Глава 51. Преследуемый тенью. Часть первая

Long lost words whisper to me

Still can't find what keeps me here

When all this time

I've been so hollow inside

Watching me,

Wanting me

I can feel you pull me down

Fearing you,

Loving you

I won't let you pull me down*

Во вторник утром Гарри спустился на завтрак вместе с Роном. После вчерашней вспышки, когда Гермиона ушла, он зарылся в постели, накрылся с головой одеялом, спрятавшись в безопасной темноте. Когда Рон появился в спальне, Гарри сделал вид, что уже спит. И только сегодня ему-таки пришлось рассказать «всю правду о своей девушке». Рон был немного обижен из-за того, что он не поделился с ним раньше, и не понимал причин подобного стеснения. Как он выразился, та была «очень даже ничего», если не считать, что слизеринка.

Гарри старался ни опровергать, ни подтверждать его домыслов, да и вообще говорить как можно меньше, ограничившись редкими поддакиваниями. Аппетита не было никакого, но к завтраку он всё-таки решил пойти, стараясь ни о чём не думать.

Это самый лучший выход. Просто не вспоминать о том, что случилось, глядишь — день как-нибудь и пройдёт.

К сожалению, намерение это подверглось суровому испытанию, как только Гарри переступил порог Большого зала. Подняв голову, он застыл, а его взгляд устремился к преподавательскому столу.

Снейп пришёл на завтрак.

На Гарри он не смотрел. Просто был там, но уже этого хватило для того, чтобы сердце ухнуло в пятки. Снейп сидел за столом — прямой и гордый, словно проглотил какой-нибудь чертов кий, — черное пятно, поглощающее пространство и свет. Неужели этого больше никто не замечает?

— Старик, что ты там застрял? — спросил Рон, выглядывая из-за плеча. — Шевелись, дай людям пройти.

Гарри двинулся вперёд, хотя казалось, его ноги приклеились к полу. Опустив голову, он уставился в поблёскивающие плиты.

Нет, он не станет на него смотреть! Снейп для него не существует!

Кое-как ему удалось добраться до стола и сесть, естественно, спиной к столу преподавателей.

И тут он ощутил, как будто по его телу пустили ток, а все волоски на затылке поднялись. О! Гарри прекрасно понимал, что это значит.

Нет, нет, только не оборачиваться!

Сглотнув, Гарри уставился в газету, которую развернула перед собой сидящая по другую сторону стола Гермиона. Заголовок на первой полосе гласил:

НОВОЕ ЗВЕРСКОЕ НАПАДЕНИЕ САМИ-ЗНАЕТЕ-КОГО

Дальше он читать не стал. Опустив глаза, Гарри уткнулся в свою пустую тарелку. Затылок по-прежнему обжигал горящий взгляд, лишая равновесия.

Ты должен... нельзя же всё время... Нужно забыть. Сконцентрироваться на чём-то другом.

Гарри снова посмотрел в «Пророк», и взгляд его скользнул ниже, где был помещён снимок горящего дома.

А вот и ответ. Прямо перед носом. Всё это время был там. Только раньше он не хотел его замечать. Настолько был поглощён собой и своими «проблемами». Слишком ослеплённый, чтобы заметить, что земля продолжает вращаться. Слишком одержим своей эгоистичной влюблённостью...

Он всматривался в снимок, ощущая, как в сердце закрадывается холод, а в лёгкие вливается что-то липкое, мешая дышать. Внутри поселилась страшная тяжесть, когда сознание начало заполнять тягучее, как смола, ощущение неизбежности. Что ж, на несколько прекрасных месяцев ему почти удалось об этом забыть, он даже позволил себе такую дерзость, как построение планов на будущее...

Будущего нет. По крайней мере не для него. Зато есть долг, который он обязан исполнить. Одолеть Волдеморта. Именно этого все от него ждут. Это — его путь, цель его жизни. А вовсе не игра в романтику и погоня за недосягаемым. Ему не нужна безответная любовь. Он и так слишком много времени потратил на Снейпа.

Как ему вообще пришло в голову, что кто-то может им заинтересоваться? Тем более такой человек, как Снейп? Этот грёбаный, лишённый чувств Упивающийся? Каким же он был идиотом!

Гарри мысленно представил учеников Хогвартса, грудь которых украшали плакаты с надписью «Поттер — придурок».

Но сейчас с этим покончено! Он больше никогда и никому не позволит причинить себе боль. А Снейп больше к нему не приблизится. Он ему просто этого не позволит и займётся тем, чего от него ожидает весь волшебный мир — пойдёт после уроков в библиотеку, начнёт прилежно заниматься, и прекратит думать о том, насколько глубоки его раны... и насколько он сломлен внутри...

Да, ни разу не вспомнит!

Подняв голову, Гарри посмотрел на друзей, сидящих по другую сторону стола.

— Я, наверное, пойду после уроков в библиотеку... У меня есть... задолженности. Нужно позаниматься.

Гермиона опустила газету и несколько секунд внимательно его изучала.

— Хорошо, — ответила она. — Если это то, что тебе нужно...

— Да! — отозвался Гарри. Наверное, слишком торопливо. Однако Гермиона больше ничего ему не сказала, за что он был ей благодарен.

*

Сосредоточиться на уроках было непросто, но, с другой стороны, учёба заняла все его мысли. Когда Гарри, мокрый от пота, вышел из теплицы номер пять и вместе с остальными учениками отправился в душ, он даже ощутил разочарование из-за того, что занятия уже закончились.

— Классные они, эти прыщеватые плевалки, правда? — трещал Рон, пока они возвращались к себе одним из узких коридоров, соединяющих разные части замка. — Я мог бы заставить их наплевать в тыквенный сок Забини. Ха-ха-ха! Он бы и за месяц от прыщей не избавился!

Гарри молчал. Просто шёл вперёд, глядя вниз и наблюдая за тем, как мелькают из-под мантий подошвы идущих впереди товарищей. И вдруг что-то заставило его внезапно остановиться на полпути и поднять голову. Когда же повиновался — сердце вдруг замерло, а сам он чуть не споткнулся, запутавшись в собственной мантии.

Снейп.

Шел прямо на них.

