Глава 64. Что ты наделал... Часть вторая

Тьма была маслянистой и вливалась в нос и в рот. Густая и липкая, она к тому же источала отвратительные миазмы разложения. Её прерывистое свистящее дыхание вселяло ужас, от которого сжимались все внутренности.

Что же делать? Как бороться с врагом, которого нельзя даже увидеть? С врагом нематериальным и при этом настолько реальным, что, казалось, достаточно лишь вытянуть руку, чтобы коснуться затаившегося во мраке монстра. Бежать? Но куда, если здесь нет ни единого выхода? Он оказался на самом дне... чего? Что это за место, и где оно находится?

Наверное, он знал ответ, но не имел достаточно мужества, чтобы даже просто подумать об этом.

Так что оставалось лишь сжиматься в клубок и ждать... Но чего?

Тишина вокруг угнетала. И омерзительное свистящее дыхание, к которому примешивался низкий, почти звериный хрип, делало её еще более давящей...

Гарри потребовалось некоторое время, чтобы различить ещё один звук. Неясный и смутный, он вначале напоминал заблудившееся эхо, но постепенно стал более отчетливым, напоминая... чей-то зов.

Да... Точно! Здесь кто-то был. Гарри ощутил чьи-то эмоции. Притом сильные. И они становились всё ярче.

Страх. Но этот страх не принадлежал Гарри. Этот страх очень отличался от того, что испытывал он. Он был горячим, словно раскаленный докрасна прут, и одновременно достаточно твердым, чтобы прожигать себе путь сквозь все, что вставало на его пути.

И он приближался.

Искал его.

Но не мог найти. И Гарри понял, что не найдет, если не подать ему знака. Какого угодно.

Северус...

Внезапно всё замерло. Но лишь на долю секунды. А потом Гарри накрыла горячая волна. Жар объял его словно мантия и начал поднимать из бездны.

Страх сменился облегчением, которое окутало его приятным теплом. Гарри поднимался все выше и выше, отдаляясь от мрака и живущего в нем чудовища.

Но вот ноги снова коснулись пола. Поддерживающая его сила исчезла, и Гарри упал на колени. Медленно отрыл глаза и заморгал от яркого света. Здесь повсюду были окна, и в одном из них он увидел...

...себя. Босой, одетый в больничную пижаму, он шел по коридору с пером, чернильницей и пергаментным свитком в руках. Гарри уставился на собственное лицо – лишенное всякого выражения, пустые глаза. Это было лицо человека, который потерял всё и теперь хотел сохранить хоть крупицу того, что у него ещё было. Сохранить любой ценой, пусть даже за это придется отдать всё, что у него осталось.

Вот он вошел в совятню, расчистил себе место у стены, сел и принялся писать.

Нет! Северус не должен этого видеть!

Думай о чем-нибудь другом! О чем угодно...

Он зажмурился, прижал ладони к ушам и попытался вспомнить свои ощущения в тот момент, когда ловил снитч. Но призрачный образ золотого мячика развеялся в долю секунды, а перед глазами снова появился лежащий на коленях свиток и повисшая над ним рука с пером.

Не вышло. Он слишком слаб, чтобы помешать Северусу, чью силу сейчас ощущал. Она властно окружала его: мощная, искажающая пространство аура, заставляя смотреть и вспоминать. Каждое слово, каждую мысль.

Сопротивляться ей было невозможно.

Рука опустилась, и перо принялось выводить на пергаменте первые слова, а одновременно с этим в голове Гарри зазвучали его же собственные мысли, которые, впрочем, скоро заглушил все более усиливающийся звон.

Встречусь с тобой через две недели...

Громкий удар, напоминающий раскат грома, заставил Гарри дернуться и перевести взгляд на оконное стекло перед собой. Оно дрожало.

... ты сможешь сделать со мной все, что захочешь...

Теперь стекло уже сотрясалось. Гарри отступил назад, с ужасом наблюдая, как на нем появляются трещины.

...Снейп должен вернуться в Хогвартс целым и невредимым...

Это конец. Ещё минута, и...

...если я узнаю, что с ним что-то случилось...

Гарри успел закрыть голову руками в тот миг, когда раздался оглушительный треск и стекла взорвались, осыпая его осколками. Он присел и сжался в комок, прислушиваясь, как они звенят, ударяясь о каменный пол. Только когда наступила тишина, он отважился отнять руки и открыть глаза.

Воспоминания продолжали кружить вокруг него, но теперь они хаотично смешались, будто упорядочивающая, управляющая ими сила поддалась собственным эмоциям и больше не могла ни властвовать над ними, ни анализировать их.

А ещё Гарри ощутил, как эту силу начинает пожирать пламя. Оно разгоралось все сильнее и сильнее, заглушая своим треском эхо его собственных мыслей, жадно пожирая образы.

