук — негромкий, металлический.Замерла, прислушалась.Сердце колотилось в груди.

Руди осторожно выглянула из-за угла.И сразу выдохнула.

Это был Дэрил.Он сидел на полу, упершись локтями в колени, и ковырял ножом бетонный пол.На лице — каменное выражение.Он выглядел не просто уставшим, а надломленным.

Руди шагнула ближе, не произнося ни слова.Вдруг Дэрил резко встромил нож в стену.Металл звякнул, эхо пронеслось по коридору.

Он встал.Начал ходить взад-вперёд, будто пытаясь справиться с чем-то внутри себя.В его движениях не было привычной сдержанности — только злость и боль.

Руди замерла в нескольких метрах.— Дэрил? — тихо позвала она, с тревогой в голосе.

Он не ответил.Подошел к двери, возле которой валялся убитый ходячий. Схватил его за шиворот, рывком поднял и распахнул дверь, держа нож наготове.

Но в следующий миг его лицо изменилось.Злость мгновенно ушла.Он застыл — будто увидел то, к чему не был готов.

Руди напряглась, крепче сжимая нож.Она осторожно подошла ближе.

За распахнутой дверью, среди мусора и пыли, лежала Кэрол — обессиленная, но живая.

Руди ахнула, прижимая ладонь к груди.Дыхание участилось, но она быстро взяла себя в руки.

Дэрил не сказал ни слова. Он опустился рядом, осторожно поднял Кэрол на руки.Руди пошла впереди, сжимая нож, пистолет на поясе — готовая прикрыть в любую секунду.

Когда они вернулись к блокам, камерное помещение оказалось пустым.Дэрил сорвал с пояса связку ключей и бросил их Руди.Руди ловко подхватила ключи, распахнула дверь и сразу метнулась к аптечке.Ее пальцы дрожали, когда она перебирала пузырьки, ища спирт.

— Нашла, — тихо сказала она, выдохнув с облегчением.

Дэрил тем временем аккуратно уложил Кэрол на кровать.Он посмотрел на Руди — та уже открывала флакон, готовая промыть раны.Его взгляд задержался на ней чуть дольше обычного: напряженная, но собранная, она действовала уверенно, не теряя ни секунды.

Когда Кэрол пришла в себя, глаза наполнились слезами.— Вы... вы нашли меня... — прошептала она, и голос дрогнул.

— Дэрил нашел тебя.

Руди опустилась рядом с ней, Кэрол обняла ее первой, потом — Дэрила.Он неловко прижал ее к себе, стараясь скрыть облегчение за привычной сдержанностью.

Через некоторое время с улицы вернулись остальные.Дверь распахнулась, и Рик вошел, держа на руках черную девушку, всю в крови.

— Кто она? — спросил Дэрил, выходя навстречу.

Рик держал ее за запястья, пытаясь добиться ответа:— Как тебя зовут? Слышишь? Как тебя зовут?

Девушка молчала. Ее глаза метались, руки дрожали, она пыталась вырваться.

— Рик, идите сюда, — позвал Дэрил.

— Что-то случилось? — спросил тот настороженно.

— Это нужно увидеть, — коротко ответил Дэрил.

Рик запер новую женщину в одной из комнат и последовал за ним.Вместе с ним пошли остальные.

Когда они вошли в камеру, все застыли.На кровати сидела Кэрол, бледная, но живая. Рядом — Руди, державшая ее за плечо.

— Господи... вы целы, — выдохнула Кэрол.

Она поднялась, опираясь на руку Руди.Рик подошел первым.— Кэрол... — сказал он тихо, и в голосе впервые за долгое время звучала теплая радость.

Они обнялись крепко, по-настоящему. — Слава Богу... Слава Богу... — повторял Рик, не отпуская.

Остальные улыбались. Даже Дэрил, стоявший чуть поодаль, позволил себе небольшую усмешку.

— Как ты выжила? — спросил Рик.

— В одиночку, — ответила Кэрол устало, но спокойно.

— Она едва добралась до камеры и потеряла сознание, — добавил Дэрил. — Обезвоживание, истощение.

Рик кивнул, хотел что-то сказать. Затем взгляд Кэрол упал на Бэт.В ее руках, укутанная в ткань, мирно спала малышка.

На лице у Кэрол мелькнула радость, но Рик лишь медленно покачал головой.

Она замерла. Ее рука дрогнула, потом она прикрыла рот ладонью.Глаза наполнились слезами.

— О, Боже... — прошептала она. — Я сочувствую...

Рик кивнул, не в силах ответить.В комнате повисла тишина — тяжелая, но светлая.Все знали, что потеряли слишком много, но сегодня хоть кто-то вернулся.