Хотя пока ничего не заметил. В руках он нёс целый ворох пергаментов, просматривая их на ходу.

Гарри ощутил, как ноги мгновенно налились тяжестью и ослабели, отказываясь нести его дальше. Он замедлил шаг, уставившись в рассекающую коридор высокую тёмную фигуру. Встречные ученики спешили убраться с её пути, чтобы, не дай бог, не столкнуться. Гарри следовало сделать то же самое, но почему-то тело его не слушалось, так что ему оставалось лишь идти вперёд.

Снейп приближался. Вот он наконец поднял голову, и, прежде чем Гарри успел отвести взгляд, заметил, как глаза мастера зелий едва заметно расширились.

А ещё, несмотря на то, что Гарри уже не мог этого видеть, он каким-то образом почувствовал, что Снейп тоже сбавил скорость.

На долю секунды Гарри зажмурился.

Они сейчас просто разойдутся. В этом ведь нет ничего страшного. Ничего не случится, если они пройдут мимо друг друга. Ничего, разве что только его сердце выскочит из груди.

Вот до Снейпа осталось всего несколько метров. Гарри открыл глаза и боковым зрением увидел черные ботинки и мантию, которая мягко колыхалась рядом с манжетами брюк. И снова почувствовал это: волоски на затылке приподнялись.

Он ещё старательнее вгляделся в каменные плиты под ногами. Сейчас их со Снейпом разделяло не больше метра.

Шаг.

Несколько сантиметров... Вот черный край мантии задел его руку, и тело немедленно прошила дрожь, заставив Гарри инстинктивно отпрянуть. Он едва не упал на Рона, однако в последний миг чудом удержался на ногах, а потом закрыл глаза и выдохнул.

Наконец-то! Всё позади. Угроза миновала.

Тогда почему его сердце не желает успокаиваться?

— Видел, как он на тебя пялился? А, старик? — голос потрясенного Рона донёсся до Гарри как бы издалека, в то время как сам он продолжал вслушиваться в затихающие звуки шагов. А потом, подняв голову, удивлённо посмотрел на приятеля.

— Что?

— Ну, Снейп! Только не говори, что ничего не заметил!

Гарри встряхнул головой, ощущая, что вместо того, чтобы успокоиться, сердце его забилось ещё быстрее.

— Как-то странно всё это, — буркнул Рон. — Может, он до сих пор в шоке от того, как ты... ну, сам знаешь.

— Может, сменим тему? — спросил Гарри. Наверное, вышло немного резко, потому что уши Рона вдруг покраснели.

— Конечно. Извини. Поиграем в Подрывного дурака, когда вернёмся в башню?

— Нет. Я собираюсь в библиотеку. Ты забыл? — Гарри уже порядком устал от общества Рона. А ещё был зол. На себя. За то, что оказался таким идиотом, что уже не способен спокойно пройти мимо этого сальноволосого гада по коридору. — Увидимся на ужине, — бросил он и помчался вперёд, желая как можно скорее убежать отсюда. Убежать от этого запаха трав, который распространился уже по всему коридору.

*

С чего начать Гарри не знал. Он понимал, что мадам Пинс за все сокровища мира не пустит его в Запретную секцию, так что оставалось довольствоваться книгами по Защите от Тёмных Искусств. Пока. Ночью он планировал пробраться сюда за некоторыми запрещёнными учебниками, но сейчас вполне даже можно просмотреть те, что находятся в общем доступе. Гарри выбрал несколько книг с более или менее интересными заголовками: «Продвинутые техники магической защиты», «Застань врага врасплох до того, как он застанет врасплох тебя» и «Системы защиты в знаменитых сражениях».

Что ж, на данный момент он не собирался участвовать в большом сражении, но, может быть, там всё же найдётся что-то полезное. Выбрав стол в дальнем углу библиотеки, Гарри углубился в содержание, очень надеясь, что обнаружит там то, что ему поможет.

Не успел он опомниться, как пробило восемь. Ужин уже закончился. Ну и пусть, всё равно есть не хотелось. Казалось, со вчерашнего дня его желудок завязался в узел и отказывался принимать пищу.

В книгах нашлось не так уж много. Всего несколько любопытных защитных заклинаний, несколько приёмов — полезных, скорее, шпиону, несколько оборонных стратегий, но никаких достаточно мощных заклятий, которые могли бы задержать и ранить какого-нибудь Упивающегося. Не говоря уже о том, чтобы устранить его на мало-мальски продолжительное время с пути.

Откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза, Гарри вздохнул.

Если бы только ему кто-то подсказал с чего начать, в какую сторону двигаться, за что зацепиться...

И всё равно он не сдастся. Вернётся сюда завтра и будет возвращаться каждый день до тех пор, пока не найдёт того, что позволит ему получить хоть один шанс в поединке с Волдемортом.

* * *

На следующий день Снейп снова пришёл на завтрак. И это совершенно лишило Гарри аппетита. Он сидел за столом, ковыряя вилкой яичницу и вот уже некоторое время пытаясь убедить себя в том, что волоски вовсе не поднимаются у него на затылке, а тот тёмный силуэт за преподавательским столом — просто его ненавистный преподаватель Зелий, с которым его ничто не связывает, никогда не связывало и которого он ненавидит не меньше, чем ненавидел все предыдущие пять лет.

Увы, из этих утверждений правдивым было только одно.

Грудь снова терзала давящая боль. А он уже решил, что избавился от неё. Вчера, когда сидел в библиотеке, она почти ушла. Но сейчас, стоило только войти в Большой зал и уловить боковым зрением чёрную тень у преподавательского стола, в груди снова что-то заворочалось. И гораздо сильнее.

Нет! Он ведь решил, что не станет обращать на него внимания. Северуса больше не существует, нужно только почаще себе это повторять. Есть только «профессор Снейп».

Профессор Снейп, к которому он должен сегодня пойти на отработку. Но не пойдёт. Больше никогда не пойдёт. Он же сам попросил его передать эти отработки другому преподавателю, однако до сих пор никто с ним так и не связался. Гарри подозревал, что Снейп никому ничего и не сказал, но это его не касалось. У него уже родилась идея, где проводить вечера в понедельник и в среду и чем себя занять.