Но вот наступил миг, когда он получил ответ Волдеморта.

...Если не явишься, то больше его не увидишь. Никогда...

А вот он стоит перед дверью кабинета зелий, вглядываясь в фигуру раненого Северуса.

Он жив. Жив! Волдеморт сдержал слово...

Вот занятия Луной и уроки с Тонкс...

Как я могу его победить? Как? Осталось слишком мало времени...

Последний урок зелий...

На следующем уроке? Но это мои последние зелья.

Гарри увидел себя, стоящего перед дверью класса и смотрящего на неё с таким выражением, что сам невольно содрогнулся.

Столько всего произошло здесь. Столько воспоминаний...

Вот, закутанный в мантию-невидимку, он сидит, прислонившись к стене у двери кабинета зелий, и хотя огонь стремительно уничтожает сцену, он слышит пробивающееся сквозь громкий треск эхо собственных мыслей:

Ничего не осталось. Ничего кроме единственного пути.

Выпить зелье...

Больше Гарри ничего не увидел. Алчные языки поглотили всё, в том числе и участок влажного пола, на котором он сидел, поджав ноги, но в следующий миг что-то выдернуло его из океана огня. Он потерял равновесие и пошатнулся, отступая по инерции назад, пока не оперся о стену, пытаясь унять головокружение.

Снова комната Северуса.

Тишина. Однако эта тишина, казалось, искрит.

Гарри неспешно открыл глаза. Но когда увидел перед собой лицо Северуса, на мгновенье подумал, что не сможет больше сделать ни единого вдоха.

Снейп застыл, словно парализованный. Темный взгляд затуманенных глаз был устремлен куда-то в пространство за Гарри, лицо напоминало вырезанную из гранита маску, однако чувствовалось, что за ней бушует смертоносное торнадо эмоций и мыслей.

Однако, прежде чем Гарри пришел в себя настолько, чтобы подумать о бегстве, как о лучшем выходе из положения, черные глаза прояснились, а взгляд Северуса сосредоточился на нем.

Он не смог бы определить выражение этих глаз, но не сомневался, что будет помнить его до конца жизни.

Северус рванулся вперед, словно атакующий хищник на жертву, и в следующий миг уже стоял перед ним. Схватив Гарри за ворот рубашки, он дернул его к себе так яростно, что пол ушел из-под его ног.

— ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?! – прорычал он ему прямо в лицо, одновременно встряхивая с такой силой, что Гарри начал задыхаться. – Ты – импульсивный, безответственный, безмозглый идиот! Ты хотя бы понимаешь, какие теперь будут последствия?!

Гарри схватился обеими руками за впившиеся в ворот пальцы Снейпа и попытался их разжать, чтобы освободиться из захвата.

— Отпусти меня!

В таком состоянии он Снейпа ещё не видел: щеки раскраснелись от ярости, глаза дико сверкали, а их лихорадочный взгляд выдавал безумие его обладателя.

Северус выглядел ужасно.

Дернув Гарри ещё раз, он притянул его ещё ближе к себе и прошипел ему в лицо:

— Что ты себе вообразил? Я намеренно показал тебе те воспоминания! Я лишил тебя всего, чтобы ты пережил мою смерть, а не для того, чтобы ты отдался ему в руки покорно и безропотно, словно жертвенный агнец! Я сделал все для того, чтобы ты меня возненавидел! Возненавидел! А что же делаешь ты?! Преподносишь себя ему на серебряном блюде, проклятый ты сопляк!

Слова Северуса били сильно и глубоко, бередя раны, которые Гарри так старательно пытался залечить в эти недели. Ведь это он должен сейчас орать на Снейпа за то, что тот ему устроил! За каждую минуту пережитой боли!

Его захлестнула злость, которая нашла выход в гневном, отчаянном крике:

— А что ТЫ сделал?! Ты предпочел погибнуть, лишь бы я никогда не узнал правды! Ты пошел умирать и оставил меня во всем этом хаосе и ненависти! Ты хотел оставить меня одного, ты, чертов мерзавец! – выпалил он, колотя кулаком по груди Снейпа и одновременно погружая ногти второй руки в его запястье, пытаясь оторвать от себя. Но Северус не сдавался. Он схватил запястье Гарри и, едва не раздавив его в железном захвате, отвел руку в сторону, прорычав:

— Я должен был это сделать! Должен был обезопасить тебя! Но тебе, как всегда, нужно было влезть и всё испортить! Как последней бестолочи, которая всегда поступает по-своему, а потом хоть трава не расти! Как тебе вообще пришло в голову написать ЕМУ письмо?! После того, что я тебе показал! Да ты просто свихнулся!