Ощутив на себе выжидающий взгляд Гермионы, Гарри сунул в рот два куска уже холодной яичницы. Подруга постоянно напоминала ему, что нужно есть, так что для всеобщего спокойствия он мирился с необходимостью время от времени что-то глотать, иначе с неё бы сталось заставить его пойти к мадам Помфри.

С понедельника они больше не разговаривали «на ту тему». Гарри подозревал, что Гермионе просто нужно время, чтобы всё переварить. Они вообще практически друг с другом не разговаривали. Иногда Гарри ощущал на себе её взгляд, но стоило на неё посмотреть, как она немедленно отворачивалась или пряталась за книгой или газетой.

Это немного выводило его из себя, но, с другой стороны, он радовался, что она не предпринимает новых попыток «поговорить», чего ему совершенно не хотелось бы. Гарри до сих пор стыдился того взрыва в её присутствии и если бы мог повернуть время вспять, ни за что не допустил бы подобного. Что она о нём подумала? Что он эмоционально неуравновешенный подросток, угодивший в липкие руки зрелого мужчины, который захотел им воспользоваться? Гарри подозревал, для неё именно так всё и выглядит. И был благодарен ей за то, что она не стала озвучивать свои мысли, а также за то, что, похоже, решила оставить всё в тайне. Гермиона понимала, что ему сейчас плохо, а если она попробует предать случившееся огласке или расскажет кому-то ещё, ему станет ещё хуже. В конце концов, она же — его подруга. Хотя сейчас смотрела на него, как на чужака, на человека, которого, как ей казалось, она хорошо знает, а обнаружилось, что это всего лишь верхушка айсберга, остальное же скрыто под водой, и нужно очень глубоко нырнуть, чтобы понять некоторые вещи. А к такому она не была готова. Гарри не сомневался — ей понадобится время, чтобы освоиться с ситуацией, и не мог винить её за это. К счастью... она приняла. Уже это хорошо. Может быть, наступит день, когда она сможет нырнуть достаточно глубоко, чтобы... понять.

*

После уроков Гарри снова отправился в библиотеку. Здесь он снял с полок несколько увесистых томов, которые хоть и выглядели не слишком соблазнительно, однако может быть, среди такого множества страниц найдётся хоть что-нибудь полезное? А потом расположился на столе в углу библиотеки и принялся перелистывать книги.

Время шло. Ученики входили и выходили. До ушей долетал их шепот и замечания мадам Пинс. Гарри отложил в сторону «Заклинания на любой случай» и принялся за «Контрзаклинания: что это такое и с чем их едят?», когда его внимание привлекло тёмное пятно, мелькнувшее где-то на периферии обзора. Инстинктивно повернувшись к двери, он замер.

В библиотеку вошёл Снейп.

Гарри мгновенно опустил голову, устремляя взгляд в лежащий перед ним запылённый том.

Что ему здесь делать? Снейп следит за ним?

Нет, хватит! Он ведёт себя как параноик. Преподаватели имеют право пользоваться библиотекой.

Сглотнув, Гарри открыл книгу, стараясь не обращать внимания на бегущие по телу мурашки. Он попробовал сосредоточиться на содержании, но что-то ему мешало. В воздухе повисло напряжение. Вначале он даже не мог описать своих ощущений, но когда, перечитав оглавление трижды, так и не запомнил ни слова, его вдруг осенило.

Так вот что означает это покалывание на затылке. Вот почему у него такое ощущение, будто воздух сгустился.

Снейп за ним наблюдал.

Гарри слегка повернул голову и скосил взгляд назад. Вот он. Чёрная тень, притаившаяся за шкафом.

В этом не было ничего хорошего. Для чего Снейп за ним ходит? Зачем на него смотрит? Почему не оставит в покое? Везде, где бы они ни встретились — в коридоре или в Большом зале — у него всякий раз появлялось ощущение разбегающихся по коже мурашек. Черные глаза неспешно скользили по телу, приводя в бешенство.

Гарри потёр глаза и глубоко вздохнул. Сделал ещё одну попытку вникнуть в содержание тома, а потом понял, что это бессмысленно. Он был настолько выбит из колеи, что совершенно не мог сосредоточиться. Нужно поискать что-то более конкретное. Но как это можно сделать, если Снейп до сих пор там стоит? А вдруг подойдёт? Тогда он скажет ему, чтобы отстал. Точно. Этот гад его не запугает!

Поднявшись, Гарри направился к шкафам, постоянно ощущая на себе внимательный взгляд. Он прошёлся вдоль полок, читая названия и прислушиваясь к стуку собственного сердца. Нашёл тоненькую книгу с интригующим заголовком «С палочкой в бой». Взял её и направился к своему столу. Снейп стоял там же, где и раньше. В руках у него была какая-то книга, но он не читал. Взгляд сверкающих из темноты черных глаз был устремлён прямо на него. Судорожно сглотнув, Гарри опустил голову.

Когда он снова сел за стол, в голове царил хаос. Однако Снейп к нему не подошёл. Наверное, если бы он что-то хотел от него, то подошёл бы, правда? Но он этого не сделал.

Чего Снейп добивается? Решил замучить своим присутствием? Будет смотреть до тех пор, пока он не сойдёт с ума?

Это похоже на Снейпа.

Ну уж нет, этого он ему не позволит! Сделает вид, что его здесь нет. Нужно просто не обращать внимания, и Снейпу придётся уйти ни с чем.

Гарри раскрыл книгу, подпёр голову рукой, повернувшись к окну, чтобы даже краем глаза не видеть затаившуюся за спиной тень, и, наморщив лоб в попытке собраться, принялся читать.

Это было непросто, но, по крайней мере, ему удалось ненадолго забыть о назойливых «мурашках» на затылке. Не может ведь Снейп торчать там вечно. В конце концов ему придётся...

Бум!

Что-то ударило по столешнице с такой силой, что весь стол задрожал. Гарри вздрогнул и чуть не свалился со стула. С едва не выскакивающим из груди сердцем он обернулся и увидел перед собой лицо... Гермионы.

— Ты здесь, — выдохнула она, отодвигая в сторону книги, которые секундой ранее бросила на стол, едва не завалив ими Гарри. — Можно к тебе? Вы ведь с Роном редко ко мне здесь присоединяетесь, так что будет приятно позаниматься вместе, как ты считаешь?

Гарри ошеломлённо кивнул. Ему показалось или правда послышались удаляющиеся шаги?

Он оглянулся. Снейп исчез. Гарри огляделся по сторонам и заметил мелькнувшую в проёме двери черную мантию.

Гермиона проследила за его взглядом и нахмурилась, однако прежде чем она успела что-то сказать, Гарри опередил её и, указав на венчавший книжную гору учебник, спросил:

— История Магии? Только не говори мне, что Биннс снова задал нам эссе.

Гермиона изобразила лёгкую улыбку, сквозь которую всё же проглядывало беспокойство.

— Нет, я собиралась кое-что законспектировать для завтрашнего урока. И... просто хотела бы немного посидеть с тобой. Если ты ничего не имеешь против.

С чего бы ему быть против?

— Конечно же нет. Это... мило с твоей стороны, — проговорил он запинаясь.

Гермиона вздохнула и села рядом, окинув взглядом лежащие перед ним книги, а потом посмотрела на него.

Гарри закусил губу и отвёл глаза.

— Помочь тебе? — спросила она тихо. Гарри вскинул голову. Он был благодарен ей за то, что она не задавала вопросов и не пыталась узнать, для чего он просматривает эти книги и что хочет в них найти. Наверное, и так уже догадалась.

Она просто была... рядом. Как и все эти годы, бескорыстно помогая. А он её постоянно обманывал.

— Прости, — прошептал Гарри, когда Гермиона потянулась к тяжёлому тому и придвинула его к себе. Она не подняла головы и лишь на мгновенье зажмурилась.

— Это ты меня прости, — отозвалась она спустя бесконечно долгую минуту и перевернула толстую шелестящую страницу.

И это всё. Но больше ничего и не было нужно.

*

После ужина Гарри вернулся в библиотеку, взял несколько книг, которые ещё не успел просмотреть, и, нагрузившись ими, направился на седьмой этаж к гобелену, на котором был изображён Варнава Вздрюченный, пытающийся научить троллей балету. Достигнув цели, он задержался у противоположной стены, прошел мимо неё три раза, напряжённо думая об уединенном месте, где можно было бы провести остаток вечера, а потом в стене проступила дверь.

Открыв её, Гарри переступил порог Выручай-Комнаты и... вдруг замер, осознав, что стоит посреди хорошо знакомой ему гостиной. Тело затопила жаркая волна, сердце забилось быстрее.

Добрый вечер, Северус.

Садись, Поттер.

Эхо этих слов зазвучало в голове, в груди что-то болезненно сжалось. Гарри во все глаза уставился туда, где находился маленький бар.

Однако там никого не было.

Гарри зажмурился и глубоко вздохнул.

«Пожалуйста, пусть эта комната исчезнет, пожалуйста, пожалуйста», — повторял он как мантру, боясь открыть глаза, но когда через некоторое время всё же поднял веки, снова увидел тот самый знакомый бар, полки с книгами, камин, столик, зелёное кресло...

Слегка повернув голову, Гарри с трудом сглотнул. Второго кресла не было.

С тяжёлым вздохом он направился вглубь комнаты. Там он опустил книги на столик, сел в зелёное кресло, глядя на потрескивающие в камине поленья, и только спустя некоторое время заставил себя взять в руки книгу. Открывая том, он заметил, как сильно дрожат его пальцы. Гарри несколько раз сжимал и разжимал кулаки, но это не очень ему помогло. Эта комната... воспоминания атаковали его со всех сторон, а он был не в состоянии их побороть.

Каждый уголок этой гостиной, каждый предмет здесь нёс отпечаток жизни, которой больше не было. Которая больше не была его жизнью.

Стеллажи с книгами, которые оказывались на полу при каждой более или менее значительной стычке. Дверь, к которой он столько раз оказывался прижатым, стены, пропитавшиеся его стонами и криками. Зелёное кресло, в котором он со Сней... И бар, рядом с которым...

Бар!

Гарри отложил книгу, подошёл к шкафчику и открыл дверцы, осторожно заглядывая внутрь.

Они были там. Выстроившись в стройный ряд. Бутылки с лучшими спиртными напитками. Пустые.

Выругавшись, он закрыл бар. А ему так хотелось чего-нибудь выпить. Может быть, хоть это помогло бы ему забыть. Хоть на минуту. На одну-единственную минуту. Неужели ему хочется слишком многого?!

Со вздохом Гарри вернулся к креслу. Упал в него и уставился на огонь.

Хватит! Он ведь принял решение! Снейп для него больше не существует! Сейчас перед ним стоит другая цель. И нужно на ней сосредоточиться. Плевать он хотел на то, где находится! Плевать на то, что здесь происходило! Плевать, сколько всего он здесь пережил!

Гарри порывисто схватил книгу и, подтянув ноги и пристроив их на край сиденья, положил том на согнутые колени. Потом уставился в текст и принялся читать, сосредоточенно хмурясь и не позволяя взгляду оторваться от черных букв и скользнуть в противоположную сторону. Ни разу.

* * *

В четверг Гарри проснулся от ударов ветра в окна спальни. Разлепив сонные глаза, он ощутил, что с ним происходит нечто странное. По телу прокатывались жаркие волны. Мышцы были напряжены. Похоже, ему что-то снилось. Что-то приятное. Возбуждающее... Он попробовал заставить ещё спящий мозг работать и припомнить, что именно, но не сумел. Вспоминался только чей-то шепот.

Открыв глаза, он посмотрел вниз. Под одеялом в области бёдер обрисовалась выпуклость. Гарри заглянул под него.

Черт!

Эрекция. Твердая, болезненная эрекция, с которой нужно было что-то делать. Он хорошо знал, что сама собой она не исчезнет. Это напряжение нужно как-то снять. Закусив губу, он сунул руку в пижамные штаны и обхватил ладонью возбуждённый пенис.

Гарри дрочил, уставившись в полог кровати и не думая ни о чём. Движения сухой ладони по чувствительной коже причиняли лёгкую боль, но это нужно было сделать. Нужно было как-то помочь себе.