Пальцы Северуса причиняли боль, но это лишь подстегивало бешенство. Гарри рванулся вперед, устремив пылающий гневом взгляд в черные, мечущие молнии глаза.

— Я не мог позволить тебе погибнуть! Тебе это непонятно?!

— Нет, это ты не понимаешь! – оборвал его Снейп, ещё сильнее сжимая его запястье. – Как ты мог утаить от меня подобное?! Что ты вообще собирался делать? Выбраться тайком отсюда и помчаться к Темному Лорду, не сказав ни слова?! Это уже ни в какие рамки не лезет! Ты все уничтожил! Всё, чем я ради тебя пожертвовал! Всё это было напрасно, потому что тебе приспичило изображать долбанного героя, которому наплевать на собственную жизнь!

— Нет! Я сделал то, что считал правильным! Для тебя я готов сделать все на свете! Это было мое решение, и ты не имеешь права меня упрекать, потому что сам поступаешь так же!

Глаза Северуса заволокла тьма. Ещё более непроглядная и опасная, чем до сих пор.

— Да, и теперь сожалею об этом. Если бы я знал, как низко ты ценишь собственную жизнь, отвел бы тебя к нему без колебаний и избавился бы от вас обоих сразу. – Захват стал таким болезненным, что у Гарри перехватило дыхание, и он ощутил, что тонет в черном, как ночь, взгляде. – Будь проклят тот день, когда ты вошел в мою жизнь!

Сердце Гарри сжалось. Боль была такой сильной, что его свободная рука сама собой взлетела вверх...

Раздался звонкий удар.

Сила его была такой, что голова Северуса мотнулась в сторону, а лицо скрыла завеса волос.

Стало тихо. Тишина была вязкой, и, казалось, весь мир замер.

Распахнув глаза, Гарри смотрел на Северуса, ощущая, как горит ладонь от пощечины.

Боже. Он ведь не хотел этого делать. Не хотел. Но как ещё можно было заставить его... замолчать?

Таков уж был Северус. Когда чувствовал, что его предали, когда чувствовал боль, бил в ответ прицельно и сильно, так, чтобы уничтожить того, кто вызвал в нём эти... ощущения. Гарри это знал. Знал, что прозвучавшие сейчас слова были неправдой, но они были произнесены с таким убеждением, что даже понимание этого не уменьшало боли от нанесенной раны.

Он должен был его остановить.

И все равно чувствовал себя отвратительно. На грудь навалился огромный камень. И под его тяжестью Гарри едва держался на ногах.

Сердце билось рваными толчками и замерло, когда Северус пошевелился, а потом начал медленно поворачивать голову, пока Гарри не встретил его взгляд.

Непроницаемый. Острый, словно закаленная льдом и огнем сталь.

— Пожалуйста, не делай этого... — В окружающей их тишине собственный шепот показался Гарри громче крика. – Я хотел только, чтобы ты вернулся цел и невредим. Только это.

— Замолчи! – Северусу даже не пришлось повышать голос. Он и без того разил как клинок. – Ещё одно слово, Поттер, и я сделаю то, о чем мы оба пожалеем.

Гарри прикусил губу, уязвленный этим резким тоном. Неужели ещё несколько минут назад у них было все настолько хорошо? Или всё, что произошло, начиная со вчерашнего вечера, было лишь грезой, миражом, который его рассудок создал, чтобы ободрить своего обладателя перед тем, что предстояло?

Нет. Это произошло на самом деле. И именно поэтому, под горящим взглядом Северуса, Гарри начинало казаться, будто что-то в нем рушится.

Осторожно. Нужно быть осторожным...

Он медленно поднял дрожащую руку и с опаской коснулся алого пятна на щеке Северуса.

Окажись на его месте любой другой, он уже давно бы поплатился за столь вольное обращение с клинком. Совершенным, безжалостным, способным пронзить всякого, кто вздумает встать на пути. И только одна рука могла схватиться за лезвие, не страшась пораниться. Только она могла удержать его и остаться невредимой. И только ей одной было под силу заставить его прекратить бой и вернуться в ножны.

Северус выпустил воротник гарриной рубашки и схватил его ладонь, отводя её от своего лица.

— Оставь меня.

Гарри сжал губы, ощущая болезненный укол в сердце. Снейп выпустил его запястье и отстранился, не сводя с него неподвижного взгляда. Потом неторопливо отступил назад и с тихим вздохом опустился в свое зеленое кресло. Опершись локтями о колени, он подался вперед, прижимая сплетенные пальцы к губам. В этой позе, глядя на пляшущие в камине языки пламени, он просидел несколько минут. Не произнеся ни единого слова.