Ещё немного. Уже почти...

Рука задвигалась быстрее. Он стиснул зубы, сосредоточившись на том, что делал.

О, да! Вот так!

Тело напряглось, когда яички задрожали, а член выбросил немного липкой жидкости ему на пальцы.

И тут всё закончилось. Единственную горячую волну сменил холод, мгновенье щекочущего ощущения внизу живота — и пенис запульсировал в ладони. Вот и всё. Никакого удовольствия.

Пустота.

Гарри со вздохом вытащил руку из штанов.

День начинался не слишком хорошо.

*

Разложив книги на столе, что стоял в углу библиотеки, Гарри опустился на стул. На сей раз он решил поискать что-нибудь о маскировке.

Начал с самого толстого тома. Пролистал первую главу, но не нашёл ничего интересного. Собственно маскирующие заклинания его не интересовали, ведь у него была мантия-невидимка. Перешёл ко второму. Зелья Невидимости. Рука его внезапно застыла в воздухе.

Он зажмурился, а потом потёр веки, стараясь избавиться от нахлынувших образов. Не помогло.

Открыв глаза, Гарри подпёр голову рукой и посмотрел в окно.

Как же всё надоело! Неужели он уже и позаниматься спокойно не в состоянии? Или его так и будут на каждом шагу преследовать воспоминания? Ну почему всё напоминает о?..

В тот раз он получил «Превосходно». Гарри до сих пор не забыл своего потрясения. Впервые в жизни он получил «Превосходно» на зельях. И ещё лучше он помнил, что произошло потом... Горящая доска, «эрекция» вместо «реакция», «ингредиенты под столами»... Ну и «наказание» после урока.

Он сглотнул. Эти воспоминания вовсе не были приятными. Они причиняли боль. Приятные воспоминания не должны быть такими. От них не перехватывает горло, а во рту не собирается горечь.

За окном шёл снег. Хлопья неспешно падали с неба, мягко ложась на каменный выступ. Было в этом зрелище что-то успокаивающее, оно отвлекало, не давая мыслям скользить в опасные тёмные области, которых лучше вообще не касаться. Гарри просто смотрел. Смотрел, как снежинки наслаиваются друг на друга, увеличивая сугроб. Они были мягкими, хрупкими и очень маленькими, но их было так много, что они уже не помещались на карнизе. Кто бы мог подумать, что эти крохи могут образовать такую гору? Они будут падать и падать, пока места на карнизе совсем не останется, и тогда всё... рухнет. Полетит прямо вниз.

Так же как и он.

Гарри встряхнул головой, ощущая знакомое покалывание. Он чувствовал его уже некоторое время, но был слишком поглощён своими мыслями, чтобы обращать на него внимание.

Однако на сей раз мурашки ползали не по затылку, а по плечу и щеке. Гарри опустил руку, которой подпирал голову, и ему не пришлось даже поворачиваться, чтобы увидеть.

Снейп. Стоял между стеллажами, частично спрятавшись за ними, но не дальше чем в двух метрах слева от него. Высокий и тёмный. По сравнении с ним даже окружающие его тени казались какими-то бледными.

Должно быть, он уже наблюдал за ним какое-то время.

Зачем ему это? Почему не оставит его в покое? В чём дело? В какие игры он играет?

Гарри понимал, что Снейп не ищет с ним контакта. Значит, здесь что-то другое...

Но как его забыть, если всё время ощущаешь на себе его взгляд? Как это вообще возможно, если Снейп стал его тенью?

Закусив губу, он уставился в раскрытую книгу.

Нет, он не сдастся! Не позволит себя запугать! Не сбежит, не станет прятаться, хотя это был бы самый простой выход. Нужно показать Снейпу, что тот может ходить и наблюдать за ним сколько угодно, Гарри это не сломает! На сей раз — нет!

Он глубоко вдохнул, поспешно пролистал главу о зельях Невидимости и добрался до заклинаний, меняющих внешность. А потом склонился над книгой и принялся читать.

«Снейпа здесь нет, — повторял он мысленно снова и снова. — Снейпа — нет».

Однако он был. Всё это время. Прятался за полками. И не шевелился. Только наблюдал.

Гарри зажмурился.

Всё же лучше бы пойти в Выручай-комнату. Здесь слишком... шумно. Точно, слишком шумно. Совершенно невозможно сосредоточиться. А ещё — слишком светло.

Он поднялся, собрал книги и, не взглянув на затаившуюся во тьме фигуру, направился к стойке мадам Пинс. Там он записал их на себя и покинул библиотеку, всё это время ощущая спиной внимательный взгляд черных глаз.

Только оказавшись в коридоре, Гарри позволил себе глубоко вдохнуть.

Ну вот, сразу стало легче. Как будто здесь больше воздуха...

Он сделал ещё один вдох и направился на седьмой этаж.

* * *

В пятницу Снейп на обед не пришёл. Гермионы тоже не было, поскольку она заявила, что собирается заняться исключительно трудным эссе по Нумерологии. Наклонившись к тарелке, Гарри пытался проглотить хоть один кусок запеченного цыплёнка, но не мог. То, что должно было последовать за трапезой, приводило в ужас...

— Гарри, это тебе.

Он отвернулся от стола, за которым сидел вместе с Роном, и удивлённо посмотрел на подошедшую сзади Луну. Та протянула ему маленький бирюзовый камень.

Поколебавшись, Гарри взял подарок. Повертел его в пальцах — выглядел камень совершенно обыкновенно.

— Что это? — спросил он.

— Опал, — отозвалась Луна таким тоном, как будто это всё объясняло. Гарри смотрел на неё с ожиданием, и та завела глаза. — Опал, — повторила она. — Смотри на него, когда не захочешь смотреть на что-то другое.

Гарри уже открыл рот, чтобы переспросить, когда его вдруг осенило.

Сейчас у него Зелья. Первые после того занятия... От одной только мысли об этом сжималось горло и всё переворачивалось внутри.

А сейчас Луна приносит ему какой-то камешек, чтобы... что он должен с ним делать? Пялиться на него во время урока? И как это ему поможет? Ерунда какая-то.

— Спасибо, — пробормотал Гарри и сунул подарок в карман брюк.

— Папа всегда говорил мне, что если не хочешь на что-то смотреть, найди то, на что будешь смотреть с удовольствием. А у него такой красивый цвет, правда? — она улыбнулась.

— Да, спасибо, Луна, — ещё раз повторил Гарри и повернулся к своей тарелке.

— Удачи, — отозвалась та и вернулась к своему столу.

— Она — странная, — буркнул Рон, проглотив особенно крупную картофелину. — На что это ты не захочешь смотреть?

Гарри молча пожал плечами. Бросил взгляд на растерзанного цыплёнка и убедился, что если немедленно не встанет из-за стола, его желудок избавится от того, что в него успело попасть.

— Пойдём, — сказал он, поднимаясь. Ощущения были такие, словно перед битвой.

И это было не слишком далеко от правды.

*

Гарри достал учебники, латунные весы, оловянный котел, а также чернильницу, перо, чистые пергаменты и разложил всё это на столе, стараясь унять внутреннюю дрожь. Снейп пока не появился. Видимо, поэтому все смотрели сейчас на него.

Чего они ждут? Что он снова разрыдается? Нервы у него и так на пределе, а тут ещё эти взгляды! Даже Невилл смотрит с опаской.

— Гарри, если ты сейчас помнёшь свои пергаменты, ты не сможешь на них писать, а я не смогу тебе одолжить, потому что запасных у меня нет, — донёсся голос Рона, и он внезапно осознал, что сжал свитки, которые держал в руке, с такой силой, что практически безнадёжно их испортил. Рон обвёл глазами класс и, заметив ухмылки слизеринцев, рявкнул: — Ну, на что уставились?!

— Оставь их, — бросила Гермиона. — Ты же знаешь, они делают это специально, чтобы вывести нас из себя. Держи, Гарри! — И она положила перед ним несколько чистых свитков.

— Спасибо, — выдавил Гарри, чувствуя себя исключительно глупо. Сев за стол, он устремил расфокусированный взгляд на «Продвинутый курс зелий».

Предстоящий урок его пугал гораздо больше, чем он пытался себе внушать. От Снейпа можно было ожидать всего. И это было самое худшее.

Всё, что ему хотелось — это просто пережить Зелья. Неужели это так много!

Он, конечно же, решил, что на сей раз не поддастся на провокацию, что бы Снейп ни сказал или ни сделал, просто будет его игнорировать. И вообще не собирался на него смотреть. Это было бы самым разумным решением и даже, пожалуй, единственно возможным.

Дверь с грохотом распахнулась, и в наполненном шумом классе воцарилась тишина. Гарри глубоко вдохнул и ещё пристальнее стал сверлить глазами учебник.

Послышались широкие размашистые шаги пересекающего класс мастера зелий. Потом Снейп остановился в центре, и Гарри предположил, что в этот момент он обводит присутствующих взглядом. Догадку его подтвердили приподнявшиеся на затылке волоски и разбежавшиеся по телу мурашки. К счастью, это продолжалось недолго.

— Уберите книги, — объявил Снейп. Гарри слышал его голос впервые с того понедельника. Он был по-прежнему таким же низким и глубоким, а ещё... слегка хриплым. Странно, обычно на уроках он звучал громко и уверенно. — Напишете короткий тест. Проверим, что вы запомнили с прошлого занятия.

Гарри прекрасно знал, что именно все запомнили.

В следующий миг класс наполнился шумом — ученики поспешно прятали учебники в сумки.

— Вопросы на доске. У вас двадцать минут.

Гарри вздохнул. Выхода не было. В конце концов, придётся поднять голову. Хорошо, что доска стояла в стороне от преподавательского стола. Он и так видел Снейпа краем глаз и старался видеть, но не замечать.

Точно, как Гарри и подозревал, он не знал ответа ни на один вопрос. В последнее время он даже не открывал Зелья, которые снова стали его самым нелюбимым предметом. Но нужно написать хоть что-то. Что угодно. Вздохнув ещё раз, он склонился над пергаментом.

И тут он снова ощутил знакомое покалывание. Ощущение длилось не дольше минуты, но и этого хватило, чтобы из головы исчезли все мысли. За время, отведённое для контрольной, всё повторилось четыре раза. А сколько раз ему придётся испытать это до конца урока?

— Accio тесты! — объявил Снейп, когда все закончили писать. Затем он сложил пергаменты на своём столе и направил палочку на доску, с которой тут же исчезли вопросы и появился перечень ингредиентов для нового зелья. — Кто мне скажет, что это за зелье? — спросил он, обводя взглядом класс. Гарри заметил, как рука сидящей рядом Гермионы сама собой дёрнулась, но, видимо, подруга сдержала свой порыв и украдкой посмотрела на него. И он был ей благодарен за то, что она на сей раз не стала привлекать к ним внимание Снейпа, хотя, наверное, это стоило ей некоторых усилий. Увы, пользы от этого было немного. Спустя мгновенье черные глаза остановились на их столе. — Может быть, мисс Грейнджер?

Гермиона выпрямилась и откашлялась.

— Настойка черной полыни указывает на восстанавливающее, но сушёные когти гриндилоу обычно применяют в зельях, замедляющих циркуляцию крови. С другой стороны, яд тарантула эффективно парализует нервные окончания. Можно предположить, что это какая-то разновидность зелья, используемого для наркоза. Кровь саламандры усиливает его действие, так что этот состав может обеспечить несколько часов беспробудного сна. Скорее всего, это Эликсир Морфеуса.

С минуту в классе царила тишина.

— Исчерпывающий ответ, мисс Грейнджер. Верно, это Эликсир Морфеуса. Он используется при особо тяжёлых ранениях, вызванных тёмно-магическими заклинаниями, а также при опасных травмах — как магов, так и магглов. Вот его приготовлением вы сейчас и займётесь. Надеюсь, вы добьётесь большего успеха, чем на прошлых занятиях. Теперь беритесь за дело. — С этими словами он отвернулся и сел за свой стол. Гермиона удивлённо посмотрела на Гарри. За спиной раздалось изумлённое перешептывание, а у Рона был такой вид, словно в него угодила молния.