Тогда Гарри направился к другому креслу. Он не мог избавиться от ощущения, будто ступает по тонкому льду, который может провалиться под ним в любую секунду. А ещё он прекрасно понимал, что стоит этому произойти, и ему уже никогда не выбраться из ледяного плена холодного темного безразличия. До самого конца.

Опустившись в кресло, он застыл, обхватив руками голову и уставившись в пол под ногами.

— Прости за то, что не сказал тебе, — начал он тихим ломающимся шепотом. – Просто когда я узнал правду, было уже слишком поздно. Слишком поздно для всего. – Гарри вздохнул и облизал губы. Некоторое время, пока он старался подобрать слова, царило молчание. – Я знал, что он будет меня ждать. Но как я мог признаться тебе? Я боялся твоей реакции... — он запнулся и сделал глубокий вдох, хотя воздух не хотел проходить сквозь перехваченное спазмом горло. – А когда я всё узнал... я хотел дать нам хоть какой-нибудь, пусть даже самый маленький шанс и попробовать побороться с ним. Все равно мне нечего терять, если я не могу быть с тобой. Прости меня...

Сказав это, он чуть приподнял голову, чтобы посмотреть на Северуса, но тот сидел все так же неподвижно, не сводя глаз с камина, будто не слышал ни единого слова из того, что сказал Гарри.

Когда же наконец Снейп отозвался, голос его был надтреснутым и тихим.

— Всё это время мне не хватало одного элемента. И вот оказалось, что этим элементом был ты. – Он помолчал, недоверчиво качая головой, словно это не укладывалось у него в голове. – Ты действительно это сделал. Написал Ему письмо. Но... как? Откуда ты мог знать, что он находится именно там? – Северус устремил на Гарри вопросительный взгляд.

Гарри снова облизал губы и глубоко вдохнул.

— Я хорошо знаю тебя, Северус, — отозвался он, глядя ему прямо в глаза. — Я знал, что как только ты получишь вызов, ты отправишься к нему. Ты никогда бы не стал отсиживаться в Хогвартсе, словно крыса в подвале. Любой слизеринец, поддерживающий Волдеморта, отвернулся бы от тебя, а ты не потерпел бы утраты влияния и отсутствия уважения в их глазах. Ты не из тех, кто способен жить в бегах, и предпочитаешь встречать опасность лицом к лицу. Ты не смог бы жить, до конца дней оглядываясь через плечо. Но ты также не смог бы вернуться в Хогвартс и продолжить игру, ведь отныне ты потерял мое доверие, и восстановить его было бы невозможно. Все это прекрасно понимал и Волдеморт. А он не способен прощать. Так что я знал, что он убьет тебя. Вот и выходило, что любой путь заканчивался твоей смертью. Мне оставалось только одно. Помешать этому. – Закончив говорить, Гарри судорожно вдохнул.

Северус смотрел на него из-под прикрытых век. Молчал. И не шевелился. Под этим нечитаемым взглядом Гарри чувствовал себя все более неловко.

И тут он поднялся. Это было так неожиданно, что Гарри инстинктивно последовал его примеру и отступил на шаг назад, готовый защищаться, если Северусу придет в голову напасть.

В два шага Снейп оказался перед ним, заставив сердце Гарри замереть. Все его мышцы напряглись... И тут холодные ладони обхватили его лицо, заставляя приподнять голову, взгляд черных глаз погрузился в его собственный, и Гарри увидел в лице Северуса нечто настолько могущественное и прекрасное, что все остальное перестало иметь какое-либо значение.

Однако, прежде чем он успел как следует все рассмотреть, ладони сплелись у него за спиной и Северус обнял его, прижимая к себе так порывисто и сильно, что Гарри на какое-то время перестал дышать.

— Он не отнимет тебя у меня... Я не позволю. – Шепот Северуса звучал на грани слышимости, но эти слова отразились громким эхом в сердце Гарри, от которого по телу пробежала теплая, расслабляющая волна, принесшая покой. Но все же ей не удалось прогнать влажный холод, поселившийся в глубине его души.

Боже, если бы только можно было найти какой-нибудь выход. Хоть какой-нибудь!

Но даже Северусу не под силу остановить Волдеморта. Это никому не под силу.

— Те мои слова... — начал было Северус, но запнулся, как будто ему было трудно говорить. – Я не имел в виду...

— Я это знаю, Северус, — тихо отозвался Гарри, прикрывая глаза и обнимая его. – Знаю...

Нет. Другого выхода нет. И если не поспешить, не останется даже этого. Мне... — начал он неуверенно, облизывая пересохшие губы и глубоко вдыхая отдающий травами аромат Северуса. – Мне нужно идти, Северус. Ты же знаешь...

Стоило ему это сказать, как окружающая атмосфера мгновенно изменилась. Гарри показалось, что в комнату ворвалась мощная струя холода. Тело Снейпа напряглось, а его объятия сделались стальными.

— Нет. Он тебя не получит, — прорычал Северус, и в голосе его было столько ненависти, что Гарри содрогнулся. – Даже если от злости он уничтожит весь волшебный мир, так, что от него не останется камня на камне, он не коснется тебя и пальцем. Пусть ему придется бесконечно перерывать горы пепла на его пепелище, он тебя не найдёт!

Слова Северуса причиняли Гарри боль, которая становилась все сильнее, пульсируя, угрожая вот-вот взорваться.

— Но я не хочу, чтобы он всех... — начал Гарри, но Северус не дал ему закончить.

— Ты для него легкая добыча. Он будет держать тебя живым, пока не отнимет твою силу. Таков его план. Его навязчивая идея. А потом он убьет тебя.

— Это можно использовать, — поспешно сказал Гарри, опасаясь, что на сей раз Северус не станет его слушать. – Можно воспользоваться этой возможностью и ослабить его. У меня будет немного времени...

— Нет! – Снейп повысил голос, его интонации приобрели знакомую резкость. – Ты не пойдёшь к Темному Лорду! Даже не смей думать об этом! Надеюсь, я выразился ясно?!

Пальцы Гарри сами собой сжались в кулаки.

Нет. Так они никогда не договорятся. Как Северус этого не понимает? Как?!

— Волдеморт должен заплатить за все, — проговорил он с отчаянием. – Он вечно будет стоять между нами, портить нам жизнь. Мне все равно когда-нибудь придется с ним сразиться. Самое время с этим покон...

— Довольно! – оборвал его Северус. Отстранившись от Гарри, он устремил на него решительный взгляд. Прочитать выражение его лица было невозможно, словно он надел непроницаемую маску, за которой скрыл все эмоции. И Гарри не понравился этот взгляд. – Ты совершенно помешался, твои одержимость и тяга к саморазрушению лишили тебя остатков рассудка, так что я вынужден предпринять некоторые шаги...

Гарри уставился на него.

— Что? Какие ещё ша...

Однако не он успел договорить, как услышал тихое заклинание, и наступила тьма.

*

Мрак постепенно отступал. Щека прижималась к чему-то холодному и твердому. Нет. Все тело.

Гарри попытался пошевелить пальцами.

Вроде бы цел.

Открыть глаза стоило невероятных усилий, а уж поднять голову...

Кафельная плитка... И край чего-то похожего на... — он поднял голову выше — перевернутый кверху ногами умывальник.

Но этого хватило, чтобы осознание того, что произошло, обрушилось на него с такой силой, что он едва не разрыдался. Его тело громко запротестовало, когда он рывком заставил себя сесть.

Ванная комната. Это ванная Снейпа!

Подлый, коварный...

Постанывая от усилий, Гарри поднялся и на трясущихся ногах поплелся к двери. Он понимал, что все напрасно, и всё же подергал ручку.

Нет. Нет. Нет. Снейп не мог так поступить! Просто не мог...

Стиснув зубы, Гарри от отчаяния принялся трясти ручку, хотя с таким же успехом мог бы попробовать пробиться сквозь двухметровую стену.

Его пальцы ощущали мощь магии. Двери были запечатаны. Чары были столь сильны, что по контуру двери воздух слегка искрился. Он не смог бы выломать дверь, хотя...

Его палочка!

Гарри растерянно похлопал себя по карманам и, нащупав её, едва не сполз на пол от облегчения. Убедившись в том, что палочка при нем, он поспешно наклонился и проверил спрятанный в брючине тайник. Маленький флакон с зельем также был на месте. Он прикрыл веки и вздохнул.

У него было всё, но что ему с этого? В том, что у него нет ни единого шанса выбраться отсюда, Гарри не сомневался. Северус ни за что не оставил бы ему палочку, если бы не был уверен, что он не в состоянии сломать его защиту. Он даже подозревал, что если бы даже попытался это сделать, для него все закончилось бы только болезненными магическими ранами.

Оставалось одно.

Он бросился к выходу и замолотил кулаками в дверь, с отчаянным криком:

— Выпусти меня! Немедленно выпусти меня отсюда! Ты не можешь меня здесь держать! Выпусти меня! Слышишь?!

Некоторое время с той стороны не доносилось ни звука. Но потом Гарри услышал приближающиеся шаги.

Прижавшись лбом к двери, он тяжело дышал:

Нужно успокоиться. Северус не из тех людей, от которых криками можно чего-то добиться.

— Северус, пожалуйста, — позвал он значительно тише, почти умоляя. – Не делай этого.

И тут раздался голос Снейпа, который, несмотря на разделяющую их дверь, звучал очень ясно и отчетливо:

— Ты останешься там до тех пор, пока я не придумаю, как тебя задержать. И это мое последнее слово.