Снейп впервые похвалил Гермиону. Впервые похвалил ученика с Гриффиндора. Это событие было достойно упоминания в Истории Хогвартса.

Гарри уловил крайне удивлённый шепот Рона:

— Он спятил. Или получил нехилый нагоняй за то, что творил на прошлом уроке. Других вариантов нет.

Ни Гермиона, ни Гарри не отозвались. Обменявшись быстрыми взглядами, они принялись переписывать перечень ингредиентов для Эликсира Морфеуса. Рон пожал плечами и последовал их примеру.

Несмотря на своё предназначение, зелье не выглядело слишком сложным. Все работали молча, время от времени отходя к шкафу, где хранились ингредиенты. Всё было бы совсем хорошо, если бы только Гарри постоянно не ощущал на себе взгляд Снейпа. Он не задерживался на нём дольше нескольких секунд, но захлёстывающие его при этом волны жара полностью лишали самообладания, не давая сосредоточиться и спокойно работать.

Посреди урока Снейп встал и отправился на традиционный обход класса, чтобы проверить, как идут дела. Это можно было почувствовать даже не глядя, по одному только напряжению, которое повисло в воздухе. Ученики немедленно сжались над своими котлами, готовясь к уничижительным замечаниям. Каково же было их изумление, когда Снейп шёл, просто заглядывая в котлы, не проронив ни слова. Ни одного язвительного комментария! Ни одной насмешки. Ничего!

Ученики обменивались непонимающими взглядами за спиной мастера зелий. Однако Гарри этого не видел. Он прислушивался к стуку своего сердца, которое начинало биться быстрее, стоило только подумать о том, что Снейп вот-вот подойдёт к нему и заглянет в его котёл. На данном этапе зелье должно было стать тёмно-фиолетовым, а у него оно напоминало скорее какую-то грязь. Оставалось только гадать, какие громы и молнии обрушатся сейчас на него. После понедельника можно было ждать чего угодно.

Вот Снейп задержался у стола Лаванды и заглянул в её котёл. При виде гигантского гнило-зелёного пузыря на поверхности зелья он поднял бровь. Похоже, на сей раз без комментария не обойдётся. Профессор открыл рот, а Лаванда поспешно уставилась на содержимое своего котла, ожидая бури.

— В следующий раз попробуй вначале добавить только один коготь гриндилоу и только когда увидишь, что он начал растворяться, бросай остальные. Тогда будешь уверена в том, что температура такая, как надо.

Игнорируя раскрытый от шока рот Лаванды, Снейп направился дальше. Без единого слова он обошёл котлы Шеймуса, Дина и остальных гриффиндорцев. Даже Невиллу ничего не сказал. В первый раз за всё время! И, похоже, это привело Лонгботтома в такой шок, что стоило мастеру зелий отойти от его стола, он дёрнулся и столкнул на пол флакон с кровью саламандры. Снейп обернулся и смерил его взглядом. Бормоча извинения, Невилл бросился убирать, а все присутствующие затаили дыхание, когда профессор достал из кармана палочку.

— Reparo, — сказал он, целясь в разбитый флакон. И это всё. Снейп не сказал Невиллу ни слова. Просто отвернулся и продолжил обход.

Гарри кожей ощущал, что потрясение учеников достигло критической отметки.

Снейп вёл себя как... нормальный учитель. Не орал, не бросался колкостями, давал советы и даже...

Мастер зелий добрался до Рона и заглянул в его котёл. Насыщенно-розовая жидкость кипела так сильно, будто вот-вот взорвётся. Снейп нахмурился, снова достал палочку и уменьшил огонь.

— Кровь саламандры нужно добавлять до того, как зелье начнёт кипеть, — бросил он и подошёл к котлу Гермионы. Молча заглянул в него и направился к Гарри.

Тело немедленно напряглось, когда не далее чем в полуметре от него появилась черная мантия. На расстоянии вытянутой руки. Сглотнув, Гарри впился взглядом в столешницу.

«Уходи, — молил он про себя. — Просто посмотри и уходи».

Но Снейп не уходил. С минуту он стоял рядом, словно что-то обдумывал. А когда Гарри уже решил, что окутывающий мастера зелий травяной запах сведёт его с ума, тот шевельнулся и... из складок мантии показалась тонкая бледная ладонь. Сердце Гарри подпрыгнуло, когда эта ладонь начала приближаться. Он судорожно сжал пальцы в кулаки, едва не проткнув ногтями кожу. Рука Снейпа направлялась прямо к его правой руке.

Что он творит? Неужели собирается?.. О боже!

Когда Гарри уже был готов поспешно убрать руки со стола, до него вдруг дошло, что пальцы Снейпа движутся гораздо правее — к емкости с сушеными когтями гриндилоу. Длинные пальцы скользнули в посудину и достали горсть когтей. Затем ненадолго задержались над котлом, отсчитали ровно десять штук в зелье, а остальные вернули на место.

У Гарри зазвенело в ушах.

Тем временем Снейп вытер руку о край мантии и без слов пошёл дальше.

Ч... что это было? Что это значит? В какую игру он играет?

Пытаясь успокоить выпрыгивающее из груди сердце, Гарри судорожно сглотнул и выпрямил дрожащие пальцы. В классе стало тихо. Похоже, все были потрясены поведением профессора не меньше, чем он.

Снейп не только давал советы, но ещё и... помогал.

— Может быть, его подменили? — послышался шепот Рона. — А может, кто-то бросил в него Imperius?

Предположения Рона Гарри не интересовали. Он мечтал лишь о том, чтобы урок поскорее закончился. Чтобы можно было убежать отсюда как можно скорее, потому что выносить и дальше присутствие, запах и голос Северуса Снейпа стало невозможно.

Снейп вернулся за свой стол, сел и углубился в бумаги. Ученики постепенно возвращались к работе, время от времени перешептываясь.

Гарри сделал несколько вдохов, пытаясь не обращать внимания на взгляды Гермионы, и посмотрел на лежащий перед ним список ингредиентов — там значилось семь сушеных когтей гриндилоу, а потом — на доску.