Гарри ощутил, как в грудь холодной змеей заползает ужас.

— Ты не смеешь меня здесь запирать! – выкрикнул он, снова бросаясь на дверь. – Ты, хитрый мерзавец!

Обессилев, Гарри сполз на пол, продолжая бить кулаками в дверь, хотя прекрасно сознавал, что это совершенно бесполезно. Однако гнев был сильнее доводов рассудка. Значительно сильнее.

Он понимал, для чего Северус это сделал. Снейп не желал рисковать, когда на кону стояла жизнь Гарри, а все остальное его просто не волновало. Черт бы его побрал!

— Я найду выход. — На сей раз голос Северуса звучал тише и глуше. – Ты должен мне верить.

Раздался звук удаляющихся шагов, а затем хлопнула дверь. Гарри сел на пол, прислонившись к двери, и закрыл лицо руками.

Нет. На сей раз Северус ошибался. Из этой ситуации нет выхода. Не может ведь он навсегда остаться в Хогвартсе. Северус связан Непреложным обетом, и когда Волдеморт его вызовет, ему придется отреагировать на этот вызов. Тогда Волдеморт его убьет. И даже если бы он... если бы он рассказал обо всем Дамблдору, хотя Гарри прекрасно знал, что он этого не сделает, он все равно бы ответил на вызов по собственной воле. В ином случае Снейп станет в Хогвартсе никем, а его гордость ему этого не позволит. Он предпочтет погибнуть. Бегство также невозможно. Волдеморт найдет их повсюду. У них с Северусом связаны руки. Так что существует только один путь, и Гарри должен его пройти...

Но как отсюда выбраться? Северус не закрыл бы его в месте, откуда можно сбежать, так что изучать стены бесполезно. Дверь по-прежнему заперта, и здесь нет окон. Нет ничего, что позволило бы освободиться.

Который вообще час? Сколько он пробыл без сознания? А что если уже поздно? Если время встречи давно прошло, и Волдеморт уже обдумывает самый болезненный способ убить Северуса?

Гарри рывком поднял голову, устрашенный возникшей перед глазами картиной.

А вдруг, обезумев от ярости, он решит напасть на Хогвартс?

Нет, на это он не отважится. Не теперь, когда Дамблдор в замке. По крайней мере, он не нападет открыто. Но зато он может атаковать незащищенные города и уничтожить тысячи невинных людей. Которые никогда не узнают, что умерли только потому, что он, Гарри, до сих пор жив...

Крепко зажмурившись, он уронил голову и прижался лбом к коленям.

Все было напрасно. Исцеление Северуса, все приготовления... и это отвратительное чувство страха, от которого внутри все сжимается, усиливающееся с каждым днем, приближающим его встречу со злейшим врагом. Две недели, проведенные в нарастающем ужасе. И когда он уже смирился и почти преодолел свой страх, осознав, что рано или поздно все равно этим все закончится и что смерть не самое худшее из того, что может с ним произойти, по сравнению с тем, сколько жизней ещё Волдеморт может искалечить.... И вот тогда Северус снова вошел в его жизнь, заслонив собой цель, всеми силами пытаясь удержать его, не дать броситься в пропасть.

Но все это Снейпа не волнует. Скорее всего, ему действительно будет все равно, если мир перестанет существовать...

Гарри вздохнул, поднял голову и огляделся.

Наверное, лучше прекратить напрасную борьбу. Злость и гнев не помогут выбраться отсюда и не заставят Северуса поскорее освободить его. Все эти трепыхания лишь утомляют, вызывая сонливость и вялость. Что неудивительно. Ведь сегодня он спал очень мало. А если не считать вчерашнего обеда, то уже два дня у него во рту не было ни крошки.

Раз уже все равно придется сидеть здесь неизвестно сколько, неплохо бы что-нибудь съесть. Но откуда здесь взяться еде?

Он задумался.

Точно! Домовики! Как же здорово, что можно кого-нибудь из них вызвать.

Вздохнув с облегчением, Гарри позвал:

— Добби!

И тут же перед ним появился домовик. В одной руке он держал сковороду, а в другой щётку для чистки посуды. Стоило ему увидеть Гарри, как его сосредоточенное, сморщенное, словно печеное яблоко, личико просияло.

— Гарри Поттер вызвал Добби? Добби как раз чистил после завтрака посуду, но бросил всё, чтобы немедленно явиться к Гарри Поттеру!

Гарри перевел взгляд на сковороду, и в его глазах мелькнуло понимание.

— После завтрака? То есть уже девятый час?

Домовик энергично закивал своей крупной головой.

— Это значит, что уроки только начались... ещё не поздно! — Глаза Гарри заметались по комнате, в них снова вспыхнула надежда. Правда, скоро она начала стремительно меркнуть от того, что он по-прежнему не видел способа выбраться из заточения. Наконец он посмотрел на эльфа, который всё это время преданно его созерцал. И тут Гарри вспомнил, для чего он его вызвал.

— Добби, я голоден. Принеси мне что-нибудь поесть.

— Конечно! Для Добби настоящее счастье принести еду для Гарри Поттера! Пусть только Гарри Поттер никуда не уходит. Добби сейчас вернется!

И эльф исчез с громким хлопком.

Гарри прислонился к стене и вздохнул.

— Не беспокойся, — пробормотал он. – Я не в состоянии уйти отсюда.

Прошло несколько секунд, как домовик вернулся с огромным, заставленным тарелками подносом.

— Добби всё сделал! – радостно заорал он, опуская поднос перед Гарри. И чего там только не было! Картофельное пюре, ароматные колбаски, рисовый пудинг с малиновым соусом, печенье из ревеня и тыквенный сок.

Гарри ощутил себя таким голодным, словно не ел ничего, по крайней мере, неделю. Не долго думая, он взялся за еду и, только проглотив три колбаски, вспомнил о Добби. Эльф стоял рядом, глядя на него своими большими выпуклыми глазами, и довольно улыбался – он хорошо справился с заданием!

— Не желает ли Гарри Поттер ещё чего-нибудь? – спросил он с надеждой.

— Нет, Добби. Всё отлично. Можешь аппари... — он остановился и закашлялся, пролив тыквенный сок.

— Что случилось с Гарри Поттером? Добби поможет!

— Нет. Всё в порядке, — откликнулся Гарри, переводя дух. Он смотрел на Добби во все глаза, чувствуя, что сердце начинает биться быстрее, а руки дрожат. – Добби, скажи мне вот что... Ты можешь аппарировать из замка?

Домовик уставился на него с таким изумлением, будто Гарри поинтересовался, умеют ли птицы летать.

— Конечно. Я ведь эльф.

В ушах у Гарри зашумело.

— А ты можешь кого-нибудь взять с собой?

— Да. Проще простого.

Некоторое время Гарри молчал, изумленно его разглядывая.

Мерлин! Ну почему он не подумал об этом раньше? Да, в Хогвартсе нельзя аппарировать, но ему раньше просто не приходило в голову, как это удается домовикам. Он ведь столько раз его вызывал...

Спокойно! Только спокойно! Нужно поскорее все обдумать.

— Добби, у меня есть для тебя ещё одно задание, — сказал он, проглотив последний кусок. – Принеси мне нож. Самый острый, какой только найдёшь. Лучше всего волшебный, но обычный тоже подойдет.

Домовик кивнул и исчез.

Гарри поспешно допил сок и вскочил на ноги.

Наконец-то у него появился шанс! Он и не предполагал, что помощь придёт с такой неожиданной стороны.

Оглядевшись по сторонам, он вытащил палочку. Затем опустился на колени и превратил салфетку в пергамент, а вилку в перо. Воспользовавшись малиновым соусом вместо чернил, он принялся торопливо писать:

Прости меня, Северус, но другого выхода нет. Я должен пойти к нему и сразиться с ним, иначе он вечно будет стоять между нами. Но мне уже не страшно. Благодаря тебе я стал сильнее. Спасибо тебе за всё.

Твой Гарри.

Он успел закончить до возвращения Добби и уже поднялся, когда домовик снова появился в ванной. В руках у него поблескивал нож.

— Добби все сделал! – пропищал эльф и подал ему нож. Гарри проверил пальцем остроту лезвия. Нож чуть вибрировал.

— Где ты его взял? – спросил он, прищуриваясь и разглядывая стальное лезвие.

— В большой комнате. Там много разных вещей, — ответил эльф так, будто это могло послужить исчерпывающим объяснением.

Гарри опустился на колени, положил нож на пол и достал из брючины маленький флакон. Подковырнув пробку ногтем, он вытащил её и вылил на лезвие около четверти содержимого. Зелье растеклось по стали, но вместо того, чтобы капнуть на пол... исчезло. Словно бы сталь его впитала. Изумленно моргнув, Гарри повторил свои действия, пропитав и другую сторону ножа. Затем он вернул пробку на место и сунул наполовину опустевший флакон в потайной карман.

Всё это время Добби стоял рядом, с огромным интересом наблюдая за его действиями.

Гарри взял в руки нож и снова посмотрел по сторонам.

Теперь у него есть всё необходимое. Больше ничего сделать нельзя. Всё зависит только от него, и полагаться можно только на себя.

Гарри посмотрел на домовика, который стоял рядом, и сказал:

— Добби, ты должен перенести меня в одно место. Это очень важно.