Точно. Ошибся, когда переписывал. На доске было указано семнадцать. Вот черт! Дьявол его забери! Как Снейп вообще мог это заметить? Откуда узнал, в какой момент он ошибся? Определил это по цвету зелья или просто настолько внимательно наблюдал за ним весь урок?

Теперь желание убраться отсюда стало нестерпимым. И как можно быстрее!

Он вернулся к работе, но если и до этого момента никак не мог сосредоточиться, то теперь был уже так рассеян, что каждое описанное в инструкции действие ему приходилось перечитывать по нескольку раз.

Мысли кружились в голове в бешеном темпе, но Гарри никак не мог понять поведения Снейпа. Мерзавец делал всё это специально! Специально повсюду ходил за ним, специально смотрел! Да он просто хочет свести его с ума! Но зачем? Его это развлекает? Или он стремится ещё больше его разозлить. Или что-то доказать?

Нет! Нельзя этого допустить! Нужно взять себя в руки! Нужно каким-то образом избавиться от этой преследующей его тени!

— Наполните флаконы, подпишите, поставьте на мой стол и можете быть свободны, — сказал Снейп, когда звонок возвестил окончание урока. Ученики облегченно выдохнули — профессор не собирался ходить по классу, комментируя результаты их труда, как обычно делал это в конце занятий. Это было непохоже на Снейпа, но радость от того, что учеба закончилась, а впереди уикенд, была настолько сильна, что вряд ли кто-то кроме Гарри и, может быть, ещё Гермионы, стал над этим задумываться. И гриффиндорцы, и слизеринцы повскакивали со своих мест, поспешно принялись собирать вещи, а также наполнять флаконы разноцветными версиями одного и того же зелья.

При мысли, что вдобавок ко всему ещё придётся подходить к столу Снейпа, чтобы поставить на него свой флакон, Гарри ощущал сильное волнение, но не может ведь он выставить себя перед ним последним трусом и попросить о помощи Рона или Гермиону. Так что, спрятав в сумку учебники и остальные вещи, он достал пустой флакон и налил в него немного черной и слегка мутноватой субстанции. Однако когда он вместе с друзьями уже собирался последовать за выстроившимися к преподавательскому столу учениками, склянка внезапно дёрнулась и выскользнула у него из руки, разбившись о каменный пол. Сбитый с толку таким поворотом дел, Гарри растерянно заморгал. К счастью, он ещё не успел опустошить свой котёл. Тогда он полез в сумку за новым флаконом, но оказалось, что запасного там нет. Проклиная свою непредусмотрительность (хотя и был уверен, что взял на урок полный комплект), Гарри поплёлся в другой конец класса к шкафчику, чтобы взять флакон из школьных запасов. Пока он ходил туда и обратно, класс уже почти опустел и у стола стояло всего несколько учеников. Ну, просто прекрасно, похоже, он будет последним! Только этого ещё и не хватало!

Набрав в лёгкие побольше воздуха и стараясь хоть немного успокоить бешенный стук сердца, Гарри направился к столу, встав в хвост маленькой очереди из Невилла и двух слизеринок. Рон с Гермионой уже вернулись к своим столам и начали собирать вещи.

Гарри шёл, стараясь не смотреть по сторонам. Только не туда, где на границе обзора маячил черный силуэт.

Не смотри на него. Не смотри! Просто поставь флакон и уходи. Ведь чтобы это сделать, не нужно на него смотреть!

Слизеринки оставили свои зелья и помчались к столам за вещами. Остался только Невилл. И Гарри.

Дрожащей рукой Невилл поставил свою склянку на тёмную столешницу, развернулся и отошёл.

Сейчас. Вот и настал этот миг. Сейчас их разделял только стол. Гарри внезапно показалось, будто он голый. Словно не осталось ничего, способного укрыть его от этого сверлящего взгляда. У него возникло ощущение, будто все волоски на его теле внезапно поднялись.

Пристально глядя на какой-то запылённый кувшин на одной из полок, Гарри вытянул руку и поставил свой флакон на столешницу. В тот момент, когда он уже был готов убрать руку, Снейп вдруг пошевелился и Гарри замер, почувствовав, как длинные холодные пальцы сжались на его руке, в которой он держал флакон. Потрясённый, он повернул голову и посмотрел прямо в черные глаза. Эти глаза смотрели на него так, что у него закружилась голова и подогнулись колени. В этом взгляде не было ни капли презрения, похоти, огня или чего-то столь же обжигающего. Нет. В нём Гарри увидел выражение, которое до того замечал всего лишь несколько раз. Мягкость.

А потом Снейп сделал то, что заставило напряженное тело Гарри затрепетать — так сильно, что волна дрожи докатилась даже до кончиков пальцев на ногах, — нежно погладил его ладонь. Впечатление было такое, будто в том месте, где его руки коснулись пальцы Снейпа, в кожу впились тысячи иголок.

Нет! Довольно! На сей раз он не поддастся на эти штучки!

Гарри вырвал из захвата руку и отвернулся, больше всего на свете желая сбежать отсюда и унять нестерпимо больно стучащее в груди сердце. В несколько шагов он оказался рядом с ещё собирающими свои сумки друзьями, схватил вещи и вылетел в коридор.

Как он посмел? Как посмел прикоснуться к нему? Как ему вообще пришло в голову, что он может его касаться? После всего, что случилось?

Один-единственный маленький жест вызвал в нём реакцию, подобную той, что вызывает капля воды, попавшая в раскалённое на сковороде масло. Гарри весь кипел от негодования и в то же время чувствовал себя совершенно разбитым.

Он хотел только одного — скрыться. Нужно где-нибудь спрятаться. Сейчас, сию минуту!

На противоположной стороне коридора он заметил дверь в туалет и, не обращая внимания на изумлённые взгляды расходящихся в разные стороны учеников, ворвался внутрь, со всего размаха захлопнув за собой дверь.

CDN

You take me down, further inside of me

Now I'm fading out, I can barely see

I hoverCan't think straight

Shutting me out — closing me out

Are you trying — hurting

Taking me out — leaving me out

Keeps me struggling

To see you leave again, it's over

And it kills me to watch you descend, to the end

* * *

"Haunted" by Evanescence

** "Hover" by Trust Company