— Гарри Поттер не должен покидать школы, — убежденно возразил эльф. – Только здесь Гарри Поттер в безопасности.

— Добби, ты не понимаешь. Если в ближайшие полчаса я не попаду туда, произойдёт нечто ужасное и погибнет много людей. Ты ведь поможешь мне, правда?

Домовик наморщил лоб и пробормотал:

— А это место – страшное? Гарри Поттер будет там в безопасности?

— Конечно! Обещаю тебе, со мной ничего не случится, — непринужденно солгал Гарри. – Ты меня просто доставь туда, и всё.

Добби нахмурился ещё сильнее. Казалось, он что-то напряженно обдумывает.

— Раз Гарри Поттер так говорит, Добби ему верит, — сообщил он наконец, поднимая на Гарри доверчивый взгляд. – А где находится это «место»?

Гарри задумался. Конечно, он знал, что волшебникам сложно аппарировать в незнакомые места. Но эльфы – другое дело. Например, Добби смог появиться в доме Дурслей, хотя весьма сомнительно, чтобы он бывал там раньше.

— На холмах Дартмура, — ответил Гарри. – Там есть долина. В ней – каменный круг, а вокруг — лес. Я хочу, чтобы ты перенес меня туда.

Добби поднял глаза, будто пытаясь мысленно найти указанную местность, а потом кивнул и протянул ему маленькую ручку.

Гарри сглотнул.

Почему в тот миг, когда он поднял руку, чтобы взяться за неё, та вдруг стала неподъемно тяжелой?

*

Северус остановился так внезапно, будто налетел на невидимую стену. Резко развернувшись, он замер. Его глаза расширились, лицо побледнело.

А в следующую секунду он уже бежал.

*

Резкий рывок заставил неприятно сжаться всё внутри, а когда его стопы ударились о землю, Гарри показалось, что весь завтрак сейчас очутится на земле. Однако ему удалось восстановить равновесие. А потом, тяжело дыша, он выпрямился.

Вокруг был лес.

Лес? Но как...

Ах, да! Последнее, о чем он сказал, описывая Добби нужное место, был лес. Черт!

Гарри поспешно огляделся. Солнце уже взошло, но здесь было темно почти как ночью. Лишенные листвы деревья напоминали мрачные тени, а ветви казались острыми как бритвы. Снег уже растаял, превратив землю в топкую черную грязь. Гарри всмотрелся вдаль. Там, за деревьями, что-то двигалось. Что-то большое. Какая-то темная масса. Она неспешно колыхалась. А потом он разглядел остроконечные капюшоны и похожие на балахоны мантии.

По телу пробежала холодная дрожь.

Шепот стоящего рядом Добби он услышал не сразу:

— Гарри Поттер, что случилось?

— Ничего, — глухо отозвался он, отпуская ладонь домовика. – А сейчас уходи отсюда. Возвращайся в Хогвартс.

— Но Добби не может оставить Гарри Поттера одного...

— Делай, что тебе говорят! – прорычал Гарри. Добби отшатнулся, опустил испуганный взгляд и с громким хлопком аппарировал.

Гарри посмотрел перед собой и глубоко вдохнул воздух, насыщенный запахом тлена. Казалось, одно лишь присутствие такого количества Упивающихся отравило миазмами смерти всю долину.

На сей раз он действительно остался совершенно один.

Он не мог вернуться. Его ждет одна дорога. И она зовет вперед.

Гарри сделал шаг и побежал.

*

Северус несся коридорами Хогвартса. Мантия развевалась за спиной, взлетая на поворотах и лестничных маршах.

Ворвавшись в кабинет, он, не замедляя хода, толкнул дверь в гостиную, едва не сорвав её с петель.

*

Гарри бежал.

Влажные ветви хлестали его по лицу, ботинки проваливались в грязь, но он не останавливался.

Он должен успеть к назначенному времени. Должен!

*

Несколько заклинаний — и магическая защита была снята. Северус пинком распахнул дверь и... замер.

Внутри никого не было.

Его бледное лицо повернулось туда, где на полу стоял поднос. Приблизившись к нему, он наклонился и поднял кусок пергамента, исписанного алыми, словно кровь, чернилами.

Черные блестящие глаза пробежались по строчкам и... погасли, подернувшись холодом и тьмой.

Резко развернувшись, Северус снова рванулся к дверям.

*

Наконец Гарри выбрался из леса. Задыхаясь, он оперся ладонями о колени и пытался наполнить воздухом ноющие легкие. Но стоило ему поднять голову, как в сердце холодной змеей заползла паника...

Их было много. Сотни. Море колышущегося мрака. И среди них, в самой гуще, похожей на грозовую тучу тьмы, — Волдеморт.

Они ждали его.